Мой злой котенок

***

      Максимум, что я слышал сейчас, как наши сердца бьются в унисон. Олег даже дыхание задержал. Телефон замолчал и больше не звонил. Поднимаю голову, смотря на младшего и не укладывается вся эта картина. Он от моих касаний голову назад закинул, а кадык дернулся. Сбито дышит, не зная куда свои руки деть, поэтому кладёт их на мои запястья, несильно сжимая. —К каждому злому котёнку найдётся вариант, чтобы погладить. — тихо говорю куда-то в шею, прикусывая, сразу облизывая, от этого он вздыхает, но настойчиво молчит. Пусть дальше думает, что я его не смогу раскусить. Стягивая с него футболку, заглядываю в глаза. Взгляд мутный, расфокусированый. Я кладу одну руку на щеку, большим пальцем поглаживая пухлые розовенькие губы. Проталкивая палец, тот поддаётся, открывая рот, обдает горячим воздухом подушечку, касается языком, облизывая и втягивая щеки, сам посмотрел мне в глаза. Я кажись сошёл с ума, шумно сглотнув, почувствовал, что это уже не игра, а возбудился по-настоящему. Руку с его рта я кладу на тело, касаясь влажным пальцем соска, на что тот втягивает воздух через зубы. Цепкие руки Олега тянут и мою футболку, чтобы скинуть её подальше, в пыльный угол. Он молча смотрит на моё тело и кусает губы. —Ну же, скажешь, что хочешь? — хмыкаю, вот и начинается эта игра от которой мне сорвёт голову полностью и брат это знает очень хорошо и неважно откуда, главное - знает. —Можно.. я оставлю на тебе пару следов..? — снова смотрит в глаза, какой послушный! Я на это лишь киваю, голову закидывая на спинку дивана, открывая ему большее количество места. Он, буквально, прижимается своим телом к моему. Касается горячими губами к шее, прикусывая венку на ней, а после ведёт языком дальше, прикусывая. Остаётся еле заметный след, который чуть позже станет ярким и заметным довольно сильно. С несильным шлепком, моя ладонь оказывается на его заднице, собственнечески сжимая. Почему-то внутри меня просыпается ревность, я недовольно фыркаю, другой рукой зарываясь в его волосы, оттягиваю от шеи, целуя в губы, жарко, грубо и мокро. Подхватывая его под бедра, он оказывается висеть на мне, пока я кусая его тело, несу в свою спальню. Шторы всегда у меня зашторены, включив неяркую подсветку, ещё и красную, кидаю младшего на большую и мягкую кровать. Облизывая губы, сам скидываю с себя шорты и с того тяну уже полностью весь низ. Да, у него есть капля стеснения, в отличие от меня. Он стягивает боксеры и с меня, взглянув на моё лицо, вытягивает язык, проводит по всей длине, заставляя уже меня задыхаться в эмоциях. Беру его за волосы, заставляя взять в рот и начинаю сам двигать бедрами. Рот влажный и ужасно горячий, что сводит с ума. Заставляя взять в рот полностью, утыкаю носом в лобок, что у того на глазах появляются слезы и он мычит, что мои глаза закатываются. Я смотрю на него и он понимает, что надо смотреть в ответ. Поэтому серые глаза блестят, а потом по щеке катиться слеза и я отпускаю голову. Он выпускает член из рта, облизывая губы и пытается отдышаться. Повалив его обратно на кровать, достаю из ящика, когда-то нужную смазку и кидаю рядом, снова надвисая над ним. Сейчас целую уже нежно, успокаивая. Поцелуями спускаюсь вниз, играясь с сосками, оглаживаю его тело. Сжимая ляжки, поглаживая ноги, переключаясь обратно на талию. Оставив пару багровых засосов, перевернул его на живот, подложив подушку, чтобы ему было удобнее. Уселся на его ногах и вздохнул запах победы и небольшого смущения брата. Замахнувшись, прилетел шлепок, что тот вскрикнул от неожиданности. — Я же добьюсь правды от тебя, какой бы не был вариант. — разрывая тишину своим голосом, снова бью, уже по другой половинке, сжимая, — У тебя такая красивая задница. — с восхищением проговориваю, оглаживая двумя руками, — Самый красивый, самый умный, но немного наглый мальчишка. — шепчу, целуя за ушком, зарываясь носом в волосы, прикусывая загривок. Вновь выпрямляюсь, раздвигая половинки, заставляя почувствовать свой член, который так красиво ложится меж двух ягодиц. Делаю пару движений, имитируя толчки. Наклоняюсь сам, неожиданно для брата, провожу языком по ложбинке, проходясь по дырочке, уделяя ей больше внимания. Облизывая, проникаю внутрь кончиком языка. Олегу крышу сносит, он скулит, утыкаясь в подушку. За это я шлепаю его по заднице, вновь входя языком внутрь. А он выстанывает, так красиво, что у меня мурашки пошли по коже. Я вхожу максимум, пошло хлюпая языком. Отстранясь, кусаю за половинку и кажись уже смазка не нужна, но всё равно смазываю пальцы и даже два, с трудом, но входят. Я слышу тихое мычание, он поворачивает голову максимально вбок и я понимаю, наклоняюсь, целуя, отвлекая от неприятных ощущений. От неожиданного третьего пальца, он кажись прокусил мне губу, но это и понятно. Другой рукой поглаживаю тело, щипаю, касаюсь, царапаю, целую, что плечи и лопатки тоже в засосах. Доставая пальцы с пошлым звуком, переворачиваю его на спину, выкидывая подушку и смотрю в его глаза. Взяв его руку в свою, капнул немного смазки, кладя на свой член, он понимает, смазывая, направляя его к дырочке. Тот в нетерпение уже, другой рукой касается своего тела. Закидывая ноги на свою талию, вхожу одной головкой, надвисая над ним. —Смотри мне в глаза, отведешь - я остановлюсь. — улыбаясь, целую его, смотрят в такие верные глаза. Задираю две его руки над головой, сдерживая одной своей, переплетая пальцы. Толчок и я уже наполовину в нем, он мычит, кусая губы, но всё равно смотрит в глаза, стесняется. Бью его несильно по щеке. Ещё даю время привыкнуть, а после толкаюсь ещё раз, находясь теперь полностью внутри. —Са-..ааш... — стонет, сжимая свои руки в моей и пытается сам двигаться, — Поцелуй.. Поцелуй меня. — умоляет, смотря пьяным взглядом, переключаясь иногда на мои губы. Я делаю то, что он попросит, кусаю губы, сплетая языки и начинаю двигаться. Теперь он стонет в поцелуй, обхватывая меня ногами. Отстраняясь, возвращаю взгляд на глаза, у того они иногда закатываются, другой рукой поглаживаю талию, переходя на соски, что тот стонет громче, уже не стесняясь, я ускоряю темп. Сам заставляю ревновать себя представляя, что кто-то другой мог его так же трахать. Недовольно рычу и свободную руку кладу на его шею, сжимая. Слышу как тела создают шлепки об друг друга. Отпускаю вторую руку, которая держала чужие руки. Сжимая её на талии. Толчки резкие и глубокие, заставляя того каждый раз вскрикивать. Тот смотрит на меня своими глазками серыми с любовью и покорностью. Он тянется рукой до своего члена, за что получает по руке и недовольно мычит. —Са-.ах..-аш.. — стонет моё имя так сладко, что я с ума сойду несколько тысяч раз за этот секс, — П-пожа-алуйста! — хрипит, до сих пор не отрывая взгляда, кусает губы, облизывая их. Я сжимаю шею чуть сильнее, ускоряя темп ещё больше, шлепая того по бедрам, вбиваясь так, что он стонет на каждый толчок. Его ноги как и впринципе тело, содрогается в оргазме и он закрывает глаза, откидывая голову, стонет во весь голос, пачкая свой живот и мою руку немного в сперме. Колечко мышц сжимается, что у меня звезды перед глазами пляшут. Несколько толчков и я выхожу из расстраханого тела, хватая того за волосы, вожу членом меж губ, а после кончаю на его лицо, спустя несколько толчков в его кулак. Падаю рядом, смазывая его сперму с живота, облизываю палец и поворачиваю чужое лицо, тот слизывает сперму с губ так сексуально и красиво, что если бы у меня были силы, я выебал с него всю душу, если он ещё не отдал её, потому что не могу описать его красоту никак кроме договора с демоном. Сейчас только остаётся восстанавливать силы и повернув его голову к себе, вплести языки в ленивый поцелуй. До душа мы добрались спустя полчаса. Его тело целый космос! Теперь я уверен, мне нравятся больше губы, чем красноречивые слова, но их стало меньше, потому что если Олег выебывается, то дома ему достаётся по полной и лучше не знать, что там творится.