Последняя из рода Гонт

      Англия, Лондон, Министерство магии, 3 августа 1997 года              Выйдя из камина, я увидела в зале Атриума скучающего Барти Крауча, который поджидал меня.       — Привет, Барти.       — Пошли скорее, Аннабель. Судебное заседание начнется с минуты на минуту.       Я последовала за ним к лифту. Когда мы зашли, Крауч нажал кнопку десятого уровня и лифт ухнул вниз.       — А ты своего не упустишь, Аннабель. Ты сделала то, что еще никому не удавалось, — обманчиво сладко протянул Барти. — Я ушам своим не поверил, когда услышал о помолвке.       — Ага, я тоже, — буркнула я.       Крауч окинул меня внимательным взглядом, прищурился и хмыкнул. Он мне не поверил.       — Знаешь, Аннабель, друг из тебя так себе. Могла бы и намекнуть... Представляешь, каким придурком я себя чувствую теперь, когда вспоминаю, что ставил на твою помолвку с Крамом.       Лифт резко остановился, и я едва удержалась на ногах.       — Завязывал бы ты со ставками, Барти, — ответила я, выходя из лифта. — С твоей-то везучестью останешься без последнего галлеона.       — Жизнь без азарта ужасно скучна, — протянул он.       Я не видела Волан-де-Морта два дня. Сегодня утром Колди передал мне его сообщение: слушание дела Поттера назначено на одиннадцать, камин Министерства будет открыт. Так что я собралась буквально за минуту.       На душе у меня было неспокойно. Неужели Тёмный Лорд передумал и не отпустит Гарри?       До нужного подземелья мы добрались через несколько минут, за которые я поняла, что без помощи Барти из здешних лабиринтов мне никогда не выбраться.       Когда мы вошли в зал судебных заседаний, разделенный на две половины, Крауч направился к полупустым скамьям справа. Замявшись на секунду, я последовала за ним и села рядом. Окинула взглядом стены, сложенные из тёмного камня и тускло подсвеченные факелами, и посмотрела на противоположную сторону, где сидели, негромко переговариваясь, порядка пятидесяти волшебников в красных мантиях. Среди них выделялись министр магии Роберт Бардон и глава правопорядка Амелия Боунс, находившаяся у постамента чуть ниже. На нашей стороне сидели репортеры, а за ними я разглядела декана Слизерина, Сириуса Блэка и кудрявую макушку Гермионы Грейнджер.       Все разговоры стихли, когда в зале появился Гарри Поттер в сопровождении Руфуса Скримджера и авроров. Он прошел под конвоем до пустующего кресла в центре зала, и каждый его шаг по каменному полу отдавался гулким эхом. Как только он сел, его руки сковали волшебные цепи, пригвоздив запястья к подлокотникам.       — Обвиняемый явился. Можно начинать, — проговорила мисс Боунс. Волшебный пергамент и перо взмыли вверх, готовясь записывать каждое слово. — Объявляю слушание о нападении студента Хогвартса Гарри Джеймса Поттера на министра магии Роберта Бардона открытым. — Перо тихо скрипело, занося имена в протокол. — Допрашивающая — Амелия Боунс, глава магического правопорядка. Мистер Поттер, вы признаете себя виновным в том, что с полным пониманием незаконности своих действий применили к министру заклятие, которое было распознано, как смертельное?       — Я не знал, что оно смертельное — ответил бледнеющий Гарри.       — Откуда вы узнали об этом заклятии, мистер Поттер?       — Прочитал в старом учебнике по зельям, который нашел в Хогвартсе. В пометках было написано только то, что оно от врагов.       — Кому принадлежал этот учебник, вы знаете?       — Да, — вздохнул Гарри. — Принцу-Полукровке.       — Мистер Поттер, думаете, мы должны в это поверить? В какой-то выдуманный учебник? Вы можете предоставить суду доказательства?       — Нет, — Гарри опустил голову, чтобы скрыть предательские слёзы, скатившиеся по щекам.       — Зато я могу! — поднялась со своего места Гермиона Грейнджер.       — Представьтесь, пожалуйста, — попросила Амелия Боунс, с любопытством уставившись на неё.       — Уважаемые члены суда! Я, Гермиона Джин Грейнджер, взяла на себя полномочия защиты Гарри Джеймса Поттера, — провозгласила девушка и с книгой в руках приблизилась к постаменту. — Именно из этого учебника Гарри узнал о заклятии «Сектумсемпра», — Гермиона открыла книгу на нужной странице и отлевитировала её Амелии Боунс. — Теперь вы можете убедиться, что Гарри не знал о потенциальной опасности, которую несёт это заклятие. И он, не будучи экспертом в магии, не мог предвидеть последствий своих действий. Прошу судей взглянуть на это происшествие, как на ошибку, совершенную под влиянием обстоятельств, а не как на акт преднамеренного вреда.       Члены Верховного Суда Визенгамота зашептались между собой.       — Кто из преподавателей может подтвердить, что этот экземпляр хранился в Хогвартсе? Книга выглядит очень старой. Разве сейчас занимаются по таким, мисс Грейнджер? — спросила Амелия Боунс, листая страницы.       — Приглашаю свидетеля защиты, профессора Северуса Снейпа, ответить на этот вопрос, — сказала Гермиона.       Профессор поднялся и быстрым шагом приблизился к постаменту.       — Позвольте взглянуть, — обратился он к мисс Боунс. Получив книгу, он задумчиво зашуршал страницами.       — По этому пособию студенты изучали зельеварение в шестидесятых годах, — дал своё заключение декан Слизерина. — В Хогвартсе хранится не меньше десяти экземпляров. Видимо, один из них и попал в руки мистеру Поттеру. Теперь понятно, откуда у такой бездарности проявился неожиданный талант к зельеварению, — нахмурился Снейп. — По пометкам на полях я с уверенностью могу заявить, что почерк не принадлежит Гарри Поттеру.       — Хотите что-то еще добавить к этому, мистер Снейп? — уточнила глава правопорядка.       — Нет.       — Тогда можете занять свои места вместе с адвокатом защиты.       Никто даже не обратил внимания на то, что злополучный учебник так и остался у профессора в руках.       «Что еще за Принц-Полукровка? — удивилась я про себя. — Одного Тёмного Лорда для магической Британии вполне достаточно».       — Уважаемые судьи, — обратилась к волшебникам в красных мантиях мисс Боунс. — Показания защиты не отменяют вину мистера Поттера. Каждый из вас лично наблюдал несостоявшееся покушение на министра магии. Поднимите руки те, кто голосует за то, чтобы признать Гарри Джеймса Поттера виновным и отправить его в Азкабан на пять лет.       От напряжения я прокусила губу и ощутила солоноватый привкус крови на языке. Руки всех судей единогласно поднялись вверх, и меня затопили безнадежность и горечь. Словно ощутив это, Волан-де-Морт повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза. Я опустила взгляд, чувствуя себя обманутой.       — Ну что, доплясался твой дружок, Аннабель? — шепнул мне на ухо довольный Крауч. Его губы искривились в злорадной ухмылке.       — Заткнись, — бросила я ему.       — Ладно-ладно. Ты права, тут неподходящее место для болтовни.       — Кто голосует против приговора? — спросила Амелия Боунс чисто для протокола, чтобы соблюсти все формальности.       — Я против, — отразился от стен голос Роберта Бардона, — несмотря на то, что подсудимый покушался на мою жизнь. Однако, вместо того чтобы подвергнуть его суровому наказанию, я объявляю о его помиловании. Уважаемые коллеги, благодарю вас за единодушное и справедливое решение, однако в мире магии справедливость должна исходить не только из законов, но и из мудрости. Я пришел к выводу, что в тот злосчастный момент мистер Поттер находился не в себе, и даю ему шанс продолжить обучение — с новым пониманием ответственности и надеждой на будущее. Мистер Поттер, я уверен, что все ваши дальнейшие усилия будут направлены на созидание. Спасибо всем за внимание.       Ну конечно, разве мог Волан-де-Морт отпустить Поттера просто так, не устроив из этого целое представление?!       Присутствующие поддержали министра аплодисментами. Под вспышками фотокамер цепи на запястьях Гарри упали, давая ему свободу. Теперь заголовки всех газет расскажут о том, как милосердный министр пожалел юного волшебника. К Гарри подбежала Гермиона и сжала его в объятиях. Я перевела взгляд на профессора Снейпа и заметила, как он спрятал книгу себе под мантию и, не задерживаясь, устремился к выходу вместе с другими волшебниками. Зал заседаний стал стремительно пустеть.       — Теперь я знаю, к кому бежать за заступничеством в случае немилости, — хмыкнул Барти. — Ты идёшь? — спросил он, поднимаясь.       — Нет, я хочу поговорить с милордом.       — Подожду тебя в коридоре, Аннабель. — И, насвистывая что-то себе под нос, Крауч скрылся за массивными дверями.       Проходя мимо меня, Гермиона поджала губы, когда наши взгляды пересеклись. Гарри даже не посмотрел в мою сторону, только Сириус кивнул мне с благодарной улыбкой. Видимо, моими самыми верными друзьями так и останутся лишь Драко и Тео.       — Я хочу поговорить со своей невестой, Амелия. Обсудим дела позже, — донесся до меня голос Волан-де-Морта.       — Господин министр, я пока подготовлю отчёт, о котором вы просили, — ответила Боунс.       Проводив взглядом последнюю волшебницу, покинувшую помещение, мы с Волан-де-Мортом остались только вдвоём в опустевшем зале.       — Спасибо, милорд, что отпустили Поттера, — произнесла я, вставая, когда мужчина приблизился ко мне.       — Если мальчишка не одумается, то я увижу, как померкнет свет в его глазах, — пообещал Волан-де-Морт.       — Справедливо, — кивнула я, с трудом веря в собственные слова.       Тёмный Лорд протянул руку к моему лицу, и его пальцы скользнули по щеке, лаская её. Затем он придвинулся еще ближе, склоняясь ко мне. Я почувствовала жжение, когда его язык коснулся ранки на моей губе, слизывая выступившую каплю крови.       — Больно, — прошептала я, отстраняясь.       — Хочешь, я поцелую там, где не будет больно?— как-то хрипло спросил Волан-де-Морт.       — Хочу, — ответила я, заглядывая в красивое лицо мужчины.       От этого слова его глаза потемнели, а взгляд сделался таким тяжёлым и обещающим... но, к моему удивлению, никаких поцелуев в щёку не последовало и я разочарованно вздохнула. Губы Волан-де-Морта тронула едва заметная улыбка.       — Аннабель, сегодня вечером в Министерстве будет бал в честь моих недавних достижений. Я хочу, чтобы ты там присутствовала.       — А вы потанцуете со мной? — я склонила голову набок.       — Разве я могу отказать своей невесте? — насмешливо ответил Волан-де-Морт.       — Тогда я отправляюсь за платьем, — ответила я, не скрывая радостную улыбку.       Вот так просто, в один момент, из настроения «хуже быть не может» я перенеслась в «это будет самый лучший вечер в моей жизни».       Ага, я даже не представляла, насколько…                     Англия, Косая Аллея              В лавке «Твилфитт и Таттинг» сегодня было на удивление многолюдно. Едва войдя внутрь, я услышала разговор волшебниц в примерочной:       — …подозреваю, что совсем скоро министр объявит и о дне свадьбы.       — Думаешь, он решил связать себя узами брака, потому что девчонка в положении?       Ого! Я и не знала, что о нас с Волан-де-Мортом ходят подобные слухи...       — Она однокурсница моей дочери, — вставила свое слово третья дама.       — Еще и школьница?! Просто немыслимо!       Выскочить из магазина мне не позволила гордость.       — Рада снова видеть вас у себя, мисс Гонт! — сказала хозяйка лавки, приближаясь ко мне. — По какому случаю нужен наряд?       — Для бала, — ответила я с натянутой улыбкой.       — Замечательно, мисс Гонт. Пойдемте, я покажу вам новую коллекцию платьев. Уверена, одно из них вам приглянется.       Я прошла вдоль ряда парящих вешалок, перебирая шелковистые ткани.       — Это она, — раздался шёпот за моей спиной.       — И что он в ней нашёл?!       — Она выглядит совершенно обычной.       Забавно, что сплетницы даже не пытались быть вежливыми и соблюсти хоть какие-то приличия.       — Она выглядит как будущая жена министра, — раздался ехидный голос Барти Крауча, который развалился в кресле, ожидая, когда я выберу наряд. — А вам, дамы, следовало бы помнить, что зависть отнимает красоту. Впрочем, у вас её никогда и не было.       Волшебницы, оскорбленно поджав губы, уставились на Крауча.       Пора выметаться отсюда.       — Миссис Таттинг, пожалуй, я возьму это, — сдёрнула я с плечиков первое попавшееся симпатичное платье. И, забрав покупку, поспешила на выход.       — Барти, ты можешь вести себя прилично?! — прошипела я, когда мы покинули магазин.       — Я так не умею, — хохотнул Крауч. — Куда отправимся дальше, Аннабель?       — За луноскопом.       До начала занятий оставалось меньше месяца. Нужно было успеть подготовить дипломную работу.                     Дорсет, особняк Гонт Мэнор              Чёрное длинное платье на тонких бретелях идеально село по фигуре, несмотря на то, что я купила его без примерки. Заживляющие чары не оставили на губе ни следа. Уложив волосы в строгую причёску, я уже несколько минут, чертыхаясь, пыталась застегнуть подаренное Лордом колье.       Мне на выручку пришел Волан-де-Морт, который так вовремя оказался у меня за спиной. Я наблюдала в отражении, как его ловкие пальцы легко справляются с застежкой. Мужчина уткнулся мне в шею и сделал глубокий вдох; его дыхание опалило кожу, вызывая приятные мурашки, а затем губы коснулись моего обнажённого плеча.       — Милорд, мы долго пробудем там? — нарушив напряжённую тишину, спросила я.       — Нет. Это обычная формальность, Аннабель. После Министерства мы отправимся на прием к Малфоям; там уже будут только свои.       Увидев облегчение в моих глазах, Волан-де-Морт искривил губы в суховатой улыбке.       Когда мы с Лордом покидали особняк, я надеялась, что в Министерстве меня не ждёт такой же приём, как днём в лавке у миссис Таттинг.                     Лондон, Министерство магии              Большой зал для приёмов располагался на втором уровне Министерства. Едва мы переступили порог, как нас оглушили голоса и смех волшебников. Со всех сторон зазвучали аплодисменты, а потом заиграла красивая мелодия: нам предстояло первыми открыть бал. Волан-де-Морт подхватил меня за талию и закружил в музыке вальса.       — Милорд, я и не думала, что вы умеете превосходно танцевать, — глядя мужчине в глаза, прошептала я.       — Я много чего превосходно делаю, Аннабель, — насмешливо ответил Волан-де-Морт.       — И научите меня?       — Непременно, — он как-то по-особенному снисходительно улыбнулся.       К нам стали присоединяться и другие вальсирующие пары, и я перестала смущаться от столь пристального внимания.       — Не скучай, Аннабель, — сказал Волан-де-Морт, когда танец закончился.       Кивнув ему, я подошла к столу с напитками, взяла бокал с шампанским и сделала глоток. Отыскав Тёмного Лорда взглядом, я увидела его в компании Руфуса Скримджера и похожей на жабу Долорес Амбридж. Попивая игристый напиток, я то и дело ловила на себе завистливые взгляды волшебниц. Они не пытались заговорить со мной, но разглядывали меня и перешептывались между собой. От этого я чувствовала себя неуютно. Не зная, куда себя деть, я допила шампанское и взяла второй бокал. Мне показалось, что прошла вечность, прежде чем Волан-де-Морт заметил мой затравленный взгляд и приблизился ко мне. А затем мы покинули Министерство.                     Уилтшир, особняк Малфой Мэнор              Этим вечером у Малфоев собрались самые верные последователи Тёмного Лорда. Большая часть присутствующих волшебников была мне знакома. И когда среди них я заметила державшегося в стороне Северуса Снейпа, то сразу направилась к нему:       — Здравствуйте, профессор.       — Мисс Гонт. Никогда не думал, что скажу это, но… я рад вас видеть.       — И чем же я это заслужила?       — С недавних пор, мисс Гонт, я обязан вам жизнью. К тому же вы спасли этого никчемного мальчишку Поттера, — последние слова профессор произнес так, словно выплюнул. — Теперь вы можете обратиться ко мне в любой момент с любой просьбой и я постараюсь сделать всё, что в моих силах.       — Спасибо, профессор, — поражённо ответила я. Не думала, что когда-нибудь услышу от него нечто подобное.       — Пока еще не за что, мисс Гонт, — усмехнулся Снейп.       — На судебном заседании я заметила, что тот учебник вы унесли с собой. Знаете, кому он раньше принадлежал?       — Разумеется, знаю. Мне.       — Что?!       — Вы прекрасно всё слышали, мисс Гонт. Моя мать носила фамилию Принц, пока не вышла замуж за магла. И нет ничего удивительного в том, что я называл себя Принцем-Полукровкой.       Ну и дела!       — Аннабель, — окликнул меня Теодор Нотт.       — Благодарю за откровенность, профессор, — сказала я на прощание и пошла навстречу своему другу.       — Привет, Тео!       — Потрясающе выглядишь, Аннабель. Не будь я влюблён, запал бы на тебя, — присвистнул Нотт. — Как твои дела? — осторожно поинтересовался он. — Ты так неожиданно стала невестой господина…       — Всё в порядке, Тео. Я только сейчас начинаю осознавать, что это было неизбежно, — честно ответила я. — А у тебя как с Грейнджер? Мне кажется, она верит словам Гарри, что министр не тот, кем кажется.       — После того как утром Поттера отпустили из-под стражи, все её сомнения развеялись. А на то, во что верит сам Поттер, можно не обращать внимания. Он ничего не сможет сделать, — философски рассудил Нотт.       — Пару дней назад Гермиона смотрела на меня, как на врага, — призналась я.       — Вам нужно встретиться и поговорить. Может, завтра у меня? — предложил Тео.       — Давай, — согласилась я.       Вскоре к нам подошли Драко и Блейз Забини. В зале я заметила Крэбба и Гойла, которые стояли возле одного из столов и налегали на закуски. Видимо, Пожиратели Смерти решили приобщить своих совершеннолетних детей к служению Тёмному Лорду.       — Аннабель, ты разбила мне сердце своей помолвкой! — театрально воскликнул Забини. — Подари мне хотя бы танец.       — Хватит придуриваться, Блейз. Пошли уже, — не стала отказываться я.       Когда мы кружились в танце, я поймала на себе взгляд Волан-де-Морта. Мой жених смотрел на нас совсем не по-доброму.       «Да что опять могло пойти не так?!»       Чуть позже, когда мы пили шампанское в компании друзей, Драко Малфой, понизив голос, поделился секретом:       — Я собираюсь сделать предложение Паркинсон.       — Это здорово, Драко, — искренне сказала я.       Нотт и Забини принялись поздравлять его, а затем ребята как-то резко замолчали, посмотрев мне за плечо. Я оглянулась: позади меня стоял Волан-де-Морт. Подхватив меня под локоть, мужчина спешно направился к выходу из зала.       — Аннабель, я смотрю, ты отлично проводишь время, не так ли? — обманчиво мягко спросил он.       — Да, — ответила я, не понимая, к чему он клонит. — Мы уже уходим?       — Ещё нет, — он повел меня в сторону зала, где проходили собрания Пожирателей Смерти.       — Вы сегодня такой красивый и величественный… Ни один мужчина не способен затмить вас, — ляпнула я.       — Ты напилась, Аннабель, — смерил меня взглядом Волан-де-Морт.       — Ничего подобного! — возразила я. И хихикнула. Шампанское кружило голову и расслабляло не хуже успокоительного зелья, поднимая настроение.       Стоило нам войти в зал, как двери за нами бесшумно закрылись, и мне стало не до смеха: Волан-де-Морт прижал меня к стене и накрыл мои губы собственническим, жгучим и требовательным поцелуем.       — Я весь вечер думал только об этом, — хрипло сказал он, разрывая поцелуй.       — А если кто-нибудь зайдёт?— прошептала я.       — Не посмеют, — ответил Волан-де-Морт, подхватывая меня под ягодицы.       Чтобы не упасть, я обвила его шею руками и скрестила ноги у него за спиной. За считанные секунды мужчина со мной на руках пересек зал и усадил меня на стол переговоров. Кажется, он всё-таки был прав: я напилась и в этот момент чувствовала желание, а не смущение. Всё казалось мне таким правильным. Волан-де-Морт прошёлся языком по моим губам, а его руки опустили бретели платья и стянули лиф, обнажая грудь. Я тихо всхлипнула, когда мужские ладони коснулись моей груди, а потом скользнули ниже.       — Хочу поцеловать тебя тут, — Волан-де-Морт провёл пальцами между моих бедер. Я почувствовала, как мои трусики расползлись, и мужчина бросил их на пол. Кажется, у него вошло в привычку портить мою одежду.       — Ты же хочешь этого, Аннабель? — нежно погладив складочки, спросил Волан-де-Морт.       — Да…       Его глаза потемнели. Отстранившись от меня, он скинул мантию, медленно закатал манжеты чёрной рубашки и опустился в кресло. Я сидела перед ним с голой грудью и задранным по пояс платьем, но совершенно не чувствовала стыда.       Пора завязывать с этим шампанским…       — Придвинься ближе, Аннабель, — донесся до меня голос Тёмного Лорда.       Я неловко заскользила по гладкой поверхности, подбираясь к краю стола. Мужчина положил одну мою ногу себе на плечо, а вторую отвёл в сторону, после чего наклонился. Я не могла поверить, что он сделает это, и, затаив дыхание, наблюдала за тем, как Лорд прикасается губами к бедру, опускаясь всё ниже, ниже... Невероятно! Я вздрогнула, почувствовав нежной кожей его горячий выдох.       Неужели сейчас это произойдет?!..       В следующий миг Волан-де-Морт притянул меня к своему лицу. Прикосновения его губ были обжигающими, но при этом такими сладкими. Я вскрикнула от удовольствия и восторга, когда его язык коснулся напряженного бугорка… С каждым его движением я становилась всё податливее, всё несдержаннее, и наконец, запрокинув голову в экстазе и выгнувшись, громко простонала его имя. Это было лучшим, что сегодня могло случиться со мной.       — Твои стоны распаляют меня, Аннабель, — донёсся до меня шёпот Волан-де-Морта, и я почувствовала, как его палец, надавив на влажную горячую плоть, проникает внутрь. — Я могу кончить, просто лаская тебя пальцами. Ты такая узкая... разве можно быть такой тесной?       — Вам нравится? — спросила я, едва узнавая собственный голос.       — О да… Настолько, что я готов прямо сейчас оказаться в тебе, — ответил он, продолжая ласкать меня.       Его палец нежно скользил внутри, давая понять, как именно он хотел бы сделать это по-настоящему, и приучая к этому невероятному чувству наполненности. А потом его язык вновь вернулся к моей плоти — Волан-де-Морт вытворял им такое, что у меня перед глазами взрывались звезды. Тёмный Лорд становился всё более жадным, и я тихо стонала, устремляясь ему навстречу и еще теснее прижимаясь к его губам.       — Волан-де-Морт… — шептала я его имя, словно умоляя, чтобы он наконец дал мне вновь потеряться во времени и пространстве.       Его язык надавил чуть сильнее — и я закусила губы до крови, чтобы сдержать восторженный крик. Мне совсем не хотелось, чтобы у такого момента были свидетели.       Избавившись от напряжения, моё тело обмякло. Волан-де-Морт поднялся, наклонился ко мне и поцеловал, слизывая кровь с моих губ, словно утешая.       — Ты просто прелесть, Аннабель… лучшее, к чему я прикасался.       Несмотря на неугасшее возбуждение, Волан-де-Морт выглядел так, будто полностью удовлетворен. О да, ведь он приучил меня к своим нескромным касаниям и ласкам, заставляя желать их ещё больше. Его взгляд словно говорил: «Видишь, как это прекрасно, Аннабель? А ведь я могу дать тебе намного больше».       — Два года назад вы отвергли меня, — прошептала я. — И теперь я боюсь, что ваша нежность окажется просто сном.       — Да, я сурово обошелся с тобой, — согласился Волан-де-Морт. — Но у меня были на то причины. Моя злость стала эхом твоих поступков, ведь ты с самого детства действуешь наперекор и защищаешь моих врагов. Разве не так, Аннабель?       Мне нечего было возразить ему на это. Волан-де-Морт прав. Сначала я выпросила жизнь Гермионы, а потом и Гарри. Разве так я должна вести себя по отношению к его врагам?       — Но я не могу долго злиться на тебя, — смягчился Волан-де-Морт. — Особенно когда понимаю, что ты принадлежишь мне. — Его руки заскользили по моему телу. — И это всё моё…       — Можно мы сейчас отправимся домой? — спросила я, уткнувшись лбом ему в шею. Мне казалось, появись я сейчас среди гостей — и все непременно догадаются, чем мы с Волан-де-Мортом здесь занимались.       — Так быстро устала? — губы Лорда искривила улыбка.       — Да, — честно ответила я.       Соскользнув со стола, я поправила измятое платье. Волан-де-Морт накинул мне на плечи свою мантию, и я на ватных ногах последовала за ним, молясь про себя, чтобы мы ни на кого не наткнулись. Но этому не суждено было случиться: в коридоре нас поджидала мадам Лестрейндж.       Чтоб её…       — Уже покидаете нас, господин? — елейно спросила она.       Я старалась не смотреть на неё, спрятавшись за спину Лорда.       — Как видишь, Белла. Но тебе не впору скучать, находясь в компании единомышленников, не так ли? — раздался холодный голос Волан-де-Морта.       — Да, Повелитель, — покорно ответила она.       Покинув особняк, мы перенеслись домой.                     Дорсет, особняк Гонт Мэнор              У калитки перед домом Волан-де-Морт забрал свою мантию и тут же трансгрессировал, оставив меня одну. Обиженно поджав губы, я поплелась к двери, отгоняя от себя мрачные мысли о том, в чьей компании он решил провести эту ночь. Ревность поедала меня изнутри, и я чувствовала себя так, словно меня окатили ледяной водой.       Гораздо позже, после того как я приняла ванну, в приоткрытое окно спальни влетел чёрный ворон. Птица разжала когти, и коробка из его лап упала на кровать. Каркнув на прощание, ворон вылетел из комнаты. Призвав палочку, я провела ею над коробкой, проверяя на проклятие, и, убедившись, что мне ничто не угрожает, развязала ленту и подняла крышку. Внутри был букет ромашек, но на этот раз к цветам прилагалась записка:              «До скорой встречи, мисс Гонт. А. К.»              На этот раз я сама испепелила ромашки, представляя на их месте Александра Крылова.       Чтоб его... провидец-хрен-отвяжешься!       Как назло, я так и не нашла подходящего момента, чтобы поведать о нём Волан-де-Морту. «Завтра. Я сделаю это завтра», — пообещала я себе.