Ангел-хранитель, или "Omnia vincit amor” (Часть 2)

- Селена... – чёрная кошечка смотрела на серп Луны, блестевший, словно серебряная прорезь на тёмно-синем бархате стола. Её золотые глаза были наполнены печалью и тоской. Безграничной тоской. Спустя час, когда месяц зашёл за горизонт, кошка устало спустилась с крыши и запрыгнула в комнату, приземлившись на кровать, которая была застелена розовым одеялом. На подушке лежала небольшая розовая ленточка, которая пахла каркаде. Кошка легла на подушку, зарывшись носом в ленточку. В её глазах вновь блеснули слёзы. Она зажмурилась и перевернулась на спину, засопев во сне. Как раз в этот момент сквозь занавески показался луч рассвета. Он блеснул на полумесяце кошечки. Тут же её тело засветилось и стало трансформироваться... ...Она открыла глаза и потянулась, выгнув спинку и внезапно упав на пол. Удивившись, она встала на лапы и поняла, что комната странно уменьшилась, при этом пол стал ниже. Или же это она сама... Когда она неслась вниз по пустому дому, то в отражении промелькнула красивая девушка с длинными иссиня-черными вьющимися волосами. Её объёмная жёлтая юбка была на две с половиной ладони выше колена, с огромными вырезами, которые были стянуты шнуровками, и украшением в виде чёрных тканевых розеток. В два оданго на голове запуталась та самая розовенькая ленточка. На шее качался золотой полумесяц, точная копия того, что блестел на лбу. Она подбежала к телефону и поймала выпавшую из дрожащих рук трубку. Потом не слушающимися пальцами набрала номер. Когда с той стороны щёлкнул тумблер, она уже набрала полную груд воздуха, но послышался юношеский голос, который сбил её дыхание: - Да-да? Квартира Айно, я Вас слушаю... Говорите же! - Арте... мис... – дрожащим голосом проговорила девушка. В трубке послышалось озабоченное ворчание. - Луна?! Что случилось? Почему ты звонишь?! - Артемис... Моё проклятье спало. А, значит, и твоё тоже ско... – в динамике послышался грохот и чьи-то хриплые вздохи. Затем тяжёлое дыхание. - Артемис?.. – осторожно переспросила Луна. - Ага, - в трубке послышался приятный и шёлковый баритон. Девушка запнулась. – Проклятье и с меня ушло. Девушка медленно сползла по стенке вниз, не отпуская трубки. Сердце учащённо билось, а ярко-синие глаза смотрели в никуда. Нижняя губа чуть дёргалась. - Сколько веков... Мы жили... в образах своих вторых “я”... Я уже давно не была самой собой... – шептала Луна, улыбаясь. - Луна... Я хочу... увидеть тебя... – вдруг произнёс Артемис. Девушка замерла. Она кивнула, забыв, что говорит по телефону. Глаза блестели от счастья обретённой свободы. - Эм... Луна?.. - А? Да, я согласна. - Отлично! Тогда через час у часов с Ключом. Жду. Надеюсь, узнаю, - тумблер щёлкнул на другом конце. Девушка слушала короткие гудки с полминуты. А затем сорвалась и помчалась вверх, в комнату Усаги. Она рывком открыла шкаф и стала в нём рыться, примеряя вещи девушки. Что-то было велико в бёдрах, а что-то – мало в груди. Все джинсы не подходили по длине и фасону, из-за чего девушка нервничала. Наконец она наткнулась на одну вещь, из-за которой у Луны загорелись глаза. И, о счастье, она подошла! - Да!.. – девушка помчалась в душ, мыть волосы. Стоя под горячими струями воды, девушка любовалась своим телом. Длинные ноги и соблазнительные изгибы, от которых все модели мира подавились бы слюной и завистью. Шикарные волосы, которые блестели ночным блеском. И очаровательное кукольное личико. Когда Луны вышла и посмотрела на часы, она тихо взвизгнула. До встречи оставалось двенадцать минут! Она мгновенно вытерлась, наскоро высушила волосы, нырнула в одежду и, наколдовав туфли на небольшом каблучке, выбежала из дома через окно, закрыв его за собой на замок. Она шла по улице, ловя взгляды мимо проходящих людей. Влажные и прямые волосы развевались за спиной, теряя капли воды. Золотая туника и белые бриджи подчёркивали её тело, а босоножки стучали по мостовой. Она бежала к парку, в центре которого стояли часы с Ключом, у которого были крылья. Он как бы стремился завести часы, но тем же самым временем взлетал, тянув за собой брелок в виде сердца. У часов обычно назначали свидания все, кому не лень. Да и сама Луна в образе кошки часто приходила сюда любоваться рассветом и закатом, вздыхая о тех временах, когда она жила в другом времени... И вот сейчас под ними стояли несколько молодых людей. Один постоянно болтал по телефону, что-то доказывая собеседнику. Ещё один, с куцым букетиком из гвоздик, часто смотрел на часы, словно опаздывая. Но взгляды девушек больше всего приманивали два человека. Один высокий и мускулистый, с подарочным пакетом и блондинистыми волосами невозмутимо стоял у скамейки, постукивая мыском об асфальт. Он был одет в рубашку и строгие штаны со стрелками. Его миндалевидные глаза строго осматривали всё вокруг. Второй был полной ему противоположностью. Он облокотился спиной об стойку часов, сложив руки на груди. Волосы были спрятаны под шляпой “а-ля гангстер”, надвинутой на глаза. Он был одет в белоснежную рубашку и чёрную жилетку без рукавов, из кармана которой блестела цепочка карманного хронометра. Его чёрные штаны чуть расширялись от голени, но не заметно, прикрывая шнуровку белоснежных туфель. В его руках был букет из белых и золотых роз. Луна в нерешительности остановилась, смотря на время. До назначенной встречи оставалось ещё три минуты, но она нигде не видела Артемиса. Тогда она решила сесть на скамейку напротив часов, чтобы хорошо их видеть. «Наверное, он опаздывает... Мало ли, какие у него дела!» - размышляла девушка, теребя свои закручивающиеся волосы. – «Может, он не может найти подходящей одежды, ведь в доме Минако нет ничего мужского, насколько я помню. Ну, а ещё, он просто мог забыть, – такое с ним часто бывает!» Луна счастливо и громко засмеялась, привлекая внимание молодых людей. Затем она стёрла слёзы и тихо стала успокаиваться, всё ещё хихикая. Она отвернулась от часов, пытаясь подавить хохот. Тут минутная стрелка с щелчком стала на цифру десять, и она заиграли мелодию. Все остановились и посмотрели на них. Была такая легенда: кто загадает желание на предпоследнюю ноту, то оно сбудется. Луна тут же успокоилась, смотря на горизонт. Но тут позади себя она услышала шаги, и нос защекотал запах роз. Она подняла голову и увидела букет. Белые и золотые цветы. Девушка подняла взгляд выше и застыла, покраснев. Из-под полов шляпы глядели ярко-зелёные глаза, озорно сиявшие. Серебристые волосы свисали с плеч, почти касаясь ног девушки. На шеи блеснул кулон с греческой надписью «Σελήνη». Девушка тут же прочитала надпись: - Артемис... – юноша улыбнулся. - Давно не виделись, Луна... – он взял её за подбородок и наклонился вперёд, коснувшись её губ своими. Сзади послышались разочарованные и раздражённые вздохи свежеприобретенных поклонниц юноши и поклонников девушки. А Луна только ошеломлённо моргнула и посмотрела на его прикрытые глаза Артемиса, который потом чуть отстранился и облизнул губы, заставив Луну покраснеть. - А ты не изменилась, моя принцесса... Всё такая же недотрога. Ну, Луна, что ты скажешь?.. Девушка захлопала ресницами, а затем подскочила и прыгнула в объятия юноши, который тут же закружил её вокруг своей оси. - Артемис! – завизжала она, смеясь от счастья. * * * Они шли по алее, разговаривая и вспоминая прошлое. Луна время от времени скрывала лицо в букете, чуть опустив веки. Артемис краем глаза наблюдал за ней и восхищался. Вечная улыбка, не сползающая с её аккуратненьких губок, яркий блеск светло-синих глаз и голос, звенящий в воздухе вокруг, сводя с ума... Неожиданно он остановился и, схватив Луну за запястье, пошёл в сторону. - Что случилось?! – спросила девушка. Юноша улыбнулся через плечо. - Отведу тебя в одно интересное место!.. Когда они остановились, девушка отдышалась и прочитала вывеску над дверями из стекла и бронзы: - «Кафе “Звёздный Дождь”»! Это же самое известное кафе, где выступают самые известные и популярные певцы и группы! – её глаза ещё больше засияли. Артемис улыбнулся и открыл перед ней дверь, склоняясь в полушутливом поклоне. Луна прошла внутрь и остановилась, восхищённо рассматривая всё вокруг. Стены, обитые красным деревом. Столы из каштана, застеленные шёлковыми скатертями. Яркие неоновые светильники делали помещение таинственным. Перед сценой был танцпол для молодёжи, где она отрывалась. На лицах мелькали лучи прожекторов и лазерных установок. Артемис наклонился к голове Луны и проговори ей на ушко: - Нравится?.. – девушка закивала. Тогда он осторожно взял её голову, чуть повернул и указал на сцену. – Посмотри тогда туда! Глаза Луны расширились. Она замерла, смотря на сцену. Там настраивали инструменты четыре парня. Один сел за барабаны, чуть ударяя по ним. Второй стал за синтезатор. Третий и четвёртый взяли по гитаре и стали наигрывать ноты. Они вдруг о чём-то заспорили. Первый резко и громко заиграл, а второй вдруг покачал головой и тихо ответил. Первый снова повтори аккорды, но второй опять повторил своё. Тогда они кивнули и заиграли вместе. Барабанщик и парень за синтезатором тоже вступили. Из тени вышла девушка с короткими волосами, одетая в стиле готик-лолиты. На ней было пышное короткое платье и высокие сапоги. Она взяла микрофон и поднесла его к губам, запев: - Проходят времена, тихо плывёт над нами зимнее небо... В картине за стеклом, меняется всё: и быль, и небыль... Твоё смущенье, Твои печали, - Мой голос их уносит вдаль. Аах, мираж в конце я вижу одиночества. Луна сияющим пятном маячит за спиной. Аах, и легкую могу увидеть тень окна... Когда приду туда, где кончится... путь мой. Парни снова заспорили, играя. Но их тут же остановил барабанщик, резко ударив по тарелкам. Они заиграли тише, а девушка вновь взяла соло: - И я едва ли жду, чем кончится история странная эта. Свидетельство греха из твоих рук теперь уже рядом где-то... И сожаленье, И безнадёжность, - Мой голос их уносит вдаль. Аах, мираж в конце я вижу одиночества, И синяя луна опять маячит за спиной... Аах, и сном свои лишь ты, луна, поделишься со мной, Когда замкнется в бесконечный круг... путь мой! Парень с короткой стрижкой и непослушными волосами вышел вперёд, заиграв. Второй тут же повторил его аккорды. Девушка дотронулась микрофоном до губ, шепча электронными нотами: - И форму потеряв, всё исчезает здесь! Отбрось всё лишнее, просто уходи. И даже эта песня исчезает вдруг, Как прах по ветру и её не спасти. Здесь или там, теперь уже не важно, где, - Воспоминанья брось, просто уходи! Ведь эта песня, так же, как и всё вокруг, Кричит о несправедливости мира! Наконец гитаристы заиграли вместе, не споря. Девушка отвернулась от микрофона, кивая в такт и стуча каблуком. Все участники группы играли слаженно и чётко. Всё было просто завораживающе. Девушка резко повернулась и наклонила штатив вперёд, вновь начиная петь. Её голос маняще лился по залу: - И сожаленье, И безнадёжность, - Мой голос их уносит вдаль... И Твоё смущенье, Твои печали, - Мой голос их уносит вдаль Аах, мираж в конце я вижу одиночества, Луна сияющим пятном маячит за спиной. Аах, и легкую могу увидеть тень окна, - Когда приду туда, где кончится, где всё закончится… Аах, мираж в конце я вижу одиночества! И синяя луна маячит за спиной опять. Аах, и сном своим лишь ты, луна, поделишься со мной, - Когда смогу я цепи разорвать, Повторов цепи разорвать!* Когда затихла последняя нота, всё взорвалось аплодисментами. Лишь Луна не хлопала в ладоши. Она увидела, что на лбу вокалистки блестит полумесяц. Когда она выпила воды и повернулась к залу, она улыбнулась, смотря в глаза прямо девушке. На её лбу блеснул полумесяц. Золотой полумесяц. - Спасибо всем! Мы продолжим буквально через минуту! – произнёс первый гитарист, махая залу под оглушительные овации. Луна поражённо посмотрела на всех участников группы. - Сейя... Таики... Ятен... – она невольно покраснела, чем заставила Артемиса чуть вспыхнуть от гнева. – Усаги и... Мамору?.. Он что, тоже играет?! - А ты не знала? У них в Золотом Тысячелетии была даже своя группа с Лордами! Только я её названия не помню... - А сейчас с нами споёт начинающая певица, которая по совместительству ещё моя сестра и девушка одного и участников группы: Серена! На сцену выбежала девушка, которая заставила Луну закашляться. Она выглядела в точности, как Усаги, но только в серебряной вариации. На ней была коротенькая юбочка, кофточка и гетры от середины бёдер. Низкие хвостики развевались, как ленты. А на лбу был серебряный полумесяц. Она улыбнулась публике и подошла к микрофону. Так же, как и Усаги. - Так же я попрошу выйти на сцену нашего ещё одного солиста! Артемис, прошу! Мы ждём тебя! И сейчас мы исполним песню его сочинения! Это будет первый её выход в свет! Артемис отвёл и усади Луну за столик, откуда хорошо было видно сцену. Затем поцеловал её ладошку и побежал вперёд, вскочив на сцену. Он забрал протянутую Мамору гитару и быстро настроил её. Три Звезды стали за инструменты и... застыли. Артемис выдохнул и заиграл тихую и немного грустную мелодию. Усаги медленно подошла к микрофону и запела золотыми колокольчиками, которые отозвались в душе Луны: - Кошка гуляет сама по себе, У кошки нет братьев и нет друзей. Сидя на водосточной трубе, Кошка слышит собачий вой. С другой стороны медленно приблизилась Серена, начиная петь в той же тональности, как и сестра. Такое ощущение, что время застыло, пока они пели припев: - У кошки девять жизней. Природа жестока... Она согласна и на одну, Лишь бы не было так одиноко... У кошки девять жизней. Легенды правдивы... Но кто бы мог все девять Сделать счастливыми?! Усаги склонила голову вниз, а Серена продолжила песню, смотря на Сейю влюблёнными глазами: - Луне хорошо, у неё – Земля, Ракеты вокруг как осиный рой... А кошка просто хочет домой, А дома нет... Усаги снова запела чуть дрожащим голосом. Теперь они пели по строчке, будто разговаривая: - И надо б напиться, да денег нет... И надо б встряхнуться, но кошка спит... Под небом, покрашенным в черный цвет, Под черным небом... – эхом откликнулась Серена. И тут Артемис вышел к ним, опустив голову, но пальцы всё так же быстро и ловко перебирали струны... ...Он спрыгнул со сцены, идя по направлению к Луне... Струны звенели по мановению его пальцев, выпуская на волю все те чувства, которые Артемис не мог выразить словами. Луна встала со стула и пошла к нему, смотря в изумрудные глаза... - У кошки девять жизней. Природа жестока... Она согласна и на одну, Лишь бы не было так одиноко... У кошки девять жизней. Легенды правдивы... Но кто бы мог все девять Сделать счастливыми?! Артемис отдал гитару по дороге обратно Мамору. Тот мгновенно начал на ней играть, а юноша подошёл к девушке и, осторожно взяв её за талию, закружил в вальсе. Она поражённо смотрела на его грустные глаза, как когда-то давно... в прошлой жизни... - У кошки девять жизней. Природа жестока... Она согласна и на одну, Лишь бы не было так одиноко... У кошки девять жизней. Легенды правдивы... Но кто бы мог все девять Сделать счастливыми?!* - Я... – выдохнула девушка. Все зааплодировали вновь, смотря на них. Луна покраснела до кончиков ушей. Она сжала жилетку парня, уткнувшись в его грудь. - Уйдём отсюда... Надо поговорить. Наедине. Артемис кивнул и подхватил девушку на руки. Все ахнули. - Простите, но я украду этот бриллиант. У вас их тут и так много. До встреч! Он выбежал через дверь и, чуть спружинив на ногах, вспрыгнул вверх, побежав по крышам. Шляпа улетела, если бы Луна не сняла её с юноши. Тут же из-под неё показалась пара белых кошачьих ушек, которые были навострены до максимума. За спиной парня в неяркой вспышке появился белоснежный хвост, под стать волосам цвета свежевыпавшего снега. А в кафе, на столике, так и остался лежать букет из золотых и белых роз, которые навевали ощущение чего-то хрупкого... Усаги взяла их и вдохнула аромат, чуть опустив ресницы. Затем Серена взбежала на сцену и, взяв микрофон, запела: - Теперь больше некуда идти... Эти чувства мне не вынести... Ааа... – красиво закричала она в микрофон, отступая назад. Три Звезды заиграли что-то типа рока, а девушка теперь пела шёпотом: - Любовь – война... не плачу я... не плачу я... люблю тебя...* _____________________________________________ * Emnily - Конец одиночества/Kagamine Rin - End Of Solitude * Emnily - Кошка * Emnily - Любовь - это война/Hatsune Miku – Love is war