Один чёрный, другой рыжий, два прекрасных принца

Белоснеж по прозвищу Мелкомилый, принц Объединённого Южногерманского королевства, был возлюбленным сыном своих венценосных родителей и единственным наследником престола, пока отец его, добродушный король, не овдовел и с горя не женился повторно. За время траура и помолвки отца к совсем ещё маленькому мальчику Белоснежу несколько раз пытался залезть туда, где по закону и с точки зрения здравого смысла магия действует только с шестнадцатилетнего возраста, коварный дядя. Белоснеж не был уверен, что магия когда-нибудь понадобится ему именно в том месте, зато он сильно подозревал, что ребёнку, коим он и являлся, рановато обстоятельно думать о таких вещах. Поэтому принц вознамерился сломать родному брату отца по пятнадцать суставов на каждой кисти руки, что тот протянул к племяннику, однако их оказалось четырнадцать, и сломать пришлось чуть меньше. Белоснеж всегда отличался целеустремлённостью породистого охотничьего пса. Дядя верещал так, что сбежался весь королевский двор. Чтобы замять грандиозный политический скандал, будущая мачеха посоветовала заточить Белоснежа в высокой башне и приставить к нему дракона-надзирателя из самых огнедышащих. Дядя подал официальное прошение о выдаче малолетнего хулигана органам правосудия соседнего государства, где у «несчастной жертвы насилия» имелись обширные связи. Король плакал, отказывался от еды, грозился сбежать из дворца и стать бродягой, в общем, вёл себя, как обычно, однако никому своего ребёнка отдавать не собирался. Вместо этого король критически оценил внешность Белоснежа, признал, что тот очень похож на покойную мать, и велел сыну выдать себя за чудом спасшуюся из продолжительного плена сестру по имени Белоснежка. Девочку, которая родилась только что и исключительно в голове короля. В темнице для успокоения дяди и будущей королевы заперли другого преступника, настоящего. Личность его засекретили, огнедышащего дракона для антуража задействовали, слухи о том, что Белоснеж утонул в реке, а Белоснежка нашлась — распространили. На свадьбу отца и мачехи Белоснеж явился в восхитительном бальном платье с пышной атласной юбкой лимонного цвета, синим лифом и сине-красными рукавами-фонариками. Наряд подчёркивал белую, сияющую, как снег, кожу принца, его алые пухлые губы и синие глаза с густыми ресницами и выразительными бровями. На так удачно некрупных ступнях Белоснежа уместно смотрелись золочёные туфли, а чёрные, как безлунные зимние ночи, волосы принца украшал красный бархатный бант. — То, что я тут зависаю во всём этом тряпье, ещё не делает меня сучкой! — шепнул Белоснеж отцу, когда полагалось поздравлять короля с бракосочетанием. — Поменьше трепись, подольше проживёшь, — рекомендовал сыну отец, и в глазах его заплескалась тревога. — Что мы будем делать, когда твой голос огрубеет? Логическим продолжением отцовского беспокойства о Белоснеже стала навязчивая идея короля заблаговременно выдать деточку замуж. За кого-нибудь надёжного, кто сохранил бы тайну половой принадлежности лже-принцессы и не упал в обморок от перспективы фиктивного брака с драчливым, грязно матерящимся переодетым юношей. Там было, от чего падать в обморок! Год за годом Белоснеж раздавался в плечах, кокетливо обмахивал веером кадык, тщательно брился, вводил моду на короткие стрижки и накачанные бицепсы среди девушек, попутно отказывая претендентам на свои руку и сердце, пусть даже не всерьёз, а для прикрытия. Принц не спешил покидать отчий замок, прежде всего, по двум причинам: ему не внушала доверия мачеха — на неё рискованно было оставлять покладистого короля, и Белоснежа пугало собственное проснувшееся влечение к некоторым из тех, кто к нему сватался. В платьях он для пользы дела ходить обещал, но на такое — не подписывался! Пока Белоснеж смирялся с тем, что он не только притворялся девушкой, но и начинал хотеть замуж за парня, его мачеха привычно занималась чёрной магией. Потому что принц был прав: это была кошмарная женщина, древняя злая колдунья. Весь её внешний лоск являлся результатом применения пиявочного зелья в сочетании с мощным оборотным заклинанием, что не мешало мачехе Белоснежа кичиться своей красотой и каждый вечер спрашивать у волшебного зеркала в хрустальной оправе «кто на свете всех милее, всех румянее и белее?» Как правило, зеркало отвечало «ты». Но если кто-то вдруг затмевал великолепие королевы, то ненадолго. О таких досадных мелочах, как редкие красавицы, мачеха Белоснежа заботилась по-особенному. Уже на следующий день после того, как девушку показывало беспристрастное зеркало, её никто и нигде не мог отыскать. Однажды на традиционный вопрос королевы зеркало ответило: — Ты прекрасна, спору нет, и всё же дитя твоего супруга — краше. Мачеха захлебнулась от ярости. — Чародействуешь, чародействуешь тут, натираешься ослиной мочой пополам с соплями нетопыря, а какая-то мужеподобная выскочка с шеей, как у кузнеца, одерживает над тобой верх?! — визжащая под конец фразы королева схватилась было за лук со стрелами, но превратить соперницу в рысь и убить её как будто бы, защищая себя, было слишком просто. Поэтому ведьма решила поиздеваться — подобрать Белоснежке самого жуткого, дряхлого и навязчивого монарха в мужья. — С таким спутником жизни любое очарование юности мигом померкнет, — злорадно прошипела мачеха и, увлёкшись своим триумфом, забыла запереть дверь в комнату с волшебным зеркалом. С утра у покоев Белоснежа образовалась толпа в разной степени уродливых потенциальных женихов. Королева пребывала в боевом настроении и вовсю определяла вес каждого престарелого принца на мировой арене, чтобы выбрать достойнейшего. Также мачеха подсчитывала бородавки, отсутствующие зубы, бельма на глазах, кривые ногти и удовлетворённо посмеивалась. Белоснеж не выходил к гостям. Он понимал, что у принца в его положении были обязательства перед отцом и короной. Из-за чего Белоснеж слёзно просил отца объявить, что его дочь на выданье пропала без вести, и позволить юноше стать хоть конюхом, хоть мельником, только бы подальше от унизительного сватовства. Принц клялся королю навещать его тайком и уверял, что справится с жизнью без привилегий. Но кто способен разлучиться с единственным сыном, не попытавшись переиграть судьбу? Уж точно не глава Объединённого Южногерманского королевства, который носил заячью лапку в кошельке и скрупулёзно записывал свои сны с четверга на пятницу! Ради отца Белоснеж сказался больным. Слёг в постель, облачившись в ночную рубашку и чепец, хлебал бульоны, обнимался с грелкой и, что называется, ждал у моря погоды. Пока к вечеру не заскучал и не наткнулся, слоняясь по замку фальшивым привидением, на комнату мачехи, где обнаружил магическое зеркало. Предмет не отличался преданностью хозяйке — болтливое зеркало сходу посвятило принца в планы королевы по его уничтожению. Зря только зеркало не предупредило, во сколько обычно им пользовалась ведьма. Зато похвасталось тем, что могло показать Белоснежу кого угодно. Неискушённый в половом воспитании принц, мгновенно вспотев всем телом, выпалил: — Голых парней, вместе. — Со звуком? — деловито уточнило зеркало. — Со звуком, — зачарованно повторил Белоснеж. Тяжело дышащего, постанывающего и до предела возбуждённого, теперь уже явно пасынка, а не падчерицу невежливо прервала королева. Известие о том, что «всех милее, румянее и белее на свете» был юноша, чуть не побудило королеву запихнуть волшебное зеркало туда, где только что орудовали пальцы Белоснежа. Такого оскорбления злая колдунья снести не могла! Дунув в серебряный свисток, она призвала в комнату вооружённых приспешников, те вынудили Белоснежа одеться в женский наряд, связали принца, заткнули ему рот кляпом, бросили в мешок и отнесли в дремучий лес на растерзание диким зверям. Если бы могущественная колдунья потрудилась изучить хотя бы сотую долю характера Белоснежа, ей было бы известно, что она не приговорила его, а освободила. Принц, долгие годы старавшийся помалкивать при взаимодействии со всеми, кроме отца, развил в себе невероятные навыки общения с птицами и животными. За неимением альтернативы. Ведь король был занятым человеком, да ещё и женатым на ведьме. Оказавшись наедине с лесом, Белоснеж помычал, и из чащи к нему прибежали сурки, барсуки, кролики и ежи, которым ничего не стоило перегрызть путы, что они и сделали. Бурундук угостил принца орехами, филин — съедобными ягодами, лис проводил его до ручья с ключевой водой, а исполинских размеров лось подсадил Белоснежа к себе на спину мягкими рогами и отвёз его в дом семи гномов. Гномы были народцем замкнутым, воинственным, жили семьями в уютных землянках и так любили махать киркой, добывая драгоценные камни, будто лучшего развлечения в природе не существовало. Белоснеж вписался в их быт, как влитой. Принц был низкорослым, сносно готовил (по крайней мере, так казалось тем, кто не был избалован изящными блюдами), работал в шахте, прибирался в доме, читал неграмотным гномам сказки перед сном и, когда насвистывал гимн королевства, со всей округи слетались птицы и подпевали ему. Строптивый нрав Белоснежа помог гномам сразу разглядеть в принце родственную душу. Среди них уже был вспыльчивый грубиян — гном по имени Ворчун. Так что отныне пыхтения, сердитого шевеления бровями и саркастического закатывания глаз в этом доме стало вдвое больше. Поначалу Белоснеж втискивал себя в штаны, рубахи и сапоги самых толстых гномов. Штаны еле прикрывали колени принца, неприлично обтягивали ягодицы и бёдра юноши. Рубахи были узковаты в груди, и чтобы в них можно было активно двигаться, Белоснеж с позволения прежнего владельца, — гнома Чихуна, отрезал им рукава. В сапогах скрючивались пальцы, но торговцы готовым платьем и обувью должны были проехать через лес только в следующем месяце. А пока впору принцу были разве что гномьи остроконечные колпаки. В них Белоснеж был похож на пугало, зато его черноволосую голову не напекало. Женский наряд хранился в платяном шкафу, напоминал принцу о его происхождении и вызывал в нём жгучее желание в одиночку штурмовать королевский замок верхом на олене, чтобы любой ценой вызволить отца из злодейских лап колдуньи. Белоснеж раздумывал над стратегией, отметал вариант за вариантом и иногда, ностальгически вздыхая, повязывал волосы красным бархатным бантом. Однажды, когда ему не надо было спускаться в шахту с гномами, принц полностью оделся в свой наряд Белоснежки и провёл в этом образе весь день. Физический труд, свежий воздух и пребывание вдали от аристократического этикета пошли на пользу красоте юного Белоснежа. Теперь он часто улыбался, являя миру свои ровные и идеальные, как белый жемчуг, зубы, и даже открывал двери дома, когда в них стучались незнакомцы. А потом принца подвела и почти сгубила страсть к наливным яблочкам, подаренным ему безобидными с виду старушками. Но Белоснеж о своей роковой ошибке узнал нескоро, потому что, слегка почавкав заколдованным королевой-ведьмой яблоком, погрузился в вечный сон.