Проклятье Шиантара

      Месяц пролетел почти незаметно. Его хватило только на то, чтобы кое-как изучить устройство Академии и перестать блуждать среди бесконечных коридоров. А блуждать было где.       Замок, представляющий собой правильный прямоугольник, состоял из центрального корпуса, в котором проходили лекции у всех курсов, двух примыкающих к нему «крыльев» с общежитиями для магистров и адептов и столовой, находящейся в торце. Замыкали всё это четыре башни, названные, согласно легенде, в угоду четырём стихиям. Башни Огня и Воды были отданы под лаборатории для практических занятий, в башне Земли располагалась библиотека, а башню Воздуха занимал зал портальных переходов, связывающий Академию со всеми мирами.       Чтобы обойти это всё своими ногами, не хватило бы и суток, поэтому для удобства адептов и магистров, которые не владели даром построения порталов, были сделаны локальные перемещатели, зайдя в которые, можно очутиться в нужном тебе месте.       Хоть адептов в Академии было довольно большое количество, но в общежитии, за счёт магически расширенного пространства, для всех были созданы вполне комфортные условия, дающие возможность каждому из нас жить в отдельной благоустроенной комнате, а не тесниться по несколько человек.       Всё в ШАКС было для меня новым, необычным и даже интересным. Ребята на потоке подобрались как по заказу. И если девчонки не могли похвастаться чем-то особенным, кроме внешности, то история каждого из парней могла вызвать и улыбку, и слёзы.       Вот взять, к примеру, Нэо. Нэогор — молодой стальной дракон, повелитель металлов и принц «Небесных Врат», последнего королевства драконов. Ему, как и любому принцу крови, предстояло провести отбор и выбрать невесту по зову драконьего сердца. Но «добрый» папочка всё решил сам и, для укрепления межгосударственных связей, решил, что в жёны сыну вполне подойдёт принцесса королевства «Светлого Древа» — светлая эльфийка Ларинель.       Нэо в ярости чуть не сжёг несостоявшуюся невесту в драконьем пламени, которое не смог удержать. И именно поэтому он сейчас рядом со мной на полигоне постигает науку выживания в экстремальных болотных условиях, созданных нашим заботливым преподавателем боевой подготовки — Одриком Антарузом, орком как по происхождению, так и по жизни. Иногда мне казалось, что этот магистр целенаправленно пытается избавиться от столь родовитых адептов, каждый раз создавая для нас всё более и более жёсткие испытания.       — Смотри, куда прёшь, ушастый, — яростный рык дракона вырвал меня из собственных мыслей.       — Имеешь что-то против моих ушей? — стоявший в паре шагов от Нэо эльф замер и прищурился.       — Да кому нужны твои уши, чучело. — Этот диалог преследовал нас весь месяц нашего пребывания в ШАКС. Чем Феликс так не угодил дракону, никто не знал, но Нэо не упускал случая, чтобы не поддеть эльфа.       Кстати, Феликс тоже принц, как и Нэогор. Третий, не наследный принц империи «Тёмного Леса» мало похож на особу королевской крови, скорее, на восторженного щенка. Никакой заносчивости, никакого пренебрежения, добрый, открытый мальчишка, радующийся простым и понятным вещам, таким как солнце и ветер. И только рядом с Нэо от него летят искры, а язык превращается в жало. Но когда он думает, что его никто не видит, взгляд, устремлённый на чешуйчатого, теплеет, а нежность, направленная в сторону дракона, может, наверное, растопить снежные вершины «Небесных Врат». К нам в ШАКС Ликса отправили из-за неожиданно проснувшегося дара предвидения. Дара, которого не было ни у кого в роду тёмных эльфов. А вот у нашего ушастого сокурсника он проявился, да ещё, говорят, какой-то очень уникальный. Так что самое место ему среди нас.       — Так, смертники, вы чего застыли? — над полигоном пронёсся вопль Одрика. — Ещё два круга на полосе препятствий, и тогда можете расслабиться. Если, конечно, выживете!       — Орк и в Академии орк, — буркнул Нэо, направляясь к началу круга.       — Мама, роди меня обратно, — простонал справа вампир, с трудом разгибаясь и двигаясь в ту же сторону.       Корнэлиус у нас сын одного из старейшин правящего вампирского клана «Тёмной Луны». Очень, очень странный вампир. Вампир, не умеющий убивать и пить кровь разумных существ и не приемлющий необоснованное насилие. Если бы ещё и мясо не ел, вообще был бы вампир-вегетарианец. Милые родственники сослали Корна в Академию в надежде, что среди таких уродов, как мы, он станет более жёстким или даже жестоким. Но почему-то я сильно сомневаюсь, что эта идея сумеет воплотиться в жизнь. Уж слишком весёлым и жизнерадостным был этот несостоявшийся кровосос.       Всё это вертелось в моей голове, пока я, вместе со всеми, пытался преодолеть полосу, проползая на животе под низко натянутой сетью. Пытался ровно до тех пор, пока не уткнулся головой в чьи-то ноги. Красивые, надо сказать, ноги. Настолько красивые, что во мне что-то дрогнуло и взгляд заскользил от изящных щиколоток вверх по округлому бедру. Интересно, у кого из наших барышень такие интересные формы. Обычно-то они в форменных платьях, которые скрывают всё что можно, а на полигоне орк не даёт возможности даже задуматься о том, чтобы посмотреть куда-то в сторону. И вот сейчас, изучая чьи-то тылы, мне очень интересно взглянуть в лицо их обладательнице.       — Прошу прощения, Вы скоро? — глупый вопрос, но нужно же с чего-то начать.       — Ой, я тебя задерживаю? Давай я подвинусь, — и действительно попытался подвинуться. Именно что попытался. Не кто иной, как наш неправильный ангел, только что завлекал меня своей пятой точкой. И это настроения не прибавляло. Ладно Корн — он в принципе отмороженный, поэтому его бзик на демоне вполне объясним, ну, или Феликс — у эльфов однополые отношения не являются чем-то противоестественным, — но как меня могли заинтересовать ноги этого недоразумения? Нет, надо завязывать. Пора найти себе какую-нибудь ведьмочку, ну, или эрини, на худой конец.       — Да уж, постарайся, а то мы тут оба до вечера пролежим из-за тебя, — я опять срывался на мальчишку, понимая мозгами, что неправ, но остановиться не мог.       — Эй, парни, вы чего застряли? — насмешливый голос оборотня раздался за моей спиной как нельзя кстати.       — Прости, Джар, я опять запутался и теперь всем мешаю, — уныло сообщил ангел, стараясь не смотреть на меня.       — Не грусти, крылатый, сейчас мы с Маром тебя спасём! — Оборотень жизнерадостно улыбался, хоть и был вымазан в грязи по самые кончики ушей.       Джарэд — сын альфы «Восточного Редколесья», и недостатков или дефектов у чёрной пантеры нет. Кроме одного, и имя ему — Май. Именно из-за Мая, принца фейри, Джарэд и пришёл в Академию. Пришёл, чтобы охранять и беречь этого вредного и иногда заносчивого принца «Радужного Приграничья». Ходили слухи, что Майнариэль сбежал с их Джаром свадьбы. И якобы его история очень похожа на драконью. Но ни Джарэд, ни, тем более, Май сами ничего не говорят.       — Джар, ты опять за него заступаешься? А что он будет делать, когда мы выпустимся? Тебя же рядом не будет.       — А мы с парнями к тому моменту найдём, в чьи бы надёжные руки его пристроить, — оборотень говорил, а сам распутывал длинные пряди Юу из сетки. — Ну, или заберу в наш клан, в конце концов. Он нам не помешает. Правда же, мелкий? Поедешь со мной?       Я увидел, как вспыхнули щёки ангела, и чуть не зарычал от непонятной злости, нахлынувшей только от мысли, что рядом с этим чудом в перьях появится какое-то постороннее существо.       — Заканчивайте уже флиртовать. Пора выползать, а то нас орк на ужин сожрёт и не подавится. — Стараясь сдержать рвущуюся из груди ярость, помог Джару распутать остатки сети и первым рванул к концу полосы.       — Ты только при Мае такого не ляпни, а то он тебе голову откусит и даже фамилию не спросит. Проверено, — вампир нагнал меня как-то неслышно. — Как бы он ни выпендривался, но стоит кому-то из наших барышень просто подойти к этой кошке, у Майнариэля из-под губы выступают клыки, а в глазах горит желание убивать. Хоть он и не признаётся в этом, наверное, даже самому себе.       — Кончай зубоскалить и пошли в душ: ты сам знаешь, что если орковская грязь засохнет, то отгрызать её придётся зубами.       — Я, конечно, тебя тоже люблю и всё такое, но на совместный душ не согласен.       — Придурок, — рассмеялся я, расслабляясь и входя за вампиром в раздевалку.       Академия и новые друзья заставили меня как-то по-новому смотреть на мир. Без обычной склонности к хмурой меланхолии и созерцанию. Здесь хотелось жить. Один Корн стоил десятерых. А были ещё дракон и феникс, которые бурлящей в них энергией от клыкастого не очень отставали. Из всех предыдущих знакомых заставить меня смеяться мог только Ардан, а здесь я постоянно ловил себя на том, что повод, как минимум для улыбки, есть ежедневно. И только неправильный ангел вызывал глухое раздражение, выливающееся в желание уколоть побольнее. Сейчас, по прошествии месяца, я уверен, что действительно его знаю. Всё в нём казалось знакомым. Поворот головы, походка, цвет крыльев, даже взгляд — всё знакомо, но память пока надёжно прятала от меня информацию о месте и времени нашей первой встречи.       — Ау, Мар, ты чего завис? — подошедший сзади отмытый и переодетый вампир хлопнул меня по плечу.       Ответить я ничего не успел: к нам подбежали ведьмочка, норна и эрини и, ни на минуту не замолкая, потащили по направлению к столовой.       — Ой, мальчики, а скажите же, наш магистр по ОПМП классный?       — Ага, такой жуткий, прямо мороз по коже. Но такой лапочка, — эрини в восторге закатила глаза.       — Элегия, прекрати, ты путаешься в показаниях. Не может он быть одновременно жутким и лапочкой. — Я заметил, что вампир начинал злиться. — Девчонки, мы же вроде в столовую, чего вы вдруг вообще решили вспомнить о магистре?       — А вы, что, объявление не видели? У нас замена в расписании, и следующая пара как раз его.       — Ага, вот Элегия и планирует подкатить к демону после пары.       — Да? А чего тогда к нам привязалась? — Корнэлиус резко выдернул руку и рванул в обратную сторону. И когда я после обеда вернулся в аудиторию, заняв своё место рядом с вампиром, тот был мрачнее тучи.       — Ты смотри, подкатить она собралась. Ну и ладно, ну и подкатывай. Подумаешь!       — Бро, ты чего завёлся? — пришлось несильно, но ощутимо ткнуть друга под рёбра.       — Да ничего. Ты же слышал, что сказала эта курица?       — А ты, значит, ещё не отказался от своей идеи очаровать Арда?       — Не отказался. Но это легче сказать, чем сделать. Тем более, ты говорил, что он женский поклонник. И получается, что у меня и так шансов не было, а уж её четвёртому размеру я точно вряд ли смогу что-то противопоставить.