Автозамена

— У меня нет сил больше жить. Жизнь бессмысленна, а моя тем более. Но я каждый день нахожу в себе силы вставать утром и идти на учёбу. Пока нахожу. Лишь в память о тебе, Райко, я ещё живу. Единственным, что меня поддерживало, была дружба с Михару, но он от меня отвернулся, и теперь моя жизнь превратилась в вязкое, чёрное, бездонное болото. Я больше не вижу краски мира, не чувствую вкуса еды, у меня нет желаний. Об этом никто не знает и не узнает. Мой дневник надёжно спрятан на этом маленьком сайте… — Шигуре зевнула, закрывая вкладку. — И ещё на три страницы такой же нудятины. — А скопируй-ка, — велела Ичики. — Нет, не пост, а весь её блог. Сколько она его ведет, месяц? Два? Всё скачай. Порадуем ребят свежими новостями. Шигуре захохотала. *** Один раз они чуть не подрались всерьёз. — Михару, я всё понимаю, но если ты в пятнадцать лет посадишь зрение и заработаешь хондроз, тебя в рукопашной побьёт даже ребёнок! — жёстко сказал Райко. — Вылезай из-за компа, пошли тренироваться. — Сейчас. Скрипт допишу. — Потом допишешь. — Потом нельзя! Я всё забуду. — Сохрани проект. — Отстань, — тихо протянул Михару, склонившись над клавиатурой. Райко с минуту ждал, а потом резко выдернул из-под него стул. Михару успел сгруппироваться и тут же вскочил, бешеными глазами глядя на Райко, а потом вдруг ушёл вниз и сделал подсечку. Это было так быстро, что Райко еле отпрыгнул вовремя. Отшвырнув стул, он перешёл к нападению. Минут десять они просто махались. — Брейк, — сказал Райко, отступив назад. — Ох и бардачину мы тут устроили. — Я приберу, — ответил Михару, оглядывая раскиданные в процессе драки вещи. — Вот только допишу скрипт, — он подобрал стул и снова уселся за компьютер. — Можешь не утруждаться, горничная уберёт, — хмыкнул Райко. — Кстати, она сегодня новая, если ты не заметил. — Не заметил, — процедил Михару, выщёлкивая на клавиатуре код. — Не отвлекай меня. — И у неё светлые волосы… Но это я так, к слову. А вообще странно, что они заменили проверенного человека, — добавил он вполголоса и вышел. Михару не ответил. Первые шаги в этой работе были необычайно увлекательными — он словно познавал новый мир. Первые неуклюжие страницы, написанные им собственноручно, открывались в браузере и с каждым днём всё больше походили на сайт. Интернета не было, во внутреннюю сеть Кайросю у пленников тоже не было доступа, и Михару использовал специальную программу. Недостатка в учебных материалах он не испытывал — Ичики, совсем не разбирающаяся в подобных вопросах, велела слугам предоставить ему все современные разработки. Она руководствовалась принципом «чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось». Малыш Михару занят — вот и замечательно! Пусть играется с компьютером, авось не будет задумываться о побеге. Освоив азы, Михару столкнулся с трудностями. Запоминать приходилось всё больше, и иногда у него голова шла кругом. Ежедневно он решал сложнейшие задачи — тут-то и пригодились его школьные знания по математике, которая всегда давалась ему лучше, чем гуманитарные науки. А бывало и так, что поставленная задача не решалась. Умом он понимал, что если всё написано правильно, то скрипт будет работать, и в десятый раз проверял код, выискивая, где же допустил промах. Иногда у него начинала болеть шея, и тогда он пару минут отдыхал. Михару не мог не признать, что Райко прав, но отрываться от проганья ужасно не хотелось. Он заставил себя закрыть все вкладки, встал, прошёлся по комнате. Действительно, неплохо бы навести порядок! Подобрал книжки и диски, поставил на полку. Вот любимый сериал — пересмотреть, что ли? Надо попросить ещё фильмов и аниме. И документальных о природе. Как же тоскливо без солнца… Его взгляд упал на персиковую стену. Ичики постаралась, сделала всё, чтобы в бункере было уютно. Светлый потолок, крашеный под мрамор, стены солнечного цвета, буковая мебель, пейзажные фотографии в рамках. Красиво. Его взгляд упал на картину с летней лужайкой, и внезапная мысль обожгла мозг: что, если они вообще никогда не выйдут из этого бункера? Теперешней предводительнице не занимать жестокости. Может быть, она держит Михару до поры до времени, пока не отберёт у него Шинрабансё? А после этого он станет ненужным, и его выбросят, как отработанный материал, или оставят гнить заживо в подземелье, и он никогда не увидит Раймэй. И не вернёт Йоите. Руки сами сжались в кулаки. *** Новая уборщица казалась совершенно нелюдимой. Она молча расставляла посуду и молча убирала её, не поднимая глаз на Райко, а когда он пытался завести разговор, отвечала скупо и односложно. «Немолодая, — отметил Райко. — Старше меня лет на пять. Но симпатичная. И явно запуганная до предела, либо очень хорошо играет свою роль. Что они задумали на этот раз?» — Анни, сколько вам лет? — в лоб спросил он. — Двадцать восемь, — сказала она, вспыхнув от смущения. — У вас европейское имя. Анни промолчала, торопливо заканчивая уборку на кухне. — Вам не страшно спускаться в этот бункер? — продолжал Райко. Уборщица вздрогнула и негромко проговорила, глядя в пол: — Здесь камеры. Если вы попытаетесь напасть на меня, прибегут охранники. — Резонно, — сухо ответил Райко. — Не буду вам мешать. — И, выходя, добавил: — Ни я, ни Михару никогда не посмеем причинить вам вред. Когда я говорил о страхе, то имел в виду другое. Анни впервые посмотрела на него, но Райко уже вышел. Она коротко вздохнула, навела последние штрихи чистоты, доводя кухню до идеального блеска, и положила на стол чёрную флешку — ту, что получила сегодня утром от госпожи Шигуре. «Отдашь молча. Они знают, что с этим делать. И не вздумай с ними болтать!» — приказала госпожа и для верности пригрозила ножом. *** — Поставь эту вазу в угол, — небрежно приказала Ичики. Шигуре послушно выполнила требование. — Теперь подай мне вон те цветы и ножницы для икебаны, я буду составлять букет. Если бы ты знала, какое это счастье — иметь зрение! Я знаю, о чём говорю. Создавать букеты и при этом видеть их — дорогого стоит. Ты, Шигуре, не ценишь зрение, ты не была слепой. А я была. — Может, я и не была, но против своего зрения ничего не имею, — ответила помощница в своей обычной манере. — Классные у вас букеты получаются! Мне бы так научиться. Ичики звонко рассмеялась. — Тебе — икебана? Зачем? — Так красиво же, — Шигуре насупилась. — Твоё дело — отрабатывать удары на татами, чтобы не потерять форму. И следить, чтобы их отрабатывали другие. А изящные искусства вроде икебаны и хайку оставь мне. Включи кото. — Шигуре повиновалась. — Какой спокойный день… Что там с нашими квартирантами? — Да ничего. Анни отнесла флешку, вот и все новости. Ни скандалов, ни истерик. Скукотища. — Странно. Может быть, они ещё не читали, что пишет их ненаглядная Раймэй. Подождём, у нас много времени, — Ичики улыбнулась одними глазами и шёпотом добавила: — Это будет им хорошей встряской. — Ичики-сан, спросить можно? — Спрашивай. — Почему вы отправили к ним работницей такую страшную девку? — А это тебя не касается, — прищурившись по старой привычке, ответила Ичики. — Лучше проследи, чтобы тело Рэй надёжно спрятали. *** Вечерняя тренировка отняла много сил — сначала они отрабатывали удушающие приёмы, потом взялись за деревянные катаны. Михару вышел из душевой и собрался уже посидеть перед сном за компьютером, но захотел пить и заглянул на кухню. Наливая себе лимонад, он обратил внимание на чёрное пятнышко на столе. «Новые книги, наверно, — подумал он и положил флешку в карман. — Скопирую на жёсткий диск, а из флешки сделаю тайное хранилище для своих проектов. Удобная, с петелькой. Можно носить на шее». И, ни о чём не подозревая, направился в свою комнату. Райко в это время предавался медитации в спортзале, как он всегда делал в конце дня, но сегодня достичь спокойствия ума никак не удавалось. Постоянно лезли в голову разные непрошеные мысли, и то и дело перед внутренним взором возникал образ Анни. «У неё редкая внешность, — думал Райко. — Кому-то эта девушка может показаться некрасивой, но она всего лишь не умеет причёсываться. Эх, не о том я думаю. Думать надо, почему нам сменили прислугу. Чем нашим тюремщикам не угодила Рэй?» Он вспомнил смешливую, шуструю Рэй, которая строила ему глазки и всячески намекала, что готова на всё. Может, он был с ней слишком суров? Так или иначе, где-то она прокололась. Нужно копать… Вдруг тишину прорезал крик Михару, полный гнева и отчаяния: — Райко!!!