Их секрет

— Ты хочешь этого? — спрашивает Цзин Юань.       Длинные волосы щекочут, он целует кожу и осторожно кусает. Яньцин вздрагивает и всхлипывает. Это его первый раз, он одновременно напряжён и расслаблен. Как же он вообще на это подписался?       Жалеет ли? Определённо нет. — Хочу, — шепчет Яньцин.       Пальцы цепляются за волосы, сжимая. Генерал позволяет ему и принимает согласие. Он не сделает ничего лишнего и ничего, что не понравится. — Останови, если передумаешь.       Цзин Юань, один из генералов Альянса Сяньчжоу, стоит перед ним на коленях. Глаза его лихорадочно блестят, а с губ не сходит улыбка. Он не сводит взгляд со своего лейтенанта, рука его гладит бедро от колена и выше, выше…       Горячее дыхание в районе паха заставляет кожу покрываться мурашками. Лейтенант цепляется за край стола, невольно кивает, чтобы продолжали…       … Продолжали вести ладонь выше, перейти с внутренней стороны бедра на лобок, заставляя сердце подскакивать от волнения. Бесконечно ждать и наблюдать, как длинные пальцы обхватывают член. Начинают у основания, медленно перебираясь подушечками вверх: по стволу, касаясь крайней плоти, оттягивая вниз…       Шершавый влажный язык, будто на пробу касается напряжённой уздечки.       Яньцин кусает собственные пальцы и дышит загнанно, грудная клетка часто вздымается. Хочется замереть, чтобы разглядеть каждую деталь. Насладиться неким таинством.       Чужие губы обхватывают налитую кровью головку, и Яньцин ощущает жар рта и приятную влажность. Цзин Юань нарочито медленно действует, будто растягивает удовольствие.       Ну же! — Генерал! — Яньцин хрипит, торопливо зажимает рот рукой и судорожно дышит, давится собственной слюной и жмурит глаза.       Горячий язык облизывает плоть, описывая круг, губы плотно обхватывают. Голова генерала опускается вниз, и Яньцин чувствует, как становится горячо по всей длине, и это слишком приятно. Ногтями он беспомощно царапает дерево. Дышит через раз. Готов задохнуться от происходящего.       Тело будто ватное, дрожит. Кожа пылает огнём и любое прикосновение, как кубик льда — обжигает сильнее. Он старается восстановить дыхание, делать вдох и выдох. Сердце бешено стучит, разрывает грудную клетку и он чувствует оглушающий стук в висках. Кровь просто кипит, бежит по венам, перемешивается с адреналином.       Его разрывает от чувств, ощущений и собственных эмоций. Контролировать себя до невозможности тяжело, отрезвлять ум не получается. Он поддаётся своему телу, а тело же двигается в такт чужим движениям, откликается и будто призывает. — Не своди, — строгий голос и Яньцин издаёт тихий писк от накатывающей волны возбуждения и вожделения, закрывает рот второй ладонью.       Чужие пальцы впиваются в бёдра, руки разводят в стороны ноги и удерживают. Яньцин старается помочь и упереться пятками в стол, но они слабеют, соскальзывают от дрожи. Генерал позволяет опустить одну ногу вниз, но вторую он продолжает держать и кладёт на своё плечо для удобства.       Яньциня раздирают эмоции. Он смущается, ему так же стыдно, но при этом желание увеличивается. Кровь приливает к щекам, ушам и кажется к каждой клеточке тела. Невыносимо жарко и хочется стянуть остатки одежды, оголиться окончательно, но тогда он будет перед ним откровенным. В голове мелькает мысль, что он немного потерпит.       Он открывает глаза и смотрит вниз, стискивает зубы и не отнимает одну руку от губ, готовый в любой момент заглушить рвущийся стон. Боится, что их могут застукать и тогда позора точно не избежать. Даже если генерал убедил в том, что всё в порядке. Однако Яньцин всё равно остаётся при своём.       Цзин Юань не даёт расслабиться. Он ведёт языком вверх-вниз, уделяет особое внимание раскрасневшейся головке. Каждое прикосновение отдаётся внутри странным ощущением, но приятным.       Яньцин не отрывает взгляд. Генерал намеренно отстраняется от покрытого слюной члена с характерным звуком. Губы его влажные, припухшие и тянется едва заметная прозрачная нить, которую он обрывает кончиком языка.       Он ухмыляется и поднимается с колен, встав между разведённых ног лейтенанта. Ладонью он обхватывает твёрдый орган и делает резкое движение. Яньцин хочет вскрикнуть от неожиданности, но звук заглушается собственной рукой. — Убери, — не просьба, а приказ.       Снизу приятно покалывает в ответ на этот голос. Потому послушно опускает пальцы и спиной прижимается к стене. Цзин Юань слишком близко и Яньцин судорожно вдыхает.       Движения чужой ладони ускоряются, и лейтенант вновь закрывает глаза. Чувствует подкатывающий стон. — Нас… — хрипло шепчет он, царапает стол, сжимая пальцы в кулак. — Могут…       Услышать — хотел добавить он, но с губ слетел громкий стон, что тут же утонул в поцелуе: жарком, диком и страстном. Генерал вымещает свои чувства, которые он сдерживает в отличие от Яньцина сейчас.       Он замычал, содрогаясь от поступательных движений. Хватался за плечи Цзин Юаня, впиваясь до побеления костяшек. Целовал в ответ, кусая чужие губы от переполняющего возбуждения и эмоций.       Сердце настолько бешено стучало, что лейтенант не знал, как облегчить своё состояние. В какие-то моменты он был растерян, поскольку прежде он даже не удовлетворял себя. Секс его интересовал в последнюю очередь. На первом месте всегда уважаемый генерал и любовь к мечам.       Цзин Юань зашипел, на языке осел привкус крови. Яньцин невольно прокусил ему губу. Генерал не злился, а лишь тихо усмехнулся и горячо шепнул: — Не сдерживайся…       Яньцин невпопад кивнул, сглатывая вязкую слюну. Он приоткрыл рот, рвано дыша. Тело не поддавалось контролю, и он наклонился вперёд, касаясь лбом плеча Цзин Юаня. — Приятно? — Да-а… — тихо простонал лейтенант, сосредоточившись на собственных ощущениях.       Генерал вновь опустился на колени, обхватывая губами головку, смачивая слюной языком и чувствовал, как пульсирует член и оседает на языке солоноватый привкус смазки.       Яньцин откинул голову назад, гортанно простонав. Он поднял ноги, повторно поставив пятки на край стола, упираясь. Развёл шире бёдра и неосознанно начал качать, поддаваясь необъяснимому порыву.       Цзин Юань стал увлечённо покачивать головой, посасывая, облизывая затвердевший орган. Одной рукой он помогал, двигая вверх и вниз, а другую он положил на напряжённый живот Яньциня, забравшись под одежду.       Яньцин шумно задышал с приближением подступающего оргазма. Он положил руку на голову генерала, вцепившись крепко пальцами в светлые пряди волос. — Б… Быстрее, — зашептал лейтенант, чувствуя скорое завершение.       Цзин Юань послушно исполнил пожелание, ускоряясь. Яньцин перестал сдерживаться и с его губ стали срываться стоны и мычания, от которых просто мурашки по коже и невыносимая теснота в штанах. — Генерал! — Яньцин сжал до боли волосы у корней и прижал голову к паху.       Цзин Юань захлопал глазами, чувствуя, как рот наполняется спермой: густой, вязкой и с солёным привкусом. Он отстранился в поисках платка.       Яньцин тяжело дышал, чувствуя лёгкое головокружение и эйфорию. Он посмотрел на генерала и густо покраснел: с его губ стекало белёсое семя. — Простите! — он торопливо закрутился, едва не упав со стола.       Цзин Юань покачал головой, не отвечая. Он вытер платком рот. Взгляд лейтенанта упал ниже. Генерал сидел на коленях и между ног выпирал возбуждённый член, скрытый плотной тканью штанов. — А как же вы? — Не волнуйся за меня, — откашлялся и с улыбкой ответил Цзин Юань. — Я и сам справлюсь.       Он поднялся и поцеловал Яньциня, прижимая к себе.