Часть 1
2 ноября 2013 г., 10:40
Nikki Sixx
«Да. Этой историей не похвастаешься.»
Никки отчетливо понимал это, выползая утром с трещащей башкой из съемной квартиры где-то на краю Токио. И даже не потому, что мальчишке на вид было лет восемнадцать, что в принципе было вроде как незаконно в этой стране. Черт с этим, соблазнением малолетки он бы гордился — они даже соревнования с парнями устраивали: кто сколько затащил к себе в постель.
Нет, не похвастаешься, потому что, это был парень. И он даже не соблазнил Никки - опоил и фактически изнасиловал.
Фактически. На самом деле Никки был даже не против: чего лукавить, мальчишка был жутко смазливым и обладал такими пухлыми губками, что минет с его стороны был чем-то божественным. Да и был Никки сверху, что тоже радовало.
А мальчишка оказался едва ли не маньяком, хотя и трусом порядочным. Сначала обездвижил его наручниками, и было видно, как его трясло от страха. А на утро он сбежал. Спасибо, что хоть руки освободил.
Зато оставил на боку очень забавную надпись. Лезвием. Мелкий засранец.
Хер знает, что означают эти иероглифы.
Надо было учить японский, правильно Винс говорил. Правда, он советовал это для склейки девочек, а никак не для расшифровки таинственных письмен на коже.
Черт, шрам останется. Глубоко засадил под кожу, маленький говнюк.
***
По возвращению в ЭлЭй ему жутко хотелось убить каждого узкоглазого, встречающегося ему на пути. Ну или хотя бы засадить ему по самые гланды, отодрать до слез. Ненависть к тому япошке за его поступок бесила невероятно.
Злоба и мстительность копились в чертовой одурманенной наркотой голове.
День изо дня. Закипая все сильнее.
Перебирая этот случай. Вспоминая стоны и раздражаясь от возбуждения, появляющегося от этих воспоминаний.
И в итоге все это вылилось на Винса.
За его чертовы перегидрольно-белые волосы.
У мелкого японца были такие же белые патлы.
И такая же узкая задница.
***
В начале 90х он снова оказался в Токио.
Прошлая жизнь осталась позади вместе с клинической смертью, срубившей его сердце, заставившей его посмотреть на себя сверху.
Он действительно сдох тогда.
И действительно вернулся, оставив все там, в том чертовом Рождестве.
Наркотики.
Винса и другие беспорядочные связи, бывшие после него.
Все осталось позади.
Только виски и только рок-н-ролл были здесь с ним до очередного победного.
***
Токио же был незавершенным гештальтом в его памяти.
Нужно было пройтись по улицам.
Осознать, что то, что он творил на этих улицах — было не самым лучшим времяпровождением.
Вспомнить дорогу до той квартиры, где он действительно неплохо развлекся с тем мальчишкой. Интересно, как он сейчас выглядит?..
Злобы уже не осталось.
Смерть не была для Никки чем-то вроде просветления.
Просто толчком к осознанию того, что он был больным обиженным ребенком. И вел себя соответственно.
Жить проще надо. Вот, что он понял. Относиться к жизни проще — и будет не так обидно за всякие глупости, случающиеся с ним.
Он дошел до концертного зала, в котором они тогда выступали и бесцельно остановился, рассматривая афишу.
Он до сих пор ни черта не понимал по-японски. Но название группы было написано латиницей. И то спасибо.
Никки ухмыльнулся, принимаясь рассматривать участников группы.
И, разорви его Дьявол прям на этом самом месте, если глаза его не обманывали...
