Введение
В квадратный двор, где прогуливалось множество прохожих, выходили верхние галереи и портик, выполненные в строгом архитектурном стиле; широкие машрабийи, выточенные из дерева, находились под самым потолком прихожей, из которой в покои вела лестница, украшенная аркадами в мавританском вкусе. По этой лестнице поднимались самые благовидные невольницы. Во дворе уже собралось много покупателей, разглядывавших их.Попавших невольниц по неизведанной судьбе, заставляли ходить, им стучали по спине и по груди, им велели показывать язык.Главный рынок работорговли находился в городе Кафе. Здесь христианских рабов переправляли морем в государство османов.
Невинные невольницы продаются обыкновенно в возрасте 12–13 лет, но бывали случаи продажи 6–7-летних. Это впрочем бывает только тогда, когда покупатель желает приучить их к службе, или же перепродать с выгодой, когда они подрастут.Они продаются за различные цены, соответственно красоте, смотря по которой они назначаются. Для того, чтобы заплатить последнюю сумму, невольница должна быть необычайной красоты. Если у них вид не представительный, то они назначаются на должности, в которых они не должны появляться перед своим господином; в таком случае цена их не превосходит .
Бродящий Ибрагим Паша с любопытством разглядывал невольниц. Одна из них, та, что необычайной красоты, но в таком истощенном виде, словно искрилась лучезарным взглядом. Волосы её невероятной красоты; переливаясь, точно струи золотисто — рыжего водопада.
Они спускались ниже лопаток и медленно развивались на ветру.
А глаза её так и блестели, толи от солнца, Толи от превосходства. Паша подошел ближе к рыжеволосой красавице. Она с улыбкой опускала глаза в пол. Он приподнял её подбородок и взглянул в её глаза; глаза изумрудного оттенка. Под старыми мешками красовалась завидная фигура.
— Чего творишь неотёсанный! — Невозмутимо обратился к Паше один из Купцов.Паша повернулся к купцу и снял с себя черный капюшон. Старик удивленно поклонился перед пашой.
— Ибрагим Паша Хазрет Лири, прошу помиловать за такую невольную дерзость. — Надеюсь вы в хорошем здравии Ага! — Разумеется! Вижу вам приглянулась одна из наших рабынь. — Ибрагим долго рассматривал истощенную девушку. — Как её имя? — Это славянка Александра, недавно прибыла к нам из русских земель. — Паша недолго помялся и спросил: — Сколько золотых я должен отдать за неё? — Купец неловко порезался — Боюсь Паша ни сколько ни смогу взять с вас, рабыня уже куплена одним влиятельным человеком, что отдал всё своё богатство за неё и пожелал увезти её к себе на Родину в скором времени. — Я отдам тебе за неё в разы больше! — Нет Паша, вынужден я отказаться. Видите ли, такой договор расторгнуть нельзя. — Недолго думая, Паша наигранно выгнул бровь. — Ох и жаль Ага. Наш будущий повелитель пожелал найти самую дивную наложницу из всех что здесь есть. Однако повелителю не повезло, снова будет он в муках и тоске от одиночества убиваться. — Услышав это, Старик тут же остановил уже покидающего Пашу. — Паша, забирайте её! Раз для будущего повелителя, ни гроши с тебя ни возьму. Да даст Аллах шехзаде Сулейману долгих лет жизни!Ага схватил славянку за плечо и проводил до кареты Паши. Через тонкую руку её была перекинута тяжелая цепь, гремевшая при каждом её величественном движении. Однако, невольница, что только что «приобрёл» Паша, имела необыкновенно мятежный характер. Рабыня стала сопротивляться, что то выкрикивать на неизвестном языке, возможно неприлично ругалась или угрожала.
Усмирить бунтарку Паше лишь удалось после слабой, но стойкой пощёчины. Тогда Ибрагим понял, что хатун лучше высадить на флот в Стамбул, в старый дворец, дабы её привели в порядок, перевоспитали как положено.
Так и поступил Паша. Он высадил мятежницу на флот доверенного лица и отправил её в Стамбул, в старый дворец. Пусть воспитают её как положено до его прибытия, а дальше заберет он себе невольницу.
***
месяц спустя
Шехзаде Сулейман прибывал в очередном Санджаке вместе со своим преданным слугой и по совместительству соратником Ибрагимом. Вместе они решали разного рода государственные дела, проводили время с совсем юным шехзаде Мустафой, единственным сыном Сулеймана от горячо любимой весенней розы Махидевран. Казалось, всё идет в полном покое и Аллах даровал им счастливую умеренную жизнь. Однако в этот вечер все переменилось.
— Шехзаде! — Ибрагим беззвучно подкрался в покои едва спящего Сулеймана. — Какие то новости Ибрагим? — Паша вручил в руки Сулеймана позолоченный тубус — Гонец принес письмо от Валиде Султан. — Наверное что то важное, раз в такой поздний вечер.Шехзаде открыл тубус и развернул длинное послание от матери.
» Уважаемый мой Шехзаде, мой единственный и достопочтенный сын Сулейман, гордость моя. Я хочу разделить с тобой горе и всю душевную боль что предоставила мне данная новость. Наш повелитель, мой супруг и твой отец скончался часом ранее. Тело его бездыханное нашли в его покоях. Оказалось, что наш Султан долго скрывал свою неизведанную болезнь. И пусть Селим делал всё возможное, чтобы скрыть свою боль, поползли слухи: многие обратили внимание, что глаза султана пожелтели. Лучшие врачи империи — мусульмане, евреи и христиане — отправились из Стамбула в Эдирне. Но ничего не помогало: боль Селима только усиливалась. Видя ухудшающееся состояние, лекари убеждали падишаха вернуться в Стамбул, где бы он мог получить должный уход. Селим согласился сделать это, при условии, что этот переезд со стороны должен выглядеть самым обычным образом. Но он был так измучен, что его пришлось везти лежа.
По воли всевышнего, Селим закрыл глаза. Его советники склонились над своим неподвижным повелителем, наблюдая, как дрожали его губы, а грудь ходила вверх и вниз. А через несколько минут всё прекратилось и пришла тишина. Тень Бога умерла.
Султан Селим сделал свой последний вздох ранним утром 22 сентября 1520 года
Валиде Айше Хафса Султан. »Руки Сулеймана в один миг задрожали. Он озлобленно сжал и смял послание матери. Сулейман откинул письмо и схватился за голову.
— Шехзаде, что произошло? — Сулейман долго не слушал Ибрагима, и не воспринимал вовсе всё вокруг. В его глазах лишь застыл образ его уже ныне покойного отца. Невольно по грубой шершавой коже Шехзаде прошлась малая, но такая «значимая» слезинка. Образ покойного отца все еще не покидал Сулеймана. — Ибрагим. Собери все в путь незамедлительно, мы надвигаемся в Стамбул.Справившись с шоком от полученного известия, Сулейман взял себя в руки и успокоился. Покорившись воле Аллаха будущий султан без промедления отправился в столицу.
Спустя несколько часов долгой езды, Шехзаде Сулейман и его соратник прибыли во дворец Топкапы вместе с Янычарами. На пороге их встречали горем убитые мать и младшие сестры. Сулейман приехал проститья с отцом, с султаном Селим — Ханом.
Каким бы жестоким не был Селим Явуз, он был одним из выдающихся османских султанов, способствовавших возвышению империи. Для Сулеймана он также казался жестоким отцом, однако не менее справедливым. Сулейман души не чаял в своем отце. Он простил все свои обиды что таились долгие годы в его душе.
***
Сулейман, который вступает на престол, опоясывается мечом своего великого предка и основателя Османской империи.
Затем новый султан посетил гробницу Фатиха Завоевателя, после смерти которого и возникла такая традиция. На следующее утро высшие сановники государства принесли клятву верности новому султану Сулнйману у дворца Топкапы.Днем Сулейман встретил тело своего покойного отца Селима и проводил его до места погребения, это и послужило первым указом Сулеймана построить мечеть в честь покойного Султана.
Наконец Султан Сулейман взошёл на трон как сын великого падишаха .
«Он высок, крепок, у него довольно длинная шея, узкое лицо и орлиный нос. Внешность его производит приятное впечатление, хотя кожа отличается бледностью. О нем говорят, что он мудрый повелитель и любит учение; все ожидают от его правления добра».
***
Ибрагим тем временем ликовал от счастья. Его друг, его былой шехзаде стал Падишахом, это была настоящая радость для Паши. Однако его не менее волновала славянка, о которой он посылал письма в старый дворец евнуху гарема. Он расспрашивал о том, как поживает его рыжеволосая Роксолана. Так он ее называл.
Евнух Сюмбюль Ага всё жаловался на её беспризорное мятежное поведение, однако хвалил её хитрый ум и разум. Девушка в гареме проживала неплохо, однако не находила себе места. Ибрагим в ответ благодарил в своих письмах евнуха и умолял охранять её, как зеницу ока. Писал о том, что в скором времени он попросит у Султана её руки. Повелитель несомненно согласиться и тогда Ибрагим обретет радость и покой.
Да, именно такие строил мечты Ибрагим, соратник Султана. Рыжеволосая славянка так опленила его сердце что он думал о ней в самых трудных моментах. В последний раз он видел её заколоченую в грубую цепь. Он желал также прикоснуться её нежной кожи, прямо как в тот день, и увидеть её озаряющую вокруг улыбку.
***
Сразу же после восхождения на престол нового султана Сулеймана, его матушка, Валиде Айше султан приказала немедленно устроить праздник. Щедрая султанша раздала часть золото из казны нуждающимся не только в Стамбуле. Для матери Султана это была очень важная весть. Вечером Валиде султан решила устроить для молодого повелителя праздник.
Во дворце все суетились, ведь каждый готовился к празднику.
Легкой походкой Ибрагим Паша направлялся к повелителю в покои, желая вместе потрапезничать и обсудить с ним его будущий брак со славянской . В узком коридоре он встретил евнуха Сюмбюля Агу который возился с наложницами.
— Так, а ну цыц! — вскрикнул и без того суетливый евнух. — Ибрагим Паша. Ммм. Рады вас приветствовать! — Евнух покорно поклонился, пока девушки что встали в ряд громко хохотали. Одна из них стояла и всё без умолку болтала.Эта девушка не оставила без внимания Пашу, ведь это была та самая Роксолана что опленила его сердце на невольничьем рынке. — Сюмбюль , подойди ко мне. — Евнух недолго помешался и подошел к паше. — Тебе было сказано оставить её в старом дворце, как ты посмел ослушаться меня! — Паша Хазрет Лири.. Валиде Султан приказала мне привезти сюда новых наложниц для нашего повелителя. — Ты обязан был сообщить об этом мне! — Раздался громкий крик паши — Паша я прошу ваше прощение, однако я нимогу противиться воли нашей Валиде султан и традициям. Ведь по традициям она теперь принадлежит к гарему повелителя. Увы я нимог ослушаться нашу Валиде , иначе моя голова давно бы полетела , недопусти Аллах! — Сюмбюль, охраняй её как зеницу ока! Я что-нибудь придумаю.Сюмбюль попрощавшись поклонился Паше и отправился вместе с наложницами в гарем. Там их ожидала мать султана и Дайе Хатун. Валиде султан осматривала каждую прибывшую девушку. Сюмбюль уверял что девушки умелые, обученные и не менее воспитанные.
— Сюмбюль, вижу ты привёл прекрасных девиц для Султана. Но только несколько из них должны сегодня развлечь молодого повелителя вечером на празднике. — Госпожа моя, я выберу самых достойных девушек! — Не стоит Сюмбюль, я сама выберу девушек для нашего повелителя. Не каждая может удостоиться такой чести.Мать Султана обходила и тщательно осматривала каждую девушку
— Ты пойдешь. — Выбранную девушку она вытягивала из толпы — ты.. Ты.. И.. — Неожиданно взгляд Валиде упал на рыжеволосую славянку — и ты! — ткнула пальцем мать султана — Ох Аллах , Валиде Султан, она та ещё беспризорница. — Пусть, может это ей поможет вести себя достойнее. —. Валиде ехидно ухмыльнулась славянке. — Ох Аллах что же со мной случится.. — неразборчиво пробормотал Сюмбюль.Валиде Султан дала поручения, чтобы девушек тщательно подготовили и обучили как положено до вечера.
***
Вечером наш повелитель Султан Сулейман отдыхал на празднике вместе со своим соратником Ибрагимом Пашой. "братья" любезно трапезничали, и в скором времени н настало время для танцев. Сулейман довольно уселся на тахту и принялся любоваться .
Девушки синхронно двигались прямо под мелодичную музыку что умело наигрывали другие наложницы. Неожиданно мелодия переменилась на более "страстную", наложницы отошли и замерли в стороне, как вдруг одним плавным движением в самый центр вышла пленящая девушка. Рыжеволосая дива страстно и плавно двигалась в танце от чего вскружила голову нашему султану.... И не только султану. Ибрагим Паша тем временем был в недоумении, как "его" наложница оказалась в покоях самого Султана.
Сулейман не отводил взгляда от жгучей рыжеволосой красотки. Наконец этот страстный танец прекратился и наложница застыла на коленях перед Сулейманом. И вот чудо! Довольный Султан подбрасывает Роксолане фиолетовый платок, а это значит , что этим поздним вечером она пройдет по золотому пути и отправится в покои самого повелителя.
Однако для Ибрагима эта новость оказалась не менее плачевной. После праздника, Ибрагим остался на едине с собой в своих покоях. Но этот произошедший казус дал о себе знать. Ибрагим не знал кого винить; Сюмбюля что позволил ей выступить в страстном танце перед Султаном, обвинить Султана, что засмотрелся на "его" Роксолану и позвал на хальвет, или... Или себя, что ввел себя в заблуждение, мечтал с ней о совместной жизни едва познакомившись с ней.
Ибрагим был готов убить Сюмбюля, буквально хладнокровно снести с его плеч его глупую голову, но он понимал, что это не его решение. Слова матери и Падишаха - это закон. Он долго думал о том, как смириться с этой мимолетной потерей. Он видел эту девушку пару раз, но он готов было за неё бороться. Но противиться воли самого падишаха тоже самое, что подписать себе приговор на смертную казнь.
Тем временем юная славянка Александра готовилась к первому, но такому волнительному хальвету. Слуги тщательно помыли её, протерли различным маслами в хамаме. Позже рыжеволосая красавица оказалась в белоснежном платье, что подчеркивало её "невинность" . Наконец время сборов подошло к концу и пришло время направляться к самому падишаху. Девушка совсем не волновалась, хотя это была её первая ночь. Раннее она была наслышана о шехзаде Сулеймане и только что увидела его в глаза.
Наконец, пройдясь по золотому пути, слуги постучали в дверь покоев Султана. Дверь распахнулась перед Александрой, а в покоях её ожидал Султан Сулейман.
