Последний поцелуй со вкусом железа

«Тут все похоже на секту. Все ходят на цыпочках, стараясь не издать ни звука. Каждый поклоняется ему как богу, делая все, что он хочет. Я не могу разговаривать, пока мне не прикажут. Особенно с ним. Я писала раньше, я говорю с ним в день примерно часа два. И пока он говорит все должно застыть в глубоком восхищении, весь мир должен подчиняться его воле. Я не могу понять ни слова, что он говорит, он будто витает в облаках, и некоторые слова вырываются у него без контекста. Означает ли это что ему вообще больше не с кем поговорить или что он не знает, как общаются нормальные люди? Без понятия. Даже после обдумывания некоторых его слов, даже когда я ловлю нить смысла его монолога, я теряю ее снова и снова. Все путается и становиться похожим на бессмыслицу. И все равно он смотрит на меня в ожидании нормального ответа. Кивать головой — не достаточно. Я так устала от отсутствия нормального человеческого общения, от этих абсурдных правил. Я буду царапать тут слова до самой смерти или что-то еще может случиться со мной. Не знаю. Но на самом деле я часто хочу, чтобы я уже была мертва. Я устала от криков отовсюду, меня от этого выворачивает. Пожалуйста, помогите, вытащите меня отсюда. Если вы это читаете, пожалуйста, скажите на свободе что я существовала вообще. В этих обстоятельствах я сама этого сделать никак не могу. Назад в тот день. Он мне сказал войти в ту дверь. Я шагала туда на своих уставших ногах, чувствуя все то давление от его взгляда в мою спину. Меня все еще трясло. Уверена, его это раздражало. Не знаю как, но я это хорошо чувствовала. Облегчение настигло меня как только я открыла дверь и вошла в нее. Я только немного оглянулась назад и снова увидела, как он следит за мной. Я могла только подчиниться его… приказу. На самом деле, теперь я понимаю, это был не совсем приказ. Это было предложение. Лучшее предложение, чем оставаться в той комнате. Тут как минимум дверь разделяет меня от него. Я облокотилась о дверь, как-то безнадежно надеясь на свою силу, я удерживала ее своим весом от угрозы позади, это было последним актом моей гордости. Даже если после его… дел… он планировал выкинуть меня в подземелье, тот момент казался вакуумом. Почти никакого звука, почти нет его адской ужасающей энергетики, никаких вещей, которых стоит бояться, хотя бы на несколько минут. Как я думала. Пока я осматривалась вокруг, я сползла по двери вниз на пол и стала вдыхать холодный влажный воздух. Больные глаза заметили внезапно в конце огромного зала, где я оказалась, небольшую тень. Я слегка дернулась назад и вернулась в реальность. Вокруг меня раскинулся огромный зал с высоким потолком, колоннами по стенам и в центре зала и книжными полками, наполненными старыми толстыми томами. Место напомнило мне католический храм. Я ощущала себя такой маленькой, наверное, ангелы должны были начать петь под сводами в тот момент. Такое усмиряющее и успокаивающее влияние. В то же время давящее. Когда я медленно попыталась встать, тень из конца зала повернулась ко мне. Я видела ее глаза с такого расстояния. Уставшие, темные, но горящие изнутри глаза. Она молча глядела на меня и прищуривалась. Не была уверена, ее ли я должна встретить, но мне оставалось только идти вперед. Все еще в том блестящем платье, я поплыла в ее сторону как невеста к алтарю, прямо по середине зала через ряды книжных полок. Снова перешла в новый этап. Ее имя оказалось Энья. Как я услышала. Она — предсказательница, и в этой цепочке подчинения — главный источник информации для Дио. С ее слов это она открыла для него мир новой силы, и как только я вошла в зал, она сразу поняла что к чему и зачем меня послали. Я была пользователем как она сказала. Пользователем стенда. Пока я слушала ее речь, я пыталась ухватить каждое слово, каждый кусочек полезной информации, но вопросы у меня все еще есть. По крайней мере я точно знаю, они хотят оставить пока меня в живых. Как я поняла, пользователь стенда это человек, чья душа обрела материально-духовную форму, и эта форма видна только для других пользователей, ей можно атаковать. Довольно интересно, но я никогда не испытывала или видела знаков чего-либо летающего возле меня как в случае Дио. Энья сказала мне что это в моей обязанности узнать форму своего стенда и пробудить его в желании сражаться, а также что он может иметь «необычную» форму. Будто я знаю, какая бывает обычная форма. Мы просидели за разговором несколько часов, я все пыталась выяснит, что к чертовой матери происходит. Она мне предложила остаться с ней в этом зале жить, я могла бы спать как она на лавке. Типа у меня был выбор. После долгого разговора со скрипящим смехом она дала мне немного хлеба и воды, я бросилась на потрясающую пищу как животное, а она все приговаривала и хихикала: «Ты будешь полезна». Несмотря на рабовладельческое ко мне отношение, мне было так хорошо от той еды, я осталась пока жива. Я на краю к истине. Осталось совсем немного. В целом, загадка разгадана. Я остаюсь тут пока не разбужу свою силу, так как она может быть полезна для целей лорда. Вот почему я себя чувствовала другой по сравнению с остальными. Ну вы понимаете. Большое облегчение. Но с этим приходит и большая ответственность. И страх. Что будет дальше я не знаю. Несмотря на принятие всего, что со мной происходит, я не сошла с ума. Я все еще хочу выбраться. Помогите мне. Добрый день! Кто-нибудь еще читает это? Меня разрывает между поиском правды и попыткой спастись. Меня разрывает от следования местным правилам, вникания в каждое сказанное мне слово и слабой надеждой сбежать на свободу. И оба варианта не слишком уж осуществимы. Была бы возможность… я бы сделала и то и то. Не знаю зачем. Но мне кажется это правильным. На самом деле после всех проведенных тут дней я поняла, что упускала в своей повседневной жизни — четкие границы, шаг вправо, шаг влево. Можно назвать это новым видом контроля себя. Четкий и понятный контроль.

***

С того дня, как я писала выше, прошло несколько недель. Многие вещи для меня все еще загадка. Спасибо огромное за эту тетрадку, о блистающий в бледном свете ночной луны лорд! Я ее храню теперь под моей «кроватью», точнее под скамейкой. Я еще не пробудила свой стенд, несмотря на количество ежедневных избиений. Моя кожа вся покрыта синяками и гематомами. Но это цена за правду. Я верю в это. Мои страдания приведут меня к свету и спасут меня из собственных искрящих мыслей. По-другому я не могу. Моя человеческая природа раздражает меня. Мне не лучше от этих игр разума внутри меня. Я хочу нормально питаться, я хочу спать на кровати. Меня кидает в дрожь от мыслей о прошлом и будущем. Когда я начала в себе сомневаться? Когда внезапно мрачные мысли захватили меня? Я не помню. А теперь я под их контролем закрыта здесь только с собой, этой тетрадкой и людьми. Несколькими людьми, которые пугают меня. Которые обращаются со мной как с мебелью. Почему Дио так ко всем относиться. Будто он выше, а все остальные только и могут что восхищаться его способностями и образом. Разве он не человек тоже? Он ведет себя по-другому, он выглядит по-другому, говорит, будто прожил век и… к тому же… нет, он не человек. Или человек? Я не понимаю. У меня не хватает наглости задать такой вопрос. Я полагаю только что… здравый смысл тут не играет роли. Что делает человека человеком? Его чувства, потребности? Мысли? Принципы? Если так, то ничего из этого я в нем не вижу. Кроме некоторых слов. Не знаю, как их воспринимать. Может, потом я об этом еще напишу. Пока я их не понимаю, писать не буду. Здравый смысл не играет никакой роли.»