Мотылёк - Moth

Теги: Опять гребанная повседневность, но, думаю, эта глава мне нравится. Хотя тут есть доля кошмара. И телеграмм канал: https://t.me/Strasti_Ybitoi_Besni ~/ПОД СЛЕЗАМИ ЧУДЕСНОГО НЕБОСВОДА/~ Теперь дни Бакуго состояли только из уроков тренировок и дома. Он приходил выжатый как лимон и сразу садился за уроки. Потом по расписанию на боковую. Айзава говорил ему что-то про клятву бойца или что-то в этом роде, но он даже не задумывался об этом. Он заранее знал, что первый на вступительных экзаменах всегда толкует речь перед всей страной. И он определенно будет первым. Сейчас уже вечер, город покрылся легким туманом, который густо клубился в некоторых местах. С погодой в последнее время определенно что-то не так. Словно все на свете хочет ему насолить. Он закрывает окно и выходит из комнаты, направляясь вниз. Кидаешь взгляд на часы рядом со шкафом. 7:13 вечера. На самом деле закончил он сегодня довольно рано. — Сделай доброе дело и сходи в магазин, оболтус, — Мицуки выходит из кухни с полотенцем в руках. Масару на кресле с книгой бросает на них робкий взгляд в ожидании спора, но парень просто закатывает глаза и идет в комнату. переодевшись в уличную одежду, вернулся и пошел к обувнице. — Че купить-то надо?! — он кричит со своего места, ведь если пойдет по ковру, его просто сожгут на месте. — Масло подсолнечное, соль, лук зеленый и помидоры несколько штук! — выговаривает Мицуки из кухни. Масару встает со своего места и подходит к нему, передавая деньги. Он закрывает за собой дверь и плетется в магазин. Воспоминания просто забивают голову и его глаза на пару оттенков тускнеют.

____________

«Вот блин, дождь идет!» Круглолицая рядом с тобой досадно топчется, когда видит за окном целый ливень стеной. Ты просто переводишь взгляд сначала на девушку, а потом на улицу. «А мне нравится дождь.» ты просто берешь и выходишь на улицу. Без зонта или плаща. Бакуго на пару минут просто выпал из системы, видя, как ты, покрываясь каплями небесной росы, идешь по двору академии. Но затем ты оборачиваешься в сторону Урараки, которая все еще наблюдала за тобой с открытым ртом. Она, вероятно, тоже тебя не понимала. Бакуго считал, что любители дождя максимум наблюдают за ним и прислушиваются к его звукам, но не гуляют! Или максимум — надеть плащ и пройтись под ним. Недолго. Но затем на твоем лице расцветает улыбка, словно яркий цветок. По твоим губам, которые цвета лотоса, скатывается капля и падает с гладкой линии подбородка. И Бакуго не может оторваться. Ты подходишь ближе к стеклу. И он уже может разглядеть, как на твоей щеке появилась ямка от этой широкой улыбки. Острые клыки касались нижней губы и Бакуго все еще не отрывается. Твои ресницы потемнели и слиплись от влаги и с них периодически капали капли. Нос сморщился, выделяя контур шрама. Он все еще смотрит. «О, Моти-чан.» он выходит из транса только когда Лягушка подходит к окну и машет тебе. Ты просто глупо повторяешь ее жест, а затем призываешь выйти к себе. Она прыгает к выходу и уже через минуту вы обе бегаете под дождем и скачите по лужам. Он раздраженно дергает плечами и двигается к шкафчикам. В отличии от других статистов он подготовился и захватил зонт.

____________

Он моргает и осознает, что подходит к магазину. Заходит внутрь и, не поздоровавшись, проходит вглубь полок с едой. Приседает у масла и оглядывает этикетки. Отвлекается, когда на периферии играет алый цвет. Поворачивает голову и его брови уже на пути к переносице, когда почти во весь магазин гремит его имя. — Воу! Кацуки, это ты что ли? — долговязый и толстожопый сначала стоят в ступоре, а затем направляются к нему. Он с цыком вынужден встать, потому что не желает смотреть на кого-либо снизу вверх. Прожигает их взглядом, но те просто игнорируют. Словно он не перестал общаться с ними после того происшествия со злодеем. Его взгляд становится острее, когда придурки приближаются буквально вплотную. — Ну ниче се ты вымохал. Он морщится, когда в нос бьет противный и жгучий запал табака. Ха, а говорили, что бросят. Он прям сейчас был бы не против ощутить на рецепторах запах нежной гвоздики и лаванды. Демонстрирует шаг назад и поднимает подбородок. — Ха, думаю, девушки так и вешаются на тебя, — краснокрылый рядом трясет крыльями. — Им нравятся такие широкоплечие. — Че надо? — он грубо обрывает. Ему сейчас не до разбирательств о том, кому кто нравится. Ему и так хватает проблем с одной конкретной особой. — Ну-ну, столько времени не виделись, ты же поступил в UA? — долговязый склоняется ближе и Бакуго рычит: — Словно могло быть по-другому. Я первый на экзаменах, — он уже отходит в сторону, чтобы завершить разговор, но толстожопый вставляет свою лепту размером в миллион. — А я слышал, что Деку тоже поступил, — венки на его руках выпирают от раздражения и он бросает кинжалы в так называемых «друзей». — Это неудачник просто пыль у дороги, — он хватает бутылку масла и направляется к зелени. Мысли вновь и вновь крутились вокруг Деку, причуды и их детства. Все время вместе. Он был единственным среди их компашки сорванцов с причудами, без причуды. И сколько бы он его не бил, тот снова бежал за ним. Словно ему возле него было медом намазано. Они не дружили и толком не разговаривали нормально. Все эти диалоги были связаны с его унижениями. Он не понимал. Сколько бы он не долбился головой об ствол, все равно не мог понять. Почему ты все еще рядом? Я не принимаю тебя. Тебе не место рядом со мной. Он рыкает на кассиршу, когда ставит все продукты и та осуждающе смотрит на него. Но он этого даже не заметил, прибывая в своих мыслях. С самого детсада его хвалили за все. Он преуспевал во всем. Он быстрее Деку встал на ноги. И разговаривать, читать, писать, он преуспевал во всем. И это подтверждали люди вокруг него. И это было приятно, ему нравилось быть во всем первым. И когда появилась его причуда он знал, что станет героем, а Деку нет, он знал что статус «лучший» закрепился за ним навсегда. С детства ему говорили, что он эдакий «Золотой мальчик». Только вот пришел кто-то другой и занял его место, сместив вниз. Не стараясь, он завоевал одобрение их общего кумира, в то время как он жестко в этом облажался своим проигрышем. Да и тот Половинчатый тоже ублюдок. Имеет две причуды и настолько самодоволен, что пользуется только одной. Он с пакетом выходит из магазина и замечает, что моросит дождь. Прелесть. Глаза щурятся от летящих капель, когда шею обдувает холодный ветер. Черт, как же он ненавидит эту погоду. Дорога до дома проходит относительно тихо, если не считать проезжающие машины и скрип деревьев, которые качал ветер. Он сбрасывает кроссовки и идет на кухню, кладет продукты на стол и идет по направлению на второй этаж. Родители ничего не спрашивают и даже мать не кричит вслед, когда дверь его комнаты хлопает чуть сильнее, чем следует. Он срывает свою толстовку и бросает ее на батарею. Садится за свой рабочий стол и смотрит на календарь. До фестиваля оставалась всего неделя. Но для него этого более чем достаточно. Но есть определенные личности, с которыми могут возникнуть проблемы. — Черт, как же бесит, — он трет лицо и взгляд натыкается на книгу. Он берет ее и включает лампу, начиная читать. Чтение всегда помогало отвлечься от ненужных мыслей. Но концентрация, видимо, вышла покурить, потому что он отвлекался на каждой второй строчке. Со вздохом он откладывает вещь обратно на полку и утыкается в подушку. Если так подумать, то UA определенно отличается от его прошлой школы. Там он распугивал всяких мобов одним своим присутствием, особенно когда перешел на третий год. Но тут не так. Его не боялись, не сторонились, только кидали скептические взгляды и смешки. От этого он чувствовал себя идиотом. Но это все только начало. Он обязательно проявит себя на фестивале и покажет, что с его силой надо считаться. Он поворачивается к стенке, кутаясь в одеяло, и закрывает глаза. Глубокий сон ему определенно не повредит.

____________

Новый день в академии встретил его небольшими изменениями. В данный момент идет урок литературы, а он не может отвлечься от твоих волос. Ты сегодня заколола правую сторону заколкой в стиле старых японских спиц, которыми богатые и знаменитые девушки того времени украшали свои волосы. На заколке были разбросаны красные цветы из стекла. Они были не очень большими, но определенно бросались в глаза. Так как ты сейчас из-под тешка общалась с Наушником, то он с легкостью мог все осмотреть. Он не знает почему, но это изменение как-то цепляет его. Он просто хотел чуть подробнее и, может, чуть ближе рассмотреть твое лицо. Но он настойчиво переводит свой взгляд на учебник, следя на какой строчке они остановились. — Мотидзуки, не отвлекайся, пожалуйста, — говорит учитель. Ты от этого тушуешься и тыкаешься в учебник. Твои плечи неестественно поднимаются, пока ты сама сутулишься и опускаешь голову ниже. Он поднимает бровь, но отвлекается, когда Цементос переходит на стихотворение. Звонок с урока является приятным событием, так как он может, наконец, встать и размять спину. Он поводит плечами и выдыхает, когда сгибает руку над головой. Уже собирается взять сумку, как замечает твой взгляд на себе. В последнее время твоя радужка более сероватая, нежели черная. Иногда у него создавалось впечатление, что твои глаза поглощают сам свет. В них ничего не отражалось. Ни свет от солнечных лучей, ни отражение его собственных глаз. Но в этом было что-то интересное. Что-то притягивающее. Он изредка наблюдал за тем, как твои зрачки меняют цвет при разных обстоятельствах. Как они могут расширяться, когда радуешься, из-за чего создавалось впечатление, что они у тебя вовсе не черные, а красные. Такие насыщенное, как солнце, которое вот-вот зайдет за горизонт. А сейчас твои зрачки были тускнее обычного. Но он промаргивается от этих мыслей и умирает от физической потребности вытащить свой мозг из черепа и вытряхнуть от туда все эти мысли. «Ха, думаю, девушки так и вешаются на тебя, им нравятся такие широкоплечие.» Губы растягиваются в неопределенном выражении лица, когда он вспоминает эту фразу, но встряхивает головой. Не нужно ему это сейчас. Он уже открывает рот, чтобы сказать что-то, но ты обрываешь. — Есть домашнее задание? Точнее, можно переписать? — ты вертишь дневник в руках и он еще сильнее хмурится. — Надо было следить за этим на уроках! — рявкает он и пихает учебник в сумку. Ты на это только поджимаешь губы и выжидающе смотришь на него. Он хмуро пилит тебя взглядом, но поняв, что ты не поддаешься, с шипением протянул дневник. Ты тихо благодаришь, в то время как он топает ногой. На обед не хотелось бы опоздать. Ты возвращаешь предмет и теперь он четче видит то, как твои волосы от рыжего перетекают в желтый. Что они слегка вьются на кончиках. Как эти две пряди всегда накрывают твой лоб. Он демонстративно фыркает, когда его сердце начинает биться чуть быстрее, судорожно сжимаясь, когда ловит твой взгляд. Он проходит мимо, проскальзывая своим плечем по твоему, чтобы его обдало сладким запахом. Ты, видимо, сменила духи, ведь аромат стал чуть слаще. Когда он движется в столовую, невольно вспоминает, как познакомились его родители. Они познакомились случайно. Старик просто тогда работал в индустрии моды и столкнулся с Мицуки. Он не знает, что именно между ними произошло, но они описывают это как «Химический взрыв». Если честно, то это именно мать настойчиво приударила за отцом, вытянув его на свидание. Ему до сих пор кажется, что этот брак был насильственным. Но он все же не до конца понимает значение этой фразы. При чем тут взрыв? Это шутка о том, что у них похожие причуды? Но мать на все его вопросы только посмеялась и ответила что-то вроде: «придет время, Кацуки, и ты сам все узнаешь. Ты пока еще не созрел». Ох, как же он был не согласен с этой фразой. Он мог понять что угодно, но старуха просто отмахнулась от него и продолжила готовить. Он в раздражении вздыхает и заходит в столовую. /От лица Хираку/ — Ну ты и камикадзе, Хираку, — усмехается Денки и переглядывается с Серо. Ты только подняла бровь и оглядела их. — Почему это? — В прошлый раз, когда я спросил у него домашнее, он треснул меня дневником и ушел, — озлобился парень и сдулся. — А тебе ничего. — Ты хотел, чтобы он ее тоже ударил? — спросила Джиро, вставая рядом с тобой. На ее лице обычное расслабленное выражение, припущенные веки. Она постоянно подкалывала бедного Каминари. — Что? Нет! — крикнул на нее парень и буркнул что-то под нос. — Но мне кажется, что Тодороки и Бакуго будут самыми опасными соперниками на фестивале. Ты тупишь взглядом в парту и молча соглашаешься, ты видела в каких условиях проводятся этапы боя один на один. Будет счастьем, если на этот раз академия не выберет что-то с использованием причуды. Против Тодороки или Бакуго у тебя не будет шансов. Первый может использовать быстрые и обширные атаки. Ты помнишь, как он в мгновение заморозил здание. Бакуго подвижен и у его причуды бризантный эффект. Если задуматься еще чуть глубже, то по сути у тебя нет много шансов даже против того же Минеты. Если все соперники будут быстры и подвижны, то ты просто не сможешь зацепить их своей причудой. Ты кое-как справляешься со стоящими предметами. — Если прорвемся и покажем свой потенциал профессионалам, то это будет огромный скачек для нас! — воодушевляется Серо, а ты просто играешься желваками. Ты смотришь на него, а потом на Ииду, который трясется всем телом. Этот парень определенно странно выражает свое воодушевление. — Моти-чан, Иида, Деку, — ты ощущаешь давление за спиной и оборачиваешься на Урараку, которая скрутилась на своем месте, излучая ауру смерти. Вот это у нее настройчик, конечно. Завидуешь. — Давайте размажем всех на этом спортивной фестивале! Твои брови складываются в домик, когда слышишь это от Урараки. Такая милая девочка. Была. — Твое лицо, Урарака! — кричит Иида, а ты просто дальше глазеешь на девушку. — Что это с ней? Она совсем на себя не похожа, — говорит Мина, а ты смотришь на рядом стоящую Джиро, которая вертит своими наушниками. — Ребята, я собираюсь победить! — вылетает вперед она, подняв кулак. Ее лицо выражает готовность убивать. — В таком случае я сдаюсь, — тихо бормочешь ты, оперившись поясницей о парту. Но легкая улыбка все же растягивает губы, когда запал Очако распространяется по всей комнате. — Урарака, если ты хочешь всех побить, то тебе надо хотя бы массу набрать, — усмехнувшись, ты подошла и сжала ее плече в хватке. Оно было настолько утонченным, что твои пальцы смыкались. — И немного подрасти. Урарака лупит на тебя глазами, пока ты отпускаешь ее и засовываешь руки с карманы. Тсую рядом с Миной сутулится и хлопает на тебя своими большими глазами. — А ты довольно язвительна, Хираку-чан, — говорит девочка-лягушка и ты просто пожимаешь плечами. Тебе часто говорила эта мать, и если ты кидала какой-то комментарий, он иногда мог быть обидным. Еще подруги часто упоминали. Но, к сожалению, у тебя не всегда получалось держать язык за зубами. Вторые чаще всего над этим смеялись, ведь ты всегда старалась преподносить это как шутку. — Вы идете? В столовой сейчас все разберут, — говоришь ты и Урарака скачет к выходу, а вслед за ней Мидория с Иидой. Вы тихо идете по коридору, но тишину нарушает тот от кого этого не ожидалось. — Урарака-сан, а почему ты хочешь стать героем? — парень поджимает губы, а Урарака трет затылок. — Ну… Ради финансов… — Ради денег? Ты хочешь стать героем из-за денег? — переспросил парень, а ты просто шла рядом, прислушиваясь к разговору. — Да, наверное, именно из-за этого, — усерднее трет голову девушка, а тебе приходится переживать о слоях ее кожи на черепе. Но потом она хлопает себя по щекам и краснеет. — Блин, простите, я знаю, что это звучит поршиво. Словно я и не герой совсем… Иида хочет стать героем из-за высокий побуждений и мне стыдно… — Не стоит! — прерывает ее высокий парень, — Почему бы не уважать желание человека иметь более комфортную жизнь? Ты отошла в сторону, когда мужская ладонь грозилась врезаться в твою макушку. — Да, но все равно немного неожиданно… — бормочет Мидория сзади, и ты киваешь. — Мои родители работают в строительной компании, — ты новостряешь уши, ведь у твоего отца похожая специальность в сфере строительства, но не смотря на то, что мать почти не работает, вы не были на мели. — Но работы нет и мы не очень богаты… Наверное, мне не стоило вам об этом говорить, но… — Люди не должны скрывать свои несчастья, от этого только хуже, — твердо говоришь ты, наученная жизнью Коны. У нее буквально с детства плохие отношения с семьей. Ее отец вовсе не родной именно ей. У нее еще есть сестра и маленький брат, но те уже родные. Из нее с юного детства вылепили отличницу, которая все идеально понимает и учится. Это продолжалось долго… Ты видела, как она не один раз плакала. Иногда, по некоторым дням, просто приходила и молчала. В последний год средней школы стало хуже, когда она перестала отвечать на тактильный контакт и даже отвергала. Ты, правда, старалась ей помочь. Она изъявила желание поступить в медицинский с Мико и переехать в общежитие. Хотела и вовсе уехать из дома, но она несовершеннолетняя, поэтому осталась. Сейчас она в хорошей академии на бюджетном месте и у нее хорошая соседка по комнате. Про родителей она не говорит, ну и ты не спрашиваешь. — С твоей бы причудой вы могли бы хорошо сэкономить на оборудовании, — задумчиво тянет Мидория и ты киваешь на это. — Точно! Я сказала папе тоже самое, но… — ее руки опускаются и ты видишь, как они становятся твердыми кулаками. — Я обязательно стану героем и заработаю кучу денег. Чтобы мои родители жили той жизнью, которую они заслуживают! Ты смотришь на ее сведенные брови, в которых ты замечаешь дрожь и просто киваешь. В такие моменты ты просто могла делать все, что в твоих силах. Но ты правда не знаешь, что делать именно в этой ситуации. Вы знакомы с Очако от силы месяц. — Тогда усерднее тренируйся, — говоришь ты и хлопаешь ее по плечу, от чего она слабо морщиться. — Вот ты где! Юный Мидория! — звонкий крик заставляет подпрыгнуть и резко обернуться на Всемогущего. — Пообедаешь со мной? Мидория неловко прощается с вами и уходит, в то время как вы продолжаете идти по коридорам. Таким темпом в столовой ничего не останется. Ты просто прибавляешь шаг, отрываясь от остальных. — Моти-чан! Подожди! — пищит девушка и спешит за тобой. Ты понимаешь ситуацию Урараки. Она хочет сделать все для своей семьи. В ее голове нет сомнений, потому что она не дает им права появиться. Но что толкает тебя на шаг вперед? Что ты делаешь? Зачем хочешь стать героем? Резко останавливаешься и девушка врезается в твою спину. Иида смотрит на вас в вопросительной манере, но ты машешь рукой. — Иди, мы буквально через секунду догоним. Надо поговорить, — ты цепляешься глазами за Очако, которая смотрела на тебя с непониманием. Ты просто хотела сделать что-то. И для себя тоже, считайте эгоизмом. Парень кивает и идет дальше по коридору. Ты ведешь подругу ближе к окну и достаешь телефон. — Моти-чан? — спрашивает девушка, замявшись. Но ты только притянула ее себе и сделала селфи. Отпускаешь ошеломленную гравитацию и ищешь ее контакт. — Знаешь, мне бы хотелось, чтобы где-то через год мы посмотрели на это фото и увидели, как изменились. Чтобы тогда сказали, почему хотим быть героями, — говоришь ты и кладешь фото в напоминание, ставя дату на следующий год — Май. — Может, тогда я вправду узнаю, чего хочу от себя. Упираешь руки в бока и смотришь на онемевшую девушку исподлобья. Да, глупая и бесполезная идея, ты в курсе. — Моти-чан!!! — но Урарака набрасывается на тебя с объятьями, чуть не выбив телефон. Слезы текут ручьем, пока сопилька весит на носу. — Не забудь про это обещание, а то я обижусь! — Ха, не забуду, — усмехаешься ты и суешь телефон в карман. Обе спешите в столовую и как видите, Иида занял вам целый стол. Мидория со Всемогущим, поэтому остались вы трое. — Боже, я бы проглотила целого мамонта, — заверяешь ты и подходишь с подносом к Быстроланчу. — Тренировки отнимают много сил, да? — весело спрашивает вас повар и накладывает мяса с соусом и чесноком. Легкий салатик и чай. От этой реплики уголки губ нервно тянутся вверх, но спешишь скрыть это. Не знаешь, как именно ответить, когда откровенная ложь грозиться сорваться с языка. Откуси и выброси в мусор. Никогда не ври… — Аа… Да, — ты просто замолкаешь, не желая врать дальше, потренировалась от силы два дня. Берешь поднос, встречаясь глазами с Ураракой и улыбаешься, но тут же пропадаешь в мыслях. Вздыхаешь, без слов приступая к еде. В столовой громко, но, кажется, только ваш стол окутан тишиной. Оглядываешься вокруг, теребя заколку в волосах. Натыкаешься на блондинистую макушку и прикрываешь глаза. А вот он тренируется каждый день, ты знала. Отводишь взгляд, капаясь в листьях салата. Да, профессия героя не для тебя. Но ведь выбора не было? Все остальные мысли теперь крутились возле Юми. Ты просто вспоминала. Мысли были бессвязные, они появлялись и исчезали. Но потом мотаешь головой и крепко моргаешь. Пора идти на математику.

____________

— Математика — это ад, — хлопаешь по парте Джиро и та содрогается. Девушка хмыкает и с весельем смотрит на Каминари, который в процессе урока выгорел. В прямом смысле, он, черт возьми, дымился. — У тебя, вроде, были хорошие баллы по экзамену на вступительном, — сказала Момо, присоединяясь к беседе. — М-да, — уныло проводишь рукой по лицу и пилишься в пол. — В классе обычно была на втором или третьем месте в рейтинге. — Скатилась, — Мина проходит рядом, даже не посмотрев, пока ты игнорируешь и вздыхаешь. Слышишь от той, которая хихикает на уроках с соседними партами, отвлекая тех от уроков. У нее что-то где-то застряло? — Нет, просто одноклассники были настолько тупы, что я вывозила этот статус даже не стараясь. Но в академии все по-другому, я чувствую, что скоро мой мозг развалится на атомы, — с каждым сказанным словом ты опускалась к полу, но Урарака вылепляет тебя заново. — Не кипяшуй, лучше о фестивале подумай, — голосит девушка с каре и улыбается. Но от этого твои глаза тускнеют еще сильнее. Но мотаешь головой, затем хлопая себя по щекам, дабы прийти в чувства. И только затем распахиваешь глаза, осматривая девушек рядом. Некоторые шуганулись, но не беда. Вздыхаешь и смотришь в потолок. Не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. Эта цитата конечно, не очень подходит под твою ситуацию, но тут ты правда должна прийти в себя.

____________

Спускаетесь компанией на первый этаж и выходите во двор. Девушки переговариваются, все в предвкушении от тренировок. Кроме Каминари. — Тот парень из общего образования явно нарывался, — говорит Мина, делая боксерские движения в воздухе. — Войну он объявляет. Ха! — Думаю, Мина-тян, нам нужно серьезней относиться к этому, — говорит лягушка и ты все же немного согласна с ней. Тот парень явно настроен серьезно, но его причуду вы так и не узнали. Даже намека. «Не будьте самонадеянны, а не то я выбью почву из-под ваших ног. Считайте это объявлением войны.» ледяное выражение лица заставляет тени пробегать по этой бледной коже. Его тело вытянутое, но больно стройное. На его фоне даже Мидория выглядит более широким. Бакуго молчал. Ты ожидала, что после такой очевидной провокации он ругнется. Затеет драку. Может, запустит причуду. Но он просто отвернулся и пошел. Он демонстративно проигнорировал и второй источник конфликта. И даже не казался злым или раздраженным. Ты в шоке уставилась на его спину, совершенно не веря, что он так может. Обычно он рявкает на тех, кто хотя бы имя его в стороне упомянул. А тут… «Постой, Бакуго! Как ты на это ответишь? Из-за тебя все нас недолюбливают.» вылетает Киришима, а парень перед вами просто посмотрел через плече. На тебя. Он даже не оглянул свой класс. Только ты и твои широкие зрачки. Каминари с Минетой что-то говорили в стороне, пока губы парня чеканили простые слова: «Мне плевать. Это не имеет значения, если ты на вершине.» и тебя накрывает сногсшибательная волна. Это можно сравнить с вдохновением у художников или писателей, когда они находят нужную идею или фразу. Когда сознание истерично хватается за нее, словно это то, что ты должна реализовать немедленно. И это просто лютый восторг. Сердце просто сходит с ума, умиляясь от взгляда, который был сосредоточен только на тебе. — Но его фраза была такой четкой, — Киришима снова прослезился, в то время как Каминари пытался опровергнуть это заявление. Неторопливо идешь к выходу. Из-за тех ребят, которые пришли поглазеть на вас, ты пропустила свой поезд и тебе опять надо задержаться. — Моти-чан, — оглядываешься на Цу, которая вместе с остальными явно не собиралась пока в уютное гнездо. — Ты не идешь на тренировку? — Эээ… Нет, не могу, — уклоняешься от ответа, пока Урарака рядом хлопала глазами. — Почему? — шатенка соскакивает со ступенек ближе, и ты пыхтишь. — Дела, мне правда пора, — сбоку слышишь хмыканье и прямо позади Цу проходит Бакуго, даже не взглянув в вашу сторону. Очако грустно морщится, но кивает. Стискивает в объятьях и потом идет вместе с Цу на тренировки. А ты поворачиваешься и выходишь с территории академии. Звонок на телефон не дается подавиться темным облаком, которое грозилось разрастись еще больше. — Девчонки, привет, — говорит весело Мико, пока остальные две присоединяются. — Ага, — оглядываешься на пешеходном переходе и ступаешь на зебру. — Что-то случилось? — спрашивает Кона, лежа на постели в общаге. Она выглядела немного уставшей. — Да… — протягивает она и улыбка растягивает ее лицо. — Вы можете сегодня приехать. Она говорит это так, словно впервые зовет парня на свидание, или признается в любви, но тон примерно такой. — Вау! Я уже собираюсь, чихуахуа, — голосит Куни и бегает с камерой по дому, ища вещи. — Как жаль, что Хираку не сможет. — Это почему? — ты возмущенно хмуришься. — Боишься со мной в одном помещении остаться? — Ой, иди на фиг. — Но у тебя же фестиваль на носу, — говорит Кона, протирая глаза и смотря в камеру. Ее лицо постепенно выдает подозрение. — Я надеюсь, что ты к нему готовишься? Поджимаешь губы, переводя взгляд на железнодорожные пути и задаваясь вопросом: «а почему бы не прилечь?». Если ты сейчас скажешь Коне прямо о том, что опять пинаешь балду, то она просто сгрызет тебя и пустит на мясо. А потом скормит своей собаке, которая осталась у родителей. — Хираку, я клянусь… — Я готовлюсь, — протягиваешь ты сквозь губы и робко переглядываешься с камерой. — Я тебя зря несколько месяцев готовила?! — Нет! Ну я же поступила, — говоришь ты звонким гонором и Мико уже заваливается на бок, явно осознавая то, что это будет твой последний день. Куни просто матерится на заднем плане, пытаясь залезть в кроссовки и закрыть за собой дверь и при этом не упасть с лестницы. — Ты хотя бы планку держи, — ворчит твоя подруги и трет переносицу. — Ладно, я надеюсь, что ты не опозоришься на фестивале. — Спасибо, мамаша, — по слогам протягиваешь ты, на что та просто маниакально улыбается. Ведьма. А ведь она упоминала, что ее мать потомственная колдунья или что-то в этом роде. Замечешь выплывающий поезд и с радостью подпрыгиваешь на носках. — Мой транспорт приехал. Кину сообщение, когда из дома выходить буду. — Жду, моя пупсичка! — ты слышишь только возглас Куни, когда отключаешь звонок и заходишь в поезд. Вагон абсолютно пустой и ты хмуришься от недопонимания. Чтоб в час пик поезд был пустой? Никогда. Но все равно занимаешь место и кладешь сумку на колени и обнимаешь, словно подушку. Тебя мирно укачивало и ты достаешь наушники с телефоном. Открываешь самый спокойный плейлист и прикрываешь глаза. Музыка успокаивает и снимает часть напряженности, которую ты испытывала, когда вошла. Промаргиваешься от легкой дремы и замечаешь, что подъезжаете к туннелю. Ты любила тут проезжать, не можешь сказать почему, но любишь. Но когда мрак на этот раз застилает вагон тонким слоем темени, ты чувствуешь, что на голову одели пакет. Он мгновенно перекрывает доступ к кислороду и понимаешь, что даже вдох не по силам. Особенно когда видишь фигуру на противоположном сидении. Мозг твой — враг твой, Он мгновенно придумает причину боятся, Всего. Боишься даже моргнуть, замираешь, словно ждешь смерти или нападения. Знакомое чувство, ты его уже испытывала. И не один раз. Может, уже раз сто?

____________

Торговый центр непривычно тих, когда лопаются все лампочки и электричество скачет по плитам. С придыханием кидаешься под ближайший стол и закрываешь уши. Дышишь как можно тише и скручиваешься до самых маленьких размеров. Сколько тебе тогда было? Может, одиннадцать? Двенадцать? Не помнишь. В тот день мать взяла тебя с собой на работу и ты просто гуляла рядом, осматривала полки с товарами и иногда общалась с продавцами. Пока не случилось все это. Лампа прямо над твоим столом лопается и молнии ветвятся по полу и ты издаешь тихий визг. Хруст стекла в коридоре и с замершим организмом смотришь в сторону выхода. Показывается сапог, а затем и вся фигура. Худощавый мужчина в черной одежде. Ты уже хочешь тихо попросить о помощи, сказать, что потеряла свою маму. Но он оборачивается на тебя и тебя вдавливает в пол этот взгляд черных глаз. Они смотрят словно и не на тебя вовсе, будто сквозь. Но ведь такого не бывает? Секунды тянуться чертовски долго, когда он поворачивается и продолжает свой путь. А свора молний следует за ним по пятам… Если честно, ты в тот день выжила лишь чудом, большинство тел выжгло зарядом свыше двести двадцати вольт. Твоя мать была в дальнем углу магазина и поэтому с ней все было хорошо. В тот день ты прижималась к ней так отчаянно и плакала в рубашку. Ты даже несколько недель отказывалась выходишь из дома. Если отключали свет, то ты сразу бежала к одному из родителей и впивалась железной хваткой. Со временем это перестало быть столь травмирующим опытом, но ты все еще помнишь. Ты навсегда запомнила эту бледную кожу, мешки под глазами и худое лицо. И холод, что бегал по костям.

____________

Фигура черная, тихая и неподвижная. Но она носит в себе угрозу, непонятную тяжелую силу и ты боишься. Это заставляет твои внутренности сжиматься как пружину, которая готовится разжаться и рвануть куда по дальше. Но может это просто твое зрение тебя подводит? Поезд мчится рядом с расставленными тусклыми фонарями и теплый свет полосками пробегается по вагону. Но четче картина от этого не становится. Раз, два, три. Раз, два, три. Сколько ты сидишь? Встала. Когда самый желанный на земле свет заливает все пространство, адреналин потихоньку выходит из тела. Понимаешь, что никого нет. Ты одна. — О, Господи… — шепчешь ты, кладя затылок на спинку сидения. Пора к мозгоправу, это точно.

____________

— Чувихи, — Мико харизматично приподнимает одну бровь, когда видит вас на пороге. — Вы к кому? — К одной лохматой обезьяне, — устало вздыхаешь ты и опираешься о стену. После такого выброса адреналина не грех просмотреть свою голову на седину. — Знакома? — Чего? — возмущенно голосит Мико и прикладывает ладонь к сердцу. Королева драмы. — Я вооб… — Да мы можем войти или нет?! — отчаянно вопит Куни и требовательно пилит хозяйку взглядом. — Ой, да, блин, какая я невежливая, проходите, — Кона говорит что-то вроде «наконец-то» и вы уже в прихожей. Дом убран, все просторно и без лишних штук. В то время как в твоей комнате осел слой пыли на полках и раскиданы некоторые вещи. Не твои, брата. — Чем займемся? — потирая плечи, говоришь ты. Куни просто проходит во внутрь и плюхается на диван. Не замечаешь, как Мико подкрадывается и поэтому подпрыгиваешь, когда та говорит: — Она какая-то кислая. Ты же чувствуешь от нее эту негативную ауру? — это был, может, и риторический вопрос, но… — Я не могу видеть эту гребанную ауру, которой ты мне мозг пилишь со средней школы, — чеканишь ты и подруга, хрюкая, наваливается на твое плече. Ты просто тупо продолжаешь смотреть в стенку, пока Кона высыпает принесенные чипсы в тарелку. А Мико, отсмеявшись, садиться рядом с Куни и ты правда замечаешь, что что-то не так. — По-моему у тебя что-то не так, — начинаешь ты и Куни переводит на тебя свой взгляд «да что ты?». — Определенно, — говорит Мико и к вам подсаживается Кона. — Эх… Один мой одногруппник сказал, что мне надо сбросить вес… В довольно грубой форме… — Ох черт, — Мико морщится от отвращения как и все вы и льнет к Куни ближе. — Куни, знай, ты самая четкая и красивая, харизматичная девушка на земле. Твой аркан вообще самый четкий и любовь свою ты еще встретишь, — говорит Мико и ты усмехаешься. Это был тот самый тип людей, который странно жестикулировал (благо, не как Иида) и выпаливал все, что в голове накопилось. — Кстати, — тянет сзади Кона и тебе почему-то не нравится как это звучит. — Что там за парень? Жопа. — Так!!! — Мико возникает прямо перед тобой, хлопает по щекам и заваливает вопросами. — Первое имя, второе, день рождения, цвет волос, глаз, желательно еще рост… — Да подожди ты! — кричишь, отрываясь от настойчивых ладоней. Теперь твоя компания выглядела как стая заинтересованных голубей. — Вы же не отстанете? — Нет! — вздыхаешь, смиренно опустив голову и все же решаешься начать. — Ну, его зовут… Бакуго Кацуки… Как вы поняли, мы с ним на одном курсе. Я не знаю дату его рождения, ведь я не сталкер, — кидаешь тот самый взгляд на Куни и она показывает тебе средний палец. — Он блондин и у него красные глаза. Чуть выше меня в росте. Ох, слышали бы вы его голос… — Так, все, хватит, у тебя есть я, — ревниво тушуется Куни, а ты хмыкаешь на это. А Мико уже вбивала все это в свой супер-правдивый сайт, которому ты не веришь. — Ох, а как там поживает твоя любовь? — подкалываешь ты, а Кона с Мико просто закусывают все чипсами. — Иди на хер… — Ничего больше сказать не можешь? — … — Э, ладно, давайте смотреть фильм? — Да! — вы пристраиваетесь ближе, кутаетесь в тонкое одеяло и нажимаете на кнопку питания. — Вы не совместимы, на этом все! — познавательно говорит Мико, прикладывая телефон к сердцу. — Словно я собиралась предлагать ему встречаться, — бубнишь ты и еще сильнее оседаешь на диване. Играешься с пальцами ног и думаешь. К чему тебе эта симпатия? Да, может, она пройдет не скоро, но ведь нельзя просто поддаваться чувствам? Это как бежать на движущийся поезд. Исход уже всем известен. — Ну а если честно, то на вашем жизненном пути будем много испытаний, — мудро кивнула подруга и окончательно отложила телефон. Да, в этом эта женщина была полностью права. Сначала это ссора, потом Лига и много других непонятных вещей между вами. — Но знаешь, — ты шугаешься, когда лицо подруги, которая буквально пять секунд назад сидела на противоположном конце дивана, появилось напротив тебя. — Если что-то и получится, то можно я буду крестной твоих детей? Ты пару раз моргаешь нечитаемо, уставившись на эти прищуренные глаза, но затем нагло отпихиваешь от себя это лицо. Эта тетя определенно не в адекватном состоянии. Видимо, отсутствие общения в социуме повредило ее мозг. — Ты одичала? — задаешь ты риторический вопрос, пока Мико умирает на полу. — Фильм классный… — комментируешь ты, хотя идет реклама и Куни давится чипсами и валиться на плечо Коны, которая проливает на них двоих Колу и та смеется еще сильнее. Ты тоже не сдерживаешь хохота, когда Мико, при попытке встать, бьется лбом о столик и снова валится на пол. — О Боже, вы такие дуры… — ты глотаешь свой смех и прикрываешь глаза, когда чувствуешь легкое покалывание в прессе. Сколько времени вы не могли собраться? когда в последний раз так смеялись. — Ну, зато мне не надо переживать о том, что я грязная, — пожимает Кона, хотя частичка ее твердой харизмы все еще присутствует. Она могла бы сойти за строгую и очень образованную барышню, которая знает свои права. Тебе становится интересно, как она найдет мужчину своей мечты? Хотя нет, это мужчина должен искать женщину. Так ты хотела думать до этого момента. Ну если подумать в общих чертах, то это мужчина всегда добивается девушки. У них появляется этот неизвестный вашим полом инстинкт охотника. Когда нужно подкрасться, схватить и… Как природа позовет. Мотаешь головой, когда осознаешь, что погрузилась в свои мысли слишком глубоко. Ты более задумчивая, чем обычно. Хотя ты тот самый тип людей, который в свободное время в облаках и фантазиях.

____________

Ох Моя золотая девочка, Ты в течении последней недели слишком ленива, Я должна тебе помочь, Не забывай свой долг… Потягиваешься, когда музыка забивает мозг. Брат уже сделал домашнее и ты можешь наблюдать как он играет в игру на телефоне. Теплый воздух скользит по полу, целуя кожу твоих ног и ты полностью расслабляешься. Мозг и тело определенно готовы ко сну. Поэтому отключаешь музыку и снимаешь наушники, откладывая на тумбочку. Кутаешься в одеяло и сворачиваешься калачиком, чтобы приманить больше тепла. Пальцы ног подгибаются, когда гусиная кожа покрывает позвоночник. Прикрываешь глазу буквально на секунду, когда слышишь хлопок. Глаза приоткрываются скорее на инстинктивном уровне, чем на желании. Но потом закрываются. Сон определенно хочет удержать тебя подольше. Но заставляешь руки напрячься и поднять торс. Глаза плохо фиксируют окружение и ждешь, пока тьма не станем более разборчивой. И когда это происходит понимаешь — брата нет в постели. Но дома тихо. Ни топота ног, ни детского голоса. Тебе становится страшно, особенно когда слышишь копошение под кроватью. Ты не знаешь, зачем подползаешь ближе к краю, когда мозг внутри кричит лечь и укутаться одеялом по голову. Не знаешь, почему свешиваешь голову вниз и смотришь, но никого нет. Кроме чужих ног. Они по другую сторону. Детские и босые, довольно бледные. — Ты подводишь меня… — …что? Твой взгляд острит, когда ребенок делает знакомые по манере шаги и вскоре ты не видишь маленькие стопы. Поэтому резко выпрямляешься и оглядываешься, но никого нет. Что за игры? Ползешь на другой конец своей кровати, чтобы рассмотреть место, где был ребенок. И видишь кровь. Отпечатки маленьких ног. Сползаешь на пол и снова заглядываешь под кровать. И теперь там не пусто. — Юми?.. — с ужасом шепчешь, когда видишь ее неподвижные глаза.

____________

Воздух ходит туда-сюда, когда открываешь глаза. Легкие лучи рассвета прокрадываются во внутрь и ты выдыхаешь весь страх.       Поворачиваешься в сторону и видишь брата, который спокойно спит. Окончательно успокаиваешься и вздыхаешь с облегчением. «Ты подводишь меня…» Хмуришься и чувствуешь неприятную кислоту на языке. Хорошо, ты все поняла. Воспользуешься последним временем и будешь тренироваться. Но вот только при чем тут Хиро во сне?