Мотылёк - Moth

Теги: Ох, черт, по-моему я начинаю чувствовать усталость от письма, это плохо? Конечно, это плохо... Надеюсь, на более интересных моментах это пройдет. ~/ЛОПНУВШАЯ СТРУНА/~       Просыпаясь посреди ночи, слышишь как шуршит песок. Перед глазами картина, как мизерные крупицы наваливаются друг на друга и образуют горку. Она все больше и больше. Это твое время и оно кончалось. Ты всегда останешься человеком, который делает все в последний момент, но надо бы избавиться от этой мерзопакостной привычки. Она потом тебе дорого обойдется.       Ты даже не открыла глаза, потому что и так знаешь, что на дворе сейчас полнейший мрак. Ты помнишь, как в детстве сильно боялась темноты и того, что она скрывала. Да и сейчас немного. Но сейчас ты боялась не просто черного бельма перед глазами. Ты боялась больше всего того, что вылезает в это время суток. Что-то мерзкое и противное, оно боится света, ведь днем негде скрыться. Но, к сожалению, некоторые твари не прочь поживиться днем. Усталость переполняет тебя так же, Как и красное вино бокал. Хрусталь лопнет. Рано или поздно.       Обнимаешь подушку под собой и устраиваешься поудобнее. Надо было выспаться, сон сейчас был важен. Но не могла. Все мысли о фестивале, о тренировках, и других вещах забивали голову. Ты начала просыпаться намного чаще после начала этого года. Ты хмуришься и открываешь глаза, смотря в звездный потолок комнаты. Когда была маленькой, всегда смотрела на эти звездочки. Губы поджимаются, а сердце начинает быстрее стучать, когда вспоминаешь USJ. Этот день навсегда останется в твоей памяти. Все эти кошмары вгрызлись в кожу, как синтетическая ткань, которая сгорела прямо на тебе. Если хочешь убрать, но отрежь часть своей плоти. Кошмары преследовали тебя, иногда, обычно на рассвете. Когда уже готовишься проснуться, эти руки тянут тебя назад и противно верещат прям в ухо.             Внезапно свет в комнате загорается и твое сердце подскакивает к горлу, пока не слышишь вибрацию на тумбе. Поворачиваешься, тянешь руку и берешь устройство. Почти пять часов. Это Кона.       — Что? — тихо шипишь ты, зарывшись рукой в волосы. Какого фига она звонила так рано? Хотя ты не была уверена, почему она вообще так рано встала. Родителей рядом нет, можно расслабиться.       — Прости, что позвонила так рано, — бубнит подруга и шелестит чем-то на заднем плане.       — Если собиралась извиняться за это, то могла бы уже заранее не звонить, — хрипишь и сглатываешь сухость в горле проверенным способом. — Ближе к сути.       — Ты же тренируешься, так? — ты хмуришься, но все же говоришь, что да, вроде того.       — Но успехи ты не замечаешь, да? — ты хмуришься на ее вечные вопросы, IQ твоего мозга рано утром приравнивается к минусовым цифрам. Удобная кровать под тобой ничуть не улучшала ситуацию.       — Не могу сказать, но думаю, что я его так и не увижу.       — Я так и знала, — сказала категорично Кона и ты закатила глаза. Ее разговоры никогда не были беспочвенными, ты могла предположить, что в ее шаловливом мозгу появилась очередная идея. И она у нее была. — Ладно, у тебя осталась всего неделя в запасе и это довольно мало. Но есть один способ прокачать причуду с минимальными рисками.       — Какой? — ты начала прислушиваться, стараясь оттеснить любые ненужные мысли.       — Нам на одной паре сказали, что причуда как мышцы — ты их рвешь, а они растут. Немного не правильная формулировка, но пофиг. В общем, просто пользуйся своей причудой по максимуму.       Ты уже хотела прервать ее, сказать, что и так убиваешь себя на тренировках и возрождаешься за ночь, но не успела.       — Но для прогресса ты должна делать это постоянно. Это не просто пол часа выносить деревья, как ты обычно делаешь.       Что? Хорошая тактика. Лучший выход - идти напролом. И вход тоже, в общем.       — Ты должна в течении всего дня использовать причуду. Слышишь? Ты можешь делать это даже в домашних условиях и не перенапрягаться. Я не говорю тебе сразу поднимать кровать. Начни с поднятия небольших предметов.       — Я могу, к примеру, делать уроки, а на заднем плане поднимать и опускать портфель? — задаешь вопрос и подруга согласно угукает.       — Я думаю, что это очень поможет с концентрацией. И ты можешь еще переворачивать страницы книги причудой…       — Ну нет! — ты тут же громко протестуешь, выпучив глаза в пол. Использовать причуду сразу на двух разных предметах? Которые находятся на расстоянии друг от друга? Один из которых книга с супер тонкими страницами? Сейчас это казалось таким далеким и нереальным, как поездка на луну. — Я не буду на такое замахиваться. Это очень сложно…       — Как скажешь, — на выдохе сказала подруга, ты даже представила, как она пожала плечами. — Делай перерывы, кстати, и желательно во время них поесть немного и выпить воды. Но не большие, не дольше двадцати минут. Засеки сегодня вечером секундомер и проверь как долго ты можешь справляться со своей причудой, а затем сделай тоже самое в конце и сравни результаты.       — Хо-ро-шо, — чеканишь ты, записывая некоторую информацию в заметки. Это была довольно гениальная идея. Как и ожидалось от Коны. Хотя ты не говорила о своих проблемах. Она словно сама это почувствовала. — Спасибо, как всегда выручаешь.       — Ну а как же, — усмехается Кона и вы прощаетесь. Теперь у тебя есть график на все дни до фестиваля. Начнешь с завтрашнего утра.

____________

      Когда будильник трещит под ухом тянешься к нему, но останавливаешься. Смотришь на вещь и все же решаешься использовать причуду. Вдох-выдох и погнали. Материя постепенно подчиняется твоей причуде. Этот процесс для тебя был чем-то необычным. Словно ты трогала этот объект на расстоянии, но при этом не прикасалась к нему руками. Это было сложно даже на психологическом уровне. Непривычно.       Тянешь предмет к себе и через пару секунд он в твоих руках. И тогда думаешь о том, что выполнить совет Коны не так уж и сложно.       Это продолжалось все утро: притянула к себе щетку и тюбик с пастой, старалась открыть шкаф со столовыми приборами, при этом не вытащив его ко всем чертям. А вот на моменте, где ты чуть не уронила кружку с чаем, решаешь, что этот напиток слишком ценен, чтоб так с ним играться. И зарядившись порцией адреналина, выскакиваешь из дома, таща портфель с помощью причуды.       Погода была теплой и ты надеялась, что день пройдет хорошо. Почему-то тебе хотелось верить в лучшее. Фестиваль — это просто очередное препятствие, которое надо было преодолеть. Путь до Мусутафу проходит в приятной музыке, которая заглушала весь шум.       Приходишь позже, чуть не опоздав на урок Айзавы. Твой взгляд сосредотачивается на ручке, нежели на лекции учителя и ты поднимаешь ее на расстоянии. Практиковаться на маленьких вещах без прикосновений было намного легче, нежели на больших. Ты крутишь ее в воздухе, стараясь придать ей хоть какое-то адекватное движение. И тут же решаешь вертеть ее на подобии мельницы. Она начинает криво закручиваться, пока ты высовываешь кончик языка и жмуришься. Это можно сравнить с тем, как дети учатся ходить, говорить, писать буквы, или любое другое дело. Когда что-то делаешь впервые.       — Мотидзуки, не отвлекайся, пожалуйста, — гремит фраза учителя и ручка падает на парту буквально тут же. Плечи неловко подскакивают, выдавая твою неловкость, пока ты прятала ручку под тетрадь. Ждешь буквально пять минут, прежде чем вытащить свой объект испытаний и прячешь его под парту, начиная применять причуду на ней. Опять стараешься ее закрутить, параллельно хмурясь и кидая взгляды вниз. Но тут ты смотришь на Айзаву, который прожигает тебя взглядом. Его глаза вспыхивают красным, а волосы взлетают над головой. Это длилось всего мгновение, но ручка уже отправилась далеко и на долго, а ты ровненько сидишь, совсем как прилежная ученица. Со сжавшимися внутренностями. И сердцем. Магия, не иначе.       Остальной урок ты в поте лица слушала учителя и думала о своей оплошности.

____________

      — Моти-чан! — Урарака прыгает в твою сторону и сжимает предплечье. Ее глаза можно охарактеризовать как идеальный круг, не иначе. — Ты камикадзе?       — Че? — веки тут же щурятся, когда замечаешь за спиной Урараки еще и Мидорию. Теперь две пары кружков смотрят в упор. — Нет.       — Ты буквально проигнорировала предупреждение учителя Айзавы дважды, — кожа оппонента нехарактерно бледная для нормального человека. Хотя Мидория не входил в этот список. Ты поджимаешь губы, когда вспоминаешь момент, как буквально за пять минут до конца урока снова начала крутить эту ручку. Ты чуть не умерла на месте, когда серая лента обвила пишущий предмет и через секунду тот оказался в руке учителя. Минус одна ручка. И тысяча нервных клеток.       — Ну ничего, у меня еще ручка есть, — говоришь будничным тоном. Но в коридоре разносится звонок, предупреждая учеников о начале урока. Сейчас будет история с Полночью.       Как и ожидалось — много информации и ничего не понятно. Много годов, много непонятных терминов. Поэтому лениво укладываешь голову на скрещенные предплечья и вздыхаешь. Но потом распахиваешь глаза, когда мозг подкидывает идею из раздела: «Нам конечно влетит, но не пофиг?».       Ты смотришь на плетку на столе преподавательницы и еле-еле удерживаешь органы на своих местах. От волнения кусаешь губу, но все же начинаешь аккуратно стягивать ее со стола. Ты только через пять секунд понимаешь, что дышишь через чур громко. Плетка на конце стола и осталось придумать, что с ней все же сделать.       Оглядываешь класс, а потом щуришься в сторону Минеты, который пускал слюнки в сторону учительницы. Ты снова оборачиваешься в сторону учительского стола и убедившись, что Про будет еще долго расписывать разные определения на доске, стащила предмет. Некоторые из класса обернулись на тебя, другие подавляли удивление. Но ты просто пытаешься как можно быстрее перетащить предмет к Минете, который этого не замечал. И как только хлыст оказывается под его столом ты выдыхаешь и усмехаешься. Сзади слышишь цык, но игнорируешь.       — И так, а теперь… — торжественная ухмылка исчезает с лица женщины, когда она оборачивается, но не видит нужный предмет. — Так, маленькие паразиты…       Весь класс тут же погряз в темной атмосфере, когда Полночь начала медленно проходить между рядами, прожигая дыры в каждом. Она проходит мимо тебя, а ты втягиваешь воздух, пока грудь сжимало от напряжения. Но она проходит мимо, словно хищница, и мурашки пробегают по спине от чувства, что она находится сзади.       Осмеливаешься оглянуться и приходит час Минеты. Сдерживаешь ухмылку, когда герой проводит кончиком пальца по парте Минеты и резко приседает, доставая плеть. Минета тут же бледнеет как мел, а ты отворачиваешься и беззвучно пыхтишь. Но слышится хлопок от удара плеткой и все тут же выровнялись.       — И так… — начала Полночь и ты слышишь за всем этим садистским тоном усмешку. — Она же не могла оказаться там просто так…       Слова тянутся как мед, но далеко не сладкий. Еле-еле сдерживаешь дрожь в плечах, когда она снова проходит мимо. Ты сверлишь глазами парту, пытаясь при этом быть безразличной.       — Поэтому советую признаться воришке сразу, а не то…       Но ты обрываешь речь учительницы тем, что сначала поднимаешь руку, а потом вообще встаешь. Весь класс наполняется множеством эмоций. Кто-то даже нервно грызет ногти. Выражение лица Немури скрыто волосами. Ты уже хочешь произнести слова извинений, но…       — Восхитительно!!! — вопит девушка и указывает плетью в твою сторону. Весь класс впал в осадок, а некоторые вскрикнули от удивления. — Увести из-под носа Про какую-либо вещь… рискованно. Пять за урок.       — КЬЯ!!! — кричат Каминари и Минета, пока ты в ступоре стоишь на месте, а потом на автомате садишься на стул.       — А остальным перечислить все даты и события, что были в параграфе, — весь класс, казалось, сполз со своих мест, пока ты смотрела в стену. Что это было?       — Что за способ давать образование?! Мы что, теперь должны в ваши дома лазать и трусы воровать?! — кричит сзади Бакуго и ты с ним все же согласна. Тебе несправедливо поставили оценку, тем более это была всего лишь шалость.       — Трусы? — заинтересованно выглянул Минета и почти весь класс скривился. Девочки же посылали убийственную ауру.       — Я учу вас не жаловаться, а принимать действительность, — увильнула от ответственности Полночь умной фразой.       — Жесть… — шепчешь ты и открываешь тетрадь.       В конце урока ты все же подошла к Немури и высказала свое желание пересказать параграф, который законспектировала буквально за несколько уроков до этого. Она согласилась и ты все же получила свою оценку. С чувством гордости ты поскакала в столовую, где тебя должна ждать Урарака.       Напевая лад песни, которая затерялась где-то глубоко в твоем плейлисте, ты обходила студентов из других курсов. Иногда замечала своих одноклассников. Но непонятный звук выходит из горла, когда спотыкаешься о чью-то ногу и летишь вниз. Уже выставляешь руки вперед, но резко тормозишь прям в воздухе. Открываешь ранее прищуренные глаза и смотришь наверх. Бакуго удержал тебя за пиджак.       — Что, ноги не держат? — со знакомой усмешкой изрек парень и рывком поднял тебя на ноги. Ты выдыхаешь адреналин и упираешься ладонями о свой таз. Твое тело даже немного трясло. Не могла же ты так испугаться обычного падения, правда? — Ты что, испугалась, трусиха?       Ты недовольно косишься на парня, который все еще ухмылялся и делаешь резкой разворот, от которого твоя чулка бьет его по лицу. Он издает раздраженный звук, но ты с безразличием плетешься в столовую.       — Моти-чан! — машет рукой Урарака и ты идешь с подносом к ним.       — Фух, я по дороге успела упасть, ну, то есть, почти упасть, — впопыхах изрекаешь ты, пока Урарака ест рис маленькими горсточками. — Но угадайте кто мне помог.       — Добрый человек? — озадаченно смотрит на тебя Иида и ты усмехаешься от ироничности.       — В том-то и дело, что нет, — говоришь ты и откусываешь половину от своей котлеты.       — Мы его знаем? — заинтересованно изрекает Очако, жуя кусочки овощей. Ты же на этот вопрос киваешь и смотришь на Мидорию, который, видимо, включим мод компьютера и в процентах высчитывал вероятность того или иного столкновения.       — Это наш одноклассник? — спрашивает Изуку негромко и ты киваешь на этот вопрос.       — БАКУГО?! — кричат в унисон Иида и Урарака, пока Мидория пытается прочистить свое ухо.       — Сама в шоке, но не думайте ничего, он потом назвал меня трусихой и усмехнулся, — ты закатываешь на это глаза и запиваешь это событие вкусным чаем.       — Я немного в недоумении, почему ты реагируешь на Каччана так… терпимо? — изрекает свой вопрос Мидория и ты быстро находишь на него ответ.       — Всю юность провела среди не очень хорошей молодежи, я бы сказала, что Бакуго из всех них еще не самый плохой… По крайней мере, к девушкам он не лезет… — ты снова кусаешь свою котлетку.       — Мм… — изрекает парень и щурится.       — О, Мидория, ты же был еще в детстве знаком с Бакуго? — ты жуешь свой салат, смотря на парня, который немного приуныл.       — Да, но… Наши отношения еще с детства не сложились. Не знаю почему, — теперь он сверлил взглядом свою лапшу и впал в задумчивость.       — А что было? — спрашиваешь прямо ты и зеленоволосый немного суетится.       — Ну, просто я был немного надоедлив, наверное, поэтому он иногда мог ругаться… — кривая улыбка появляется на его лице и ты смотришь пытким взглядом. Видимо, он не только ругался.       — Понятно, — изрекаешь ты и зачерпываешь рис с мясным подливом. Он сладким нектаром оседает на поверхности языка и ты стремишься его хорошенько разжевать. Надо подкрепиться перед тренировкой. /От лица Бакуго/       Если честно, Кацуки до сих пор не понимал, какая у тебя причуда. Он помнил первую практику, где ты сражалась с Енотными глазками. У него есть предположение, что ты управляешь предметами, которых касаешься. Но сегодня же ты не касалась той плетки учительницы. Или все же коснулась, пока никто не видел? В любом случае это довольно беспомощная причуда, с ней ты никак не одолеешь врагов с дальним стилем боя. Ты беспомощна конкретно перед Бакуго. Ему просто не нужно подпускать тебя близко к себе и тогда все будет хорошо. Но интересно, если ты коснешься человека сегодня, то на завтрашний день способность к контролю не ослабнет? В любом случае ты не тот враг, которого нужно остерегаться.       Бакуго хмыкнул своим мыслям и прошел дальше по коридорам ленивой походкой. Розеточный вместе с Дерьмоволосым ушли куда-то вперед, пока он прибывал в задумчивости. Но он забывает об этих двоих, когда ты, бубня что-то себе под нос, юркаешь мимо и об что-то спотыкаешься. Честно, в любом случае ему было бы все равно… Он потянулся за тобой чисто на рефлексе. Вот и все.       Но твоя неуклюжесть забавляла его. Он перехватывает тебя за область талии и тянет вверх. Ты как-то расфокусировано окидываешь его взглядом и он усмехается… За что получил твоими патлами по лицу. Хотя твои волосы были на ощупь правда мягкими и шампунь у тебя был какой-то сочный ягодный. Или все же фруктовый? Кацуки не успевает отчетливо распознать, так как твой «удар» продлился не больше секунды. Он мотает головой, раздраженно смотря на твой силуэт. Но через пару секунд все же решает не тратить впустую свои злобные взгляды и гортанно рычит:       — Могла бы «спасибо» сказать…- фыркает на тебя Бакуго и направляется в столовую. Следующим уроком должна быть тренировка со Всемогущим и нужно нормально заполнить желудок.

____________

      Ты буквально второпях надеваешь тренировочный костюм и бежишь в лесную местность с телефоном. Уроки уже закончились и пришло время дополнительных тренировок. Ты засекаешь время на телефоне и вытираешь потные ладони о штанины.       Ты старалась практиковаться не так много, но сейчас ты хотела выяснить свой максимум без вреда для здоровья. Поэтому старалась ломать и разрывать не такие уж и крепкие ветки, при этом держась на расстоянии. Спустя пару тренировок с этим становилось легче, а то раньше исполнять такие трюки на дистанции было очень сложно. Но теперь надо было учиться этому, никто ведь не поведется на твое: «Ой, знаешь, у меня причуда шалит, можно я полапаю тебя и выиграю?».       Остановилась только тогда, когда тело начало ощутимо дрожать. Падаешь на колени рядом с устройством и останавливаешь секундомер. Двадцать девять минут. Не такой уж и плохой результат, но и не совсем хороший. Если веришь прошлому году, то фестиваль может длиться даже больше часа. Каждый этап был одной большой трудностью. После каждого испытания отсеивали слабых, совсем как муку. Поэтому надо трудится больше. Оставшаяся неделя будет жаркой.

____________

      Есть такое выражение: «Веди или следуй, не мешай или отойди». Девиз Кацуки по жизни звучит слегка иначе: «Отойди и не мешай. Я тебя веду, а ты следуй за мной». Так было всегда, он вел, а за ним шли. И ни у кого, никогда не возникало вопросов. В его лексиконе не было слов: «Я не могу». У него были всего две скорости: полный вперед и сон. Вот и сейчас, в день фестиваля, не должно быть вопросов в его неоспоримом лидерстве. Он как следует об этом позаботится.       Поел с утра не так много, не употреблял в последнее время быстрые углеводы и остальную дрянь, отдохнул несколько дней перед фестивалям, все должно пройти хорошо. С этими мыслями он сел в автобус и направился в академию. Он должен был показать себя профессионалам. Все это событие несло в себе именно этот смысл. Его создали не для развлечения второсортным героям.       Там он и увидел тебя. В классе, немного помятую, можно сказать уставшую, но что-то определенно было не так. Кацуки чувствовал это на каком-то другом уровне. Можно сравнить с призрачным присутствием. Но он только недовольно прищурился на тебя и скинул портфель.       — Айзавы нет? — он дергает тебя за рукав формы и ты поворачиваешься на него. Твое лицо было совершенно обычным, но ему казалось, что ты выглядела мрачнее обычного.       — Нет, — коротко изрекаешь ты и на этот раз кладешь голову на скрещенные предплечья. Твое дыхание глубокое и медленное, словно ты пыталась заснуть. Он хмурится в замешательстве, но все же садится за свою парту. На самом деле никого кроме вас в классе не было. Но если посмотреть на часы, то это было вполне оправданно. Но он ожидал от организаторов больше пунктуальности.       Он снова смотрит на твою спину и щурится.       — Ты продуешь с такой подготовкой еще при первом этапе, — изрекает он, а в ответ видит, как твои плечи приподнимаются. — Ты даже не сможешь составить мне конкуренцию, поэтому…       — Соперничество — это глупо, — изрекаешь ты перед ним и он морщится. Что это вообще должно значить? — Но есть ситуации, в которых не тебе решать. Этот фестиваль, к примеру. У всех разные цели и помыслы, но цель одна — пройти как можно дальше. Но все же это полезная функция. Она толкает к развитию.       Все это ты объясняла монотонным голосом, немного лениво, если честно, то он никогда тебя такой не слышал.       — Чепуха, — как только эти слова сорвались из его рта он переполнился желание вернуть их обратно. Это звучало не так, как он хотел. Он ожидал звонкой уверенности, но вместо этого он уловил лишь спокойный выдох. Надо было исправиться. — Без соперничества ты не докажешь, что лучше остальных! Но ты не поймешь…       — Не пойму… — обрываешь его и почти тут же добавляешь. — Потому что я не ты.        Он цыкает, но решает не продолжать. Бакуго был совершенно не тем человеком, который навязывает свою точку зрения. Он скорее информирует всех знакомых о своих целях. Вот это в его духе.       — Ты выглядишь так, словно свалишься в любой момент, — изрекает он, буравя твой затылок взглядом. Но слышит на это «хмык» и ты постепенно принимаешь вертикальное положение. Он видит, как ты неохотно совершаешь все движения. Но брови сами стремятся подняться вверх, когда уже лучше рассматривает твое лицо.       — Ха, дерьмовая неделя просто, — ты усмехаешься лениво, без радости, глаза переполнены усталостью. Даже твои зрачки поблекли, теперь они почти сливаются с черный бездной. Есть даже небольшие синяки под глазами.       — Заметно, — щурится он и невольно думает: а будешь ли ты вообще принимать участие в фестивале? Он открывающаяся дверь обрывает все его раздумья, когда в класс заваливается толпа. /От лица Хираку/ Жизнь Поит тебя всем дерьмом мира А ты должна это глотать       Утро было дерьмовым. Это ты поняла, когда увидела на своем белье красную кляксу. Прямо в день фестиваля. Раздражение было настолько велико, что хотелось стереть с лица земли весь соседний лес. Но вместо этого ты с железной сдержанностью зашла в комнату и взяла прокладку. Внизу живота предупреждающе стягивало, поэтому поспешала на кухню за аптечкой. Выпила одну таблетку и пошла собираться дальше.       Мать спросонья сказала, что им с отцом надо уехать по делам с самого утра, поэтому брата отведешь в школу ты. Тяжелый вздох повис в воздухе, но выбора не было. Поэтому с удовольствием маньяка ты разбудила абобуса раньше срока и приказала одеваться. Он поныл, но все сделал. Идти до его школы надо было пешком, ведь не далеко, ты тоже в его возрасте там училась.       Ты в первом классе познакомилась с Куни. Это была любовь с первого взгляда, ты в этом уверенна. Две девочки, которые столкнулись в коридоре во время беготни и упали. Потом догонялки, ссоры, игры и многое другое. Ох, все бы отдала, лишь бы оказаться в детстве. Брат благополучно дошел до своего класса, при этом не испачкав штаны, а ты поспешала на станцию.       — Ох, что же будет, что же будет… — лепетала ты, уже подходя к поезду. Тебе предстояло поверить, что фестиваль пройдет именно сегодня. За оставшуюся неделю ты смогла улучшить свою причуду не на много. Добавилось всего четырнадцать минут. Но ты надеялась, что твое тело теперь более терпимо относится к твоему квирку и не будет ломаться словно сухие ветки. С этими мыслями ты отправилась в Мусутафу. Но боль в животе возникла прямо во время поездки.       — Черт, — шипишь, понимая, что таблетки еще не подействовали. Ну, этого стоило ожидать. Стараешься дышать глубже, словно это поможет унять боль. Становилось жарко и это было отвратительно. Не хватало еще того, чтобы загнуться прям в транспорте. Ты терпишь получше всех мужчин эту съедающую боль и выходишь на своей станции на ватных ногах.       До академии доходишь через усилие и только в классе позволяешь себе сесть и прижаться вспотевшим лбом к холодному покрытию парты. Этот день официально является твоим самым худшим.       Вскоре появляется Бакуго и тебе охота усмехнутся от того, насколько очевидно твое состояние. Боль уже почти полностью утихла и ты мечтаешь лишь о том, что бы дожить до фестиваля. А еще желательнее — пережить его. Когда приходят девочки и облупливают твою парту, делишься своей проблемой. Они сочувственно ахают и спрашивают о том, будешь ли ты вообще участвовать. Ты просто киваешь, а они сочувственно гладят по спине.       Потом приходит Айзава и велит всем переодеться в спортивную форму. Ты на этом моменте сипишь и встаешь с парты и плетешься вместе со всеми. Ты не знала как отреагирует твой организм на использование причуды во время менструального периода. Но все же надеялась, что все будет не так плохо. Женщин героев довольно много, а это значит, что ничего катастрофического не должно произойти.       В итоге прямо перед выходом в свет Айзава загнал вас в некий зал ожиданий. Ты тихо попивала сок, который Цу принесла тебе из автомата. От этой заботы становилось приятно. Сначала было тихо, эта тишина тянулась словно вязкая смола — липкая и терпкая. Ты могла с отчетливостью слышать дыхание каждого. Это давило. Но это понятно — все нервничают. Самое страшное — это неизвестность. И именно с ней вас столкнули. Ты вздыхаешь и благодаря причуде кидаешь пустую упаковку с соком в мусорный бак. Потираешь лоб и кладешь голову на сгиб локтя. Я ждала тебя здесь все утро, Принесет ветер Пепел или снежинки — Камню все равно…       — Блин, а я хотела одеть костюм, — пожаловалась Мина, но лично ты никак не отреагировала. Сейчас продолжать находиться в лежачем положении было лучшим событием. Тело охватывает подобие пуха и спокойствия. Он щекочет все рецепторы. И ты хватаешься за мнимое спокойствие.       — Ребята, все готовы? Скоро наш выход, — громогласно объявляет Иида и ты недовольно морщишься. Инициатива того, что тебе скоро придется встать и идти ножками не радовала. Но ты все же опираешься щекой о предплечье, давая себе возможность осмотреть почти всех. И Бакуго в том числе. Он сидел к тебе спиной и поэтому ты без опаски могла рассматривать его волосы и спину. Твои веки прикрываются, когда в голову заплывает густой туман из сплошного патока разных мыслей. Когда у него день рожденье? Почему он решил стать героем? У него есть младшие в семье? Скорее всего — нет.       Но потом Урарака резво тыкает в твою щеку и ты недовольно поворачиваешься к ней. Но она просто резкими жестами аккуратно указывает на Мидорию и Тодороки. Ты опять что-то пропускаешь. Всегда отставала вместе с подругами от жизни в классе. Постоянно узнавала все последней.       — Ты правда сильнее меня. Думаю, ты способнее большинства здесь присутствующих. Строго говоря…       — Мидория, не будь так пессимистичен, — ободряюще улыбается Киришима, выставив перед собой руки, но Мидория словно и не слышал. Ты хмуро осматриваешь класс, надеясь, что то не перерастет в драку. Они тебя всегда пугали.       — Но, ребята! Ученики из других классов рвутся к победе не смотря ни на что… Я ни за что не останусь позади… Я тоже поставлю на кон все.       Твои зрачки опасливо сужаются и ты приняла более прямое положение. Точно. Ты же сама об том говорила. «У всех разные цели и помыслы, но цель одна — пройти как можно дальше»       Ты щуришься в сторону компании и мысленно думаешь, сколько сможешь протянуть против каждого в бою. Если это сражение за цель или даже сокровенную мечту — то драть будут серьезно. И ты тоже должна. Хоть зубами вырвешь.       — Нам пора, — на удивление тихо изрекает Иида и все встают как один. Кроме тебя, запоздала немного.       Коридор темный и не освещен только солнцем с улицы. Сзади чувствуешь непонятную вибрацию и оборачиваешься. Бакуго испускал такую ауру, от которой дрожали стены и вибрировал воздух. Другие правда пытались держаться от него подальше. Ты же продолжала смотреть на него, пока тебя не поймала пара радужек, что со скрежетов вырезались в твоей памяти. Навсегда.       — Че пялишься? — рычит парень и засовывает руки в карманы.       — Изучаю мир животных, — машинально отвечаешь ты и только через мгновение понимаешь, что произнесла.       — Че?! — рыкает Бакуго и делает рывок к тебя, а ты с писком отскакиваешь вперед, но чувствуешь, как кончики его пальцев вертикально отчерчивают твой позвоночник в попытке схватить за форму. Ты же на это изгибаешься дугой вперед и кряхтишь. Гибкость в жизни не станет твоим преимуществом. И даже союзником.       Ты опять вскрикиваешь и расталкиваешь ребят в попытке отделиться от злого Бакуго, который явно собирался добраться до тебя. Но кряхтишь, когда крепкая хватка стискивает твою футболку.       — Бакуго, стой! — крики Киришимы, крики Бакуго и твой внутренний крик. Может, парень о что-то споткнулся, может, о того же Киришиму. Но это уже не имеет значения, ведь вы оба летите на пол. Но удар о землю не последовал, ты оторопело уставилась в пол, успев развернуться в полете, а потом на горячее тело под собой. О Боги. Твое сердце издает истерический визг, Ставя все сто баллов на данный кадр, Где ты лежишь на Бакуго, задыхаясь.       — Черт, Дерьмоволосый, — шипит Бакуго, пока ты старательно слезаешь с него. День просто прекрасный, успела уже и поваляться на Бакуго и при том упасть дважды. След от его прикосновения горит и прожигает кожу на твоей спине. Момо рядом спрашивает о самочувствии, но все слова твой мозг даже не воспринимает. Подождите, данная функция недоступна из-за перезагрузки.       — Прости, чувак, я пытался предупредить, — Киришима пытается подать парню руку помощи, но тот грубо отвергает и встает самостоятельно. Он резво проходит мимо тебя, параллельно зарычав в лицо и ты съеживаешься. Это было неловко. Поэтому уже вместе с девченками вы выходите в огромный стадион, нет, Колизей.       Вас встречают крики, свисты и общий гам, от которого у тебя сразу поднялось давление и волнение в одном флаконе. Ты усмехаешься, зная, что тебя смотрят подруги и родители. И единственное, что они запомнят — это твое вялое лицо.        Когда выходят остальные ученики, ты постепенно охватываешь количество, когда вы все столпились вместе ты уже чувствуешь жар и давление со всех сторон. Когда слышишь смешки совсем рядом, понимаешь, что будет. Что ж, дамы и господа, Добро пожаловать в Голодные игры.