Мотылёк - Moth

Теги: Все! *Выкидываю сценарий* Они безнадежны! Придурки! Оба! Черт возьми, с меня хватит! И ТАК! Это последнее предупреждение! В моем ТГ ведется голосование за геройское имя Хираку, кто может — переходите проголосуйте (оно закреплено), у кого этого мессенджера нет, вот варианты: 1. Нуклеар (Атомный, Ядерный). 2. Кимика (Химия). 3. Кеместри (Химия). 4. Суригаку (По сути должна быть «Ядерная физика», но я сократила это слово до более адекватного звучания). Напишите цифирку в коммент и ВСЕ! Голосов очень мало, а мне бы хотелось услышать мнение всех! ~/РАЗРЫВАЯ ГРУДЬ В ЩЕПКИ/~ — Аааа! Чие-сан! — ты взвизгиваешь, когда старушка норовит ударить тебя по голове своей палкой. Но, видимо, твои крики не послужили стимулом для помилования, и через секунду ты сидела с шишкой на макушке. — За что? — Ты еще меня спрашиваешь? Ух, — она одни злым движением руки приклеивает к твоей щеке пластырь и отходит за таблетками. Когда ты очнулась после небольшой потери сознания, Ашидо уже не было в палате. И весь гнев вашего врача тебе приходилось переносить на себе в полной мере. Овальное нечто приземляется тебе на ладонь, и ты без вопросов запиваешь капсулу водой. — Пришло время для последнего поединка первого круга! Звезда средней школы… Но на лицо он не вышел — Кацуки Бакуго! От созвучия этих звуков что-то в твоем сердце триггерит и ты дергаешься на кушетке. Чие это замечает. Конечно, она замечает, она врач, глаз набит. Она с натяжением выдыхает и поворачивается на тебя. — Иди, ты ведь хочешь поддержать подругу, — ты робко киваешь, хотя и в помине не знаешь, за кого болеть, первая является вроде как подругой, а второй… С ним все очень сложно. Поэтому ты бежишь по коридорам, желая не пропустить и мгновение этого матча. Выбегаешь на трибуны и с лету приземляешься рядом с Цу. Раздраженные звуки со стороны Мины остаются проигнорированы. Когда Мик кричит громогласную команду, Урарака срывается вперед без каких либо видимых колебаний или сомнений. Ты видишь, как оба замахиваются, но каждый по-своему. Каждый по-разному мотивирован и по-разному будет сражаться. Тут не надо быть пророком, чтобы знать итог — ее оттолкнули взрывом. Это вызывает у твоих одноклассников бурную реакцию. — Даже против девушек Бакуго не знает пощады, — фраза Цу пробуждает в твоей голове проекцию совсем недавних событий. Нет, совсем не тех, Где ты прожигала своими горящими зрачками его губы. Или где он тянет тебя к себе… Нет… «Я не буду поддаваться!» — и ты очень охотно веришь… Клубы дыма поглотили поле боя как голодный зверь, почти полностью скрывая участников. Но это лишь обманка, но даже не догадываешься, когда синяя жилетка вылетает из-за сгустка массы и на нее совершается немедленная атака. Но Урарака вылетает с совершенно другого угла и тянет свою руку к нему. Ты опять почти поверила, что и этот трюк сработает, почти… Но Бакуго, казалось, задействует все мышцы в своем торсе, чтобы резво повернуться, грубо отталкивая соперницу в сторону. Но Урарака похвально быстро группируется, не давая себе долгое время находится на земле и ты сжимаешь в руках футболку, жуя губы. Бурные аплодисменты разносятся в твоей голове, Пока на чужом лице, Появляются новые ссадины. Затем следует грубая, как самая настоящая наждачка, атака в лицо. Люди рядом сереют, и ты тоже хмуришься, сильнее зажимая губы в тесках зубов, ты тоже чувствуешь жалость. Уровень их сил разный, разный стиль введения боя и использования причуд. Бакуго еще в самом начале был чертовым победителем. В твоих глазах отражаются бесконечные вспышки взрывов, пока Урарака продолжает атаковать, но все бесполезно, она устает все больше. — Не могу на это смотреть, — хрипит рядом Джиро, пока ты перебираешь свои же пальцы на руках. Видимо, все это молчанье немного затянулось… — Урарака продолжает непрерывно атаковать, но глядя на это… — «тебе самому становится ее жалко» — додумываешь ты немую концовку и прикрываешь глаза на время. Бакуго не может просто отбросить ее физически, любой тактильный контакт означает для него проигрыш. Бум! Но и более мощные взрывы он использовать не может, это будет сулить сильными повреждениями ему и сопернице, а силы надо еще беречь. Бум! Ты втягиваешь воздух в себя и открываешь веки. — Эй! — один внезапный оклик заставляет весь твой мир замереть, потому что этот короткий звук насквозь пропитан неодобрением и осуждением. Это заставляет твое нутро выворачиваться наизнанку от чертового бешенства. — Как ты можешь называть себя героем?! Если разница в ваших силах столь велика, то не мучай ее и выйди за приделы арены! Хватит уже избивать девчонку! Эти слова еще сильнее заставляют тебя негодовать и злиться. — Они просто подталкивают его к добровольному проигрышу, ориентируясь на свои чувства? — ты рычишь, потому что так нельзя. Нельзя и все тут. Но внутри тебя взрывается осколочная граната, когда весь стадион подхватывает этот вайб и выливает на единственного человека — Бакуго. Ты хочешь, чтобы это хоть кто-то остановил, хоть кто-нибудь заставил их всех заткнуться. Кто-то наверху, Трепетно сохраняет твои письма с просьбами, Потому что те исполняются незамедлительно. — Толпа негодует и, если честно, то я с ними соли… АУЧ! Ты что творишь?! — Кто там сказал про избиение? Сколько лет ты Профи? Если тебе так ее жалко, то иди домой, тут не место неженкам. Иди домой и подумай о смене профессии, — весь стадион и даже участники на платформе замирают на некоторое время в момент этой речи. — Бакуго осторожен, потому что знает силу соперника, что зашел так далеко. Он хочет победить. И не станет лишний раз рисковать ради вас! Ты оглядываешься, видя, что все улеглись на дно и закрыли свои рты. Поэтому поддаешься корпусом вперед, внимательнее следя за событиями на поле. Ты благодарна учителю Айзаве. Что-то щелкает на периферии мозга, когда Урарака складывает руки. Ты не успеваешь что-либо понять, когда чертовы валуны валятся прямо с неба. — Что за… — ты мгновенно переводишь взгляд с неба к двум людям и боишься. Вдруг раздавит? Смертельный исход ведь может быть! Она бежит стремительно, тянется к своей победе как к самому желанному призу, и ты снова почти веришь, что вот, у нее получится. Но мир любит подбрасывать сюрпризы в вашу тарелку. Мужская кисть поднимается к верху, он придерживает предплечье другой рукой. А потом… БУМ! Обжигающие потоки воздуха тут же опаляют твое лицо, и ты буквально задыхаешься от этого напора. Твои волосы отбрасывает назад. На арене поднимается просто немыслимый столб пыли и дыма. — Бакуго шарахнул как надо! За секунду весь план Урараки превратился в ничто! — ты натянуто выдыхаешь, когда видишь, что Урарака, дрожа всем телом, все еще пытается встать на ноги. Ты думаешь, что с нее хватит, ей пора остановится, но это ее выбор, и совсем не тебе решать, как ей поступить. Остается лишь держать за нее кулаки. Бакуго срывается к ней, а Урарака разворачивается, занося руку. Но ноги подводят ее, отказываются держать тело и шепчут: «Все, с тебя хватит, остановись». Но ты видишь… Видишь эту немыслимую жажду победить, снова встать. Но порой появляются обстоятельства, которые нам не по силу преодолеть. Как и это… Поэтому закрываешь глаза, чтоб не видеть попыток подняться. Новость о победе Бакуго звенит в твоем черепе подобно колоколам, пока в груди гремят чертовы овации и свист. — Ах, твой мужчина полон сюрпризов~ — Он не мой… — Врешь~ В твоем сердце он уже давно твой. — Слушайте все! Первый тур завершен! Мы вернемся после короткого перерыва! — Открывая глаза, уже знаешь, что на поле никого не будет. Все кончено. Все кончено, С концами прикончено… — Эй, Бакуго! Это было тяжело? Такую-то рожу корчить, — ты оборачиваешься, чтобы увидеть парня во всей красе, только после схватки. — Что тут сказать, из тебя бы вышел отличный злодей, Бакуго-чан, — изрекает Цу своим неповторимым жаргоном, уже привычно прикладывая палец к подбородку. — Хлебальники на ноль и ловим тишину! — рыкает парень, и ты только сейчас замечаешь, что Мидории нет. Глаза стремятся к доске состязаний, и закусываешь губу, видя имя Мидории и Тодороки рядом. — Чувак, как у тебя рука поднялась на такую хрупкую девушку? Даже я на такое не способен… Ты видишь, как на лицо блондина ползет отчетливая тень. Его взгляд направлен куда-то вперед, явно что-то вспоминая. Но эти размышления прерываются хрипом: — И в каком же месте она хрупкая? — ты раскрываешь цветущие восторгом глаза, смотря исключительно на Бакуго. Он относился к ней серьезно, признав как соперницу. Легкая улыбка появляется на твоем лице, и ты пытаешься ее тут же скрыть, как что-то постыдное. Вместе с твоим легким выдохом вышел и Киришима с соперником на площадку. Бакуго все-таки садится, следя за поединком этих двоих, пока ты коротко стреляла в него своими глазами. Поддаешься той сладкой слабости, засевшей у тебя в голове, продлевая контакт на некие секунды, что кажутся вечностью рядом с ним. Ты бы хотела видеть его каждый день, но уже вблизи. На расстоянии вытянутой руки. Лицо заливает стыдливый жар, а внутри все сжимается, когда он, черт возьми, поворачивается. Ты тут же стреляешь глазами на стадион, стараясь выглядеть как можно более непринужденной. — Они еще не начали? — голос Урараки отвлекает тебя от очередной неловкости, и ты ей безмерно благодарна. Но когда поворачиваешься, с прищуром хмуришься, замечая красные глаза. Она плакала. — Я пришла посмотреть. — Что у тебя с глазами?! Тебе нужно в медпункт! — Да я уже ходила, это… другое, — говорит она, протирая глаза, и садится между Иидой и Токоями. — ИТАК! Первый поединок второго раунда обещает быть жарким! Ты с этим с лихвой согласна, когда замечаешь одноклассников, идущих к площадке. Ты выдыхаешь с робостью, когда Тодороки эффективно выставил вперед свою левую сторону, а Мидория руку. Менее эффективно. Как только слово о старте слетает с уст Мика, от Тодороки следует мощная атака. Но Мидория, выставив руку, отбивает лед, окатив трибуны мощным потоком воздуха. Так повторяется еще два раза, а ситуация не изменилась, никто из них не сократил дистанцию. Но Мидория, в отличие от Тодороки, ломает свои пальцы, теряя шансы на победу. Но неожиданно вылетает Киришима, с придыханием спрашивая: — Уже началось?! — Киришима, ты красавчик! Респект! — Бакуго, следующий махыч будет между нами, давай выложимся на все сто! — воодушевленно произносит красноволосый со своей зубастой улыбкой. — Зубы в руке унесешь, — ледяным тоном оповещает Бакуго с тенью на лице, все еще не отрываясь от своих предполагаемых будущих соперников. — Хахаха, время покажет! — посмеялся парень и ты даже удивляешься этой дерзости, а еще больше тому, что Бакуго на нее никак не реагирует. Но потом Киришима, сменив позу, становится более серьезным, продолжая разговор. — Чувак, ты и Тодороки можете проводить не хилые по силе атаки. Что-то вроде — Взрыв! Парень жестикулирует, показывая этим взрывы Бакуго и издавая забавный звук вроде: «Бум, Бум». Ты все-таки считаешь это забавным, поэтому улыбаешься, открыто наблюдая за ребятами. — И ты можешь проводить их безостановочно, — скептически замечает Серо, наклонившись вперед. — Я не просто бабахаю, не нужно меня переоценивать, — вздыхает парень на удивление спокойно, на не долгое мгновение оторвав взор от происходящего внизу и снова, черт возьми, смотрит в твою сторону. Ты буквально тут же врезаешься взглядом в Киришиму, потом в Серо, да в кого угодно, лишь бы не давать своим глазам застаиваться на одном лице! — Чего? — изрек Каминари и ты с ним впервые согласна, поэтому внимательнее вслушиваешься в этот диалог. — Если ты перенапряжешь мышцы, то мышечная ткань порвется. И если будешь долго бежать, то дыхание собьется. У меня есть придел использования причуды, как и у всех, — ты внимательно слушаешь, уже даже не обращая внимания на то, что вертится и происходит вокруг тебя. — Поэтому мне создали костюм, позволяющий производить взрывы, не причиняя вреда моему телу. Сила причуды зависит от физической и у нее есть приделы. — Вот как, это имеет смысл, — изрекает Киришима, обращая свое внимания к двум подросткам внизу. — Против Тодороки, который выносит всех с одного удара… Но парня прерывает атака от Тодороки, и очередная контратака Мидории. Но тут ход событий меняется на все сто восемьдесят градусов, ведь первый пошел на сближение Шото. Мидория ломает трамплин изо льда, заставив противника подпрыгнуть в воздух и приземлиться совсем рядом. Ты думаешь, что Мидории надо срочно увеличить дистанцию, дать себе время. И он правда отпрыгивает, но этого слишком мало, ведь лед своими леденящими объятьями сковывает его лодыжку, мешая улизнуть. Поэтому есть только один шанс — вцепится в чужую глотку. Новый поток воздуха, мощнее предыдущих, сметает всю пыль в сторону, мешая обзору. — Черт… — шипишь, видя, как рука друга приобрела фиолетовый цвет. Следует некая пауза, но потом атака льдом возобновляется, но на этот раз Мидория стоит. Ему настолько больно? Он не может двигаться? Черт, наверное, все так и закончится, перелом — это немыслимо больно. Но лед рассыпается на части буквально в самый последний момент, когда до Мидории оставался лишь метр. — Что…! Перед лицом стоит картина, как Тодороки опять чуть ли не выкинули за пределы арены, а Мидория… — Он повторно использовал один и тот же палец? — обеспокоенно продолжает Цу возле тебя, но ты не очень хочешь верить в это. — Ну так давай! Всеки мне со всей силы! — долетает до вас крик и некоторые ребята даже встают от переизбытка событий внизу. И Тодороки вновь первым пошел на сближение, но на этот раз его движения были медленными и даже немного неуклюжими. Расстояние между ними достигает отметки «пара метров» и именно тогда Мидория пригибается, сжимает кулак, прижимая его к телу, и делает рывок вперед. Удар приходится прям по торсу и отбрасывает Тодороки почти к самой линии. — Там кровь… — обеспокоенно шепчет Урарака сзади, и ты приглядываешься. Правда, на бетонном полу ярко выделялись темные кляксы, принадлежащие до этого Мидории. Это продолжалось снова и снова. Кто-то приближается, другой бьет или отталкивает. Оба двигаются ломано, даже прямо стоять не в силах, они выдохлись. Тодороки получает второй удар по торсу от Мидории. — Это, — громогласно кричит Мидория, привлекая внимание не одного Тодороки. — Твоя сила! Эти несколько слов что-то изменили, что-то очень многое, потому что, уже через мгновение, по стадиону расползлись цветы из огня. Они кружили возле сына Старателя, обвивая его торс и лицо. Ты щуришься от сильного жара, который палит прямо в лицо, и вообще не понимаешь, что сегодня происходит. Все последующие события — это смесь безумия и самоотверженности, она кипит где-то в чужой крови. А вот твоя на миг застывает, когда ты чуть не слетаешь со своего сидения от сильнейшего потока воздуха. — Мидория за пределами арены, Тодороки проходит в полуфинал!

____________

По сути, твой проигрыш Токоями не был чем-то за гранью невозможного. Это было даже предсказуемо. Темная Тень мобильна, сильна и может отходить на дальние расстояния от своего обладателя. Поэтому идешь по коридору неторопливо, теперь определенно никуда не спеша. Но ты готова прям сразу развернуться, снова пройти через стадион и выйти через второй выход, когда из-за поворота выходит Бакуго. Но ноги переходят на автопилот, поэтому тебе остается лишь опустить голову и делать вид, словно ты вообще не от мира сего. Обычно получается. Но точно уж не с этим человеком. — Эй, — хриплый говор прям рядом, ты хочешь удариться головой об стену и умереть на месте, когда он, черт возьми, снова хватает тебя за запястье и рывком разворачивает к себе. Из тебя выходит какой-то звук, но он остается незамеченным, когда эти яркие глаза направлены на тебя. — Смотри, я буду на вершине. Твое сердце старательно хочет раздвинуть ребра ко всем чертям, но ты лишь задерживаешь дыхание, когда этот опаляющий жар его тела отстраняется и окончательно покидает тебя. Черт! Милый! Ты заставляешь нуждаться в тебе, И опять покидаешь, Я плачу, Я тону, Я страдаю, Дай мне хоть кусочек! Дай впитать твое тепло! Сохранить его навечно! Пусть хотя бы эта часть останется со мной, Навсегда. Ты дрожишь от этой злости, безысходности и обреченности. Это момент, когда ты хочешь упасть от бессилия и заплакать… Ты не хотела делать этого во время бега с препятствиями, боя с Миной… А сейчас… Глупая! Он ведь… Даже не смотрит на тебя так, как ты на него! У него другое в голове, пойми! У мужчин всегда что-то другое, они в нас не нуждаются, не вздыхают, не грезят, не обсуждают. Ха, ну разве что блудная компашка за бутылкой алкоголя на распутной вечеринке, пока девичий смех разносится у танцпола, привлекая их животные взгляды. Ты сдерживаешь порыв горячих, полных эмоций слез, и прикладываешь руку к груди, призывая сердце успокоится. Оно робко целует твою грудину, почти нежно, словно совсем не понимает: «А что не так? Почему к нему нельзя? Ну я же хочу!». Но ты снова вынуждена оттолкнуть его. До лучших времен, когда соберешь всю свою смелость в один кулак… Может тогда скажешь… Но не сейчас. Теперь господствует чувство тоски, зудящей под кожей. Она вытесняет весь адреналин и характерную для усталости негу. С поедающими мозг мыслями выходишь в свет теплому солнцу, но оно уже не греет. — Моти-чан, ты хорошо держалась, — поддержала тебя Цу и ты кивнула ей с легкой улыбкой, садясь на свое место. Ты считала себя достойной этой похвалы, но в следующий раз будет еще лучше. А внизу дерутся два парня, один из которых настолько мудак, что не выпускает из своей хватки твое сердце. Ты выдыхаешь с некой горечью на языке, когда Бакуго вынужден перейти в защиту. Но потом все кончается, словно защита Киришимы была не больше, чем немым обещанием. И он снова побеждает. В финале сойдутся, скорее всего, Тодороки и Бакуго, но Иида тоже будет бороться за этот шанс. Но ты лишь лениво откидываешь голову назад, понимая, что уже прошла достаточно. Тебя определенно заметили и отметили для следующего года, тогда ты точно будешь готова. На поле сталкиваются Иида и Тодороки, и ты правда продолжаешь удивляться их изобретательности и упорности. Когда Тодороки получает мощный пинок в спину, то твой рот морщиться, ведь представляешь уровень боли. Но победу все же вырывает Шото, буквально за несколько секунд от проигрыша. Ты поджимаешь губы, понимая, кто сойдется в битве сейчас. Токоями выглядит грозно и уверенно, но ты лишь с неким сожалением вздыхаешь, замечая искры под пальцами Бакуго. У Токоями правда не самый лучший противник. Но ворон действительно хорошо держался, но Бакуго оказался слишком мобильным и быстрым. Поэтому, когда ветер сдувает разводы дыма, глазам предстает его неоспоримая победа. — Твоего мужчины~ — Замолчи. Итог грядущего матча никому неизвестен, но все утонули в интриге и любопытстве. Когда Бакуго выходит опять к вам, ты смотришь на него. А он в ответ нет. Словно не он вылавливал твое запястье, Чтоб сжать в своей хватке, И сказать: Смотри, я буду на вершине. Отворачиваешься с кислотой где-то в горле и наклоняешься к сидению впереди, скрещивая на его спинке предплечья, дабы уместить там свой подбородок. Ты вообще перестаешь что-либо понимать в своих чувствах, а есть ли в них смысл вообще? А что чувствует он? Ты прищуриваешься, старательно всматриваешься в профиль Бакуго, словно желая глазами прожечь ему дыру до самой души и узнать все его секреты. Но это лишь твои глупые и неосуществимые желания. Остается только отвернуться и лениво прикрыть глаза. Но интерес трибун к происходящему растет, ведь сейчас финал — сойдутся двое сильнейших. И как только гремит старт, из земли вырастают ледяные глыбы. Это сильно напоминают матч с Серо, но Бакуго сейчас погребен полностью. Мик вовсю голосит, пока ты стойко чего-то ожидаешь. Поджимаешь пальцы на ногах и кусаешь губу. Но потом начали раздаваться приглушенные взрывы и тебе почти стыдно за ту радость, что тут же расцвела в груди как самый прекрасный цветок. Через пару секунд в Тодороки летят осколки, пока Бакуго переводит дыхание. Ты замечаешь, что сын Старателя старается держать дистанцию, но это его не спасает от молниеносного сближения Бакуго и его резкого уклона в сторону в полете. Ты вся сжимаешься до размера молекулы, когда блондин хватает Тодороки за волосы и плечо, перекидывая через себя с помощью взрыва. Но тот успешно использует лед, чтобы не выбыть и при этом оставаться в движении. Но это никак не спасает его от атаки Бакуго. Но случается системный просчет, когда красноглазый промахивается и половинчатый хватает его за сгиб локтя. Но он его просто откидывает в сторону. И именно поэтому ты расслабляешься. — Ублюдок! Я покажу тебе, что бывает с теми, кто меня недооценивает! Ты труп! — ты придвигаешься ближе и щуришься, пытаясь расслышать его речь хоть чуть отчетливее. — Мое чемпионство должно быть неоспоримо! И я его не приму, зная, что есть мусор, который меня ни во что не ставит! В нем нет смысла, если я не превзойду Деку! Если ты не хочешь победить, то какого черта ты вообще здесь забыл?! Он снова идет в бой, пока ты находишься в неком ступоре. Но потом… — Тодороки! — ты аж вздрагиваешь, когда Мидория кричит и вскакивает со своего места. — Верь в себя! Как и в мою веру в тебя! Он опять ломает события, потому что пламя Тодороки вновь вспыхивает, разнося тепло. Ты следишь за Бакуго, который подлетает в воздух, а потом начинает закручиваться прям во время полета. В момент столкновения этих двоих ты совсем не понимаешь, кто кого победил, поэтому остается лишь ждать. Но ты не ожидаешь ударной волны, которая почти ослепит тебя, а гул, который заставил стадио задрожать, заложет твои уши. Ты промаргиваешься, пару раз сглатывая, пытаясь унять писк и давление в ушах. Ты даже не заметила, как покрепче схватилась за сидение. И дым все-таки лениво сползает, давая взглянуть на интересную картину, где обладатель разных глаз за пределами арены без сознания, а Бакуго лежит на поле. Но спустя секунды он поднимается и буквально молнией приближается к своему сопернику, хватая за шиворот и потряхивая его. — Эй! Я же говорил, что такая победа мне не нужна! Мне к черту не сдалось такое первое место…! — но договорить он так и не успел, когда Полночь разрывает часть своего костюма, усыпляя огорченного Бакуго. Ты поджимаешь губы, смотря, как парней увозят роботы, а площадка постепенно разбирается по частям. Вскоре в небе взрывались дымовые шашки и всякая мишура, многие опять спустились вниз, чтобы узреть тройку победителей на пьедестале. Журналисты беспрерывно щелкали своими камерами, так как вскоре должен был появится Всемогущий для вручения награды. Ты стояла среди толпы, смотря, как в воздухе без пауз взрываются салюты. Он все-таки занял первое место. — Что за… — Фигня, — заканчивает за тебя Джиро и ты только согласно киваешь, выпучив глаза на это зрелище. Бакуго болтался в разные стороны, словно это могло бы ему хоть как-то помочь выбраться. Он приглушенно рычал из-за своеобразного намордника и от этого ты еще сильнее поджимаешь губы и смотришь в сторону журналистов, пока Полночь о чем-то сообщала. Это ведь все опубликуют в сети. Черт... — Ну а теперь мы вручим победителям медали! — провозглашает Полночь и именно тогда по всей площадке прокатывает тот самый смех, которые многое сотни раз слышали по телевизору. Широкая улыбка сама по себе растягивается на лице, когда перед вашими носами приземляется Герой Номер Один. Все кажется таким сюрреалистичным, когда он просто подходит к чемпионам и вручает медали. Он великодушно снимает с дрожащего от злости Бакуго намордник и хвалит за сдержанное обещание. Ты слегка улыбаешься, глядя на то, как парень срывается, провозглашая о своей победе как о подставе, высказывая свою правду. Еще смешнее становится от попыток Бакуго отказаться от медали всеми возможными способами. Но самое интересное это предстояло только. Вместе с классом возвращаетесь в кабинет, пока ты щуришься от ярких оттенков заката. — Вы все молодцы, завтра и послезавтра занятий не будет, — ты радостно постукиваешь на это носками по полу, предвкушая отдых. — Я уверен, что Про, наблюдавшие за фестивалем, уже присматриваются к вам. Хорошо отдохните и настройтесь на учебу. Все синхронно отвечают «Да!» и ты потягиваешься, уже предвкушая объятья мягкой постели. Вскользь поворачиваешься и видишь, что Бакуго все еще прибывает не в самом красочном расположении духа. Его руки все еще крепко закованы, а бедная медаль все еще висит в стальной хватке зубов. Закинув портфель на спину, вздыхаешь, и твоя причуда лениво и медлительно отзывается, распространяясь по металлу на чужих запястьях. Раздается противный скрежет, после которого обломки падают на пол. И только спустя секунду понимаешь, насколько необдуманным был этот поступок, ведь Полночь залетает в ваш кабинет с ключами. Сначала ты смотришь на Бакуго, потом на обломки, потом по новой. — Придурошная, я не нуждался в твоей чертовой услуге! — рычит парень в твою сторону, засовывая медаль в карман. Он хмурится, пока Каяма что-то урчит возле Айзавы, пуская во все стороны сердечки. — Мотидзуки, — когда этот голос прокатился по помещению, остается лишь с пластилиновой улыбкой повернуться к классному. — За порчу школьного имущества после отдыха остаешься на дежурство. Ну да, как же. Поджимаешь губы, тупо кивая, и накидываешь портфель одним махом. Девочки, ожидающие в коридоре, тихо переговариваются и вы все тот же направляетесь к выходу. Шаги ленивые и тяжелые, когда идешь по двору. Но потом тебя отвлекает чужой голос. — Моти-тян, — квакает Цу сзади, и ты оборачиваешься. Ах, ты снова обогнала всех. — М? — ты мотаешь головой в знак того, что слушаешь, пока сама всматриваешься в черты девушки. Кончик языка выглядывает наружу, глаза как всегда широкие-широкие, а поза слегка сутулая. Она выглядит как обычно, ночто-то тут не так. Неестественно. — Мне просто иногда кажется… Она начинает говорить, пока твое сердце от чего-то ускоряется, и ты уже не понимаешь что это — адреналин или страх. — …Или тебе нравится Бакуго-кун? Что?.. Сердце где-то в груди остановило свой ход… Это настолько очевидно? Ты проклинаешь все на свете, когда от стресса улыбка стремится появиться на лице. Глаз дергается, пока ты сглатываешь ком. — Ты что! Чушь! Совсем нет… — ты стараешься изо всех сил звучать как можно убедительней, пока все внутри трясется как при чертовом землетрясении. — Хорошо, — просто говорит девушка, мгновенно потеряв интерес, и прошла мимо. — Ты идешь? — Да… Ноги продолжают дрожать, пока сидишь в поезде, когда приходишь домой, и когда оказываешься на кровати. Все кажется таким небывалым, странным, неестественным. Ты просто закрываешь глаза с желанием проснуться от этого сна, хотя лучше всех понимаешь, что это самая настоящая реальность.