Мотылёк - Moth

Теги: Знаете, я прям вкусила какого это — когда твое мнение и мнение читателей не совпадают. Просто… Кимика? Почему?! Блин, я правда надеялась на Нуклеар… Ну ладно, забудем, сейчас я буду запивать этот провал чаем. И так… на повестке дня — мы защищаем своего НеПарня перед отцом. Выбираем Геройское имя. Готовимся к стажировке. А еще немного грустим по Бакуго… ~/СЛАДКАЯ НА УСТАХ СИКОНА/~       Бакуго оставался злым, пока шел до остановки, когда садился в автобус и даже когда был уже дома. Он со злостью гребанного дьявола сбрасывает свою обувь и стремится на второй этаж, не обращая внимания на выкрики матери. Комната встречает ранее приятной теплотой, но сейчас это не приносило никакого спокойствия. Действия полны чистой, как самая кристальная вода, ярости, когда его руки выворачивают сумку наизнанку и он бросает медаль на свой рабочий стол. Та приземляется с самым отвратительным металлическим звуком на твердую поверхность. Он морщится от одного ее вида. Противно.       — Кацуки? — Мицуки сначала стучит и только потом приоткрывает дверь, заходя внутрь. Бакуго знает, что она видела, знал, что отец тоже в курсе. Они оба видели его маленькое фиаско на фестивале. И от этого только хуже. Он ожидал своей грандиозной, ЧЕСТНОЙ победы. А что случилось…       — Это было не честно, я это не заслужил! — он дергает руками в стороны в попытке вылить эти чувства хоть куда-то. А золотой блеск на периферии только сильнее раздражал. Мицуки тяжело вздыхает и проходит дальше, беря в ладонь его награду. — Выбрось ее!       — Почему же ты ее не заслужил? — он ненавидел такие разговоры, и эта женщина прекрасно это знала. Но словно теперь он сможет ее хоть как-то остановить.       — Потому что этот ублюдок поддавался! У него там слишком важные проблемы, что он даже не обратил на меня внимание! — рычит Кацуки и злится. У того придурка аж две причуды, а он ими не пользуется из-за каких-то проблем.       — Но это ведь не значит, что ты не смог бы. Просто… — она на секунду поджимает губы и кладет медаль на стол. — Просто бывают моменты, когда ты должен постараться понять других людей, Кацуки. Взаимопонимание, это очень важно.       — А почему с Деку он соизволил использовать свой огонек, а со мной нет?! Я — пустое место? — он дернул руками, с небывалой яростью смотря в пол. — Почему всегда найдутся люди, которые будут лучше тебя?       — Чтобы мы, если достаточно сильны, двигались вперед, — произносит его мать, двигаясь к нему и заключая в объятья. И весь его гнев, что скопился в каждой клетке его организма, внезапно ослаб и начал постепенно исчезать. — Ты у меня самый сильный, так что ты с этим справишься.       Он обижен на то, что больше не может злиться в той мере, что и прежде, но это уже не важно. Да, он справится с этим.       — Но медаль я все равно выброшу… — шипит он, уткнувшись куда-то в материнское плечо. Женская грудь вибрирует от легкого смеха, пока ее тонкие пальцы путаются в его волосах. — Все же не советую, это ведь воспоминания.       — Плохие воспоминания, — отмечает он, отстраняясь и совершенно не успевая уклониться от щелчка по носу.       — Просто не будь настолько засранцем, ладно? Все сразу станет легче, — Бакуго закатывает глаза, не желая вникать в ее слова. У него и так все отлично. — Ты сейчас мало что замечаешь.       — Я ВСЕ замечаю, — делает акцент Бакуго, складывая разбросанные по кровати книги. — Даже то, как вы со стариком уезжаете на свои маленькие свидания, когда думаете, что я сплю.       — Ох! Я на тебя посмотрю, когда ты найдешь ту самую! — Мицуки дразнит ухмылкой, выходя из комнаты, оставляя после себя лишь запах духов. Он мотает головой, пока достает необходимые предметы для домашнего задания. Он неизбежно натыкается на золотой предмет, но уже не чувствует по этому поводу сильного отторжения. Поэтому с пыхтением берет ее в руки, открывая свой шкаф с прозрачными дверцами. Берет маленькую коробочку, где он в детстве хранил все свои геройские карточки и засовывает медаль туда. Чтобы на глаза не попадалась.       Телефон рядом трещит от нового уведомления и он берет его на автопилоте. И как только он видит, что сообщение из группы «Мозгососы», то сразу же хочет смахнуть его, но потом его глаза цепляются за кандзи твоего имени. И он правда сопротивляется, Так сильно, что кости покрылись трещинами. Но он так бессилен…       Палец все же нажимает на уведомление, и глаза вчитываются в короткое сообщение. [Мотидзуки Хираку] Получается, выходим шестого числа?       Пальцы сильнее сжимают телефон, пока где-то в груди бурлит раздражение. Он наблюдал за всеми на фестивале, и ты не была исключением. Не заметить твою бледность и вялость с самого начала не смог бы только слепой идиот. Или то, как этот эффект только усиливался по ходу сражения с Розовой, что вылилось в твой обморок. Это пробудило в его памяти совершенно неприятные, отвратительные, вырезанные в его черепе сцены. Где вокруг неразбериха, ты в его руках, бессильная и бледная, вся в крови.       Он краем глаза видел, как ты редко скручивалась, обвивая руками живот. Или как натянуто выдыхала, словно это самое тяжелое, что ты когда-либо делала. Он нервно притоптывает ногой, думая, писать или нет. Но потом нажимает на твой контакт и меняет твое имя на «Малая» и думает дальше. Но потом все же забивает на эту идею и бросает телефон на другой угол кровати. С фырканьем упирается локтями о колени, зарываясь руками в волосы. Все тянется так, как Самое медленное проигрывание. Каждая клеточка его тела, Постепенно сдаваясь, Расслабляется и наливается чем-то более сладким, Тягучим, как мед.       — Дура, она прям спешит обратно в академию, — ворчит Бакуго, снова беря телефон. Очканафт, как самый ответственный из всех, ответил спустя минуту, давая положительный ответ на твой вопрос. — Лучше бы отлежалась, а то замертво на какой-нибудь тренировке упадешь.       У него стойкое чувство, заполняющее все, что что-то определенно меняется. Не вокруг, а в нем самом, и это определенно не то, что ему нужно. Он со скрытой в костях досадой безвольно опускает руки, вглядываясь в легкий вечер за окном. Вот бы и у него в груди все было бы так легко.       — Проклятье… /От лица Хираку/ Отметь третье мая, Как тот самый день, Когда ты написала свою судьбу.       Поздравления не заставили себя долго ждать, когда твой телефон разрывается от сообщений, и пишут даже те люди, которые были лишь бельмом, которое ты, казалось, оставила в прошлом. Ты осторожно обводишь острым взглядом чужие номера и тихо радуешься тому, что это те самые более терпимые люди.       Дома родители радуют тебя богатым набором заказной еды. Ты радуешься, только сейчас осознавая, насколько же ты голодная. Вся еда прям тает во рту, и ты даже с блаженством прикрываешь глаза. Очередной кусочек мяса оказывается в соусе, а потом у тебя во рту.       — Не понравился мне тот блондин, уж больно агрессивный, — Черт! Это был совершенно неожиданный выпад, нападение со спины, к которому ты совершенно не успела подготовиться. И именно поэтому горло сжимается, и еда в буквальном смысле встает поперек горла. Черт!       Ты громко кряхтишь, хватаясь рукой за горло, и долго ждать не приходится. Хороший отцовский удар прилетает прямо между лопаток и тебе кажется, что сейчас не только мясо выйдет из горла, но и все, что смогло добраться до желудка.       — Хираку, аккуратнее! — говорит мать протягивая стакан сока. Ты большими глотками отпиваешь, пока мозг занят своей бурной деятельностью.       — Я думаю… Что не стоит так говорить… — спокойно сообщаешь ты, теперь чувствуя дискомфорт в горле. — Он был тем, кто… Держал меня в сознании до прихода врачей… В USJ…       Ты не хочешь вспоминать эти моменты, но ты чувствуешь просто острейшую нужду просто взять и опровергнуть слова отца о Бакуго.       — Да? — твой отец смотрит на тебя, когда ты уверенно киваешь, но потом пожимает плечами. — Ну раз уж он защитил мою дочь, то ничего против него не имею. Ты с ним общаешься?       — Ну… Это трудно назвать общением, — ты мнешься, вспоминая все контакты с Бакуго, поражаясь, насколько они часты, но при этом немногословны. — Мы скорее игнорируем друг друга.       — А я в твоем возрасте… — начинает мать, пока ты внутренне закатываешь глаза.       — Ох, успокойся, Рин, ты — это ты, а это Хираку, — прерывает отец мамины повести о том, сколько у нее было ухажеров и так далее и много долгих историй.       — Ну, он… Храбрый…       Сзади раздается взрыв, и ты вздрагиваешь, когда перед тобой приземляется Бакуго…       — Внимательный… — На!       Перед глазами появляется деревянная ложечка и ты переводишь взгляд на горящие радужки парня. — Уже тошнит от твоего ущербного вида! Ешь нормально!       — Гордый… честный… — Это был я! — басит Кацуки и ты зло уставилась на него.       — Ответственный… И у него хорошая дисциплина…       Парень бежал в твою сторону в легком темпе. На нем была тренировочная одежда UA, как и на тебе.       — А еще он умный.       — Он тебе нравится? — вопрос следует, конечно же, от матери.       — Что? Нет! — ты призываешь все свое актерское мастерство, спокойствие и умение врать. Тебе надо было отбить этот выпад любой ценой, иначе твое самообладание рассыплется в прах!       — А это случаем не с ним ли тебя оставили тогда на наказание? — спросил отец, и ты не совсем удивляешься этому вопросу.       — Да, это он…       Ты помнишь, как приехала домой, как родители расспрашивали о наказании. На что ты отвечала, что в девяносто девяти процентах случаев была виновата не ты. А еще возмущалась на счет того, что тебя не отпустили.       — Человек с горячим нравом, — кивает сама себе мать, прожевывая кусочек еды. Ты на это согласно киваешь и продолжаешь есть уже в тишине. И на этом спасибо.       Не думала, что покидая дом, будешь рада этому. Свободные дни раздавили тебя весом своих забот, пока ты хотела лишь свободы. Шаги до метро походили на счетчик, который тикает синхронно с ними. Но что же он отчитывает?       Вагон как всегда полон и ты хватаешься за поручень при старте. Заранее подготовленные наушники вылезают из своего укромного места, заглушая любые звуки музыкой. Транспорт изредка покачивался, а вместе с ним и ты. И когда пересекаешь территорию Мусутафу, неожиданное прикосновение к плечу заставляет встрепенуться.       — Эй! Ты ведь участвовала в фестивале! Но проиграла во втором раунде, — девушка ростом чуть выше тебя смотрела на тебя, пока твои губы были растянуты в поломанной неловкой улыбке.       Проиграла? Она специально сейчас это сказала? Или все-таки нет?       — О! Да! Это она! — какой-то парень рядом с тобой шевелится, поворачиваясь прям на тебя, пока ты сжимаешься в неловкости, осматривая вагон. И тут тебя поражает молнией, когда видишь на электронном экране вместо списка станций трансляцию фестиваля. Ты открываешь и закрываешь рот, пока все больше внимания обращается к тебе.       — Ты хорошо себя проявила! — подбадривает одна женщина в возрасте. В ответ была слышна твоя тихая благодарность.       Но, к твоему счастью, все быстро успокоились и больше взгляда ты отныне не получала. Дождь весело бьется об окна твоего вагона и ты уже в предвкушении. Поэтому притоптываешь ногой в стремлении поскорее приехать и не пропустить шанса пройтись под теплыми каплями. И твое желание исполняется, ведь когда ты достигаешь своей станции, дождь все еще в полной силе. Ты блаженно прикрываешь глаза, когда первые капли падают на кожу лица. Где-то вдалеке раздаётся гром, но молний не видно. Прохладный ветерок дует в лицо, но тебе совсем не холодно, словно внутри тебя сейчас горит неугасимый огонь. С легкой улыбкой поднимаешься на холм, уже подобравшись к UA.       В итоге к воротам ты подходишь уже с промокшими волосами и намокшим пиджаком. Меняешь обувь и двигаешься в сторону своего класса. Люди, что проходили вокруг, совсем незнакомы и это радует. Им до тебя совершенно никакого дела. А то в голове иногда выворачиваются моменты, когда ты в средней школе ловила то взгляд, то усмешку, или какой-либо комментарий. Теперь этого нет и свобода как никогда радует.       — Всем доброе утро! — в ответ раздаются уже родные голоса твоих одноклассников. Ты буквально прискакиваешь к своему месту, вешая рюкзак на крючок и оборачиваешься назад.       — У тебя дома зонта не нашлось? — недовольно щурится на тебя Бакуго, одной рукой придерживая книгу по литературе.       — Ну… Я не знала, что в Мусутафу будет дождь прям с утра, да и тем более, я люблю такую погоду. Ждала ее, можно сказать, целый год, — объясняешься ты, пока Бакуго оставался хмурым, но теперь по другому… Словно он совсем не злится, а был на чем-то сосредоточен.       — Тебе после фестиваля будет проще простого подхватить какой-нибудь вирус, — ворчит парень, утыкаясь обратно у страницы своей книги. — Хотя бы пиджаком прикрылась, Придурошная…       На это ворчание ты отворачиваешься, и стараешься как можно незаметнее приложить одну руку к груди, пока другая накрывала горячее лицо. Ты уже не борешься со своим ненормальным пульсом, давая тому разгоняться до необходимой отметки на спидометре.       — Доброе утро, — этот мрачный голос тут же успокаивает весь класс, но ты все же испытываешь радость, когда видишь учителя здорового и целого.       — Учитель, с вас сняли бинты. Я так рада, — говорит Цу со своего места и ты с ней полностью согласна. Улыбка мягко лежит на твоей лице. Сенсей, конечно, не ответит, но пусть хотя бы будет знать, что ты искренне радуешься.       — Исцеляющая Леди занималась моим лечением в серьез. Но что более важно, так это тема нашего сегодняшнего специального классного часа, — на этом моменте повисла небольшая тишина и только дождик за окном как-то делал атмосферу. — Геройские имена. Вы будите придумывать свои псевдонимы.       — ВОТ ЭТО КРУТО! — но крик обрывается и наступает гробовая тишина, когда глаза учителя загораются красным, а волосы подлетаю вверх. — Это непосредственно связано со стажировкой.       На этом моменте ты хмуришься совсем слегка. Как это — стажировка? Сейчас?       — Обычно практику проходят на втором или третьих курсах, когда студенты уже более опытны, чтобы стать ассистентами. Другими словами то, что они заинтересовались первогодками, показывает их заинтересованность в вашем будущем, — ты на этом моменте уже сидишь с поджатыми губами и думаешь о сложившейся ситуации. Стажировка. Прямо сейчас.       На вашей классной доске появляется список имен и ты искренне недоумеваешь, почему же ты раньше не знала, что она электронная. Первый Тодороки, второй Бакуго, потом резкий спад цифр и буквально еще несколько человек. А потом… Мотидзуки Хираку — 5.       Ладно, ты, по сути, вообще ничего не ожидала от всего этого, но… Обидно как-то. Старалась ведь изо всех сил, а тут всего пять приглашений. Поэтому ты поджимаешь губы с немного обиженным лицом.       — Хотите ли вы того или нет, но в вас заинтересованы и вы будите проходить стажировку с героями… Вы уже получили опыт сражения со злодеями, к сожалению. Но опыт работы с профи даст куда больше.       — И поэтому нам нужны геройские имена!       — Имена, которые вы выберете, можно будет потом изменить, но лучше этого не делать…       — Ведь потом это будет сущий ад! — выкрикивает Полночь, врываясь в ваш кабинет. — Имена, которые вы выберете сейчас, это имена, под которыми вас будет знать весь мир!       — Все так, — сообщает Сотриголова, доставая спальный мешок из не от куда. — Как корабль назовешь, так он и поплывет.       Все свелось к тому, что у тебя в руке теперь дощечка и фломастер. Ладно, и не с таким справлялись. Вам дают время и ты буквально сразу лезешь в портфель за телефоном. Ты торопливо вбиваешь варианты геройских имен, но ни одно из них тебе не нравится. Сидишь пару минут, а потом заходишь в переводчик. Четыре варианта написаны на листке перед глазами и ты четко в них вчитываешься, пытаясь проникнуться ими. Самые худшие отпадают, пока не остается лишь одно.       — Время вышло! — спустя время говорит Полночь. — Кто готов показать свое имя?       И, конечно, первым выходит Аояма, сверкая буквально со всех сторон.       — Имя Сверкающего героя: Я не могу перестать подмигивать! — провозглашает Юга, пока ты скромно про себя еще раз читаешь свои имя, прижимая доску к груди.       — Так! Теперь я! — Мина скачет к учительскому столу, показывая свое имя. — Королева чужих!       — ДВА! Ты что, хочешь ассоциироваться с этой мерзкой тварью! Забудь! — Мина понуро уходит к своему месту, пока весь класс думает лишь об одном: они все соревнуются в тупости?       Но имя Фроппи меняет всю ситуацию, и всем сразу становится легче. Спеши, дабы не утонуть в случайной зависти…       Ты тянешь руку и Полночь зовет тебя. Дощечка плотно прилегает к груди. Становишься перед учительским столом, незаметно проверяя, повернула ли ты ее к народу правильно.       — Кимика? — осторожно интересуются некоторые одноклассники, пока ты немного глупо улыбаешься.       — Да, с некоторых языков мира это значит «Химия». Мне хотелось, чтобы имя не теряло своего более японского звучания, и чтобы оно было не такое длинное. И осталось только это… Вот, — высказываешься ты, пока на твоей дощечке осторожно написано: Властительница материи — Кимика.       — Отлично звучит, ты хорошо постаралась, — отзывается Полночь, когда из класса звучит еще пара одобрительных откликов. Ты натянуто выдыхаешь, когда садишься на свое место, расплываясь на стуле, буквально в пол уха слушая чужие имена. Но потом…       — Король взрывокиллер! — ты приподнимаешь брови на Бакуго, тупо уставившись на его дощечку. Естественно, Полночь со всей страстью сказала ему сесть, и он сделал это, скрепя зубами. Ты сама это слышала.       Дальше Мидория предложил не менее странный вариант, но его не отвергли. И буквально спустя еще пару минут вскочил Бакуго, предлагая почти точную копию прошлого имени, которую опять отвергли.       Бакуго не терял надежды, когда предлагал «Взрывное убийство», но его надежда так и не оправдалась. Он с грохотом плюхается позади тебя на стул, скрестив руки на груди. Ты, чуть повернувшись в его сторону, только немного улыбнулась. Айзава к концу данного шествия уже не спал, держа в руке бумагу.       — Все определились с геройскими именами, и пришло время поговорить о стажировке. Она продлится неделю. Тем, кто получил большое количество приглашений, я выдам полный список агентств. Так что выбор за вами, — листы начинают раскладываться перед каждым и ты смотришь на свой скудный список. Ладно, зато разрываться в выборе не будешь.       Ты быстро читаешь список и снова достаешь телефон с желанием проверить какие же специализации во всех агентствах. Некоторые из класса выходят на перемену, пока ты остаешься сидеть. Геройское агентство Атласа.       Тебя привлекает это название, и ты вводишь его в браузере. Ты немного удивляешься, когда узнаешь, что это агентство находится в твоей городе. Ты читаешь довольно скучную официальную статистику, узнаешь, что Атлас пятьдесят восьмой в рейтинге героев и агентство само по себе маленькое, но отлично сдерживает преступность в своем районе. Ты по сути не узнала что-то интересное для себя, поэтому выходишь с сайта. Глаза сами опускаются ниже и ты нажимаешь на экран. «Плюсы стажировки у Атласа»       Ты читаешь отзыв одного студента, который был оставлен пару лет назад с интересом. Он в первую очередь выражает благодарность своим наставникам, а уже потом приступает к главному.       «На самом деле эта стажировка мне многое что дала. Атлас просто потрясающий учитель, он смотрел в мою причуду намного глубже, что я когда-либо. Он помог открыть мне новый горизонт моих способностей. Я искренне не понимаю, почему он так низок в рейтинге. Если вас вдруг пригласят туда, то не упускайте свой шанс, этот человек определенно знает, как раскрыть ваш потенциал.»       Ты выпрямляешься и вздыхаешь, думая, на каком же месте был Атлас пару лет назад. Телефон откладывается в сторону, а в твоей руке заветная бумага и анкета. Ты прислушиваешься к себе, хоть к какой-нибудь подсказке внутри тебя, но в ответ лишь тишина. Поэтому тебе остается лишь натянуто выдохнуть и начать заполнять анкету.       — А я уже знаю к кому пойду! — говорит Урарака и ты отвлекаешься от заполнения, повернувшись к одноклассникам. Они собрались возле парты Мидории и возбужденно обсуждали предстоящее событие. — К Пистолетоголовому!       Это имя тебя не особо просвещает и поэтому ты благодарна следующей реплике Мидории.       — О! Это же боевое агентство! Никогда не думал, что ты хочешь драться, — говорит парень, пока девушка махала кулаками, отрабатывая удары.       — Это да, но после битвы с Бакуго я поняла, что чем сильнее я стану, тем обширнее станут мои способности! И я не добьюсь поставленной цели, если буду потакать своим слабостям! — ты улыбаешься, смотря на решительность Урараки. Переводишь внимание на раздраженного Бакуго, который комкает бумагу в руках и поджимаешь губы. У него несколько тысяч приглашений, это ведь правда была просто космическая цифра. Наверное, там есть герои из первой десятки.       Звонок становится неожиданностью, поэтому ты поворачиваешься и весь класс здоровается с Цементосом. Часы тикают, раздражая твой слух, что ждет звонка. Твои руки сжимают анкету с неким нетерпением. И когда это действие случается, ты вскакиваешь и торопливо выходишь из класса, только спустя минуту слыша торопливые шаги позади себя. Оборачиваешься на блондина, который тоже нес в руке ту самую бумагу, догоняя тебя. Ты просто поворачиваешься, замечая, как Бакуго примостился сбоку. Совсем близко.       — Уже решила? — ноги чуть не скидывают тебя с лестницы, когда этот бас игриво пробегается по всей твоей нервной системе. Парень на этот раз был спокоен, смотрел четко вперед, одну руку держа в кармане. Перед ответам ты делаешь небольшую паузу, всеми фибрами души впитывая данный образ в память.       — У меня был не такой уж большой выбор, но да. Я надеюсь, мне это поможет… А ты? — тихо отвечаешь взаимностью, чувствуешь, как твои ниточки души в ответ робко тянутся к Бакуго. Господи, ты так боишься и жаждешь этого момента одновременно. Чувствуешь на лице сильный жар, кожа горит, глаза опущены. Запах дыма и кедра совсем близко, от него никуда не деться, но теперь, когда ты уже так близко, чувствуешь что-то более сладкое. Оно сахарное, знакомое. Делаешь глубокий вдох, и прикрываешь глаза. Мед.       — Да, меня пригласил Бест Джинс, — говорит Бакуго с совершенно невосприимчивым лицом, словно это событие было чем-то естественным. Ты пару раз моргаешь, пока эмоции разрывали тебя изнутри.       — Тебя пригласил герой номер пять?! — тихо кричишь ты, совершенно не веря. Нет, это было круто, ты рада, что у твоих одноклассников и друзей будет возможность развиваться, но… Герой номер пять?!!!       — Я, по-твоему, не заслужил? — Бакуго на этот раз рычит, ссутулившись и посмотрев на тебя из-под челки.       — Нет! Дело не в этом! Ты продемонстрировал просто невероятный потенциал на фестивале, просто мне, которой пришло всего пять приглашений, трудно охватить такую ситуацию, — объясняешь ты, замечая, как с каждым твоим словом Бакуго все больше сдувается. И в конечном итоге его взгляд наполнен какой-то странной примесью смирения, когда он снова поворачивается вперед и говорит совершенно спокойным тоном:       — Думаю, ты заслуживала намного большего, — на этом моменте дверь в учительскую распахивается перед твоим носом и Бакуго залетает внутрь. Ты просто хлопаешь глазами, пару секунд вообще не понимая прошедшего события. Но потом кровь достигает щек, заставляя покрыться теплым румянцем. Ты заходишь следом, идя к Бакуго, который стоял возле Айзавы.       — Уже определились? — немного с сомнением спрашивает вас учитель, когда вы киваете. Бланки оказываются в чужих руках и Бакуго первым покидает помещение, в то время как ты пытаешься задержаться, быть чуть медленнее него. Коридоры наполнены учениками, но ты бродишь в этой массовке как тень, совершенно неприметная. Не видишь знакомую, притягивающую взгляд спину, и поэтому смотришь в пол.       Фраза парня вертелась в твоей голове бесконечными волчками, не утихая ни на минуту. Его голос в этот момент, взгляд, поза, все это с неописуемыми эмоции вызжглось у тебя в голове. Казалось, что это стало последним гвоздем в твоем гробу. Теперь твой вечный склеп помещают в сырую чахлую землю. Чувство, Словно стремишься к неизбежной трагедии, Но от этого идешь не менее быстро.       Дверь в класс открываешь совсем неторопливо, уже замечая у доски Эктоплазма. Переводишь взгляд на парту Бакуго и он… Отсутствует. Это заставляет что-то скрестись под ребрами. Ох~ Ты в отчаянном поиске ебаных скрытых смыслов, Но не найдешь, Пока не осмыслишь…       Но он, конечно, появляется за несколько минут до звонка. Все такой же хмурый и раздраженный, в нем ничего не меняется. Садится сзади тебя, доставая принадлежности. Все меняется, но при этом остается недвижимым, все уже не будет, как ваше сладкое «До». Будет только «После». Все ближе подходят те дни, Когда вы оба будите тосковать друг о друге. Каждое мгновение сожалея о том, Что упустили…       Звенит звонок, все синхронно прощаются с учителем и сменяют учебники на столах. Все движется вперед, пока ты застряла все в том же отрывке в коридоре. Но не ты одна, он тоже все еще стоит там, рядом с тобой, произнося те самые слова. Вы оба больше не смотрите друг на друга до окончания дня, хотя тоскуете сильно. Пытаетесь прикрыться за шутками и совершенно обычным поведением. Но близится неделя, которая лишь ближе толкнет вас друг к другу. Больше заботы, прикосновений. Но чего это тебе будет стоить? Чего…