Единственный вариант...

Глава 3

      — Ну, ты наелась, мордашка? — умиляясь с того, как сосредоточенно Моргана поглощает приготовленную мной манку, спрашиваю, когда на дне тарелки остались только разводы. Да и те споро исчезают, когда ребенок со всем тщанием вылизывает тарелку.       — Ага! — с готовностью кивает Моргана. И смотрит на меня так честно-честно!.. — А конфетку дашь? — и сразу глазюки хитрющие — я прям плыву!       Тьфу ты, — думаю я, только сильнее умиляясь. — Вот чего не надо — никогда не забудет! А как я попросил в комнате игрушки собрать, так сразу — я забы-ы-ыла!       Вот и пришлось шантажировать с утра пораньше, мол, уберись у себя в комнате, умойся, кашу съешь — и только тогда дам конфетку! А то ишь, распоясалась! Сладкое, с утра пораньше, да за просто так!       — Дам, дам, вымогательница! — притворно ворчу, выуживая из кармана домашних штанов конфету. — На вот, так и быть, заслужила.       Ребенок расцветает буквально на глазах! Она и до этого-то светилась, а тут аж воссияла! Глазюки большие у нее, а как конфету увидела — еще больше стали. Ручки загребущие сжимаются-разжимаются, как бы говоря: «Дай, дай уже!».       Ну и как тут не умиляться?       — Ты лучший! — воскликнул ребенок, закидывая конфету в рот. — Фпафыба! — стараясь не растерять драгоценные куски разжеванной конфеты, прошамкала Моргана.       Боже, я щас растаю…       — Прожуй сначала! — фыркаю я, закатывая глаза. — Растеряешь ведь!.. — но мои слова канули в лету, ибо ребенок, смеясь, уже ускакала куда-то в гостиную, оставив на столе пустую чашку и вылизанную до блеска тарелку. — Ну да, поесть — это мы первые, а как убираться — так у нас Питер есть… — беззлобно, скорее со смехом, ворчу, поднимаясь из-за стола.       В идеале мне бы, конечно, заставить Моргану самой убраться за собой, но эта колбаса уже ускакала за две комнаты от меня, — слух у меня, конечно, потерял былые позиции, но все еще сверхчеловеческий, чтобы определять дальность шагов ребенка, — и теперь вытащить ее из игровой, где она только пятнадцать минут назад убралась, задача непосильная. Во всяком случае в короткие сроки мне ее оттуда не выгнать, тем более ради того, чтобы просто поставить посуду в раковину.       Да, знаю, я ее балую, невольно приучаю к тому, что самой убираться не надо. Однако в свое оправдание скажу, что я, к этому времени, уже рискую если не опоздать, то критически припоздниться. А этого бы мне не хотелось, ибо мы сегодня едем на экскурсию в здание, которое для меня уже больше трех лет является домом, — если не считать тех пяти лет бестелесного существования в «нигде», — и опаздывать мне не хочется.       Нет, меня дождутся, без сомнений, но тогда придется половину дороги выслушивать от Томпсона какие-нибудь из его умозаключений, которые, само собой, безапелляционно доказывают, что я испугался, специально тянул время и вообще не хотел ехать на экскурсию в «Старк-Ин», потому что никакой стажировки у меня там нет.       Ну, честности ради, стажировки у меня и правда уже нету, да… Точнее, как, де-юре я все еще стажер по документам, но де-факто из ранга «стажер» я уже вырос. Я, если можно так выразиться, «старший стажер». Еще не полноценный сотрудник корпорации, но уже и не обычный стажер, — уровень допуска и аж целый научный проект, который я веду с Гвен и ее отделом, не позволяют мне называться всего лишь «стажером».       Я и стажером-то числюсь только потому, что мне двадцати одного нет, — если не считать пяти лет в «нигде», опять же, — так что мне в этой «должности» еще три года куковать!..       Было бы, как считал я, до тех пор, пока, аккурат перед нападением Таноса, отец не заявил, что намерен представить меня как своего сына и преемника.       — Так, сколько там время-то?.. — пробормотал я, расставив чистую посуду по местам, оглядываясь через плечо на настенные часы. — Ух, ёлки!.. — едва не подскакиваю, срываясь с места. — Вот только опоздать не хватало!.. — залетая в свою комнату, на ходу сдирая с себя домашнюю одежду, сквозь зубы цежу я. Впрыгнув в джинсы и вдевшись в первую попавшуюся чистую футболку, подхватываю рюкзак с лежащей в нем толстовкой, завязываю кроссовки и выбегаю из комнаты.       — Моргана! — проходя мимо игровой, останавливаюсь в проеме. Найдя глазами внимательно смотрящую на меня Морган, которая уже поняла, что я не играть с ней пришел, ободряюще ей улыбнулся. — Не скучай тут без меня, ребенок. Я скоро вернусь, обещаю!       — Точно обещаешь? — подбежав ближе, из-за чего мне пришлось сесть на корточки, спросила Моргана.       — Точно-точно! — хмыкаю, притягивая сестру к себе и чмокаю в носик. Ребенок смешно морщится. — Веришь?       — Верю! — улыбаясь, кивнула Моргана.       — Тогда я побежал, — улыбнувшись, говорю, поднимаясь на ноги и направляясь в сторону лифта. — Все, малыш, не скучай! — крикнул я, забегая в открывшийся лифт, вызванный Пятницей. Напоследок махнул рукой, и даже успел увидеть, как мне машет Моргана, прежде чем двери закрылись.       — Хэппи ждет в машине, Питер, — раздался мягкий голос Пятницы над головой.       — Угу, спасибо, — машинально киваю, занятый мыслями о том, как бы не опоздать. Разворачиваюсь к зеркалу на противоположной от дверей стене. Осматриваю себя на предмет косяков во внешнем виде... — Ну, вроде нормально… — в полголоса заключаю, рукой зачесывая волосы назад.       Споро преодолев вестибюль, кивком поздоровавшись с охраной и администратором, я выбежал на улицу и, найдя глазами черный Кадиллак Селестик, — самую «дешевую» машину в отцовской коллекции служебных машин, — припустил к нему, стараясь игнорировать испепеляющий взгляд Хэппи.       — Привет, Хэппи! — с улыбкой выдаю, запрыгивая на заднее сиденье. Хэппи, в своей неподражаемой манере, постарался прожечь во мне дырку. — Ну подумаешь, чуть задержался — с кем не бывает! — закатываю глаза, не переставая улыбаться. Хэппи вообще действует на меня противоестественно — когда он так хмурится, меня лыбиться тянет — мочи нет.       — Доброе утро, — все-таки разродился Хэппи на приветствие, выруливая со стоянки. Что со мной, что с отцом, Хэппи ведет себя одинаково, когда мы опаздываем — смотрит хмуро, будто дырку пробурить пытается.       За рулем Хэппи не так многословен, как обычно, сказывается как опыт бытия личным водителем моего отца, так и его сосредоточенность на дороге. Особенно в такие моменты, как сейчас, когда он вынужден ехать с легким превышением, обгоняя машину за машиной, перестраиваясь из одного ряда в другой.       И если поначалу меня такая манера езды немного напрягала, то сейчас я уже не обращаю на нее внимание — Хэппи не раз доказывал, что он превосходный водитель, да и я уже привык к такой езде — три года так езжу, как-никак!       Так что до школы Хэппи доставил меня быстро, высадив почти у самых дверей, перед глазами половины школы, как раз за пять минут до начала первого урока.       ***       То, что мое появление станет сенсацией, я понял, когда на меня начали оглядываться все, кто был на территории школы. Стоило мне захлопнуть дверь Кадиллака, цена которого исчисляется пятизначными цифрами, — я как узнал, что это не коллекционная машина, а так, чисто служебная, и то не самая дорогая, чуть в обморок не упал, хотя к тому времени я уже успел привыкнуть к тому, что у отца миллиарды на счету, — как взгляды в школе сосредоточились на мне. И мне стало даже несколько неловко, — ну право, я не медийная личность, да и к тому же не настолько известен даже в своей школе, — так что я постарался как можно быстрее прошмыгнуть в здание, провожаемый шепотками и периодическими взглядами в спину.       Хорошо, что успел надеть толстовку, иначе, чую, шепотками бы не обошлось — стальную руку скрыть довольно трудно без длинных рукавов.       Нет, вообще, я понимаю, что долго скрывать протез не получится, рано или поздно, — скорее рано, — придется его показать… Но я пока не могу. Я сам к нему еще не привык, лишь с попеременным успехом получается управлять им, как живой рукой, без рывков и дерганий.       — Чува-а-а-ак! — встретил меня восторженным ревом Нэд. Я невольно улыбнулся — его искренние, неприкрытые эмоции всегда поднимают настроение. Подкупает он своей простотой и искренностью… — Ты сегодня звезда!       — Ты мне льстишь, — хмыкаю, открывая собственный шкафчик. В кои-то веке в нем нет никаких «Писем Добра», желающих мне всего самого «хорошего», от наших любимых подпевал Флэша. — Подумаешь, знакомый подвез, — пожимаю плечами.       Моя скромность, по словам отца, мой враг! Не знаю, как для него, а мне все еще немного не верится, что я езжу с собственным водителем на дорогущей машине. Поначалу вообще чуть ли не истерика была, как бы не попортить кожу салона, не царапнуть дерево!.. Потом ничего вроде, привык! Но все равно есть ощущение некоторой не реалистичности происходящего, когда я сажусь в дорогую машину.       — Подумаешь?! — воскликнул Нэд, едва не подпрыгнув на месте. А с его габаритами это говорит о многом!.. — Пит, эта машина вышла ограниченным тиражом, всего несколько тысяч экземпляров! А ты на ней в школу приехал!       — Ну дык не моя же это машина, — все еще не понимая, к чему он клонит, пожимаю плечами, и, достав из шкафа все необходимое, закрываю его. — Говорю же — знакомый подвез.       Не дай бог меня Хэппи услышит, шкуру сдерет — «Знакомый»! Да он мне ближе, чем все мои знакомые вместе взятые! И Хэппи это знает — что для меня, что для отца, он больше, чем просто друг. В общем… Надеюсь, если услышит, он меня все же сможет понять — ну не поверят мне, что меня подвозит до школы аж личный телохранитель Тони Старка!       Хотя… Как там было у классиков? Хочешь соврать — скажи правду?       Хм…       — Блин, чувак, да кем бы ни был твой знакомый, он подвез тебя до самой школы! — все пытался достучаться до меня Нэд. Нет, я решительно не понимаю, чего он завелся-то? Ну подвез меня Хэппи, ну на дорогой машине, и что? Он меня так каждый день подвозит в школу, разве что до этого высаживал за пару кварталов по моей старой просьбе… — Потому ты и звезда — тут по пальцам можно пересчитать тех, кто на собственной машине приезжает!       — Ладно, как скажешь… — вздыхаю, устав спорить.       Да, как и у любого человека, у Нэда есть одна… Особенность, я бы сказал, ибо на недостаток это, на мой взгляд, не тянет. Так вот, Нэд любит раздувать из мухи слона и потом доказывать всем, что оно само, и это необходимо обсудить со всех сторон.       Хотя тут, признаюсь, повод вполне понятный — Питер-пока-еще-для-всех-Паркер приехал на дорогущей машине в школу. Но все-таки настойчивость и некоторая… фанатичность Нэда начинает немного утомлять.       Старею, что ли?..       — Пошли уже, — вздохнул я, оглядывая проходящих мимо учеников, попеременно оборачивающихся на меня. Вдали заметил рожу Флэша, направляющегося к нам. — Урок скоро начнется, — произношу я, направляясь к классу. Как только я вошел в класс и сбросил рюкзак на пол, звонок прозвенел, а в кабинет, следом за спешащим Флэшем пошел и мистер Харрингтон.       Томпсон, одарив меня испепеляющим взглядом, обещая мне все кары великие, уселся на свое место. Я же вздохнул облегченно — сегодня у меня совершенно не было настроения спорить с ним о чем-либо и чего-то там ему доказывать.       Осталось лишь дождаться конца урока, доехать на выделенном автобусе до Башни, а там… А там меня так или иначе заметят ребята из нашего отдела по исследованию органики, плюс я много с кем знаком просто так, еще со времен простого стажерства. Да и в башне уже много кто знает, что я с Тони Старком на короткой ноге.       ***       Немного непривычно было, когда мистер Харрингтон собрал нас у автобуса и велел ждать экскурсовода, хотя вход в Башню — вот он, в десяти метрах, заходи, кто хочет. Да я бы так и сделал!.. Что уж говорить, я это сделал, шагнул по направлению к Башне, как над нами раздался голос учителя, оповещающего, что к нам должен спуститься наш экскурсовод.       Хмыкнул, уловив женскую фигуру, выходящую из Башни, и сильнее натянул кепку на глаза, чтобы она не узнала меня сразу. Спорное, конечно, решение — от такой, как она просто так не скроешься. Лицо-то я скрою, глаза отведу, но тело и его движения… Я еще не настолько профи в маскировке, чтобы скрыться от профессионала в толпе.        Я даже удивился, когда она двинулась к нам. Неужели для проведения экскурсии нам выделили моего личного телохранителя — Лили Штайнберг? Хэппи же знает, как она ненавидит работать в сопровождении… Чем же она так провинилась, что ее сослали сюда?       Но вообще… Я рад ее видеть. Мы с ней знакомы были еще до того, как я взял фамилию Старк. Она была, — и есть, что уж тут, — из тех девочек, которые милым куколкам и сопливым романам с мальчиками предпочитают рычащих, двух или четырехколесных, железных коней, и навыки грубого рихтования наглых морд, озабоченных и не очень мальчиков, собственными руками.       Проще говоря, Лилит была пацанкой. И познакомились мы с ней совершенно случайно, когда я патрулировал Нью-Йорк, — аж ностальгия нахлынула… Так хочется порой взлететь на паутине!..       Так вот, в какой-то подворотне на милую девушку напали с целью изнасиловать, ограбить и, вероятнее всего, убить. Я, как истинный джентльмен, не мог пройти мимо, ввязался в драку… И слегка не рассчитал.       Точнее я просто не мог предвидеть того, что это было не простое ограбление, а ловушка, как я тогда подумал, на меня. Но появившаяся, во время жаркой раздачи «бонусов» злодеям от меня, девушка, в одних спортивках и черной майке на голое тело, лихо врубившаяся в толпу грабителей, поливая их отборными многоэтажными нецензурными конструкциями на трех разных языках, расставила все на свои места. Особенно когда она подошла к забившейся, по моей указке, в дальний угол, заплаканной девушке-жертве и протянула ей руку помощи, попутно спрашивая: «Не ранена, подруга?»       Потом подошла ко мне, пожала руку и искренне поблагодарила, широко ухмыляясь. Предложила мне встретиться еще раз для более тесного знакомства. Я, конечно, попытался отнекаться, мол, занят и все такое, но уверенно сказанное «Никому я про тебя не расскажу» и всунутая в руку бумажка с адресом и датой встречи заставили меня задуматься.       Так завязалась наша дружба с Лилит и Гвен, которая и была той девушкой, с помощью которой бандиты хотели выманить Лилит. Зачем им это, догадаться не сложно, видя, с какой силой и мастерством она раскидывала здоровых мужиков. Шантажировать хотели или схватить под предлогом «пойдешь с нами — она будет жить».       Ну а я как всегда взял и обломал планы бандитам!       Тем временем, наша группа заметила приближающуюся высокую женскую фигуру с коротко стриженными платиновыми волосами, направляющуюся к нам.       — Мидтаунская школа? — без энтузиазма, но достаточно громко спросила Лилит, подходя к нашей группе. — Лили Штайнберг, — отрекомендовалась она, протянув руку мистеру Харрингтону.       — Роджер Харрингтон. Все верно, мисс Штайнберг, — приветливо улыбнулся учитель, пожав ей руку. — Вы наш экскурсовод на сегодня?       — Нет, сопровождение, — качнула головой Лилит и раздраженно дернула щекой. — Ваш экскурсовод… Задерживается. Прошу за мной, — нейтрально произнесла она, и, эффектно развернувшись, направилась в сторону входа.       Мы стронулись с места, следуя за учителем, а мужская половина класса, тем временем, обсуждала габариты и формы Лилит, стараясь не повышать голоса. И я их даже в какой-то степени понимаю — выглядит Лилит шикарно. В распахнутой красной кожаной куртке, очерчивающей тренированное, но все еще женственное тело водолазке; подтянутая, высокая, широкоплечая, с упругой попкой, затянутой в полусвободные джинсы, она уже который год работает штабелеукладчиком для мужиков и предметом зависти некоторых девушек в «Старк-Ин», из тех, у которым вечно «не хватает времени» на фитнес, из-за чего их фигуры несколько более рыхлые.       — Не вздумай класть на нее глаз, Паркер! — зашипел подобравшийся ко мне Флэш, пихнув плечом, желая, видимо, сбить меня с шага.       Хах, ну, раньше у него бы это удалось, но тренируясь в свое время с Лилит, или с тем же Барнсом, они оба учили меня твердо стоять на ногах, чтобы не упасть от хорошего удара, не говоря уже о том, чтобы устоять от подобного «поглаживания».       — Не твоего она полета, неудачник! — прозвучало менее уверенно от Флэша, ожидавшего, что я если не улечу носом вперед, то споткнусь точно. А я как ни в чем не бывало, даже с шага не сбился.       — Можно подумать, ты для нее предмет мечтаний! — фыркаю, зарабатывая яростный взгляд побуревшего лицом Флэша. — То, что у твоего папаши куча денег, еще не делает тебя секс-символом.       — Да ты!.. — рыкнул Флэш, попытавшись меня ударить... И совершенно случайно споткнулся о выставленную мной ногу, пихнув идущих впереди в спину, создав тем самым возмущение и толчею.       — Мистер Томпсон! — повысил голос мистер Харрингтон. — Попрошу соблюдать осторожность, — проговорил учитель. И ведь только тупой не понял намека, что его затея с тем, чтобы ударить меня, не прошла мимо учителя.       — Проблемные ученики, мистер Харрингтон? — хмыкнула тем временем Лилит. И провела взглядом по нашим головам, заводя нас в вестибюль Башни. Делаю вид, что поправляю кепку, натягивая ее на глаза. Меня она, кажется, не заметила… Слава богу. Не хотелось бы испортить ей сюрприз — пять лет она меня не видела.       — Горячие головы, мисс Штайнберг, — улыбнулся мистер Харрингтон, развернувшись к Лилит лицом. — Слишком перевозбудились — впервые на экскурсии в Старк-Индастриз.       Лилит только хмыкнула, никак не комментируя ни ситуацию, ни слова учителя, продолжая вести нас… К стойке администратора? Хех, значит наш экскурсовод еще не подошел… Ух, и пропесочит же их мама, когда вернется!..       — Лора! — не слишком громко рявкнула Лилит, когда мы подошли к администратору, милой девушке с длинными волосами цвета жженой карамели. От ее командного рявка звякнули стекла над стойкой администратора; вздрогнули все, кто находился рядом, включая нашу группу и мистера Харрингтона.       Какие вы все дерганые… — хихикнул я, наблюдая за ошалевшими глазами одноклассников. Даже Нэд притих, перестав глазеть по сторонам и посекундно восторгаться всем, что видит.       Интересно, что с ними будет, когда Лилит решит дать волю своим луженым связкам, полученным, несомненно, от ее родителей?       — Не ори, Лилит, я не глухая, — скучающе отбрила Лора, подпиливая ноготочки пилкой. — Чего тебе? — подняла она на Лилит глаза.       — Где звезда наша белобрысая? — явно шифруясь, на идеальном русском, раздраженно спросила Лилит, привалившись боком к стойке. — Звякни ей, пусть спиногрызов заберет.       — У тебя что, телефона нет? — с легким акцентом, усмехнувшись, произнесла Лора, доставая телефон. — Или опять разбила об чью-то морду?       — Так ты позвонишь, нет? — не повелась на провокацию Лилит.       — Да звоню я уже, звоню, не видишь? — проворчала Лора, набирая номер.       Хорошо, что я еще шесть лет назад, — за год до нападения Таноса, — озаботился изучением этого, несомненно, сложного и порой противоречивого языка. Ибо в будущем все может пригодится!..       Ой, да ладно, кому я вру! Мне просто хотелось знать, о чем там Лилит разговаривает с другими людьми, владеющими русским языком!       Да и завлек он меня своей сложностью, если быть до конца честным. Испанский я к тому моменту уже выучил, осталось только над акцентом работать, но это нужно ехать в Испанию или искать в Нью-Йорке носителей языка. А тут у меня прямо джек-пот! И носитель языка есть рядом, и желание бросить себе вызов велико!       Так что наложилось одно на другое и, как итог, я на русском хоть и разговариваю с акцентом, но зато понимаю большую часть того, о чем Лилит или другие носители языка говорят!       Хотя и не всегда, порой от нелогичности фраз аж мозг взрывается… Но Лилит только смеется и говорит, что она «просто привыкла» или «для этого нужно там родиться и пожить лет пять-десять».       Весело ей, блин…       Ах да, забыл сказать, Лилит — американка русского происхождения с немецкими корнями. Ее мать, урожденная русская, переехала в Германию в конце девяностых, как рассказывала мне сама Лилит. Там женилась, родила ее, но спустя два года после рождения, увы, отец Лилит скончался от рака легких, — а вот нечего было курить по две пачки в день, хмыкала всегда Лилит, — из-за чего они переехали обратно в Россию.       Спустя восемь лет они с матерью переехали в Нью-Йорк, с помощью родственников Рудольфа Штайнберга, отца Лилит. Здесь обосновались, остепенились, миссис Штайнберг организовала бизнес по ремонту и обслуживанию автомобилей, — отсюда и любовь Лилит к машинам, — который, спустя несколько лет, грозил вот-вот развалиться из-за махинаций конкурентов. И так бы он и развалился, если бы не вмешался Тони Старк, которому уж очень понравился сервис и качество обслуживания в автомастерской.       Нужно ли говорить, что как только бизнес миссис Штайнберг перешел под крыло отца, нападки конкурентов как-то сами собой рассосались, когда те поняли, что теперь им придется иметь дело со Старк-Индастриз?       — Ну че там? — дернула подбородком Лилит. — Она идет, или как?       — Идет, идет, — закатила глаза Лора. И замахала руками на Лилит, переходя на английский. — Все, давай, вали уже отсюда. Кстати! — вдруг встрепенулась Лора и украдкой стрельнула хитрыми глазищами в… Мою сторону! — Слышала, твой шеф оклемался, уже даже гуляет.       Твою мать! — выругался я мысленно, и, исподлобья смотря на едва сдерживающую улыбку Лору, чуть приспускаю пальцами козырек кепки, как бы давая понять, что я тут инкогнито. Надеюсь прокатит…       — Чего?! — рыкнула Лилит, мгновенно подобравшись. Одноклассники вокруг вновь вздрогнули. Совсем не по-девичьи мощные, но все еще изящные, длинный пальцы сомкнулись в тяжелые кулаки. Мышцы девушки под курткой вздулись в напряжении, натягивая материал. — Какого хрена мне не сказали?!       — Ну вот, я сказала, — пожала плечами Лора, совсем не впечатленная яростью Лилит.       — Я Хэппи урою!.. — в сторону выдохнула Лилит, несколько расслабляясь. А мне стало жаль нашего доброго, в душе, великана — Хэппи Хогана. Потому что Лилит — может.       — Чувак… Кто это? — тихо, чтобы даже, казалось, мыши не услышали, спросил Нэд, с опаской косясь на недовольную Лилит.       — Она же представилась, — усмехаюсь. Нашел, блин, когда и что спрашивать!.. — Слушать надо было, — пришлось свести все к шутке, чтобы не было лишних вопросов.       — Да я слышал! — слегка обиделся Нэд. Но, заметив мою улыбку… — Ты опять издеваешься? — …прищурился подозрительно.       — А что, так заметно? — честно, насколько это возможно, захлопал я глазами. Но, не выдержав, тихо рассмеялся. — Не дуйся, я просто стебусь, — хмыкнул, толкнув друга в плечо.       — Да я заметил, — пробурчал Нэд, потирая плечо. Хм… Ну да, он же справа от меня стоит.       Упс… — подумал я, и, пока Лилит не видит, снимаю кепку, протирая рукавом лоб — задолбало уже тут стоять, честно говоря. Жарко в кепке, лоб весь вспотел. — …Надо лучше контролировать усилие, — размышляю, тряся кепку в воздухе, чтобы немного охладить. Всяко полегче будет…       — Так кто она? — спустя пару секунд, забыв об обидах, спросил Нэд.       — Та, кого я завоюю своим обаянием! — никого не стесняясь, в голос заявил... Флэш?! На него тут же обернулся весь класс, включая сверкающего гневным взглядом учителя. Но главное, обернулась Лилит... А я в этот момент только подумал было одевать кепку. И, естественно, взгляд Лилит не обошел меня стороной.       Ну вот, не вышло нормального сюрприза…       — Завоевывалка не выросла! — не смог сдержаться я. Да и, раз уж меня, хах, раскрыли — так можно и на полную выложиться.       — Че сказал?! — мгновенно взъярился Флэш, сжимая кулаки. Хм, не впечатляет…       — Паркер! Томпсон! — влез между нами мистер Харрингтон, разводя в стороны. — Немедленно прекратить! — зашипел он не хуже змеи, смотря попеременно на нас обоих, не делая акцент на ком-то одном. — Не позорьтесь!       — Паркер, это ты!..       — Я сказал прекратить, мистер Томпсон! — развернулся к нему корпусом учитель. Флэш заткнулся, но на мистера Харрингтона смотрел с вызовом. Однако передавить взглядом нашего учителя… Хах, ну-ну!       — Больше не повторится… — отведя взгляд, буркнул в сторону Флэш. Хах, говорил же! Мистера Харрингтона передавить взглядом невозможно!       Убедившись, что Флэш понял, что пытался взглядом донести до него мистер Харрингтон, учитель развернулся в мою сторону. Так… Кажись и мне сейчас влетит. За дело, впрочем — не стоило мне поддаваться моменту…       Блин, а взгляд-то у мистера Харрингтона пробирает!.. Бр-р-р, аж до мурашек!       — Мисс Штайнберг, прошу простить моих учеников, — проговорил он, смотря куда-то надо мной…       Ять… — доперло до меня, почему меня пробирает. И это не от взгляда мистера Харрингтона… — Кажется кого-то сейчас будут убивать…       — Все в порядке, — урча словно кошка, обожравшаяся сметаны, проговорила Лилит из-за моей спины. — Гормоны играют, мозги отключаются… Сама была такой же, — я прямо затылком чую, как во мне хотят дырку просверлить!..       Блин, никогда не думал, что скажу это, но где, черт возьми, этот экскурсовод?!       — Иногда просто невозможно держать себя в руках, — продолжала говорить Лилит, а я все сильнее понимаю, что мне кранты… — Так и хочется что-нибудь сломать или разбить, — не дрогнув голосом, будто о погоде рассуждает, проговаривает Лилит.       А, ну да, это же для всех остальных она о простых вещах говорит! Это я один тут такой особенный, кому она завуалированно обещает сломать руки-ноги и разбить морду к чертям!..       — Но это все лирика, — заключила Лилит и с размаху, легко опустила руки мне на плечи, заставив вздрогнуть всем телом. Больно не было — силу дозировать Лилит умеет. А вот страшно — еще как! Подумать только, она меня пять лет не видела!       И ладно бы просто пять лет, просто друга не видела, так нет же!.. Лилит такой человек, что если назвала другом, то это до конца! А эмоционально она к друзьям привязывается, как к собственной семье, и переживает так же сильно, как за семью.       — В девяти случаев из десяти прочистить голову от бьющих через край гормонов поможет хорошая тренировка или хорошая взбучка… — начала разминать мне плечи пальцами Лилит. Господи, у меня уже табуны мурашек по спине маршируют!.. И не от удовольствия, а от страха!       Не больно, но сильно проходясь пальцами по моим плечам, под шалеющими взглядами одноклассников, — и почему-то не удивленного мистера Харрингтона, —Лилит вскоре натыкается на металлический каркас протеза и заживающий шрам на стыке металла и плоти. Пальцы едва заметно вздрагивают, сжимаясь чуть сильнее, чем нужно; дыхание ее, которое я хорошо слышу, едва заметно сбивается, но спустя мгновение «массаж» продолжается…       — Не правда-ли, дорогой? — напоследок, слегка хлопнув меня по плечам, задает вопрос Лилит. Волосы на голове зашевелились… Но я мужественным усилием заставил себя успокоиться.       Получилось, вроде, неплохо…       А потому, собравшись с силами, я разворачиваюсь к Лилит лицом и встречаюсь с ней взглядом. Ее ярко-голубые глаза смотрят на меня с усмешкой, а внутри них, прямо на самой поверхности, можно разглядеть резвящихся бесенят.       Кажется, мой сюрприз изначально не имел шанса на успех… — подумал я.       — И что ты скажешь в свое оправдание? — сложив руки на груди, поинтересовалась Лилит.       — Эм… Привет? — нервно улыбаюсь, почесывая затылок и стараясь не смотреть Лилит в глаза. — Как поживаешь?       — Да знаешь, нормально!.. — принимает правила «игры» Лилит, перенося вес на одну ногу. — Сижу себе уже четыре месяца на нервяках, сдаю нормативы для подтверждения квалификации, и вместо того, чтобы думать о них, все жду, когда же одна наглая рожа мне наконец позвонит! — взгляд Лилит становится невыносимо ледяным, которым она сверлит меня сверху вниз.       Черт, лучше бы не спрашивал…       Кто знает, как сквозь землю провалиться? Мне очень нужно…       — Прости Лилит… — опустив голову, лишь бы не видеть эти ледяные глаза, произношу.       — «Прости»? И все? — по интонации понимаю, что она вздернула бровь.       — Я… — открываю рот для того чтобы…       Чтобы что? — задаю сам себе вопрос. — Оправдываться? Нет уж, увольте!       Если раньше, до Таноса, это еще хоть как-то канало, сейчас меня аж воротит — как подумаю, что буду по-детски оправдываться, говорить, что и мне было нелегко, особенно после операции…       Боже, я за все четыре месяца о ней даже и не вспомнил, хотя мог просто взять и позвонить!..       Блядь, как же стыдно-то…       Точно ни у кого нет методички, как сквозь землю провалиться?..       — Лилит! — вдруг раздается от лифтов звонкий, но тем не менее грозный голос. — Сбавь обороты!       — Нарисовалась, хрен сотрешь! — тут же переключилась на новое лицо Лилит. А я смог немного перевести дух. — Ты где пропадала, звезда местного розлива? — налетела Лилит с претензиями на… Стоп, Гвен?!       — В отличие от некоторых, я делом занималась! — отбрила Гвен.       — Ни хера-се «дело», микстурки по колбам разливать! — фыркнула Лилит.       — Чтоб ты знала, «микстурки», как ты выразилась, по колбам стажеры разливают! А я занимаюсь исследованиями в области биоинженерных технологий, направленных на создание и испытание органического Три-Дэ Принтера! — с самым важным видом, сложив руки на груди, заявила Гвен, надувшись от важности заявления.       Хах, учитывая, что Лилит выше меня на полголовы, а Гвен, наоборот, ниже меня на эти самые полголовы, общая картина их противостояния выглядит еще комичнее. Ну право слово, высокая и дерзкая Лилит, против низкой, но важной и уверенной в себе Гвен!       Так, чую это надолго… — подумал я, и огляделся по сторонам. А народ, окружающий нас, тем временем начал отодвигаться по углам, да подальше, подальше от разошедшихся девушек. Даже мои одноклассники, вместе с учителем, медленно, бочком, отходят в сторонку.       — Ага, то есть ты науку двигаешь, а мне со спиногрызами теперь возиться? — сощурилась Лилит. Со стороны одноклассников повеяло возмущением, но голос, на удивление, никто не подал. — Я тебе еще неделю назад сказала, я их только встречу, а ты заберешь!       — Че-во?! — по слогам возмущенно протянула Гвен. — Мы с тобой договаривались, что ты их ко мне на этаж проводишь, я как раз закончу!       — Да ни хрена, я тебе сразу сказала — только до вестибюля, дальше — сама возись со спиногрызами! — отбила все гнусные инсинуации Лилит.       А я понял, что пора вмешиваться. Потому что, во-первых, как лучшие подруги, Лилит с Гвен могут спорить до морковкина заговенья, а во-вторых, они уже глазами молнии друг в друга метают, заставляя волноваться — как бы до драки не дошло.       Так что, Питер Энтони Старк, яйца в кулак! И вперед — грудью на амбразуру!       — Так, девчонки! — улыбнувшись, как всегда улыбается отец, закидываю руки на плечи обоим и, пока они не одумались, прижимаю к себе. — Знаю, вы давно не виделись, но еще успеете наобщаться, это я вам обещаю! А пока, Лилит, — поворачиваю голову к ней, заглядывая в иронично сверкающие глаза. Хм, кажется, меня оценивают… — Прости, что так долго не звонил. На то были причины, — произношу и, пока она прищурилась, продолжаю наседать. — Кстати, а ты чего не в форме? Только с дороги? Или решила послать Хэппи к черту?       — Хах! — весело усмехнулась Лилит. — А ты изменился, Старк! — произнесла она, хлопая меня по спине. — Мне нравится! — весело прищурилась она. Справа в этот момент раздалось тихое, но очень недоброжелательное шипение. Кажется, Гвен изволит ревновать… А когда Гвен ревнует — плохо становится всем! — Ладно, так и быть, развлекайтесь, голубки! — дерзко усмехается Лилит и, сбросив мою руку, разворачивается в сторону лифтов.       Нет, ну как тут упустить момент? — усмехаюсь мысленно. И отвешиваю по затянутой в джинсы упругой попке звонкий шлепок. Не больно, но вполне красноречиво.       — Переодеться не забудь! — бросаю ей вслед. А Лилит, зараза такая, ухмыльнувшись в сторону Гвен через плечо, гордо удаляется, покачивая бедрами.       — Вот ведь!.. — шипит не хуже кобры из-под моей руки Гвен. — Так бы и удушила, паразитку!       — Мне, конечно, невероятно льстит твоя ревность, — хмыкаю, за плечи разворачивая Гвен лицом к себе. — Но ты ничего не забыла? — и скашиваю глаза в сторону одноклассников, часть из которых, уронив челюсти в пол, таращатся на нас, а другая половина самозабвенно оценивает высоту потолков вестибюля или любуется тем, что происходит снаружи башни.       — Не забыла! — нахмурилась Гвен. — И вообще, щас получишь! — встала в стойку Гвен, уперев руки в бока. А учитывая, что Гвен ниже меня на полголовы, выглядела она до ужаса мило! — Ты почему на обследование не пришел с утра?!       — А-а-э-э… — немного завис, придумывая ответ… — В школу опаздывал!.. — спустя мгновение нашелся я. Гвен прищурилась, но развивать тему не стала.       Вместо этого она, кивком головы приказав мне встать в «строй» одноклассников, вздохнула и, дождавшись, когда взгляды провожающих меня глазами одноклассников сосредоточатся, наконец, на ней самой, Гвен начала экскурсию.       — Добро пожаловать в Старк-Индастриз!..       Хах, — подумал я. — Уверен, экскурсия будет увлекательной! — хмыкнул, и оглянулся на одноклассников, особо уделив внимание пребывающему в состоянии шока и экстаза Нэду, а также подольше задержав взгляд на пышущем в мою сторону первосортной яростью и ненавистью Флэше. — Да, точно… Увлекательнее некуда!