Под французской короной.

      — Что? — искренне недоумевал Сяо с такого вопроса вот так сразу, стоило только в себя прийти потерпевшему.       Он бездействовал и оставался на месте намеренно, чтобы лишний раз не нервировать теперь уже парня перед собой. Тот и без этого весь заметно сжался от страха, почти до трясучки, нервно теребя и сжимая в руках легкое одеяло.       — За обман королевской четы, — прояснил свои слова Итэр под действием аффекта. Напуган до жути, но при этом умудряется вполне спокойно и сносно выражать свои мысли. — Меня разве не отправят вместе с семьёй на гильотину?       — Mon Dieu, постой, какая гильотина? Успокойся, мы оба сейчас ошеломлены.       — Но ты выглядишь спокойным, — подметил юноша.       — Потому что я уже несколько часов жду твоего пробуждения.       И за это время успел многое обдумать.       — Оу, — как-то смехотворно вырвалось. Стеллар и не заметил. Он правда так долго был в отключке?       На минуту или две повисло неловкое молчание. Хотя неловким оно могло быть, разве что, для Сяо, для Итэра это было время полнейшего напряжения и оглушения. Каждая секунда молчания накатывала нарастающим комом безысходности. Однако, судя по всему, арестовывать его не собирались, здесь только они двое.       Тишину разрезал спокойный голос герцога:       — Мы можем поговорить? Или мне стоит дать тебе еще время, чтобы прийти в себя?       С губ сорвался нервный смешок, медовые глаза судорожно забегали по помещению, наконец выйдя из подобия оцепенения. Поговорить, да? Итак. Он в своей временной спальне. На своей постели. И, похоже, в своей ночной рубашке. Точнее, сестринской. Честно, не помнил такой, наверное, служанки сложили до того, как он их выгнал при сборах из родового поместья.       — Мне бы стакан воды, — с трудом озвучил просьбу Итэр, сдержав в себе продолжение: "хоть немного перед смертью напиться". А в летальном исходе он не сомневался, раз обман раскрылся.       — Возле тебя, — герцог кивнул головой чуть в сторону. Итэр проследил и заметил на прикроватной тумбе уже наполненный стакан воды, а рядом полный графин.       — Оу, — и правда, сразу и внимания не обратил. Он неловко, почти неуклюже, взял стакан в руки, с усилием скрывая бьющую сквозь кожу дрожь, и почти залпом выпил все содержимое.       Сяо смотрел на него с таким взглядом, в котором можно прочитать, что если нужно он может выпить ещё, а то и весь графин. Но Итэр не стал, обойдясь одним стаканом и утерев тыльной стороной губы.       Ну всё, теперь он, кажется, готов.       — Так... — начал подозрительно неумело и осторожно Сяо, когда понял, что можно начать. При этом все также не смел и шага сделать. Да что уж шага, любого лишнего или резкого движения, словно боясь спугнуть. — Вы с сестрой местами поменялись?       — Почти, — поправил его Итэр. Стакан воды помог ему немного взять себя в руки. — Я заменил сестру.       — А сама она где?       — Не знаю, — честно признался юноша, и взгляд его потускнел при одном упоминании вслух сестры. Прошла неделя, а он все также ничего о ней не знает. И от отца ничего не слышно и не видно, хотя пошли уже вторые сутки — письмо к этому времени ответное могло прийти.       Брови герцога поднялись в удивлении от отсутствия информации о родной сестре. Он заметил изменения в состоянии брата.       — Тогда спрошу иначе. Почему?       — Люмин не была согласна с решением Её Величества и сбежала из дома. Ни я ни отец, скорее всего, поскольку от него так и не получил ответа, не знаем, где она сейчас и даже где может быть. У нас не было выбора, ведь сорвать помолвку нельзя, иначе мы поставили бы семью под удар.       Вовремя прикусил язык, не успев сболтнуть лишнего о том, что сестра задумала этим своим побегом. Пусть она будет лишь беглянкой. Почему-то Итэр был уверен, что о его секрете узнал лишь узкий круг людей, вроде герцога и, очевидно, доктора, а также, возможно, пара-тройка служанок.       — Стоит отметить, что постарались вы на славу. Никто не заметил подмены.       — Я прикладывал для этого все силы. Вот только мне кажется, что ты догадывался.       — Не сразу.       — С разговора в дворцовом парке?       — Около того, — уклончиво ответил Сяо.       — Я знал, что долго не продержу на себе образ, — обреченно выдохнул Итэр. Сердце вдруг сжалось в болезненных тисках. Подвёл. Повёл же сестру с отцом. Позорище. Он обманывал себя, твердя себе в мыслях, что справится. Да ничего подобного. Разве мог он долго прикидываться сестрой? С самого начала эта идея была провальная, но никто из них не хотел признавать этого, но пошли на таран. И только Её Величеству известно, чем это обернётся для них всех.       — Почему не сказал ничего сразу? — продолжил юноша.       — Оставались сомнения, — последовал четкий ответ. — У меня не было уверенности и доказательств. С чем бы я пошел к тебе разбираться?       В мыслях Итэр прикинул логику его слов, слабо-слабо покачал головой, тем самым соглашаясь. Разумно.       — А сейчас?       — Что?       — За мной уже выехали жандармы?       — Mon Dieu, нет же. Сейчас я только хочу разобраться в этой ситуации, без привлечения сторонних личностей. Никто тебя не собирается никому сдавать.       В качестве реакции было нервное короткое мычание. Ничуть не убедительно, если честно, но пока тихо. Может, дело времени. Но герцог в действительности же не имел цели сразу же докладывать о произошедшем, ведь, очевидно, сразу после этого последуют разборки. Да и в первую очередь стоит самому всё узнать.       Не получив в ответ ни слова, хотя Сяо ожидал хоть чего-нибудь, он продолжил:       — Я... Хотел бы задать вопрос не по теме.       Итэр приподнял брови в удивлении и некотором сомнении, но он не в том положении, чтобы отказывать и качать какие-то свои права.       — Я слушаю, — Стеллар нервно сглотнул, усиленно скрывая то, как внутренне его потряхивало.       — Ты... Меня совсем не помнишь?       — А должен?       Сердце на пару с душой ухнули куда-то вниз. Ответ слишком сильно резанул. Минутой ранее в янтарных глазах Сяо плескалась надежда. Лишь крохотная частичка, но даже этого было достаточно. А сейчас она сменилась на горькое разочарование. Итэр искренне не понимал смену настроения и в целом того, что должен помнить Сяо.       Выглядел тот совсем растерянным и потерянным. Словно в его жизни случилось то, чего он боялся больше всего. Видеть его с такими эмоциями на лице было чем-то совершенно новым, незнакомым.       Но он прекрасен как и всегда.       Так! Отставить розовые мысли! Забыл уже в каком положении?       — Хах, — вдруг печально сорвалось с его губ, когда потрясение отступило. — Этого стоило ожидать.       — Мы разве знакомы? — осторожно поинтересовался юноша, чувствуя себя будто на минном поле. Одно неверное слово — и настроение герцога сменится ровно на противоположное. — Я не помню, чтобы мы пересекались в жизни.       — Будет неправильно сказать, что мы знакомы. Я знаю тебя, но ты меня почти нет. Мы иногда присутствовали на торжествах, но лично действительно не общались. Твоя сестра мне постоянно мешала.       — Люмин? Вы знакомы? Постой. Что происходит? — он мотнул головой, пытаясь так поставить все хаотичные мысли у себя в голове в ряд, что разлетались с поразительной скоростью.       — Ты позволишь объяснить мне все с самого начала?       Итэр кивнул, нервно сглотнув. Появилось слишком много вопросов ко всему происходящему.       — Последний раз я видел вас с сестрой лет семь назад. А после начались восстания. Впервые же я тебя увидел, когда вы были почти подростками. Мне настолько стал интересен миловидный юноша, что я загорелся желанием познакомиться. Но вокруг тебя постоянно ютилась сестра. И каждый раз, едва заметив меня, она уводила тебя в сторону, не давая мне возможности подступиться. Это раздражало каждый раз, но воспитание не позволяло мне просто взять и влезть в ваше личное пространство, лишь бы заполучить желаемое.       — Ты хотел подружиться? Но почему же сестра не позволяла тебе этого сделать?       — Я не совсем подружиться хотел...       — Нет? — искренне спешно вырвалось с уст юноши.       В ответ на это Сяо лишь поджал губы, попытавшись скрыть взгляд. Итэр проследил за его действиями, скептично выгнув бровь. Вдруг стало менее боязно за свою жить в потоке этого подозрительно спокойного разговора с самим герцогом. Ему что... Неловко?       Молчание начало затягиваться, а время будто остановилось. Стеллара настигло нервное осознание. Догадка показалась настолько сумасшедшей, но всё равно была озвучена. Была ни была.       — Я... Понравился тебе?       — В твоем случае, пожалуй, правильно будет сказать, что, к сожалению, да.       Итэр не особо понял почему он употребил "к сожалению". Однако волнующий вопрос неожиданно вырвался вперед остальных, заставив озвучить себя почти неосознанно:       — То есть... Тебе неинтересна моя сестра?       — С чего ты взял, что она мне интересна? — Сяо выгнул бровь, чуть изменившись в лице. Его словно возмутило это.       Юноша прикусил губу, удерживая ответ за зубами. Нет? Это всё ты виноват, что мнение такое сложилось! Вместо этого ответил уклончивое:       — Да так...       Допытывать Сяо его не стал. Он и не рассчитывал ни на что, лишь наконец озвучил то, что так давно хотел. Оба предпочли закрыть вопрос на этом. Главное, что теперь Итэр знал, что всё то учтивое поведение в отношении его невесты — лишь его мастерская игра. С плеч словно упал тяжелый груз, и мнимая буря будто стихла.       Постойте. Но ведь это значит, что... Всё взаимно? Сяо, правда, об этом не в курсе, но всему своё время. Итэр мысленно похлопал себя по щекам.       — Эм, ладно, хорошо, — он вдруг понял, что не готов к обсуждению этой темы и поспешил сменить вектор разговора. — Но почему Люмин не позволяла?       — Это лучше спросить у нее самой, — отозвался герцог. — Я лишь предполагаю, что я не понравился ей будучи герцогом и у меня, должно быть, по умолчанию отвратительный характер. Или же она заметила мою симпатию, посчитав нужным, что тебя следует держать от меня подальше. Но я клянусь, что не делал по отношению к ней ничего плохого, из-за чего она могла меня невзлюбить.       — Ох, — Итэр нахмурился, попытавшись вернуться в воспоминания минувших дней. И правда, он смутно припоминал, как сестра порой ни с того ни с сего вдруг уводила его куда подальше со словами "пойдем, Итэр." А на вопрос о том, почему им нужно уйти отвечала: "Тебе не следует пересекаться с тем человеком". Что за "тот человек" Итэр тогда не понимал, да и не особо хотел, он покорно следовал за сестрой, поскольку на таких мероприятиях его поддержкой была зачастую лишь она. Теперь же стало очевидным, что она говорила о наследнике.       — Около четырех лет я не бросал попыток познакомиться с тобой, — продолжил Сяо. — После же появились более важные дела. Я похоронил свои чувства где-то далеко на поле боя. Но они вылезли из могилы вновь, когда Её Величество выбрала мне в супруги твою сестру. Я вспомнил про тебя. Ещё в первую встречу с Люмин или, вернее сказать, с тобой, мне показалось странным, что она не знает меня, ведь как раз с ней мы пару раз пересекались. Мне показалось также странным как она изменилась характером и поведением. Но я списал на то, что за семь лет она повзрослела, отчего и пошли изменения. Поверить не могу, что спутал вас. Я тебя почти не знал и так легко купился на удочку. И Королева следом за мной. Но поскольку со мной ты был чаще я смог чуть получше изучить твое поведение, что с каждым разом казалось мне каким-то неправильным. Будто я был уверен, что в той или иной ситуации Люмин должна была поступить и сказать иначе.       — То есть ты целых, — Итэр попытался мысленно сосчитать сколько прошло лет с их первой встречи, но не зная точный возраст герцога и когда они встретились так и не смог этого сделать, а потому продолжил без числа, — все это время был влюблен? В меня?       Его на самом деле поражал факт того, что есть на свете человек (опустим то, что это, на минутку, французский наследник), что столько времени в него влюблен. И столь долго умудрялся держать это в себе. На Итэра, разумеется, успевали положить глаз юные леди при одном лишь взгляде на виконта , возможно, были и юноши, но тогда сам Итэр ими никогда ранее не интересовался.       — Одиннадцать лет, — смекнул Сяо и назвал цифру, что знал как собственный возраст. — Сначала детская симпатия и интерес. Потом, наверное, влюбленность. Но когда время близилось к десяти годам, а ты все так и не покидал мои мысли, я подумал, что это любовь или привязанность. Я пойму, если ты посчитаешь меня отвратительным.       — Нет-нет, я так не считаю. Я лишь... Не понимаю почему. Ты ведь меня не знаешь совсем.       — Я довольствовался возможностью наблюдать со стороны. Что-то я узнавал в процессе коротких взглядом в твою сторону, что-то из разговоров, где фигурировала твоя семья.       — Ты... Просто... У меня нет слов. Это безумие.       — Я понимаю, — спокойно согласился герцог, в целом, ожидая реакцию гораздо хуже.       Вновь воцарилось молчание. Итэр опустил взгляд себе на колени, чтобы были скрыты тканью одеяла, и погрузился ненадолго в свои мысли. Сяо же продолжал послушно оставаться на месте, более не говоря ни слова, отдаленно понимая чувства и состояние в целом юноши.       — Господин, — их прервал появившийся в дверях Кей. В руках он держал только что пришедшее в поместье письмо. Оба молодых человека вопросительно повернулись к нему, и мужчина сообразил, что "госпожи" больше нет, — и...       — Господин, — настойчиво намекнул ему Сяо, среагировав быстрее Итэра. Хотя в сложившейся ситуации в целом трудно определить, кем же сейчас являлся юноша в поместье для его обитателей.       Кей не растерялся, поправив себя и после ответив беспристрастно:       — Господа.       Mon Dieu...       Итэр от неловкости готов был сквозь землю провалиться.       — Письмо от Её Величества.       — Когда ты успел? — возмутился в удивлении герцог.       — Извините, господин, я не стукач, но доложить обязан.       — Черт возьми, мы не поедем сейчас.       — Её Величество ясно дала понять, что не потерпит задержек.       — Чего?       — Можете убедиться сами при прочтении.       — Да чтоб ее. Давай сюда, — выдохнул раздраженно Сяо и резко забрал с подноса конверт с королевской печатью. Кей учтиво поклонился и вскоре вышел из комнаты, выполнив свое дело.       — Она требует явиться в Версаль, — начал герцог, даже не вскрыв печать. И без этого ясно, что именно написано в письме. — Ей всё известно.       — Уже?! — воскликнул Итэр, дернувшись на месте. Страх вновь охватил его, он даже не обратил должного внимания на резанувшую боль в области талии от резкого движения. Да как это вообще возможно? Ему конец.       Черт. Черт. Черт! Люмин! Если уж и Королеве известно, то ему однозначно не удержать информацию лишь на том, что его сестра просто беглянка.       — Увы. Я постараюсь сделать всё, чтобы тебе дали разрешение вернуться домой, и она не сочла вашу семью преступниками за обман, поскольку законы Франции вами, по сути, нарушены не были.       Говорить это больно и неприятно, но для Сяо единственным верным решением казалось постараться не допустить того, чтобы Королева решила арестовать брата сбежавшей невесты. Нрав ее настолько нестабилен, что она может как помиловать, так и нет. Угроза новых восстаний всё еще не устранена, странам необходим более крепкий союз между их представителями, особенно как показатель для бельгийцев. А невеста оказалась сбежавшей. Не исключен вариант, что она решит распорядиться по своему хотению и жизнью Итэра на лучших для неё же условиях. Это развитие событий настолько безумное, что лучше даже мысли о нем не допускать.       А тешить себя надеждами на взаимность и подавно заведомо глупая затея. Это невозможно, и герцог понимал это.       — Но как же моя сестра? — с искренним беспокойством и неприкрытым страхом в глазах Итэр посмотрел в потухшие янтарные напротив.       — Я сделаю всё что в моих силах, чтобы ее нашли и не отправили под трибунал. Обдумай всё, что можешь сказать Королеве пока есть время. Никто не знает, как развернется разговор.       — Тогда... почему ты помогаешь мне?       Будто он не знает уже ответ на свой глупейший вопрос.       — Потому что всё ещё влюблен, — с грустной полу-улыбкой ответил ему честно Сяо, покинув спальню. Итэр понял, что ему дали возможность спокойно собраться и разобраться с мыслями.

***

      По прибытии к Версальскому дворцу Сяо в привычном жесте протянул руку Итэру, поскольку выезжая из поместья в подвешенном состоянии тот пулей забрался в карету и без посторонней помощи. Боль от раны уже успела притупиться, но временами давала о себе знать. Да и, на самом-то деле, после вскрытия правды это не было такой уж необходимостью. Однако сейчас герцог всё же повторил движение.       Перед отъездом Итэру предоставили комплект одежды, который уже был готов и заполучен к тому времени, когда он пришел в себя, дабы не сковывать его вновь в сестринские одеяния. Теперь же Сяо мог с уверенностью в нем признать уже повзрослевшего и даже немного возмужавшего графского сына, того самого, которого он повстречал впервые более десяти лет назад. Да, так гораздо лучше. Мужская одежда ему, вне всяких сомнений, шла к лицу больше. Плечи у него не были особо широкими, но скромный костюм, который пришлось мастерить в спешке (хотя был вариант одолжить свою, но как позже оказалось, их комплекция разнилась и пришлось бы всячески утягивать одежду на юноше, чтобы она не свисала), придавал особую обворожительность.       Стеллар посмотрел на предложенную руку с сомнением, вопросительно, мол, зачем. Сяо отзывать предложение не спешил, и потому юноша таки принял её, спустившись на землю, звонко стукнув по асфальту широким каблуком мужских сапог. В напряжении он смутился, стараясь отвести взгляд. Да уж, после девичьих каблуков теперь и к своей привычной обуви придется приспосабливаться.       Путь в Версаль прошел в привычной тишине. Стеллар лишь единожды прервал её вопросом о том, что и как с мсье Альбедо и его супругом.       — Вероятно, оказывают содействие в работе жандармов, — было ему коротким ответом. И ничего больше. Никто не настаивал на большем, понимая насколько это сейчас неуместно.       Их все также привычно встретили стражники, сопроводившие ко входу дворца, где их уже перехватили фрейлины Королевы.       Ком всё подступал к горлу, а страх обволакивал тело, сжимая в своих тисках. Шептал настойчиво на ухо самые ужасные решение и последствия скорой встречи, заставляя Итэра вздрагивать и съёживаться. Слов Сяо о том, что его не казнят, оказалось катастрофически недостаточно. Здесь и сейчас все решения принимаются исключительно Её Величеством. И пусть он член семьи выбранной девушки, сама-то она сбежала!       Герцог хотел бы сказать несколько слов в качестве попытки утешить, но останавливал себя сам, осознавая, что понятия не имеет что сказать в таких случаях. Он безжалостный воин и убийца, а невиновных спасал и отводил в безопасные места под непристрастную призму.       Так и не заставив себя вымолвить ни слова, герцог смог лишь привычно пропустить Итэра вперед, открыв для него двери кабинета.       — Полагаю, мсье Итэр Стеллар? — их тут же встретила Нин Гуан, не желая растягивать внеплановую встречу в столь поздний час.