Великая сила искусства

      Ближе к концу октября агенты Ким и Пак были отправлены во Флориду, чтобы наконец встретиться с местным почти-что-миллионером Джей Паком.       Молодого корейца американского происхождения давно подозревали в мошенничестве с картинами, да и в более грязных делах, но предъявить ему было особенно нечего. Однако ФБР усиленно за ним наблюдало, держало в поле зрения и контролировало перемещения, а также — связи. Когда он связался с одним контрабандистом, находящемся в розыске у себя на Филиппинах (их заметили вместе пару раз), бюро решило действовать.       Неудивительно, что это дело попало к агентам в Сан-Франциско. Отделение из Флориды могло только наблюдать, но у них совершенно не было идей, как провести операцию. Специалистов такого уровня, как Чимин, там, к сожалению, не нашлось. А Джей Пак хоть и родился в Америке, но, кажется, доверял только «своим», вот даже нового соратника выбрал наполовину афроамериканца, наполовину — филиппинца, Чейза Мэлоуна.       Едва только пообщавшись об этом с коллегами из Флориды, Намджун решил, что это дело нужно забирать под их ответственность.       Пак Чимин не так уж и часто работал под прикрытием, но этому специальных агентов обучали тщательней, чем стрельбе. Несколько недель он вёл переговоры с Джей Паком как арт-дилер, занимающийся не только честными продажами. Тот вышел на него сам, конечно, через осведомителя.       И вот теперь они с Тэхёном везли через всю страну идеальную копию «Красных рыбок» Матисса, которую Чимин планировал продать своему однофамильцу как оригинал. Юнги очень хорошо над ней постарался, а Чимин уверял покупателя, что может достать всё что угодно. Хоть «рыбок», хоть «акул», шутил он во время телефонных бесед.       По легенде они приехали из Южной Каролины, где временно проживали. Тэхён был его бизнес-партнёром, отвечающим за финансы. По той же легенде Пак Чимин отлично разбирался в картинах, но с деньгами у него была полная беда. И, конечно, эта сделка не дала бы им повода взять Джей Пака или Чейза за одно место и притащить в бюро: работа под прикрытием порой занимала многие месяцы. Им нужно было показать себя людьми, которым можно доверять. Выяснить, что у подозреваемых ещё за спиной и в наличии. Но сначала Джей Пак должен был клюнуть на этих «рыбок».       — Уже скучаю по двум хитрым мордам, — вздохнул Чимин, глядя на вечерние огни южного города, в котором даже в конце октября было лето. — Но надеюсь, мы быстро справимся с этим Паком.       Документы у них были фальшивыми, как и Матисс, а вот имена агентам разрешили оставить, потому что они вместе работали и знали друг друга именно как Тэхён и Чимин. Меньше врёшь — меньше ошибаешься, гласило очень мудрое правило.       — Я надеюсь, ты сейчас про собак? — хохотнул Тэхён. — Хотелось бы побыстрее, конечно.       Без жаркого Чонгука рядом ему было прохладно даже во Флориде.       — Про одну собаку и одного гения, — улыбнулся Чимин. — Хотя не думай, что я не люблю вашего пса, просто по нему я так не тоскую.       Они заселились в отель, переоделись, перекусили, сверили время и созвонились с Паком в назначенный час. Чимин очень по-деловому зачесал волосы, но рубашку выбрал свободную, лёгкую и не стал заморачиваться с галстуком.       Вилла на побережье Мексиканского залива хорошо охранялась. Ничего удивительного, таким людям, как её владелец было что терять.       Агенты подъехали на такси к воротам ровно в семь вечера, с залива дул приятный ветерок, солнце почти уже село за горизонт, а вдоль ухоженной дорожки уже зажглись гирлянды, развешенные между высокими пальмами.       — Рождество же ещё не скоро или они с прошлого года не снимали? — негромко фыркнул Чимин, пока их проводили от ворот к дверям той виллы.       Картину они сегодня, конечно, с собой не привезли. Сначала нужно было познакомиться лично. Взаимно убедиться, что сделка будет честной и выгодной для обеих сторон.       — Занятно смотрится, дома такие, что ли, протянуть? — Тэхён улыбнулся и машинально потянулся поправить слишком короткие волосы. Он долго пытался понять, что в нём выбивается из того образа, что он выстраивал для этой операции, и по пути заехал в парикмахерскую. С новой причёской всё стало на свои места, но представлять реакцию Чонгука пока не хотелось.       — Да, в саду это было бы очень красиво, — успел сказать Чимин перед тем, как входная дверь открылась.       Джей Пак вышел к ним, встречая на пороге. Его фотографии агенты уже видели в документах по делу, но вживую он оказался как-то поменьше ростом, но внушительнее в общем впечатлении. Возможно, из-за белой майки и татуировок по всем рукам, груди в вырезе той майки и шее.       — Добрый вечер, — неожиданно вежливо сказал он. — Добро пожаловать. Как долетели?       Чимин несколько раз моргнул, сложилось странное впечатление, что они уже давно знакомы, а всего-то общались по телефону несколько раз. Но он так же легко отозвался:       — Добрый вечер. Да тут лететь-то всего ничего, даже не заметили. — И улыбнулся.       Хорошо, что эта встреча начиналась с вежливой дружеской ноты. Значит, есть шанс, что и дальше всё пройдёт легко.       Когда они прошли в дом, хозяин пригласил их за стол, сразу предложил выпить. Там же и уточнил:       — Вы определились с суммой, которую хотите за вашу картину?       — Три миллиона, — любезно улыбаясь, сообщил Тэхён. — Непросто было её получить.       Однофамилец Чимина чуть не подавился коньяком.       — Мы изначально договаривались на шесть сотен тысяч! — выдавил он, проглотив алкоголь.       Чимин совсем не заметил в его дорогой гостиной хоть каких-нибудь предметов, намекающих на любовь к искусству. Только большое фото на стене — и тоже с какими-то пальмами в чёрно-белом варианте, словно хозяину рисунков в этой цветовой гамме на собственной коже было мало.       — Я говорил, что это минимальная стоимость полотен, которые я продаю, — уточнил он с полуулыбкой. — Я бы сам не запросил больше миллиона, конечно, но мой коллега, наверное, прав. Нам пришлось очень постараться, чтобы добыть её из советского музея. Как ты там говорил, Тэ? — Он посмотрел на напарника. — Комиссионные?       — Сколько раз я должен тебе повторить, чтобы ты вообще не говорил о деньгах с покупателями? — вздохнул Тэхён, глядя на Чимина. И снова улыбнулся хозяину. — Именно так, комиссионные. За риск всегда приходится доплачивать.       — Всё-всё, больше не буду, — открестился Чимин, пока хозяин виллы смотрел на них по очереди, раздумывая.       — Миллион, не больше. За риск могу накинуть отдельно, но даже на полтора не рассчитывайте. Мне же тоже надо что-то заработать, — наконец сказал он, отставив свой бокал на стол. — Не только вы рискуете, господа.       — Хорошо рисковать на уютной вилле, плохо — на советской таможне. — Улыбка Тэхёна потеряла всю свою любезность. — Венесуэльцы предлагали два и три сотни. Так и быть, потрачусь на самолёт.       — Два, — почти что рыкнул Джей Пак. Он не должен был упустить эту картину. — И долговременное сотрудничество!       — Два сто — и только потому, что нам самим не терпится от неё избавиться. — Тэхён повертел в руках бокал.       Пак протянул ему свою татуированную руку.       — Договорились. — И снова белозубо улыбнулся.       — Приятно иметь дело с понимающим человеком. — Тэхён пожал его ладонь. — Когда и где состоится обмен?       — Завтра, здесь же, можете приехать после обеда, — ответил покупатель. — А потом отпразднуем это на моей яхте. У меня завтра день рождения, будете моими гостями?       — О, мы не смеем отказываться, — просиял Чимин и тоже пожал его руку. — Но подарок мы подготовить вряд ли успеем, сами понимаете…       — Да перестаньте, какие подарки. — Джей даже засмеялся, откинувшись в кресле. — У меня почти всё есть, а лучший подарок — это отличное партнёрство.       — Надеюсь, оно и правда сложится, — кивнул Чимин.       Они ещё немного посидели, обсудили что-то отвлечённое, допили коньяк в бокалах, а потом Джей их отпустил. Едва только оказавшись подальше от ворот виллы, Чимин порывисто обнял Тэхёна и замурчал:       — Как же я люблю с тобой работать!       — Так же, как я с тобой? — засмеялся тот. — Просто обожаю. «Комиссионные», ты подумай.       — А что? — хохотнул Чимин. — Мне всегда нравилось это слово, но не было места его применению.       — Уместно было. — Тэхён потёрся носом о его щёку. — Надеюсь, завтра всё хорошо сложится. Но вообще, я бы нас обоих утопил с той же яхты.       — За что? Мы прошли с Матиссом советскую таможню! — Чимин чмокнул его куда-то в подбородок и повёл прямо по ночному пляжу, как будто они просто прогуливались. — Зачем топить такие ценные кадры? Что-то я, кстати, думаю, что этот Джей Пак сработает себе в минус. Не такое уж и ценное полотно. Интересно, за сколько у него собрались его купить? Не себе же он его оставит, про заработать не просто так сказал.       — Явно не себе, конечно. Но картина приметная, любители найдутся. Ну и недоступность сыграет, я думаю. Если грамотно поведëт дело, отобьёт затраты, — рассуждал Тэхён и без перехода предложил: — Когда закончим, сходим на пляж?       — Сходим, — кивнул Чимин. — И вообще, мы же хорошо плаваем! Не утонем, если что.       Он хихикнул и внезапно плюхнулся на песок, ещё не совсем остывший даже после заката, потянул напарника к себе за руку и положил голову ему на плечо.       — Я очень надеюсь, что мы закончим до моего дня рождения, — признался он более тихо. — Очень хочу провести его дома.       Чимин всю свою жизнь довольно легко относился к этому празднику. Шумные вечеринки по этому поводу были редкими, даже в юности. Больше домашние посиделки, последние годы — с Намджуном и Ханбином. Прошлый день рождения он тоже отмечал с ними, с Тэхёном и его семьёй. И это было очень хорошо, пока его не разорвало на части внезапным звонком. У него уже отболело всё, что только можно, он не боялся этого дня. Но хотелось перекрыть то страшное воспоминание другим, спокойным и счастливым.       Тэхён даже не пытался подавить дрожь от его слов: позволил ей пройти сквозь тело и истаять в ласковом тепле прикосновения друга. Но ответил только на последние слова.       — Я тоже надеюсь, — отозвался он. — Хочу, чтобы у тебя был нормальный праздник. Гостей соберём… Пирог тебе испеку.       — С чем? — любопытно мурлыкнул Чимин.       — С ягодами, на песочном тесте, — решил Тэхён. — Нарядный будет. Подарков тебе надарим…       — Лучший подарок я уже получил. Тебя, Юнги, Фокси и даже Чонгука. — Чимин зачерпнул пальцами тёплый мягкий песочек. — Но не откажусь от остальных, конечно, более материальных.       Он уже не раз говорил Юнги, что ему не так уж и нужны от него подарки, только он сам — это самое главное, самое важное, самое необходимое для Чимина. Но ведь когда получил его подарок в прошлом году, то был так счастлив, пусть и так недолго.       А теперь носил его, не снимая. Иногда даже не замечая — кулон ему совсем не мешал. Но стоило вспомнить о нём, увидеть, почувствовать, сжать пальцами, Чимин снова ощущал тот счастливый момент. Он видел его улыбку, жмурясь, чувствовал его прикосновения и запах, даже сейчас, когда между ними снова было множество километров.       Но на этот раз это точно было временно, нужно было просто хорошо поработать, а потом он сможет вернуться домой к своему единственному супругу в его самые ласковые объятия.       — Подари мне что-нибудь небольшое, — вдруг попросил Чимин, понимая, что с Тэхёном когда-нибудь жизнь их тоже может развести на какое-то время.       Мало ли что может случиться. На такой случай у него будет что-то, чем он будет согревать свою тоску по родственной душе.       А когда они наконец вернулись в номер, позвонил домой и мурлыкал с Юнги по телефону всё время, что Тэхён был в ванной. Спрашивал, как там они, его лисички. Рассказывал про местные пальмы и набережную, обещал привезти какой-нибудь милый сувенир. И конечно, что скоро вернётся.       На следующий день всё начиналось очень неплохо. Агенты привезли картину, Джей Пак её осмотрел, сложил руки за спиной и подпустил к ней нанятого эксперта. Тот долго её рассматривал, со всех сторон, а когда подтвердил, что перед ними подлинный Матисс, Пак широко улыбнулся и попросил:       — ЧаЧа, принеси сумку. Мистер Сойер, а вы можете идти.       Эксперт в строгом костюме попрощался со всеми и удалился. Долговязый афроамериканский филиппинец, которого назвали ЧаЧа, вышел из гостиной, а вернулся с деньгами. Наличными, конечно, кто же расплачивается в таких делах чековой книжкой.       Он поставил сумку на стол рядом с картиной и открыл её — доверху забитую крупными купюрами.       — Можете пересчитать и проверить, — разрешил Джей.       Чимин уступил это дело Тэхёну.       Пока всё действительно складывалось удачно. Но вот только день рождения у Джей Пака по данным бюро был вовсе не в октябре — Чимин проверил это утром и сразу предупредил напарника. Стоило быть начеку.       — Полный порядок, — отозвался, наконец, Тэхён и застегнул сумку. — С вами приятно иметь дело. Надеюсь, нас действительно ждёт отличное партнёрство.       — Мой водитель может отвезти вас, куда скажете, — предложил Пак. — А потом подождать вас и вернуть обратно. Вечеринка только вечером, у вас ещё много времени.       — О, это очень любезно с вашей стороны, — широко заулыбался Чимин.       У него отлично получалось изображать радость и удовлетворение быстро и успешно сложившейся сделкой.       Но эти деньги им стоило сегодня же передать коллегам из ФБР, пусть проверяют купюры. Обладать таким количеством наличных не преступление, но кто их знает, откуда они вообще взялись?       — Мы взяли машину в аренду, так что водитель нам не понадобится, — добавил он.       — Хорошо. Но если вы не вернётесь к шести, я обижусь, — хохотнул второй Пак.       — Мы успеем, — пообещал Тэхён. — Хотел уточнить, форма одежды? Пляжный костюм или смокинг?       — Смокинг — это прошлый век, — отмахнулся Джей. — Лично я поеду прямо так.       Он и сегодня был в майке и шортах.       А когда они ехали обратно, Тэхён шипел:       — Черти бы его драли с его вечеринкой! Не нравится мне всё это.       — Это наш шанс. — Чимину тоже не нравилось, что им врали буквально с самого начала.       Но отказываться от этого шанса было нельзя. Основной их целью было знакомство с Джей Паком и далеко не поверхностное. Нужно было выведать всё про его дела, найти повод его прижать.       — Если бы он хотел от нас избавиться, то уже сделал бы это у себя на вилле, — добавил он задумчиво. — А тут даже с деньгами отпустил.       Именно в отеле они встретились с коллегами из местного бюро, передали им сумку за закрытыми дверями, а потом вернулись на виллу к обозначенному времени. Яхта уже ждала их на небольшой пристани. И сама не слишком большая, но такая белая, что глаза слепило похлеще солнца.       Гостей было не так уж и много: несколько парней и девушек. Последние сразу поснимали свои платья, стоило яхте сняться с якоря и отправиться в море. И разлеглись в купальниках на верхней палубе, наслаждаясь вечерним тёплым солнцем, движущимся к горизонту. Вместе с агентами и хозяином на яхте находилось всего десять человек.       Было дорогое шампанское, изысканные закуски и музыка. Были поздравления и тосты — казалось, что у Джей Пака действительно праздник. Может, в документах бюро какие-то неверные данные? Чимина немного укачивало, но он прислушивался ко всем разговорам и даже умудрился познакомиться со всеми присутствующими. С одним парнем, его звали Саймон, Чимин вступил в долгую интересную дискуссию о современном искусстве, оставаясь в каюте за столом.       — И как давно вы вместе работаете? — неожиданно спросил Джей Пак у Тэхёна, возникнув рядом с ним на той верхней палубе.       — С Чимином? Три года как, — откликнулся тот, глядя на воду. — Он может найти что угодно и договориться с кем угодно. А сколько вам исполняется сегодня?       Тэхён вынул руку из кармана лёгкого пиджака и повернулся к хозяину вечеринки, стараясь не смотреть слишком уж пристально на его татуировки.       — Тридцать один год, — ответил тот и ярко улыбнулся. — Давай на «ты»?       — Давай. — Тэхён ответил на эту улыбку, невозможно было не ответить, такой весёлой и белозубой она была. А ещё так можно было не смотреть за борт. — Так значительно лучше.       — А тебе сколько? — тут же спросил Пак, облокотившись на перила.       — Тридцать. — Хвала азиатским генам, они позволяли легко оперировать возрастом в обе стороны.       — Расскажешь мне о себе? — легко предложил собеседник, улыбаясь очень обаятельно и не сводя с Тэхёна глаз.       — Знаешь, — рассмеялся тот, — лучший способ сбить человека с толку — это попросить рассказать о себе. Что ты хочешь узнать? Я третий ребёнок в семье, но с ними не общаюсь, так получилось. Учился в Атланте. Играю в теннис, люблю красивые машины.       — А что ещё ты любишь? — Глаза Джей Пака тоже можно было назвать лисьими.       — Красивые камни, — Тэхён качнул запястьем, на котором был браслет работы Чонгука (на вопрос, не настоящие ли, часом, там изумруды, тот только смеялся), — хорошее вино и вкусную еду. И приятную компанию.       — О, действительно красивые. — Пак потянулся к его руке, рассматривая браслет получше. — Я спрошу ещё более прямо — тебя устраивает твоя жизнь? Или ты что-нибудь хочешь в ней поменять?       — Знаешь, — доверительно произнёс Тэхён, понизив голос, — с этим топливным кризисом оплачивать бензин для красивой машины стало очень трудно. Так что, если у тебя будут другие денежные заказы, мы с удовольствием за это возьмёмся.       — Я тебя понял, — кивнул именинник, а потом подхватил за талию подошедшую к ним девушку и заворковал с ней.       Ближе к полуночи яхта вернулась на пристань, Чимин хорошо притворялся, что слишком много выпил шампанского, пошатывался и хихикал, но когда они распрощались со всей компанией, быстро протрезвел.       — О чём вы разговаривали? — спросил он, сев за руль, потому что во время вечера пару раз заметил, как Джей Пак подходил к Тэхёну и снова его о чём-то спрашивал. — Кажется, ты нравишься мужчинам в татуировках, — не мог не подколоть напарника.       — Он спрашивал, давно ли мы вместе работаем, и интересовался, что я люблю и не хочу ли что-то поменять в своей жизни. Пожаловался ему, что денег не хватает. — Тэхён вытащил из кармана крохотный бутылёк с таблетками, который ласкал пальцами весь вечер, откупорил и бросил одну в рот, запив водой.       — Такое ощущение, что он захотел тебя переманить, — заметил Чимин. — Но у меня или… Чонгука? — усмехнулся. — В любом случае, от этого не стоит отказываться? Но не смей меня бросать. Даже если он будет на этом настаивать.       — В смысле — у Чонгука? — фыркнул Тэхён. — У него такие красотки вокруг.       — Ага, ничего такие, — внезапно согласился Чимин. — Но ты всё равно краше, особенно с новой причёской.       — Надеюсь, Чонгук с тобой согласится. — Тэхён слабо улыбнулся. — Ему нравится, когда я… пушистый. А ты что интересного узнал?       — Они вообще ничего не понимают в искусстве, — важно заявил Чимин. — Их интересуют только деньги. Но о своём друге они мало распространяются, кажется, они его даже побаиваются, а не просто хотят его выгораживать.       — Интересно, — протянул Тэхён и задумался до самого отеля.       А там сам пришёл к Чимину в спальню, обхватил руками и вжался лицом в шею.       — Ну ты чего? — ласково беспокоился он, обнимая в ответ. — Тэхён-а? Всё в порядке?       — Ненавижу яхты, — глухо сказал тот. — Всё нормально, отпустит. Но будить ты меня завтра будешь долго.       — Ох! — Чимин только сейчас понял причину, больше ничего спрашивать на эту тему не стал, но отвлечь Тэхёна было нужно. — А как бы тебе хотелось отметить это Рождество? Может, возьмём наших парней, собак, Намджуна с Сокджином и детей, поедем куда-нибудь все вместе? Туда, где есть снег… Снимем домик, будем наряжать ёлку и лепить снеговиков с детьми?       — В Вайоминг? — фыркнул тот. — Чонгук до сих пор вспоминает свои подвиги на охоте. Там тихо, красиво и вполне снежно, кажется.       — Отличная мысль, — заулыбался напарник. — Будем варить глинтвейн и вместе готовить… А Соджуна с Астрид тоже надо взять! И девочек! И Хосока с Чжи Ын? Ох, нам нужно будет найти очень большой дом.       — Вернёмся, надо будет обсудить всем вместе. — Тэхён заворочался, устраиваясь удобнее и расслабляя руки. — Будет очень весёлое Рождество. Надеюсь, все согласятся.       — У Юнги с Чонгуком точно нет шансов отказаться. В любом случае, хорошо отдохнём. А пока надо поработать… У тебя есть какие-нибудь мысли, как нам поступить?       — Давай утром подумаем? — попросил Тэхён. — В голове какая-то вата… Я посплю немного, ладно?       Весь вечер держался, чтобы не пить прозак с алкоголем, сохранять сознание ясным. А сейчас таблетка и успокоила, и разморила его полностью. Всё утром, на свежую голову. Сейчас в ласковых руках Чимина можно было и поспать, расслабиться и забыть о всех страхах.