В поисках жизни

Я не буду вдаваться в подробности погоды, вспоминать то, в каком настроении было человечество и чем занимались люди, что окружали меня в самые счастливые моменты моей жизни. К сожалению, та самая злосчастная ночь навсегда лишила меня этого счастья.

***

Я встретил его в одном из тех уютных кафе, в которых зависают первокурсники и полагают, что, достаточно притащить с собой ноутбук, чтобы казаться образцовыми студентами, занятыми учебой. На деле же, их так называемая занятость ограничивается огромным количеством однотипных фотографий в галерее смартфона. Я перестал обращать на них внимание уже после третьей подобной встречи. Я был абсолютно равнодушен ко всем этим людям до тех пор, пока никто из них не занимал мое место в углу. Но он позволил себе сделать это. Испепеляя взглядом незнакомца, что так нахально уселся на моем законном месте, я стремительно шел прямо к нему. Я прекрасно осознаю, что он имел право сесть за любой столик, включая тот, что породнился мне. Однако тогда меня это волновало меньше всего. – Какого черта?! Тогда еще незнакомец удобно устроился на уже полюбившемся мне мягком стуле персикового цвета, закинув ногу на ногу. В одной руке он держал горячий, судя по пару, который еще шел из чашки, кофе, а в другой – толстенный блокнот или что-то вроде записной книжки и что-то внимательно читал. Он поднял на меня недоуменный взгляд и, не произнося ни слова, лишь вопросительно уставился. Меня раздражало абсолютно все: от яркого солнца за окном до того невинного парня, на которого так несправедливо решил выместить злость какой-то мимо проходящий придурок в лице меня. Я демонстративно прокашлялся и, избегая взгляда незнакомца, сказал: – Ты, должно быть, не в курсе, – я все же заставил себя, как я полагал, устрашающе посмотреть в его глаза, – однако это место занято. Поймав на себе ничего не понимающий, при этом явно заинтересованный взгляд, я выдержал угрожающую паузу и добавил: – Мной. – Вот как. Я прошу прощения, но мне показалось, что здесь свободно. Я даже спросил официанта, мало ли вдруг, – наигранно задумчиво ответил парень, постукивая указательным пальцем по подбородку. Впрочем, из-за стола подниматься и не думал. Я растерялся, услышав уважительное обращение к себе и вспомнив свое наигрубейшее «ты». Стыдно стало, но вида не подал, дабы не утерять свой еще не сложившийся авторитет. Ситуация становилась все более и более неловкой, а я просто хотел сесть на свое место. – Ах, да, – парнишка наконец-то подал голос, – если вы ждете, что я уйду, то вынужден вас расстроить – я здесь проторчу еще около часа до начала следующей пары. Если хотите, – он издевательски усмехнулся, чем только сильнее меня разозлил, – присядьте рядышком, составим друг другу компанию. Нагло улыбнувшись, он бросил на меня быстрый оценивающий взгляд и снова уставился в какой-то жирный блокнот. Я не понимал причину своей злости, но покраснел от ярости знатно. Как может человек сохранять вежливую форму обращения, в то же время так открыто издеваясь? Я был уверен, что встретил дьявола. Тем не менее, любопытство было сильнее меня. Заглянув за плечо парня, я пытался разобрать почерк. Не особо аккуратный, но вполне разборчивый. Так сказать, своего рода творческий беспорядок. Всматриваюсь, наклоняюсь ниже… Все равно ничего не понимаю, да что ж такое… ХЛОП! От неожиданности я врезался в стену позади и недоуменно посмотрел на виновника моей затылочной боли. Тот быстро засунул ранее беспощадно захлопнутую вещь в темно-зеленый рюкзак и уставился в окно. «А что в нем вообще такого особенного?» – думал я тогда, но даже сегодня я все еще не знаю, почему он так отреагировал, хотя своими записями никогда особо не дорожил. Или же я, на самом деле, совсем ничего о нем не знаю. Не лучше ли было объясниться за столь импульсивное, как мне казалось, действие? «Каков наглец!» – думал я, скрестив руки, и продолжал неотрывно смотреть в нахальные глаза, что были напротив. Я был наглецом не меньше. Полупустое помещение меня нисколько не смущало. Захотел бы я отказаться от своих принципов, мог бы присесть за свободный столик в другом углу, однако сдаваться я не собирался. Усевшись на второй стул, явно менее удобный, я поднял руку, обращая на себя внимание официанта. – Можно и менее формально, я тебе не старпер какой-нибудь, – фыркнул я и устремил свой взгляд в окно, чтобы, не дай боже, увидеть его насмешливую улыбку. Солнце светило чересчур ярко. Устало выдохнув, я прикрыл глаза, пока не услышал его голос снова: – И правда, – он отпил уже, должно быть, подостывший кофе. – Могу спросить, на каком ты курсе? Не ожидавший такого вопроса, что, честно сказать, сильно польстил двадцатисемилетнему мне, закончившему университет еще пять лет назад, я удивленно посмотрел на парня. Странно, но только в тот момент я заметил, насколько мягкими казались обесцвеченные белые волосы. Я же долго восстанавливал свою шевелюру после неудачного домашнего осветления, и я бы стал последним лжецом, если бы сказал, что не позавидовал такому результату. – Ну, вообще-то, я не совсем… – Добрый день! – прервала меня не вовремя подошедшая официантка, которую я сам и позвал. – Что будете заказывать? – она достала небольшой блокнот и приготовилась записывать. – Добрый, – отозвался я, – «флэт уайт» на кокосовом, пожалуйста. Это все, благодарю. Когда девушка скрылась из виду я еще минуту вспоминал, о чем говорил до ее прихода. Вспомнил не без помощи белокурого парня, внешне похожего на типичного хулигана скейтера, что я тоже отметил не сразу. Мое знакомство с его внешностью происходило поэтапно и непозволительно медленно, так как я старался осуждающе смотреть ему прямо в глаза. Но и это занятие быстро надоело, хотя обида за занятое место оставалась. – Я уже давно не студент, – сказал, как отрезал. Довольный собой, я забрал у вновь подошедшей официантки кофе и благодарно кивнул. Настолько противным было начало дня, что даже присутствие незнакомого студента уже перестало меня волновать. Подняв голову, я увидел удивленный взгляд, что явно не спешил мне верить. – Да ладно, – он откинулся на спинку стула и ни на минуту не прекращал улыбаться, – быть такого не может. Сколько же тебе лет тогда? Я намеренно выдержал паузу и дождался пока студент возьмет чашку кофе и приблизит ее к губам перед тем как ответить: – Двадцать семь. К сожалению, попытка позлорадствовать не увенчалась успехом, так как паренек не поперхнулся напитком от шока и не закашлялся, как я того ожидал, а лишь пару раз кивнул. Он достал смартфон и, убедившись в том, что времени до занятия было еще достаточно, снова отложил его в сторону. Я молча наблюдал за всеми его движениями и заметил пару колец на изящных пальцах и тонкую цветастую фенечку. Мне все это казалось несерьезным, детским. Или я тогда ощущал себя настолько старым? Обжегшись горячей кружкой, я шикнул и быстро тряхнул рукой в надежде на то, что это поможет снять боль. «Ну, надо же, как молниеносно карма работает», – подумал я и обреченно посмотрел на парня перед собой. – А мне двадцать два, – с безмятежным видом ответил он, в очередной раз откинувшись назад на спинку. – Меня, кстати, Ли Минхек зовут. Это было впервые, когда я услышал его имя. Минхек. Момент, часто являющийся ко мне во снах, постоянно всплывающий в памяти. Имя, которое я одновременно мечтал забыть и не желал отпускать. День, когда солнце светило так же ярко и бессовестно, как его улыбка. День, когда мы познакомились. – Ю Кихен, – коротко бросил я, отворачиваясь к окну словно за ним было что-то более интересное, чем какой-то там Ли Минхек. На деле же, всего лишь такая же молодежь, вероятно, прогуливала пары, офисные планктоны жевали сэндвичи на ходу, чтобы успеть вернуться на работу с обеда и молодые мамочки, неторопливо направляющиеся в неизвестном направлении, толкали коляски и провожали взглядом тех самых суетливых планктонов. – Получается, раз ты старший, – Минхек ехидно прищурился, не отводя от меня глаз, – тогда стоит все же на «вы»? – С чего бы? Возраст – это просто цифры, – тяжело выдохнув, я снова повернулся к студенту. – Душой я молод. – Говоришь, как старпер, который пытается омолодиться, – он посмеялся явно довольный собой, но поспешил исправиться, заметив мое недовольное лицо. – Да ладно тебе, чего ты так? На самом деле, – чуть подумав, добавил студент, – если бы ты не сказал, я бы подумал, что ты, вероятно, даже младше меня. Конечно, мы оба понимали, что мой измученный вид и глубокие мешки под глазами нисколько меня не молодили, а возраст неочевиден, в основном, благодаря моему невысокому росту. Да и одет я был либо как обычный ботаник, либо типичный взрослый работяга, не имеющий ни времени, ни желания на заморочки по поводу внешнего вида. Яркий Минхек же всегда был моей противоположностью. Взглянув на один его голубой свитер с изображением солнца, выглядывающего из горизонта, ни за что не подумаешь, что этот человек таскает на спине множество тяжелых проблем. Я даже хотел предложить ему будущее актера, но это было бы отвратительно с моей стороны. Да и я никогда не желал ему причинить еще больше боли, чем это сделала жизнь. Так мы просидели целый час его перерыва и моего обеда, знакомясь и болтая о всякой ерунде. Сам того не осознавая, я перестал злиться на Минхека за отобранный столик в кафе. Когда я уже попрощался и, расплатившись, направился в сторону выхода, он вновь окликнул меня: – Хен! – схватив рюкзак и второпях чуть не уронив все его содержимое на пол, он подбежал ко мне с той же лучезарной улыбкой на лице. – Знаете, господин Ю, а вы мне нравитесь, несмотря на всю эту вашу невыносимую вредность. Я не успел возмутиться, как он тут же протянул мне желтый стикер с коряво, по всей видимости в спешке, написанными цифрами: – Вот, – не спрашивая Минхек всунул мне в руку бумажку, – здесь мой номер. Делай с ним, что подскажет тебе твое сердце. Пока! Как быстро и внезапно Ли появился в моей жизни, так же быстро и внезапно он исчез из виду, оставив меня в недоумении смотреть ему в спину и сжимать в ладони уже помятый стикер, с которым я понятия не имел, что делать, однако все же положил его в карман классических штанов и отправился в офис.