Звёзды зовут прогуляться.

***

07.07.22 «Рики, я знаю, что ты прочтешь эту тетрадь рано или поздно. И я хочу сказать тебе одно: Спасибо. Я влюбился в тебя с первого дня нашей встречи. Я помню, как при первом нашем знакомстве я смотрел в твои глаза и видел в них добро, а не дерзость, которую ты мне так старательно пытался показать. Я помню, как считал твои прикосновения, а когда сбился со счёта… Очень расстроился. Рики, я помню, как ты расплакался, когда узнал, что у меня порок сердца. Я все это помню… И я хочу сказать, что правда тебя очень сильно люблю. Сейчас четыре часа утра. До праздника, которого я так жду, осталось совсем недолго! Всего месяц, представляешь? Я уже тут себе придумываю, как мы с тобой вдвоём сидим на нашем месте, смотрим на звёздочки и на то, как они срываются с неба. Меня аж в дрожь бросает от этих мыслей! Уже представляю, как расцелую тебя под светом луны и горящих звёзд. Кстати, твои губы до чёртиков вкусные! Я хочу, чтобы ты меня еще раз поцеловал. Сделаешь это? Хах, ладно, что-то я засиделся. Время уже почти пять. Я, наверное, пойду спать. Спокойной ночи, мой самый любимый мальчик. Люблю тебя»

***

И самое ужасное было осознавать, что Сону умер почти сразу после того, как дописал эту страничку. Было больно понимать, что он так и не дожил до того дня, которого так ждал. Ему не хватило чёртового месяца. Это сводило с ума. Рики не ожидал, что боль, которую он ощутил во время прочтения дневника окажется намного сильней, чем в моменте всего происходящего. Ведь тогда ты долго не можешь принять смерть любимого человека. Ты не веришь. Первые ночи видишь его во снах и целыми днями не встаёшь с кровати, в надежде увидеть снова знакомые черты. А когда не выходит — ты ревёшь, кромсаешь всё на своём пути и не понимаешь куда деть свои пальцы, ногти на которых грозят расцарапать твою грудь в попытках избавиться от этой ноющей боли внутри. А сейчас, когда Нишимура читал эту тетрадь, на обложке которой были нарисованы лисы и звезды, блондин окончательно понял, что больше никогда не увидит того, кто смог перевернуть его жизнь с ног на голову. Только сейчас пришло осознание, что нет возможности взять в руки стрелку часов и отмотать время назад, чтоб успеть насытиться теплыми объятиями и самыми нежными поцелуями в этой вселенной. Рики встряхивает головой, стараясь прогнать тревожные мысли, а после закрывает дневник, параллельно поднимая глаза наверх, чтобы обратить внимания на ту самую звёздочку, что заметил раннее. А она всё светит. И светит ярче всех среди остальных точек. Рики вспоминает фразу Сону о том, что на ночном небосводе он будет сиять ярче всех, и улыбается. Сону не врал. Он сдержал своё слово. Он смотрел на небо ещё около минут пятнадцати. Рики следил за горящими звёздами и хотел уловить падение одной из них. И когда он углядел, как одна мерцающая точка срывается с чёрного неба, он приподнял уголки губ и принялся загадывать желание. «Те, кто любил с искренностью друг друга в этой жизни, обязательно должны встретиться после. Сону, давай встретимся в другой жизни и полюбим друг друга так же, как в этой? Я мечтаю снова послушать твои рассказы о космосе. Ты моя самая яркая звёздочка…» После блондин глянул на время в телефоне и ужаснулся, ведь на часах было почти час ночи, а в панели уведомлений было около пятнадцати пропущенных от тëтушки. Ники шёл домой, освещая себя путь фонариком, и не мог справиться с ощущением, что он оставил в поле кого-то очень близкого. Он шёл, а это чувство грызло его изнутри и не давало даже спокойно вздохнуть. Оно съедало его медленно, но уверено. И Рики это чувствовал. Он подходил к дому, но понимал, что хочет обратно. Хочет туда, где он ощущает присутствие рядом с собой Кима. Нишимура последний раз поднимает глаза на небо, смотрит на звёздочку и шепчет. — Спокойной ночи, Сону. Он заходит в дом, а к нему сразу же подбегает женщина и награждает заслуженным подзатыльником. — Ты совсем сдурел? Ты время видел? — беспокойным голосом спрашивала Суа. — Ты почему меня не предупредил? Да тебе вообще в такое время на улице нельзя одному находиться! — продолжала отчитывать подростка старшая. А тот стоял, тупил взгляд в пол и не мог подобрать подходящего оправдания. Но послушав упрёки ещё пару минут, он наконец посмотрел на свою тëтушку и ответил: — Меня звëзды звали прогуляться.