-10-
30 мая 2023 г., 20:38
Вернувшись в отель, Флёр не знала, как рассказать о том, что она выяснила. Она боялась того, что произойдет, когда Гарри узнает, что их бурный роман начался с того, что их «подтолкнули» друг к другу.
Почему это не могло быть тем, что я думала? — с несчастным видом размышляла она, глядя на Гарри, изучающего книги, которые дал ему Николас Фламель.
— Гарри? — начала она, привлекая его внимание. Он улыбнулся ей, как часто делал теперь, когда они были парой. — Я-я кое-что узнала сегодня в Шармбатоне. — Она сделала глубокий вдох и продолжила: — Фламели, мы встречали их раньше.
— Что ты имеешь в виду? — с любопытством спросил Гарри. Он начал ломать голову, пытаясь вспомнить что-нибудь, что привело бы его к выводу, что они встречались с Фламелями. Он пытался восстановить пробел в памяти, но сдался.
— Они преследуют нас по крайней мере с Тулузы. — Флер объяснила: — Это были старик и старуха в парке.
Она отвела взгляд, не желая встречаться с ним взглядом на случай, если увидит в них внезапное желание вернуться к Джинни и попытаться забыть её.
— Хм, — тихо сказал Гарри. — Знаешь, чего бы я хотел? Только один раз? Встретить людей, которые не лезут в мою жизнь и не рассматривают её как свою личную игру в кости. — Он закрыл книгу, которую читал, и встал со своего места на кровати. — Уже половина седьмого, пора собираться, если мы хотим попасть в ресторан вовремя.
— Ты всё ещё хочешь куда-нибудь сходить? — удивлённо спросила Флёр.
Он пожал плечами.
— Мы теперь вместе. Для меня важно не то, как мы сошлись. — Он подошёл к ней, предлагая руку, чтобы помочь ей подняться с её места у окна. — Важно то, что мы хотим продолжить это.
— Я хочу этого, — сказала Флёр, вкладывая свою руку в его и вставая, — больше всего на свете. Она обняла его и уткнулась головой в его шею. — Я была так напугана, — тихо призналась девушка.
Гарри крепко обнял её, чувствуя, как она почти сливается с ним в крепких объятиях.
— Как бы то ни было, мы вместе, я рад этому. Это не значит, что я собираюсь оправдывать их за то, что они сделали. Если бы ты всё ещё была с Биллом… — Он остановился, когда почувствовал, что она отодвинулась от него. Он почувствовал движение её рук, а затем услышал тихий звон металла о стол. Посмотрев вниз, он увидел её кольцо, лежащее там, на полу.
— Я должна была сделать это, когда мы впервые занимались любовью. Это ускользнуло от моего внимания, и теперь я не могу смотреть на своё кольцо без чувства отвращения, — сказала Флёр, взяв его за руки. — Билл оказался не таким человеком, каким я его представляла. — Она нежно поцеловала Гарри.— Когда мы поедем в Англию, я официально разведусь, но я была Флёр Делакур с момента нашего первого поцелуя.
****
Ближе к вечеру следующего дня их пригласили обратно в Шармбатон. Гарри поцеловал Флёр у двери в лабораторию алхимии и вошёл внутрь. — Рад видеть вас снова, мистер Поттер, — сказал Николас, — я работал над нашим проектом и считаю, что вам пора внести в него свою лепту. — Прежде чем мы что-нибудь предпримем, — сказал Гарри, подняв руку. — Нам нужно поговорить о том, что ты и твоя жена следуете за нами. Николас усмехнулся и продолжил добавлять что-то в котёл. — Тебе было плохо от этого? У тебя была потеря конечностей или, что ещё хуже, выпадение волос? — Старик тихо рассмеялся. — Всё, что произошло, это то, что ты нашёл женщину, которую полюбил. Если уж на то пошло, ты должен поблагодарить Перенель, кстати, она любит орхидеи. — Орхидеи? После того, как вы двое намеренно вмешались в нашу жизнь? Что, если бы Флёр не захотела быть со мной? Ты думал об этом? — сказал Гарри, повысив голос: — Что, если вы двое разрушили счастливый брак? Николас закатил глаза и постучал палочкой по котлу. — Если бы она была так счастлива со своим мужем, то это было бы просто путешествием для двух друзей. Ни моя жена, ни я, мистер Поттер, не предлагали вам двоим что-либо делать. Мы не использовали ни одного заклинания принуждения или любовного зелья. Всё, что произошло, произошло потому, что вы двое этого захотели. — Голос старика смягчился. — Вам что-то не нравится в прекрасной леди или в ваших отношениях с упомянутой прекрасной леди? Это остановило Гарри. Он знал, что на самом деле имел полное право злиться на них. Даже если не ради себя, то ради Флёр. — Она была в ужасе от того, что я отвергну её, узнав о вас двоих. Конечно, мне было одиноко, когда мы приехали во Францию, но если бы она осталась миссис Флёр Уизли, тогда всё было бы хорошо. В конце концов, я бы нашел кого-нибудь, или я бы этого не сделал и просто завёл бы кота. Это причинило бы мне боль, но ты мог бы уничтожить её. — Через мгновение он сказал: — Ты и твоя жена должны подумать, как искупить вину перед Флёр за то, что она её так напугала. Что мне сейчас нужно сделать? — Итак, ты всё ещё готов продолжить? — спросил его Николас. — Невилл потерял своих родителей в раннем детстве. Если я смогу подарить ему взрослую жизнь с ними, то так тому и быть, — просто ответил Гарри. — Итак, что мне нужно сделать? Николас просмотрел свои записи. — Нам нужно направить заклинания, чтобы снять проклятие и очистить кровь единорога и кожу тролля от яда. Старшая палочка — лучший шанс для этого. Пока ты произносишь эти заклинания, я возьму Камень Воскрешения и положу его в котел. Его некромантическая энергия будет сочетаться с другими ингредиентами. — Он указал на свои записи. — Я мог бы дать тебе прочитать свои записи, но даже если бы у тебя был год на их изучение, ты все равно ничего бы не понял. Никто не может разобрать мою стенографию, кроме Перенель. Короче говоря, Камень усилит омолаживающие свойства зелья. С этого два волшебника начали свою работу. Чары были записаны специально для Гарри, чтобы он мог ими пользоваться, и были достаточно простыми, базовыми очищающими заклинаниями. Используя Бузинную палочку, он мог чувствовать магию, поскольку она меняла свойства крови и кожи, сохраняя их регенеративные свойства в целости, но удаляя порчу, которую нес каждый предмет. Серебристая кровь единорога раскалилась добела, прежде чем вернуться к своему ртутно-серебристому состоянию, сероватая кожа тролля немного посветлела, приобретя цвет того же беловато-серого испанского мха. Выполнив свою часть, Гарри повернулся к Николасу. — Что теперь? — спросил его Гарри. Николас заставил его замолчать взмахом руки. Старый алхимик взмахнул палочкой, и вклад Гарри разлетелся по лаборатории. Николас поймал его, не глядя, и открыл каждую банку. Кровь полилась первой. От зелья исходил едкий запах, от которого Гарри чуть не стошнило, когда дым из желтоватого превратился в белый. Была добавлена шкура тролля, и Гарри услышал глубокое гудение, как будто зелье вытягивало магию из кожи. Очевидно, именно этого и хотел Николас, когда вытаскивал кусочки кожи обратно из зелья. — Теперь подойди сюда и используй Старшую палочку, чтобы направить свою магию в зелье. — Какое заклинание? — Это не заклинание. Корень всех алхимических зелий — воля создателя. Направь свою палочку, а затем сконцентрируйся на своей магии, позволь ей течь в котел. Гарри сделал так, как ему было сказано, и сосредоточился. Он почувствовал, как в нем течёт магия, это было похоже на то, как он впервые взял в руки свою первую палочку, но ощущение было намного сильнее. Смутно, как будто в другой комнате, Гарри услышал смех Николаса и крик: — Вот так, вот так! Он снова посмотрел в котёл и увидел, что он светится. — Это прекрасно! Николас взволнованно захлопал в ладоши. — Всё, всё, брось свою палочку. - Он сжал руку Гарри. — Отвисшие яйца Мерлина, это идеально! Дары — это гораздо больше, чем могущественные артефакты, Гарри, это фрагменты самой Смерти. Теперь смеси нужно отдохнуть, иди и найди свою женщину. Наслаждайтесь оставшимся временем во Франции, я пришлю сову через месяц. А теперь вперёд! Он выпроводил Гарри из лаборатории, а затем захлопнул и запер за ним дверь. Гарри нашел Флёр сидящей на ступеньках перед классом чар. Она выглядела погружённой в свои мысли, и Гарри понял, что он не ошибся, потому что она подпрыгнула, когда он сел рядом с ней. — Как всё прошло? — тихо спросила девушка. — Он казался счастливым, — сказал ей Гарри, беря её за руку в свою. — Я высказал ему, что они следили за нами. Он на мгновение замолчал, затем заговорил снова. — Он сказал кое-что, что заставило меня задуматься. — О? — Он спросил меня, есть ли что-нибудь в наших отношениях, что я бы изменил, — сказал он и нежно сжал её руку. — Короткий ответ: нет. — Длинный ответ? — Спросила Флёр, которой не понравились задумчивые нотки в его голосе. — Длинный ответ: определённо нет, — сказал Гарри, поднимая её руку и целуя. — То, как мы оказались вместе, не имеет значения. Важно то, что сейчас мы вместе. За это он заслужил настоящий поцелуй.****
Гарри и Флёр осмотрели свой багаж. После быстрого обеда в Тулузе, они вернулись в отель, чтобы собрать вещи. Они были на последнем этапе путешествия. Следующим был Париж и маленькая квартирка, которую Флёр подарили ее родители. — Итак, Париж? — сказал Гарри, используя свою палочку, чтобы уменьшить и облегчить их багаж. Гарри почувствовал, что Флёр впервые рассмеялась с тех пор, как она всё ему рассказала. — Да, вперёд, в Париж. Идея посетить Париж помогла распутаться узлу, который всё ещё был в её сердце. Они вышли, бросив ключ от номера в маленькую корзинку на столе в вестибюле, когда направились на парковку отеля. Небо было ясным, а солнце было высоко и светило ярко, когда они направлялись к транспорту. Надев шлемы, они сели на мотоцикл. Флёр обняла его за талию, как только Гарри авел мотор. С ревом они тронулись с места и, повернув на север, присоединились к вереницам машин и автобусов, направлявшихся к месту назначения. Она крепко обняла его, когда они пробирались мимо группы грузовых автомобилей. — Осталось около пяти часов, мы доберемся до Парижа до того, как станет слишком темно. — сказала она ему через чары на шлеме. — Я знаю более быстрый способ, — сказал Гарри с усмешкой, заработав мягкий шлепок по плечу, от которого его ухмылка стала еще шире. — Это завело нас так далеко. — Гарри Джеймс Поттер, если ты посмеешь поднять этот мотоцикл в воздух, я обещаю, что выставлю тебя на балкон квартиры на неделю! — Флер прошипела: — Я хочу, чтобы мои креветки оставались у меня в желудке, где им и положено быть. — Она закатила глаза, практически видя, как он надувает губы через шлем: — О, прекрасно… но будь осторожен. Я… Она остановилась, когда эффект рыбьего глаза заполнил её зрение, и они взлетели, как только завернули за угол. — Я люблю летать, — сказал Гарри, как только они выровнялись в небе. Впервые я по-настоящему почувствовал, какой может быть магия, когда совершил свой первый полёт на метле. Явное удовольствие в его голосе заставило Флёр улыбнуться. В её голове снова возникли образы их детей. — Знаешь, у вейл, как правило, в основном дочери, — тихо сказала она ему с дразнящим блеском в глазах. — О, у нас будет и сын, но это может занять несколько попыток. - Затем она рассмеялась: — Хотя сначала у тебя должна быть команда по квиддичу, достойная дочерей. Это привлекло его внимание. — Мне все равно, будет ли у нас мальчик, — сказал Гарри. — Нам не обязательно быть Уизли наоборот. Гарри покачал головой. — Нет, ты заслуживаешь наследника, который продолжит твою фамилию, — сказала ему Флёр, когда Гарри увернулся от большой белой птицы. — Кроме того, половина удовольствия от большой семьи — это зачатие. Она помолчала несколько мгновений. — Я… никто из нас не беспокоился о защите. Теперь её голос звучал серьезно: — Надеюсь, прежде чем что-нибудь случится, мы будем уже в браке. Она не хотела думать о проблемах, которые семья Уизли могла бы создать для них, если бы она была беременна. — У нас все будет хорошо. — сказал ей Гарри. — Ты, я и все дети, которые будут.****
Перенель обнаружила дверь запертой, когда пошла отнести ужин своему мужу. Он не пришел на обед, к чему она привыкла, но это всё равно раздражало её. Закатив глаза, она постучала в дверь своей палочкой, а затем вошла внутрь, когда дверь со щелчком открылась. — Ну? — спросила она, увидев, что её муж почти с любовью смотрит на булькающее варево в котле. — Как прошёл ваш разговор с Гарри? Тихо зарычав на то, что его игнорируют, она послала в него жалящее заклятие. — Ах! Жестокая мегера! — воскликнул Николас, потирая зад. — Если хочешь знать, я сорвал джекпот. Всё сработало достаточно хорошо. Он достаточно контролировал себя, чтобы, когда он направил свою магию в зелье, оно было сильным. Действительно, очень сильный. — Насколько сильный? — Достаточно сильный, чтобы его магия сократила время приготовления на две недели. Когда мне приходилось делать это самому, на приготовление подобного зелья потребовалось бы полтора месяца. Я сказал ему, чтобы он ждал мою сову через месяц. Николас снова посмотрел на зелье. — Возможно, потребуется даже меньше времени. — Ты говоришь так, будто хочешь взять его в ученики, у тебя не было учеников с тех пор, как… — начала Перенель, но остановилась, когда зелье сильно засветилось, а затем снова осело. Она посмотрела на зелье. — Оно ведь не взорвётся, правда? — Всё идет хорошо, — ответил Николас. — Это самое мощное восстанавливающее зелье, которое я когда-либо видел. Он пожал плечами. — Что касается наставничества, почему бы мне не хотеть его в качестве ученика? С его волшебной палочкой он мог бы сократить время ожидания вдвое. Старик почти неохотно отступил от зелья. — Я приглашу его после того, как у него будет время успокоиться. Перенель усмехнулась и достала из кармана бутерброд. — Ешь свой ланч, или, лучше сказать, твой ужин. Она ухмыльнулась, когда Николас уставился на сэндвич с кресс-салатом. — Это твоё любимое блюдо. Николас застонал и откусил от сэндвича. Он некоторое время мрачно жевал, а затем заговорил: — Ради любви к Мерлину, не могла бы ты хотя бы положить в него немного паштета? Если бы я хотел есть траву, я бы превратился в корову! — Доктор сказал никаких мясных субпродуктов, и ты не получишь никаких мясных субпродуктов, как бы сильно ты ни дулся — ответила ему Перенель. — Зелень, овощи, рыба, фрукты и оливковое масло. Это то, что ты получаешь, если только не хочешь быть живым, но неподвижным в постели. — Ты и эта дурацкая «средиземноморская диета» — сказал Николас, доедая сэндвич. — С меня было достаточно этой диеты, когда я был мальчиком. Я люблю мясо и сыр. — А твоя толстая кишка — нет! — ответила Перенель и дала ему кружку виноградного сока. — Никакого вина, пока не снизится кровяное давление. Функциональное бессмертие, размышлял Николас Фламель, не всегда бывает таким, каким его представляешь.
