Проснись

Тьма постепенно расступалась, возвращая в строй все органы чувств. Однако стоило этому произойти, как тело стала пронзать невыносимая боль... Глаза так жгло, что их практически невозможно было раскрыть, но из-за давления казалось, что им нет места в черепной коробке и они вот-вот выскользнут из собственных орбит. Уши заложило громким звоном, от которого ещё сильнее раскалывалась голова, он едва слышал, что говорит сидящий перед ним человек, да и рассмотреть его через слегка приоткрытые слезящиеся от жжения глаза он не мог. Вместо того жара страсти, который совсем недавно переполнял его тело, теперь по расширенным венам текла раскалённая лава, обжигая все внутренние органы и заставляя сердце замирать от пронизывающей его боли. Что же происходит?.. Как из своей солнечной комнаты с возлюбленным рядом он оказался в тёмном сыром помещении и в подобном состоянии? У него не было сил даже попытаться в этом разобраться, боль и оглушающий ультразвук прогоняли все мысли из его опущенной головы. На щеку Аль-Хайтама легла прохладная ладонь, которая словно глоток свежего воздуха отрезвляла, отгоняла всю ту боль на второй план. Он наконец поднял голову и с усилием открыл глаза, сразу остановив взгляд на омерзительной самодовольной улыбке человека в маске. Осознание, кто перед ним, пришло с небольшим опозданием, но сразу после этого Хайтам резко дёрнулся, пытаясь вырваться из оков, которые удерживали его на пыточном кресле, и наброситься на врага. –Ну-ну, тише, если я уберу ладонь, ты снова будешь страдать. Неужели ты хочешь этого?–доктор нежно погладил его по горячей щеке, не скрывая своего удовольствия от происходящего. –Ч-что тебе нужно?–Пусть секретарь и прекратил вырываться, но агрессия в его голосе лишь нарастала, он практически рычал, глядя на этого человека. Он нарушил его покой, он забрал у него возможность находиться рядом с Кавехом... Он снова появился в его жизни.. –Чтобы ты был послушным мальчиком и рассказал мне всё, что меня интересует. Тебе ведь дорог твой покой? И... Покой твоего соседа. Аль-Хайтам готов был возмутиться, но осёкся из-за последних слов доктора, широко распахнув глаза. Кавех в опасности? Но раскрытие какой-либо информации... Готов ли он пойти на такое преступление ради него?.. –Ну же, ты и так уже доставил мне много хлопот, может наконец исправишь свои ошибки?–Дотторе убрал от него ладонь и на парня обрушилась новая волна невыносимой боли. Кажется, даже более сильной, чем изначально. Хайтам не выдержал и сорвался на крик, дёргаясь на месте и пытаясь дотянуться руками до головы, чтобы закрыть уши и не слышать этого разрушающего сознание звука. Только сейчас он заметил, что к его рукам подсоединены какие-то капельницы, но даже с ними он не мог разобраться, оковы не давали такой воли его движениям. В этот раз отрезвила его холодная пощёчина, от силы которой он запрокинул голову и глухо выдохнул. Из разбитой губы потекла кровь. –Ты и слова из меня не выдавишь, предвестник...–сквозь зубы процедил парень, устремив на него решительный взгляд подсвечивающихся бирюзовым глаз. Он был готов к пыткам. Конечно, он не из тех людей, чьё исчезновение будет замечено сразу, но что-то ему подсказывало, что он здесь уже довольно давно... А значит, скоро его должны найти. –Мне нравится твой настрой, секретарь, интересно, как быстро я тебя сломаю,– мужчина поднялся и отошёл к столику, на котором лежали различные шприцы с уже готовыми препаратами. Словно по считалочке он выбрал один из них и вернулся к Хайтаму, приблизившись лицом к его свирепому.–На твоём месте, я бы всё-таки согласился на переговоры. Но, что уж, из сломанной куклы легче изъять информацию. Доктор избавил шприц от лишних пузырьков воздуха и ввёл его содержимое в опухшую вену возле локтя. Кажется, Хайтам физически ощущал, как холодной слизью вещество обволакивает венозные стенки и смешивается с кровью, разносясь по всему телу. Однако ощущения, что что-то изменилось, не было. Даже на физическое состояние она практически не повлияла, разве что нагнало сонливости.. –Что это?.. –А я должен рассказывать?–Дотторе посмеялся и сел на своё прежнее место, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди.– Ты правда веришь, что кто-то тебя спасёт? Голос голубоволосого эхом раздавался в голове парня. Что происходит он не совсем понимал, но сослал это на эффект сыворотки. Возможно, она действует не сразу? Но ему всё равно не остаётся ничего кроме как тянуть время.. –Кто знает.. Может я и не мечу в герои, но и врагом академии быть не собираюсь. –Уж лучше стать врагом для самого себя, ведь так? Судя по всему у вас с этим архитектором особые отношения. Ты бы хотел увидеть его? А по частям?– эхо его голоса звучало так навязчиво, заполняло собой все мысли, вытесняя любые собственные. Попытка промывки мозгов? Нет, его нельзя слушать... –Какой к чёрту архитектор?.. Мне на него плевать, как и на твои слова. Нет никакого смысла в том, что ты держишь меня здесь. Пх, были бы тут мои наушники.. даже голос твой мерзкий слышать не хочу. –Его голову я лично преподнесу тебе на блюдце. Тебе ведь нравится его милое личико? Правда, оно будет не таким румяным отдельно от тела..–полностью игнорируя слова секретаря с насмешкой продолжал Дотторе. И как бы ни пытался Аль-Хайтам не поддаваться действию препарата, чем дольше говорил доктор, тем сильнее его слова врезались в сознание. –Разве тебе... не безразлично, какой путь выбрать?.. Эти дешёвые прово..кации на меня не подействуют,–говорил он скорее для себя, пытаясь вразумиться, услышать собственный голос и вернуться к реальности. Предвестнику ведь нет разницы, каким образом заполучить информацию, зачем ему такие заморочки, чего он хочет? Действительно ли информация – его истинная цель?.. –Ты будешь винить себя в его смерти, и только ты действительно будешь в ней виновен. А ведь он так тебе дорог. Он единственный, кто у тебя есть. Ты сможешь стоять над его могилой?–Каждое слово... Каждое его слово отчеканилось в разуме пленника. Губы Аль-Хайтама дрогнули. Он вообще говорил что-нибудь вслух? Почему слова доктора сплошным потоком обрушиваются на него? Хайтам уже не слышал своих мыслей, слышал лишь это сводящее с ума слишком громкое эхо. И сил на то, чтобы что-то сказать, уже не было, да и.. банально нечего было озвучить, этот сумбур в голове ни во что не складывался. –Слышал, он и так не самый везучий человек, но ты–его самое большое несчастье. Ведь ты обрекаешь его на смерть. В конечном итоге всё, что в тебе останется, это пожирающее изнутри чувство вины. Что-то надорвалось в груди. Болезненно и безвозвратно. Кажется, эти громкие слова добили седовласого окончательно, он совсем умолк, опустошённо глядя на доктора. А тот самодовольно хмыкнул и взял ещё один шприц со стола, грациозно подступив к Хайтаму со спины и за подбородок приподняв его голову, чтобы вколоть в шею другую сыворотку. Аль-Хайтаму показалось, что доктор не успел ввести это вещество до конца, громкий взрыв его отвлёк, заставив оторваться от парня и укрыться самому, чтобы не пострадать от мощной ударной волны. Стены лаборатории были словно рассечены огромными когтями и от этого моментально обрушились, подняв столб пыли. И уже спустя пару секунд после этого рядом с прикованным к креслу Хайтамом появился молодой генерал махаматра. Он оценил холодным взглядом сложившуюся обстановку и, пока была такая возможность, высвободил секретаря. Вот только сил встать и самостоятельно выбежать у него не было.. Более того, он даже не попытался сдвинуться, всё ещё выслушивая голос Дотторе в своей голове. Сайно успел лишь положить ладонь на плечо знакомого, как доктор увлёк его в бой, больше не давая генералу подступиться к пленнику. Шум от погрома и картинка перед глазами заставили его вспомнить, что он ждал подмогу. И заставили вспомнить, что дома его ждёт Кавех, который, скорее всего, сейчас нуждается в защите... Собрав остатки своих сил в кулак, Аль-Хайтам с болезненным мычанием смог приподняться и выпрямиться, опираясь на спинку кресла. Надо бежать. Пусть в глазах темнеет и плывёт от слабости и боли, но надо бежать отсюда как можно скорее, чтобы Сайно не пришлось долго сражаться. Почему он пришёл сюда один?... Даже на улице, в неком пустынном районе, где располагалась лаборатория, никого не было. Неужели генерал пришел один сражаться против второго предвестника? В прочем... Сил на долгие размышления не было. Хайтам осел на горячий песок и, поддавшись этой дикой слабости, вовсе разлёгся на нём, моментально уснув. Когда он очнулся, его окружали привычные стены родного дома, тело обволакивала оббивка мягкого дивана, а волосы нежно перебирали тонкие пальцы Архитектора. Он так переживал всё то время, пока Хайтам отсутствовал, что не мог даже спать, о чём говорили и заметные синячки под глазами, и растрёпанный рассеянный вид. –Ты наконец очнулся.. –К..Кавех... Ты в порядке..,– с облегчением выдохнув, пробормотал парень, взявшись обеими руками за его нежную ладонь и начав её целовать, пока вовсе не поднялся и не набросился на блондина с крепкими объятиями. На глаза невольно проступили слёзы, но то были слёзы облегчения. Дотторе не успел с ним ничего сделать.–Я так рад, что ты жив. Я... Я так боялся за тебя... –Дурак, лучше бы о себе так думал.. Сайно мне всё рассказал, как ты умудрился попасться? –Не знаю.. Ничего не помню.. Как долго меня не было? –Почти неделю. Мы уже все извелись, пытались найти хоть какую-то зацепку..–Кавех нежно погладил его по щеке прохладной ладонью, стараясь унять дрожь в теле возлюбленного. А тот ластился к этой ладони, совершенно ни о чём не думая. Стараясь не думать.. Эта неделя явно оставила неизгладимый след на его сознании.. –На тебя никто не нападал? Не происходило ничего странного или подозрительного? Нахида в порядке? –Тавви,–Кавех отрезвляюще его окликнул, глядя прямо в его глаза,–всё что произошло, это твоё исчезновение. Может быть я и не заметил чего-то, но только из-за того что переживал за тебя. Я рад, что ты наконец-то дома. –Да... Прости,– он уткнулся лбом в его лоб, а затем вкрадчиво поцеловал парня в губы, постепенно успокаиваясь. Спокойствие Кавеха очень этому способствовало, хотя.. честно говоря, Хайтам не думал, что его реакция будет такой уравновешенной. Но Хайтам продолжал целовать его снова и снова, прикрыв глаза и расслабившись. Целовал до тех пор, пока не почувствовал, что губы Кавеха совсем не такие мягкие, а кожа более прохладная. Дотторе держал его за руки, позволяя Хайтаму даже такие вещи, как поцелуи. Что бы Хайтам не говорил, но каждая его галлюцинация так или иначе приводит к этому блондину, которого он сейчас упорно видел в докторе из-за того самого вещества. –С возвращением, Хайтам,– Иль-Дотторе с особым удовольствием наблюдал, с какой любовью измученный секретарь на него смотрел, сплетаясь пальцами с его ладонями. –Кавех, я обещаю, я больше не оставлю тебя одного... –Ты так думаешь? Тавви, пути домой больше нет. Ты больше никогда не увидишь меня. –Что? О чём ты говоришь? Кавех?–Хайтам ошарашенно на него вытаращился, не понимая его слов. Он упорно продолжал видеть в этом человеке своего возлюбленного. Даже когда стены родного дома плавно видоизменились в лабораторские, он отказывался верить, что перед ним кто-то другой. Это его Кавех. Его улыбка, его голос, его взгляд.. Нет, это абсолютно точно он! Может быть, после тех экспериментов ему просто мерещится, что всё кругом– иллюзия? Наверняка, ему просто нужно отдохнуть! Конечно... –Я мёртв. Меня убили по твоей вине. Спасибо, что отобрал у меня шанс на счастливую жизнь,–Кавех, а если быть точнее, Дотторе прислонился к губам секретаря, вновь его целуя. Даже интересно, когда иллюзия спадёт полностью, ведь этот парень так за неё цепляется... –Н..нет... Кавех, ты же здесь, передо мной..–Аль-Хайтам хотел вцепиться в его плечи, крепко обнять, прислонить к себе и никому не отдавать, но... Что, оковы? Неужели... –Ты до сих пор не понял, Хайтам? Раскрой глаза пошире,–Дотторе щелкнул пальцами и иллюзия в глазах парня слегка изменилась. Окровавленное бледное тело архитектора теперь лежало перед ним, его грудь не вздымалась от дыхания, одежда была изорвана от попыток отбиться от врага. От представшей картины побледнел и сам Аль-Хайтам. –К..Кавех..? Нет, это не правда.. Верните мне его! Кавех! Кавех, очнись! Пойдём домой, Кавех!–Из глаз секретаря градом текли горькие слёзы, всё плыло перед глазами, словно пытаясь защитить сознание от увиденной картины. Но, кажется, поздно, ведь сознание беспрекословно подчинялось каждой манипуляции доктора, и парень верил во всё, что с ним происходит... Теперь он видел Дотторе, пусть и через мокрую пелену. Иллюзия окончательно спала, Кавеха рядом больше не было... –Верни мне его.. Кавех... Прошу... –Боюсь, он уже мёртв, ты слишком долго молчал. Но у меня есть прощальный подарок от него, держи!–доктор вложил в ладонь парня синее перо, которое Кавех всё время носил в волосах. Это конец.. Такая боль у разбитого сердца? Весь мир словно обрушился для него в этот момент, и он физически это ощутил. Не осталось надежд, не осталось сил бороться против врага, внутри вообще ничего не осталось. Лишь очередные собравшиеся капли слёз застыли в уголках глаз. –Нет...–с дрожью прошептал он, несколько раз повторяя это слово, словно в каком-то бреду. Есть ли смысл вообще в чем-то, если Кавеха больше нет? Сможет ли он вернуться домой, в стены, где он больше не услышит его звонкого голоса?.. Он не выдержит этой потери.. Но и говорить он теперь точно ничего не будет... В принципе ничего. Дотторе смог в этом убедиться самостоятельно. Несколько последующих дней он ставил различные опыты над секретарём, пробуя видоизменить его тело до вида послушной машины для убийств, и за всё это время сломленный парень не обронил ни слова. Что, в принципе, не заставило доктора слишком расстроиться. Получить информацию можно огромным количеством способов, но вот собственная марионетка в стенах академии...Крайне соблазнительно звучит. Вернее, звучало бы.. Эксперимент, к сожалению, провалился. Не выдержавшее нагрузки тело секретаря академии было вскоре найдено в заброшенной лаборатории. Поздно спохватившаяся подмога опоздала совсем чуть-чуть.. Но вряд-ли, появись они чуть раньше, им удалось бы вернуть тело и разум Аль-Хайтама в прежнее состояние. Возможно, такой исход был лучшим для него. Он ничего не рассказал. Он не стал врагом.