Фанатик

      Сокджина допрашивали еще не раз, проводили опознания и очные ставки, но ни разу альфа не упомянул о том, что заставлял делать Тэхёна, ну кроме того, что айдол пел для него, танцевал и показывал стриптиз. Видео со всем остальным были так «неудачно» распакованы Хосоком, что восстановлению не подлежали, также, как и записи с течкой Чимина, об этом, кстати, кроме Хосока не знал никто. Омега, как только увидел и понял, что именно происходит, досмотрел до конца и тут же уничтожил файл. Он намекнул об этом Тэхёну и Чимину, чтобы они не волновались и не переживали, что кто-то сможет увидеть столь интимную запись. Красный от смущения Чимин, поблагодарил Хосока и тут же сбежал от него, а Тэхён просто пожал Джей-хо руку, они без слов поняли друг друга.       Фотографии похищенных омег были показаны по телевидению, как и ожидалось, их родственники не особо кинулись в полицию, кроме, одного…       — Тэхёни, привет! — раздался голос Чонгука, когда Тэхён ответил на вызов айфона.       — Привет, любимый.       — Ты можешь сейчас приехать ко мне? В участок?       — Да… — Руки альфы мгновенно стали холодными от страха — А что случилось? — Тэхён изо всех сил старался успокоится, с некоторых пор слова «участок» и «приехать» стали внушать альфе страх!       — Не бойся, все в порядке. Просто ты мне нужен.       — Хорошо, я приеду. Только такси вызову.       — Не торопись, мы подождем. — быстро сказал Чонгук и отключился.       Ким так и стоял посреди гостиной с телефоном в руках, в голове бился только один вопрос — мы? Кто это — мы? И зачем им нужен он? Простояв так несколько минут, Ким вызвал такси и спустился вниз.       Вот уже месяц как альфа вернулся домой, к себе домой, к ним домой!       Проволочное колечко на его пальце, сменилось на золотое, почти такое же, только с небольшим бриллиантом, украшало пальчик Чонгука. Они были официально помолвлены, через месяц планировалась свадьба. Через два, у Тэхёна начинались гастроли, и он не хотел уезжать, не окольцевав своего Гуки по-настоящему.       Следствие еще шло и каждый раз, когда Ви приглашали в участок, он тут же покрывался холодным потом, кто бы мог подумать, что это похищение так сильно отразится на его психике. Хорошо, еще что Чонгук был постоянно рядом, а если не он, то Чимин или Юнги, даже Хосок и Намджун не обделяли его своим вниманием. Раньше Тэхён почти всегда был один, а вот теперь приобрёл сразу столько друзей. Это очень помогало альфе справляться с ситуацией, но иногда страх все же охватывал его, почти бесконтрольный… вот как сейчас.       — Привет, Тэхёни, ты быстро! Гнал поди, как сумасшедший. — поприветствовал и попенял альфе Хосок, он встречал его, чем насторожил Кима еще больше.       — Привет, Хоба. Я на такси, доехали быстро, вторая половина дня, пробок нет. — объяснил Тэхён, он заметил, что много говорит, нервничал очень, хотя довольная физиономия Джей-хо не внушала опасений.       — Отлично, пошли, у нас для тебя сюрприз.       — Я не люблю сюрпризов. — пробормотал альфа, но послушно поплелся за омегой, тот направлялся в кабинет Намджуна (уже хорошо, с Моном не так страшно!)       — Я его привел. — сообщил Хоба и прошел внутрь комнаты, за ним осторожно шагнул Ким и тут же был заключен в крепкие объятия незнакомого омеги.       Как только первый шок прошел, Тэхён почувствовал знакомый запах, и тут же обнял юношу в ответ. Он узнал его… Юджин! Его обнимал Юджин! Омега, которого Тэ долго не мог забыть! Значит, он все-таки жив, Со не обманул… хотя вот в это верилось с трудом.       — Хм… — раздалось недовольное хмыканье — я, конечно, все понимаю, желанная встреча и все такое, но… господин Ли, не могли бы Вы отпустить моего альфу, а точнее сказать жениха. — голос принадлежал, естественно, Чонгуку.       — Да, простите. — забормотал смущенный омега и отодвинулся от альфы, тот разомкнул объятия и теперь, улыбаясь смотрел на омегу, держа его за плечи.       — Ты живой. — произнес Тэхён и улыбнулся еще шире.       — Да… чудом. — ответил Юджин.       — Чудом? Значит он все-таки не отпустил тебя, как обещал? — взволнованно спросил Ким.       — Давайте присядем и господин Ли, нам все расскажет еще раз. — предложил Намджун, ему хотелось, чтобы эти двое отлипли уже друг от друга, а то как-то нехорошо блестят глазки Чонгука. Ревность омеги страшная штука, и Мон не хотел испытывать судьбу.       — Да, я расскажу. — согласился Юджин и, к счастью, сел в кресло, подальше от дивана, на котором расположился Тэхён и, почти успокоенный, Чонгук.       — Как Со меня похитил все знают, в полиции я уже рассказал об этом, а ты, Тэхёни знал об этом еще тогда, поэтому повторяться не буду, расскажу, как он пытался от меня избавиться. Хотя, собственно, и рассказывать то особо нечего, Со увез меня подальше от дома, мы долго ехали, у меня были завязаны глаза, поэтому я не знал куда мы едем, потом он остановился и открыл дверь, после чего Со сделал мне укол и все… очнулся я уже в больнице. Мне сказали, что я едва не умер от передозировки наркотиков, но так как на руках не было следов уколов, за наркомана меня не приняли и оставили лечиться. Я очень боялся Со, поэтому никому ничего не рассказал, прости меня Тэ, прости пожалуйста. — на глаза омеги набежали слезы, он уже шмыгал носом, готовый заплакать, но продолжил говорить — Ты так много для меня сделал, а я… струсил. — Юджин закрыл ладонями лицо и разревелся.       Тэхён хотел его утешить и даже чуть привстал, но наткнулся на взгляд Чонгука и плюхнулся обратно, он и отсюда как-нибудь успокоит Юджина, а водички ему уже Хосок давал, так что, лучше не рисковать.       — Ну что ты, Юджи, я понимаю, тебе досталось от него. Да и что ты мог сказать? Ты же ничего не видел, даже не знал, кто он.       — Да, но все равно… — омега снова шмыгнул носом — я трус. Ты его не боялся, а вот я.       — Он едва тебя не убил, твой страх понятен. И потом нас очень быстро нашли, так что не волнуйся. Я не в обиде. — успокоил омегу Тэхён, тот почти успокоился, только тихонько всхлипывал и шмыгал носом.       После допроса под протокол и очной ставки с Сокджином, Юджина отпустили и он, тепло попрощавшись с Тэхёном, уехал.       Следующий месяц прошел быстро, он был полностью посвящен предстоящей свадьбе. Тэхён даже не отвлекался на репетиции, он заверил директора, что вернется к ним, как только уладит все личные дела. Тот был так рад возвращению своего любимого айдола, что не сопротивлялся, он очень боялся, что Ви вообще откажется выступать! И теперь был готов на все, что не попросит Тэхён. После освобождения альфы, о нем трубили все СМИ, и не только в Корее, а во всем мире, так что вся эта страшная история была только на руку продюсеру и директору Кима. А тут еще и свадьба!       Место проведения торжества хранилось в строгом секрете, Тэхён не хотел, чтобы такое важное событие в его жизни стало всеобщим достоянием. Директор с трудом уговорил Кима пригласить на бракосочетание хотя бы парочку журналистов, Тэ нехотя согласился, но только на регистрацию, на сам праздник никого из СМИ приглашать он не собирался. Это только их с Чонгуком праздник, на нем не место лишним людям, только своим. После пышной регистрации, Тэхён и Чонгук оставили репортеров и зевак, а сами уехали в особняк Мина, где и продолжили торжество в узком кругу друзей.       На следующий день семья Ким улетела в свадебное путешествие, оставив друзей «отходить» от застолья и похмелья.       Второй день после свадьбы все помнили плохо, они проспали до полудня, потом кое-как поели и снова завалились отдыхать, а вот утро следующего дня ознаменовалось интересным событием…       Чимин проснулся рано, Юнги еще спал, омега осторожно выбрался из кровати и побрел на улицу. По натуре Минни был жаворонком, он не понимал, как можно спать, как медведь в берлоге, когда солнышко уже давно встало! Так и всю жизнь проспишь, но вот Юнги был совершенно иного мнения, альфа как раз любил поваляться в постельке, Чимин знал об этом и почти смирился.       Минни улегся в шезлонге перед бассейном, он уже поплавал немного, теперь самое время чего-нибудь съесть и выпить… сока! Слуга-бета принес молодому хозяину хлопья с молоком и клубничный фреш. После еды, омега решил позагорать, он закрыл глаза и расслабился. Но отдохнуть не получилось. Чимин вдруг услышал тихий, но хорошо слышный плач! Парень сел и прислушался, точно, кто-то отчаянно плакал и совсем рядом, правда этот кто-то видимо очень старался не шуметь, но чуткие ушки омеги все же его услышали. Чимин встал и медленно пошел на звук, он подошел к террасе, прошел по ней и в самом конце увидел фигуру, сидящую на полу и прижимающую колени к груди, в этом человеке, омега с удивлением узнал… Хосока!       Взрослый омега, сидел на полу, обхватив колени руками, уткнувшись в них же и горько плакал. Хоба был так увлечен, что ничего не видел и не слышал, он всхлипывал, иногда вытирал мокрые щеки ладонью и снова принимался плакать. Чимин очень хорошо это видел, он спрятался за большим и пышным цветком, но выходить не спешил, ему вдруг стало ужасно неловко, надо поскорее позвать кого-нибудь… Намджуна! Это же его омега, значит ему и успокаивать! Минни тихонько отошел от Хобы и вошел в дом, он уже сделал несколько шагов в сторону спальни Мона, но передумал. А вдруг они поссорились, и Джей-хо плачет именно из-за альфы? Тогда ему совершенно не нужно об этом знать.       Чимин вздохнул и решительно направился к Юнги, он все расскажет своему альфе, а уж Мин пусть и решает, что делать, в конце концов это его друзья.       — Юни-и-и, вставай. — позвал Чимин и потряс альфу за плечо, тот никак не отреагировал и омега продолжил — Юни-и-и, да вставай же ты! — и снова потрепал этого соню по плечу, а потом перешел к более решительным действиям. Он стянул с альфы одеяло и со всей силы хлопнул его по ягодицам. Юнги вскрикнул и подскочил на кровати, его пятая точка была прикрыта только тонкой тканью боксеров и совершенно не защитила альфу от удара крепкой ладошки омеги.       — Сдурел?! Минни! Больно же!       Чимин смотрел на взбешённого, злющего Юнги совершенно невинным взглядом, а потом чмокнул его в губы. Мин на ласку не повелся, он сидел, опираясь на бедро и потирал горящие ягодицы.       — Что тебе, чудовище?! Обязательно было меня бить, не мог по-другому разбудить. — ворчал альфа, снова укладываясь в постель.       — По-другому ты не просыпался, а у нас кое-что случилось. — ответил омега и продолжил: — Ты не засыпай! Там… Джей-хо, ему помощь нужна.       — У Хосока есть свой альфа, вот пусть он ему и помогает.       — Нет, он тут не помощник, да, не дрыхни ты, Юни! Там Хосок плачет! А ты тут опять спать собираешься.       — Плачет? — Мин открыл глаза и сел, омега Мона очень редко плакал, и всегда по делу, ему не свойственно просто так лить слезы, а значит случилось что-то серьезное.       — Да, он на террасе, в самом дальнем конце, сидит и плачет. Долго уже, он весь в слезах, у него глаза красные и нос распух. — рассказывал Чимин, наблюдая как Юнги быстро натягивает на себя джинсы и футболку.       — Сиди тут, и не вздумай подслушивать. Я разберусь. — приказал альфа и вышел. Мин шел быстро, но старался не шуметь, в доме кроме Намджуна больше никого и не было, но вот именно его Юнги будить не хотел, сначала надо самому во всем разобраться. Да и Хосока не стоило пугать. Оказалось, что можно было особо не стараться, шагов альфы омега не услышал, он и на самого-то Мина внимание не обратил, до тех пор, пока тот не позвал его.       — Хоба, что случилось? — тихо спросил альфа, опускаясь перед другом на колени, Юнги провел по волосам омеги ладонью и Хосок поднял на него взгляд.       — Ни…чего.       — Из-за ничего не плачут, всегда есть причина и я хочу ее знать. — Юнги сел рядом и обнял омегу за плечи, тот всхлипнул и положил голову на плечо альфе, но молчал.       — Хоби, тебя Намджун обидел? — Мин решил попробовать догадаться, если уж говорить с ним не хотят.       — Н-нет.       — А кто? — тупой вопрос, тут больше и нет никого, только Минни, но вряд омега примчался бы к Юнги, если бы сам довёл Хосока до слез, да и что мог сделать этот мальчишка взрослому человеку?       — Никто… — Джей-хо закрыл лицо ладонями и заплакал с новой силой, чем очень напугал мужчину! Мин, как и большинство альф, не выносил омежьих слез, они его пугали, он терялся, не знал, что надо делать и старался выполнять все желания омеги, только бы он перестал реветь.       — Хоба, солнышко, что с тобой? Упокойся и расскажи мне… пожалуйста… я помогу, если хочешь я никому ничего не скажу, но помогу, только расскажи. — просил Юнги и гладил рыдающего друга по плечам. Он вдруг вспомнил, что сунул маленькую бутылочку с водой в карман и теперь достал ее, прямо как знал, что пригодится!       — Хосок, попей водички, попей. — альфа открутил крышку и всунул воду в дрожащую ладонь друга, тот покорно начал пить. По правде говоря, омега уже порядком устал, но успокоится не мог, и вода была сейчас очень кстати.       — Упокоился?       — Да… — выдохнул Джей-хо, он рвано дышал, всхлипывал и шмыгал носом, но плакать перестал.       — Молодец. А теперь объясни мне, что с тобой? Кто тебя так расстроил? Вчера все было нормально, кроме головной боли — никаких неприятностей, а сегодня ты ревмя ревешь с самого утра.       Несколько минут омега молчал, собираясь с силами и борясь с остатками слез, он снова выпил воды, рвано вздохнул и совершенно убитым голосом произнес:       — Юни… я беременный. На лице Юнги расплылась широкая улыбка, хорошо, что ее пока Хоба не видел, он был явно не рад, чего нельзя было сказать об альфе.       — Хосок-и, чего же ты плачешь? Новость то хорошая.       — Как сказать… — вздохнул омега и снова шмыгнул носом.       — Правильно, надо сказать Намджуну, а потом вместе порадоваться. — осторожно предложил план действий альфа.       — Как я ему скажу?       — Это… не его ребенок? — Юнги вдруг понял, что не выяснил самую главную вещь, но у него даже сомнений не было в отцовстве Мона, вот только сейчас подумалось… а вдруг?       — Его. — омега был так расстроен, что даже не возмутился и не обиделся, на такое заявление.       — Ты не хочешь его? Ребенка? — это тоже важный вопрос.       — Хочу…       — Тогда в чем проблема? — альфа искренне не понимал, если бы его Минни залетел, он был бы на седьмом небе от счастья, впрочем, как и Джун-и!       — Мы не планировали малыша, даже никогда не обсуждали этот вопрос. Мы не супруги, а вдруг Намджун решит, что я это специально!       — Что — специально? — спросил альфа и подумал: «Вот уж кто специально, так это точно не ты! Наивный омежка!», но вслух не сказал, зачем же выдавать секреты друга.       — Специально забеременел, чтобы Джун на мне женился. — объяснил Джей-хо, его глазки снова наполнились слезами, но омега их пока успешно сдерживал — Вдруг он меня бросит, как только узнает.       — Не бросит. Я точно знаю, Хоба, не бросит. Тебе только надо обязательно ему все рассказать. Вот увидишь, он будет рад. — уговаривал Хосока Юнги (еще немного, альфа сам побежит к Джуну и все ему разболтает!)       — Как я ему скажу? А? Как? — спрашивал Хосок, хотя вопросы были явно из числа риторических и Мин решил немного пошутить.       — Словами.       — Ага, конечно, вот так прямо приду к нему и скажу — я беременный! — Джей-хо очень разволновался и говорил громко, не удивительно, что после его последней фразы над их головами раздался низкий голос Намджуна.       — Кто беременный? — альфу разбудили голоса, он вышел узнать, что случилось, но вот весь разговор не слышал, его пока еще сонный мозг зацепился только за одно слово и выдал такой странный вопрос.       — Джун-и, нас тут только трое. — недовольно произнес Мин и спросил — Альфы могут беременеть?       — Нет.       — Отлично, тогда ответ очевиден, тебе не кажется? — Юнги хотелось стукнуть друга по лбу, так долго до него доходил смыл сказанного.       Сонный мозг альфы наконец-то проснулся и Намджун удивленно распахнул глаза, а потом и рот. Несколько мгновений Мон просто стоял и пялился на своего омегу и друга, а потом на лице альфы расцвета широкая довольная улыбка.       — Солнышко мое, ты беременный? — Джун наклонился и сгреб омегу в охапку, поднимая его с пола и прижимая к себе.       — Да. — пискнул Джей-хо и обхватил альфу за шею, кажется, он зря волновался, Мон был явно рад такой новости.       — Это же прекрасно! Радость моя, теперь мы точно поженимся, ты не сможешь мне отказать! — кричал альфа и кружился по террасе с омегой на руках.       — О чем ты, Джуни? Ты даже не спрашивал никогда? — Хосок затрепыхался в сильных руках Мона, но потом оставил попытки вырваться, пусть все идет как идет.       — У меня будет ребенок! Ты слышал, Юнги? У меня будет малыш! — кричал совершенно счастливый Намджун, он перестал кружиться и поцеловал ошарашенного омегу в губы.       — У нас… — тихо произнес Хосок, как только альфа перестал его целовать.       — Что?       — У нас будет ребенок. — поправил Мона Джей-хо.       — Да, у нас, конечно, у нас. Пойдем в дом, ты нам все поподробнее расскажешь. — альфа решительно зашагал к двери. Юнги с улыбкой смотрел им вслед, а потом вдруг произнес в никуда.       — Выходи, чудовище, и запомни, в следующий раз застану за подслушиванием — уши надеру! Я не шучу, Минни, надеру уши в прямом смысле и в угол поставлю.       — Я больше не буду. — раздался голос омеги, но сам он так и не появился.       В гостиной, совершенно успокоенный омега рассказывал своему альфе о беременности, а тот внимательно слушал и улыбался. Они сидели на диване, Мон так и не выпустил Джей-хо из рук, тот удобно устроился на коленях у альфы.       — Я у врача еще не был, только кровь сдал, сегодня получил результат, они его по Вацапу прислали.       — Почему сразу мне ничего не сказал? — спросил Джун.       — Потому, что реветь побежал. — ответил за омегу Юнги, он прошел в комнату и сел напротив друзей в кресло.       — Да… — подтвердил Хоба и вздохнул — Я испугался, что ты меня бросишь. Мы даже не помолвлены, а тут уже ребенок на подходе.       — Мы и не будем помолвлены. — вдруг совершенно спокойно произнес Намджун и удивление отразилось не только на лице Хосока, но и на лице Юнги. Они с одинаковым выражением лица смотрели на альфу и ждали продолжения.       — Что? Что вы так смотрите? Да, помолвки не будет. — Намджун покрепче прижал к себе омегу, тот попытался сползти с коленей альфы.       — Не дергайся, солнышко, помолвки не будет. — еще раз повторил Мон и решительно закончил — Будет сразу свадьба! Нечего тянуть. Хоба, какой у тебя срок?       — По моим подсчетам, примерно двенадцать-тринадцать недель — ответил немного растерянный омега.       — Ну вот, если будем тянуть, то к алтарю ты пойдёшь с большим животиком, а ты вряд ли этого захочешь. Мне то все равно, я тебя любого люблю, но ведь ты захочешь, чтобы все было красиво. А значит надо поторопиться.       — Угу. Я тоже тебя очень люблю. — Хосок доверчиво прильнул к альфе, ему стало очень спокойно в кольце обнимающих его рук альфы.       — А как же мы так быстро все сделаем? — вдруг забеспокоился омега, он знал сколько сил и времени заняла подготовка к свадьбе их друзей.       — У нас есть секретное оружие. — ухмыляясь произнес Юнги.       — Какое?       — Ким Тэхён! Вот он приедет через десять дней и устроит все как надо. Поверьте мне, перед ним открываются все двери! Наш Тэхёни всемогущ! — Мин расхохотался и закончил — Особенно там, где работают омеги!       Юнги оказался прав, Тэхён с удовольствием помог друзьям и через месяц Намджун одел кольцо на палец своего любимого Хосока.       Жизнь шла своим чередом, постепенно история с похищением стала забываться.       Тэхён продолжил выступать, теперь его повсюду сопровождал супруг. Чонгук уволился из полиции и стал личным охранником мужа, а по совместительству айдола всея Кореи, что устраивало обоих. Теперь они всегда были рядом, всегда вместе, на зависть всех омег (и некоторых альф), они не скрывали свою любовь, они гордились ею.       Единственное, о чем мечтал Тэхён — ребенок, но с этим супруги пока не торопились, всему своё время.                               

***

      — И где ты был?       Чимин буквально подпрыгнул от этого, так внезапно раздавшегося, вопроса. Омега изо всех сил старался не шуметь, не хотелось никого разбудить в шесть часов утра, но… кажется кто-то и не спал!       — Гулял. — тихо ответил парень, голос он узнал, а вот теперь разглядел его обладателя, глаза привыкли к сумраку и Чимини отчётливо видел, сидевшего в кресле Тэхёна.       — Почему не отвечал на звонки?       — Телефон сел.       — Дай.       — Ч-что?       — Телефон.       — Зачем?       — Хочу проверить, врешь ты или нет.       — Тэхёни, ну может он и не сел, просто я не слышал звонков. — заюлил омега, Юнги никогда не проверял его слова, Чимин сказал — сел, значит сел, Мин просто ругался, а вот с Кимом этот номер не прошел.       — Значит врешь.       — Тэша, ну чего ты… я пришел, ничего со мной не случилось, все в порядке… пойдем спать. — забормотал омега, ему очень не нравилось настроение альфы, Тэхён никогда таким с ним не был. Чимин поежился, кажется, он недооценил этого альфу, когда решил, что с Тэхёном можно не особо считаться и… загулял!       Юнги уехал на переговоры в Пусан на несколько дней и попросил Тэхёна присмотреть за Чимином, с момента похищения прошло полгода и омегу снова потянуло на приключения.       Чонгук лежал в больнице, на сохранении, у Кима был перерыв в гастролях, и он согласился. Сейчас в доме Мина находились еще Намджун и Хосок, Джей-хо со дня на день должен был родить и Мон боялся оставлять его одного, так что Тэхён присматривал за обоими омегами, правда по-разному.       Хосок со своим огромным животом почти все время сидел, то в гостиной, то на террасе, то около бассейна, а вот Чимин… тут все сложнее! Минни опять накрыла тяга к приключениям, он постоянно где-то пропадал. В отличии от Юнги, Тэхён не противился этому, но требовал соблюдения определенных правил, а именно — приходить не позже полуночи и всегда (всегда!) отвечать на его звонки, в крайнем случае — перезванивать. Вот эти самые правила Чимини и нарушил, причем все и сразу, альфа был очень зол, он решил, что так просто это омеге с рук не сойдет!       — Я говорил тебе — если ты нарушить наш договор или будешь врать, я накажу тебя? — тихо спросил Ким.       — Да. — омега не на шутку испугался, Тэхён всегда был на его стороне, защищал от Юнги и даже от Намджуна, а вот теперь, похоже все изменилось.       — Значит обижаться не на кого, сам виноват. — произнес Тэхён и встал. Чимин с ужасом смотрел как альфа расстегивает ремень и вынимает его из шлеек.       — Не надо… — испуганно пискнул он.       — Иди сюда.       — Не надо, Тэхёни, я больше не буду. Правда. — бормотал омега, но с места не сдвинулся, хотя надежды уговорить Кима не наказывать его было очень мало, а точнее ее не было совсем.       — Я сказал — иди сюда. — Тэхён был неумолим. Испуганный омега приблизился к альфе, тот стоял около дивана, держа в руке сложенный пополам кожаный ремень.       — Снимай штаны и ложись. — приказал Ким.       — Тэшенька, не надо… пожалуйста, я больше не буду… правда-правда… — шептал Чимин, хотя и понимал, что это уже бесполезно.       — Чем дольше ты тянешь, тем больше тебе достанется. — пригрозил альфа, его спокойствие очень пугало омегу, хотя его пугала вся эта ситуация. Юнги только грозился выпороть, но никогда не бил, десяток шлепков ладонью не считаются.       Чимин посмотрел на альфу долгим умоляющим взглядом, шмыгнул носом, от страха он чуть не плакал, вздохнул и начал расстегивать джинсы…       За завтраком омега постоянно ерзал, сидеть было больно, но он мужественно терпел, под спокойным взглядом Тэхёна. Необычное поведение парня заметили все.       — Минни, тебе джинсы жмут? — преувеличенно заботливо поинтересовался Намджун — Может быть они сели после стирки? Надень другие.       — Нет, все нормально с джинсами, они немного узкие, не привык еще. — ответил, внезапно покрасневший Чимин.       — Ты что красный такой, не заболел? — обеспокоенно спросил Хосок.       — Нет. Я не болен, все нормально. — быстро ответил омега и уткнулся в тарелку, и чего они к нему пристали? Не скажешь ведь, что задница горит огнем, Тэхён не пощадил его, всыпал по первое число! После порки прошло всего ничего*, так что ощущения были еще очень яркими. Омега радовался, что никто не обратил внимания на его красные от слез глаза и опухший нос, он совсем недавно реветь перестал.       — Не волнуйся, Хоба, Минни просто не выспался, вернулся вчера поздно. — объяснил Тэхён состояние омеги. Джей-хо понимающе кивнул, а Намджун усмехнулся, тоже как-то… понимающе.       — Джей-хо, как ты себя чувствуешь? — спросил Тэхён, он собирался поехать в больницу к мужу и хотел убедиться, что ничего не случится за время его отсутствия.       — Хорошо, — отозвался Хосок — насколько это вообще возможно. А почему ты спрашиваешь? Я плохо выгляжу? — забеспокоился омега, тема его внешности стала во время беременности очень актуальной! Первое время Хоба много плакал, он говорил, что становится похожим на бегемота и Намджун скоро его разлюбит. Друзья и особенно супруг убеждали его в обратном, но в целом эту тему старались избегать, убеждая омегу в его неотразимости.       — Дорогой, ты выглядишь прекрасно! — тут же, на автомате, ответил за Тэхёна Мон.       — Конечно, ты очень хорошо выглядишь. Мне нужно уехать, навестить Чонгука, вот я и спросил, чтобы знать, сможешь ли ты побыть дома один. — объяснил свой вопрос Тэ.       — Почему один? А я? — тихо вмешался в разговор Чимин.       — На тебя надежды мало, вдруг ты опять решишь погулять? — Тэхён сказал это, даже не взглянув на младшего омегу.       — Нет, я дома буду. С Хосоком. Если надо будет Скорую вызову и помогу. — ответил Чимин, ему вдруг стало очень обидно, что его вообще сбросили со счетов.       — Конечно, мне Минни поможет, если понадобится. — Хосок видел обиду младшенького и поспешил сгладить неловкий момент.       — Тогда мы вас оставим. Намджун, подвезешь меня до клиники? — Тэхён допивал чай, Мон уже поел и просто сидел за столом.       — Конечно, пошли. — альфы встали и направились к дверям, оставляя омег одних.       — Чем займёшься? — спросил Джей-хо.       — Если хочешь с тобой побуду, а если я тебе не нужен, то… пойду к себе, полежу, я и правда не выспался. — ответил Чимин, он очень хотел полежать и желательно на животе, но не хотел бросать беременного омегу одного.       — Ты мне всегда нужен, Минни. — Хосок погладил омежку по ладони, — но не сейчас, иди к себе, отдохни.       — Ладно, ты телефон из рук не выпускай, если что — звони. — попросил Чимин, он встал и медленно побрел в спальню. Джинсы действительно были слишком узкие, они давили на ягодицы и при ходьбе причиняли лишнюю боль. Джей-хо проводил его внимательным, ласковым взглядом, потом осторожно поднялся и заковылял к холодильнику.       В спальне Чимин стянул с себя неудобные штаны и улегся в постель в одном белье, потом подумал немного и снял боксеры, теперь на его многострадальную попу ничего не давило, кроме легкого пледа, омега задремал. Он не заметил, как открылась дверь и вошел Джей-хо. Минни вздрогнул от неожиданности, когда на его голые ягодицы опустилось что-то холодное.       — Не бойся, Чими, это лед. Он тебе поможет. — произнес Хосок, уже сидевший рядом с омегой на кровати.       — Как ты узнал? — пробормотал Чимин и спрятал пылающее лицо в подушку.       — Не трудно было догадаться. Тэхён очень переживал за тебя, потом разозлился, он весь вечер шипел, что Юнги тебя мало порол. — Хоба пожал плечами. Они с Намджуном еще вчера поняли, что Чимину не слабо достанется, когда тот вернется.       — Ты полежи так, скоро полегче станет. — Джей-хо осторожно укрыл парня пледом, провел ладонью по его волосам и вышел.       В это же время, около машины, шел еще один разговор, и тоже о Чимине.       — Ты молодец, что не оставил его выходку безнаказанной. — произнес Намджун, садясь за руль.       — Ты о чем? — невинно спросил Тэхён, устраиваясь рядом.       — О Чимине. Я давно предлагал хорошенько пройтись ремнем по его заднице, вот только Юнги любит этого засранца и жалеет. — альфа уверенно выводил тяжелую машину из гаража.       — Ты думаешь, я правильно поступил? — несмотря ни на что, Тэхёна терзали сомнения, он боялся, что Мин не одобрит этого и они поссорятся.       — Абсолютно. — ответил Мон, без тени сомнения в голосе.       — Боюсь Юнги будет другого мнения. — вздохнул Тэ.       — Он не узнает.       — Ты ему не скажешь?       — Нет.       — Но есть еще Хосок и сам Минни. И если Джей-хо может и не сказать, то вот Чимин наябедничает обязательно. Намджун вдруг громко рассмеялся, потом сказал.       — Минни? Расскажет? Зачем? Чтобы получить на орехи еще раз, уже от своего альфы? Не думаю, что Чимин такой глупый. Он будет молчать. Юни, конечно, его бить не будет, но вот накажет точно, так зачем же нашему мальчику рисковать. Так что не бойся, Тэ, никто ничего не узнает.       Тэхён улыбнулся и вздохнул, да, он погорячился, но может быть хоть это остановит омежку от необдуманных поступков и убережет его непоседливую задницу от неприятностей.       Остаток пути прошел спокойно, альфы в основном говорили о своих беременных омегах. А уж если совсем честно, они оба делились своими страхами, особенно Намджун, альфа очень боялся предстоящих родов Хосока.       — Знаешь, Тэ, ему скоро рожать, а я боюсь больше, чем он. — делился с другом Джун — У меня руки холодеют, только при одной мысли о родах, а этот… сидит в телефон играет, живот свой поглаживает и улыбается. — альфа тяжело вздохнул — А мне страшно… очень. На службе вздрагиваю от каждого звонка, боюсь, что началось. Надо мной уже посмеиваются, говорят — «Теперь мы знаем, чего боится наш бесстрашный комиссар» и ржут.       — У вас партнерские роды? — спросил Тэхён, у него была другая ситуация, он боялся потерять ребёнка уже сейчас.       — Ты что? — Мон смотрел на собеседника огромными испуганными глазами, он даже от дороги отвлекся — Нет, конечно. — альфа снова перевел взгляд на трассу — Мне сейчас-то страшно, а что там будет? Не хватало еще опозориться и грохнуться в обморок.       — Не ты первый, не ты последний. — усмехнулся Тэхён, он сам то, как раз хотел присутствовать на родах, хотя еще не сказал об этом Чонгуку.       — Нет, увольте. Я лучше за дверью подожду. Несколько минут альфы молчали, потом Мон спросил.       — Как там Гук-и? Все очень… плохо. — Намджун знал, что затронул болезненную для Тэхёна тему, но не спросить не мог.       — Не очень. Врач говорит, что уже все позади, малышу и омеге ничего не угрожает, ребенок нормально развивается… но мне все равно страшно. Я даже под дулом пистолета Со так не боялся. Как подумаю, что могу их потерять, жить не хочется.       — Спокойно, Тэша, спокойно. Ты же сам говоришь — сейчас все в порядке, за Чонгуком следят врачи, он в больнице, не паникуй.       — Сейчас беременность одиннадцать недель, почти три месяца, впереди еще полгода… — альфа вздохнул и замолчал, но было понятно, о чем он думал — за эти полгода может произойти все, что угодно.       — Не накручивай себя, все наладится, вот увидишь.       Тэхён кивнул и уставился в окно.       Три месяца назад наконец-то исполнилась его мечта — Чонгук забеременел, их счастью не было предела. Альфа был счастлив все эти месяцы, до того самого момента, когда в перерыве между его выходом на сцену, Гук-и не свалился без сознания. Тут же был вызван врач, он постоянно присутствует рядом с айдолом, который и занялся омегой, а самого Кима, почти силком, выпихнули к зрителям. Как Тэхён закончил то выступление, он помнил смутно, тогда он действовал как робот, четко выполняя отработанные часами действия, а потом ринулся к Чонгуку. Омега был бледным, но в сознании, уже вместе они поехали в клинику. Из объяснений доктора Тэ мало что понял, но одно он уяснил — Чонгук может потерять малыша! И пострадать при это сам… а пока ему нужно оставаться в больнице. Тэхён старательно держал себя в руках, он спокойно выслушал врача, успокоил омегу, устроил его в ВИП палате, поцеловал и ушел.       В машине, где его никто не видел, альфа уронил голову на руль и разрыдался. Спустя час с парковки клиники выехал автомобиль, за рулем которого сидел уже спокойный Ким Тэхён.       — А как настроение у Чонгука? — вопрос Намджуна выдернул альфу из воспоминаний.       — Боевое. — Тэ усмехнулся — Скучает жутко, ему там нечем заняться, он даже уговорил меня перевести его в общую палату.       — В смысле в общую? — удивился Мон, они всегда спрашивали о состоянии здоровья Чона, а вот о его бытовых условиях как-то речь не заходила, все и так понимали, что своего омегу айдол обеспечит всем самым лучшим.       — Ему скучно одному, вот Гук-и и попросил перевести его к другим омегам. — пояснил Ким — Да не переживай ты так, Джун-и, их в палате трое, не десять же человек. Я купил телевизор и холодильник, провел интернет, принес ему ноутбук, так что обеспечил всем необходимым. Его даже кормят из ресторана, который готовит только то, что доктор прописал.       — Ясно. Долго ему еще лежать?       — Две недели точно, я бы его вообще там на весь срок оставил, но врач говорит, это лишнее. Опасность миновала, и Гук-и вполне может находится дома, вот только от поездок нужно будет отказаться. — Тэ вздохнул — А у меня скоро гастроли.       — Не переживай, отвезешь его к Юнги, там Чимин, он точно не даст Чонгуку заскучать.       — Это меня и пугает. И потом, мы уже из дома Юнги гостиницу сделали, скоро это надоест Мину, и он прогонит нас поганой метлой.       — Не прогонит. — вдруг серьезно отозвался Намджун. — Юни очень боится одиночества, ему надо чтобы рядом кто-то был и желательно, чтобы этот кто-то нуждался в заботе.       — Почему?       — В детстве он частенько оставался один, родители запирали его в комнате и уходили на работу, в то время денег на няньку у них не было. Это уже потом нас оставляли вдвоем, меня и Юни, а потом и втроем, к нам присоединился Чонгук. Так что мы привыкли заботиться друг друге с раннего детства, особенно Юнги. Он присматривал за Чонгуком тогда, присмотрит и сейчас, не волнуйся. Ты Мина еще просить будешь отпустить к тебе мужа, хотя бы ненадолго. — серьезность Джуна ушла он улыбнулся ошарашенному Тэхёну.       — Хорошо бы если так. — Кима очень волновала предстоящая поездка, он будет отсутствовать больше месяца и отказаться нельзя, тогда придется платить огромную неустойку, а деньги им еще понадобятся, их много не бывает.       — Сведи Мина с доктором Чонгука, пусть они поговорят, и тогда твой омега даже дышать будет так, как доктор прописал, не говоря уже обо всем остальном. — посоветовал Намджун — Только Гук-и пока не говори, а то он сбежит из клиники и спрячется, он знает каким «заботливым» может быть наш Юнги.       Альфы рассмеялись, у Тэхёна камень с души свалился, его нерешаемая проблема неожиданно решилась сама собой, все-таки хорошо иметь друзей.       Джип въехал в ворота больницы и притормозил у черного входа, из машины вышел Тэхён, он всегда выходил именно здесь, у главного входа его караулили вездесущие репортеры и фанаты.       — Спасибо, Мон. Пока. — попрощался Ким и захлопнул дверь Мерседеса.       — Передавай привет Чонгуку. — ответил Джун и уехал.       — Передам. — уже в никуда сказал Тэ и вошел в здание.       — Господин Ким, Ваши цветы. — произнес омега-медбрат, входя в палату, то есть в начале в дверях показался огромный букет роз, и лишь потом за ним можно было разглядеть хрупкого омежку.       — Спасибо, поставьте сюда, пожалуйста. — Чонгук поднялся с кровати и вынул из вазы вчерашние цветы, освобождая место для свежего букета.       — А эти куда? — спросил медбрат, кивнув на цветы в руках омеги. Гук-и пожал плечами, выбросить красивый букет рука не поднималась, он даже не успел увянуть.       — Они такие красивые, и не завяли совсем. Можно я их себе заберу? — попросил смущенный омега, ему такого никогда не дарили, а так хотелось.       — Да, конечно. — Гуки протянул цветы парню — Я скажу мужу, чтобы их не приносили каждый день. — Чонгук даже покраснел немного, под завистливым взглядом Кёниля, соседа по палате.       — Я смотрю твой альфа не скупится. — сказал он, подошел и начал разглядывать розы, потом вдруг вытащил из них маленькую карточку и прочитал вслух — «Тебе, любовь моя, ты прекрасен, как эти цветы!»       — Кёни, тебя не учили, что читать чужие послания неприлично. — попенял молодому человеку, омега постарше. Его звали Мирэ, он ждал уже третьего ребенка, с которым вдруг что-то пошло не так и омегу срочно поместили в больницу.       — Отдай. — воскликнул Чонгук и выдернул карточку из рук любопытного омеги.       — И пожалуйста… тоже мне, выпендрежник. — недовольно высказался Кёниль.       — Не завидуй, Кёни, лучше включи телевизор. — попросил Мирэ, он боялся, как бы Чонгук не ответил, тогда ссоры не избежать.       Омега послушно щёлкнул пультом и на экране появился диктор новостей, он рассказывал о предстоящем турне знаменитого певца, Ким Тэхёна, за спиной рассказчика появилась огромная фотография айдола. Все присутствующие в палате не могли оторвать от него глаз. Мирэ и Кёниль просто любовались альфой, а Чонгук думал о том, что у мужа, на этом фото, прическа не очень удачная, сейчас лучше.       — Какой красавец. — Кёниль томно вздохнул и продолжил — Вот достанется же кому-то…       — Уже достался. — ответил Мирэ — Ким Тэхён в браке.       — Омега не стена, можно и подвинуть. — фыркнул Кёниль.       — Смотря какой омега, говорят он у него не промах, бывший полицейский, да и сам Тэхён в нем души не чает, так что… — Мирэ развел руками — ты в пролете, так же, как и я, и многие другие.       Чонгук в разговоре не участвовал, он прилег на кровать и загадочно улыбался, ему было смешно наблюдать, как эти двое делят его мужчину.       — Чего лыбишься? — тут же прицепился к Чонгуку неугомонный Кёниль — Еще скажи, что он тебе не нравится.       — Нравится. — послушно отозвался Гуки, его улыбка стала еще шире.       — А я даже на концерт к нему не могу попасть. Билеты стоят как чугунный мост. — недовольно бурчал Кёни, устраиваясь на кровати.       — А я был. — Чонгук не мог промолчать, ему нравилось дразнить этого омегу, хоть какое-то развлечение.       — Да ты что! Правда? И как он?       — Нормально, поет классно.       — Поет! А двигается как! Это же вынос мозга! Я прям теку, как его вижу. — разоткровенничался Кёниль.       — Кёни, успокойся. — остановил парня Мирэ — У тебя свой альфа есть.       — Есть, конечно, но помечтать то можно.       — Мечтай про себя. — Мирэ явно надоел этот разговор, тем более что из динамиков уже слышался божественный голос Кима, хотелось слушать его, а не пошлые откровения соседа. Однако, когда песня закончилась, разговор продолжился и начал его, опять же, Кёниль.       — Из зала смотреть это одно, а вот бы познакомиться с ним поближе… — мечтательно произнес омега.       — Ты успокоишься сегодня или нет. — недовольно прервал Кёниля Мирэ, Чонгук усиленно делал вид, что играет в телефон.       — И чего ты такой скучный, Мир, даже помечтать не даешь.       — Не стоит мечтать о том, чего ты никогда не получишь. — вдруг тихо, но уверенно ответил Чонгук.       — Может получу! Тебе то откуда знать?       Перепалку омег прервал приход медбрата, он привез завтрак. Как всегда, два подноса, на одном стояли блюда больничной кухни, а на другом — еда из ресторана, для Чонгука. Аппетита у омеги не было, периодически его мучил токсикоз, так что Гуки смирился с таким положением вещей, ресторанную еду он хоть как-то переносил, в отличии от больничной.       — Почему это ему носят другую еду. — возмутился опять же Кёниль, нехотя поедая кашу, в тарелке у Чонгука было тоже блюдо, но вот выглядело оно гораздо лучше.       — Господину Киму, приносят еду из ресторана, так захотел его альфа, он же её и оплачивает. — объяснил медбрат, он уже говорил об этом, но спорить с беременными не собирался, себе дороже.       — Выпендрежник. — буркнул омега и окатил Чонгука презрительным взглядом.       — У меня токсикоз, я не могу есть больничную еду. — почему-то Чонгуку захотелось оправдаться.       — У всех токсикоз… — не унимался омега.       — Но не у всех богатый альфа. — Мирэ стал жутко раздражать этот неугомонный — Ешь молча, Кёни.       Возражать старшему, Кёниль не посмел и остаток завтрака прошел спокойно.       — Если твой альфа настолько богатый — снова заговорил Кёниль, (Мирэ закатил глаза — да когда это кончится!) то пусть тогда организует тебе личную встречу с этим певцом. Что? Слабо? Вот так-то! — торжествующе закончил омега. Он был доволен собой, есть что-то — чего не может альфа этого Чонгука, а то и цветы ему каждый день, и еда из ресторана, и телевизор в палату, даже интернет для него провел. Одно слово — выпендрежник!       — Я попрошу. — покладисто согласился Гуки — Может быть и устроит.       — Ага, жди! Как же, так прям этот айдол и побежал с тобой встречаться! — фыркнул Кёниль уверенный в своей правоте.       Неожиданно раздался стук в дверь, и все обернулись.       — Можно? — не дожидаясь ответа дверь открылась и на пороге застыл Тэхён, это был первый раз, когда Тэ пришел в палату, до этого супруги встречались только в кабинете главврача, но сейчас он был заперт, а Киму просто необходимо увидеться с мужем.       — Входи. — ответил Чонгук и сел на кровати, он с широкой улыбкой смотрел как супруг склонился в приветствии, здороваясь с остальными омегами, потом подошел к нему и легонько поцеловал в губы.       — Здравствуй, мой хороший. Как ты себя чувствуешь? Покушал? — спросил Тэ и опустился на кровать рядом с любимым.       Чонгук кивнул, он сиял улыбкой, во все лицо, чем немного удивил и обрадовал альфу, если улыбается значит все хорошо.       — Простите. — обратился Ким к омегам, которые смотрели на него открыв рот, не веря своим глазам — Я вам, наверное, помешал. Главный врач ушел и закрыл кабинет, потому я и пришел сюда, обычно мы с мужем встречаемся там.       Кёниль и Мирэ молчали, они просто тупо пялились на альфу и не могли вымолвить ни слова.       — Милый, я что-то сделал не так? — тихо спросил Тэхён у Чонгука — Мне не надо было приходить? Да? Что ты смеёшься Гуки? На них что, столбняк напал? — недоумевал альфа, глядя на хохочущего супруга.       Чонгук улегся головой на колени альфы и не мог остановиться, ему давно не было так весело! Выражение лица Кёниля нужно было запечатлеть в веках! А еще лучше поместить его фото в словарь под словом «Охуевший», именно так омега сейчас и выглядел, хотя Мирэ тоже был удивлен, но он быстрее пришел в себя (хотя бы рот закрыл и то хорошо).       — Извините, господин Ким, я был занят. — в палату вошел главврач — Вы можете пройти в мой кабинет, пообщаться со своим супругом, там вам никто не помешает.       — Успокойся уже, Гук-и и пойдем, не будем никому мешать. — Тэхён встал, поднял омегу на руки и вышел, проделав все это в полной тишине, никто из омег, кроме хохочущего Чонгука, не проронил ни слова.       — Что ты собираешься сделать? — тихо переспросил Чонгук.       — На время моих гастролей, ты поживешь у Юнги. — повторил Тэхён и подумал, а Намджун то был прав, не надо было заранее говорить об этом омеге, что-то он не очень рад такой перспективе.       — А почему не тюрьме? — вдруг произнес Чонгук — Договорись с Джуни, он поместит меня в камеру, и все… на месяц ты свободен и со мной ничего не случиться.       — При чем здесь тюрьма? — недоумевал альфа.       — А при том, что там у меня будет больше свободы, чем в доме у Юнги! — омега волновался все больше и больше. — Это он только со своим Чимином сладить не может, а вот со мной церемониться не будет!       — О чем ты, милый? Я не понимаю…       — Юни будет контролировать каждый мой шаг, что я ем, куда хожу, как тепло одет, не холодно ли мне или не жарко, может быть, для меня нужно вызвать ветер или погасить солнце! Вдруг оно светит мне в глаза и мешает отдыхать! — омега горячился все больше и больше, чем развеселил альфу и доктора, который невовремя вернулся.       — Что? Смешно вам, нашли над чем смеяться… — Чонгук неожиданно всхлипнул, по его щекам покатились слезы, смена настроения была нормальной в его положении, но всегда очень пугала альфу.       — Радость моя, только не плачь. — Тэхён тут же кинулся утешать супруга — Не все так плохо, с тобой будет Чимин, а Юнги не всегда дома, он же в офис ездит и в командировки. Успокойся, пожалуйста, я поговорю с ним, и он не будет с тобой слишком строгим. — Тэ вытирал с лица омеги соленые дорожки и уговаривал супруга как мог (кстати, выполнять свои обещания он и не собирался, его, все перечисленное Чонгуком, вполне устраивало).       — Поговоришь? — всхлипнул омега.       — Конечно, поговорю. — альфа был очень убедительным, хотя доктор, кажется, ему не поверил.       — Ну ладно, все равно дома одному скучно будет, а там хоть на улицу можно выйти спокойно. — согласился Чонгук.       — Вот и хорошо, вот и договорились. — Тэхён прижал к себе мужа и погладил его по волосам. Он улыбнулся, да против сущности не попрешь, омега есть омега, даже если он когда-то работал в полиции и выглядит как крутой мачо, в душе он все равно хрупкий, ранимый омежка.       — Когда вы меня выпишите, доктор. — спросил успокоенный Чонгук.       — Не раньше, чем через две недели. Нужно закончить курс терапии.       — А ты когда уезжаешь? — этот вопрос уже к мужу.       — Через месяц, у нас будем время устроить тебя у Юнги.       — Чего меня там устраивать-то… — забухтел Чонгук — у него там все есть. Мин вообще может подрабатывать тем, что будет селить у себя беременных и ухаживать за ними… то Хосок, теперь я… кто следующий? Минни?       — Скорее всего да. — ответил Тэхён и серьёзно продолжил — Остальные его друзья альфы, вряд ли они надумают рожать. Правда доктор?       — Конечно, я еще ни разу не принимал роды у альфы.       — Какие же вы все-таки вредные! — надулся Чонгук, когда понял, что альфы над ним прикалываются.       Через час Чонгук вернулся в палату, как только он вошел разговор сразу стих, из чего Гуки сделал вывод, что говорилось о нем, точнее… о них! Омега подошел к кровати и сел на нее, взяв в руки телефон, он хотел поиграть, но ему помешал Кёниль.       — Гук-и, а это был… твой альфа?       — Да, это был мой муж.       — И он… — омега обернулся к телевизору, по которому в записи шел концерт Тэхёна, указал на экран пальцем и закончил вопрос — …это он?       — Да, это он. Его зовут Ким Тэхён, я его омега, тот самый, который не стенка, но вряд ли у тебя получиться меня подвинуть, и да… Кёниль, ты его никогда не получишь, даже не мечтай. — сказав все это растерянному омеге, Чонгук улегся на кровать и уставился в телефон, давая понять, что разговор окончен.       — Прости, его Гук-и. — рядом Чонгуком присел на кровать Мирэ — Не принимай близко к сердцу, это же просто фантазии, ну кто из нас не мечтал о знаменитостях. — омега взглянул на другую кровать на ней, уже хлюпая носом лежал Кёниль, он свернулся клубочком, прижав колени к груди и явно собирался разреветься. Несмотря ни на что Чонгуку стало жаль его, парень был ненамного младше Чона, но… поглупее что ли, инфантильнее, он ни дня не работал, закончил только школу и сидел на шее у мужа. Гук кивнул Мирэ, встал и пересел поближе к уже плачущему омеге.       — Кёни, ну ладно… чего ты ревешь? Не надо. — он погладил парня по плечу и продолжил уговаривать — Тебе плохо будет, и доктор назначит тебе уколы, а они знаешь какие болючие, так что успокаивайся. Давай не будем ссориться, нам еще две недели рядом жить. Давай?       — А ты мне билет достанешь? — омега вытер слезы, шмыгнул носом и добавил — На концерт? Попроси у мужа, пожалуйста, мне так хочется… а мой альфа не покупает, говорит дорого.       — У него сейчас нет выступлений, а потом он уедет на гастроли, так что следующий концерт в Сеуле где-то не раньше, чем через три месяца. Я сейчас не знаю точного расписания.       — Ну во-о-о-от, опя-я-ять мне ничего не доста-а-анется-я… — заревел Кёниль с новой силой.       — Чего не достанется то? — не понял Мирэ.       — Биле-е-ета-а-а… — проскулил омега, он уткнулся в подушку и ревел уже в голос.       — Тише, Кёни, тише, я попрошу Тэшу и он выпишет тебе контрамарку, сам, свою, личную, ты будешь сидеть в Фан-зоне, ближе всех к сцене. Правда-правда, я тебе обещаю. Вот завтра же попрошу. Не плачь. — уговаривал Чонгук омегу, он вдруг очень испугался как бы из-за такой, в общем- то, ерунды, Кёниль не потерял ребенка! Так волноваться из-за билета на концерт! Эти фанаты все что ли сумасшедшие! То Сокджин с ума сошел, даже на убийство решился ради Тэхёна, то этот омежка — ревет как по покойнику!       Поведение соседа испугало не только Чонгука, Мирэ вскочил и нажал кнопку вызова медперсонала, через несколько минут в палату вбежал врач и бета-медбрат. Они даже не спрашивали, что вызвало такую реакцию омеги, просто сделали укол, напоили водой и уложили в постель. Вскоре Кёниль уже спал.       — С такими соседями родишь раньше времени. — произнес Мирэ.       — Да я то что? Он сам во всем виноват. — ответил Гук-и на несправедливые обвинения старшего.       — Ты его дразнишь все время. Вот вроде взрослые люди, беременные уже, а ведёте себя как дети малые.       — Ладно, я больше не буду. — ответил пристыженный Чонгук, он и правда иногда перебарщивал в разговоре с соседом.       — Вот то-то же.       — Пойду погуляю. — сообщил Чонгук и встал.       — Куртку надень, на улице холодно. — тут же отозвался Мирэ.       Чон закатил глаза, и этот туда же!       Интересно, с какого момента он перестал быть взрослым самостоятельным человеком и превратился в существо, которым все норовят руководить и указывать, что надо делать, а чего не надо! Омега вздохнул и ответил самому себе, наверное, в тот самый миг, когда поняли, что внутри него теперь еще одна жизнь, которую все хотят беречь, так же, как и он сам, эта жизнь стала и для него дороже своей собственной…       Гуки послушно надел куртку на спортивный костюм, в котором ходил по палате (от больничной пижамы он отказался категорически!).       Чонгук хотел пройти через заднюю дверь, которая ведет сразу в небольшой больничный парк, но передумал. По парку он быстро нагуляется, а в палату не хотелось и Чон решил пройтись по самой клинике. Он сходил в детское отделение, посмотрел на малышей, умилился, даже всплакнул малость, потом все же решил выйти на улицу, через главный вход, уже на подходе Чонгук вдруг услышал знакомый до боли голос.       — Что вы замерли? Вы что оставите его здесь? Он вообще-то рожает! Воды уже два часа как отошли, схватки регулярные, ему срочно нужен врач!       Чонгук пошел быстрее, чтобы поскорее увидеть говорящего, голос он узнал, просто не мог поверить, что именно этот человек говорит так спокойно, уверенно и требовательно! Уже подходя ближе, Гук услышал ответ медбрата и снова тот же голос.       — Что значит — нет свободных врачей. У нас свой врач, оплаченный, который должен быть здесь, он прекрасно знает, что роды начались, мы ему позвонили, прежде чем ехать.       — Но вашего доктора сейчас нет в клинике и свободных одиночных палат тоже. — бета-медбрат уже начал заметно нервничать, его немного пугал этот человек, он просто давил на него своей бешеной аурой, а от сладкого запаха пионов вообще можно задохнуться.       — Значит сделайте так, чтобы наш доктор побыстрее оказался тут, и палату нашу, оплаченную так же, предоставьте! — парень громко хлопнул ладонью по стойке регистратуры, бета вздрогнул и схватился за телефон. Он хотел как-то отвлечь этого человека, смотрящего на него взглядом убийцы, но парень отвлекся сам, за его спиной раздался протяжный болезненный стон и тот, обернувшись, тут же переключился на омегу в инвалидном кресле.       — Хоба, солнышко, потерпи, потерпи немножко. — заговорил юноша совершенно другим голосом, теперь в нем слышалась любовь и забота — Скоро придет врач, он тебя посмотрит, в палату отвезет, и все будет хорошо. — уговаривал он бледного, глубоко беременного омегу, по щекам которого текли слезы и который явно с трудом сдерживал крик.       Отойдя от шока после увиденного, Чонгук решил подойти к друзьям, которые были увлечены каждый своим и не видели его.       — Чимин? — позвал Чон, именно его голос Гуки узнал, но до конца не верил, что их ветреный омежка может быть таким уверенным в себе и… властным!       — Гуки! Привет, ты как здесь? На такой глупый вопрос, Чон улыбнулся.       — Нет-нет, я знаю, что ты здесь делаешь. Я спрашиваю, почему ты тут, в приемном покое? Иди в палату, тут Хосок рожает, тебе здесь не место. — Чимин схватил друга под локоть развернул к дверям и подтолкнул к ним, приговаривая — Иди-иди, тебе рано еще… а то насмотришься, вдруг плохо станет. Мне Тэхён не простит.       Изумленный донельзя таким поведением Чимина, Чонгук послушно сделал несколько шагов в указанном направлении, но потом обернулся и хотел вернуться, этот маневр заметил вездесущий Минни и строго произнес:       — Чонгук, иди в палату, я серьезно. — он даже пальцем ткнул, указывая на дверь.       Глазки Чонгука мгновенно наполнились слезами, вот что это такое? Почему все им командуют? Он что уже не человек, что ли? Даже Чимин, который намного младше, совершенно с ним не считается. Омега шмыгнул носом и вытер его рукавом куртки.       — Чшшшш, тише, Гук-и не плачь, я не хотел тебя обидеть, но тут и правда тебе не место, Хоба… — парень кинул взгляд на Хосока, который пока отдыхал после очередной схватки, но был весь в слезах и очень бледный -… рожать надумал, а в этой клинике как будто ничего не знают, ни о палате, ни о враче, ждите своей очереди… как ждите то? Мне что сказать ребенку — «Подожди малыш, сейчас палата освободится тогда и появишься на свет?» Я-то скажу, но вряд ли он меня послушает! Намджун где-то в управлении, он не может пока приехать, Тэхёни, как назло, в пробке, про Юнги я вообще молчу, он обещал быть только завтра, да и то неточно. Так что разбираться пока со всем этим буду я, поэтому прошу — иди в палату, так и тебе и мне спокойнее будет. Хорошо? Чонгук слушал Чимина и кивал, пока тот вытирал с его щек мокрые дорожки.       — Вот молодец, умница — шептал Минни и уже гладил Чонгука по голове — Пойдёшь? А как Тэша приедет он к тебе зайдет.       Чон снова кивнул и вздрогнул, Хосок вдруг выгнулся в кресле и закричал. Пак уже не церемонясь подтолкнул Чона к дверям, а сам бросился к Джей-хо.       — Хоба, дыши, держи меня за руку и дыши, помнишь, как доктор учил? Давай, вместе…       Что было дальше Чонгук не слышал, он еще думал уходить или нет, но тут рядом оказался его лечащий врач, он уже просто потащил омегу за руку к выходу, а в коридоре передал с рук на руки двум медбратьям.       Через четверть часа измученного Хосока увезли готовить к родам, туда никого не пускали. Джей-хо хватался за друга как за спасательный круг и кричал что не хочет оставаться один, ему обещали, что обязательно пустят в палату Чимина, после того как самого омегу подготовят к родам.       — Где его альфа? — спросил врач — У них партнерские роды, его тоже надо… подготовить, объяснить, как себя вести и…       — У кого партнерские роды? — перебил доктора изумленный Пак.       — Ким Хосок, оплатил партнёрские роды, он очень настаивал на них, теперь я вижу почему. — пояснил врач — Некоторым тяжело рожать если рядом нет их альфы, супруг должен помочь, поддержать омегу.       Чимин глубоко вздохнул… как бы при таком раскладе самому альфе не пришлось помогать и поддерживать.       — Хорошо, доктор, я понял, его муж скоро приедет, а пока давайте я с ним побуду.       — Нет, вы слишком молоды, еще не рожали, мы не рекомендуем омегам в вашем возрасте присутствовать при родах. — тут же запротестовал доктор.       — Ничего страшного, считайте, что я не послушался ваших рекомендаций. Его альфа очень влиятельный человек, он будет страшно зол, если мы с вами не договоримся. — Чимин умел уговаривать, и врач был почти согласен, но все решил красивый высокий альфа, который буквально ворвался в кабинет и бросился к ним.       — Чимин! Где Хоба? Что с ним?       — А вот и наш альфа! — произнес доктор, омега решительно кивнул, и они оба, подхватив под руки ничего не понимающего Тэхёна, потащили его в родовую.       Перед входом в палату на растерянного альфу натянули халат, бахилы и шапочку, заставили вымыть руки, нацепили на лицо маску и втолкнули внутрь. Следом в точно такой же экипировке вошел Чимин.       На кровати метался Хосок, переживая очередную схватку и стараясь не кричать, он тихонько подвывал, ожидая, когда же кончится эта пытка. Его взгляд мазнул по вошедшим, которых он тут же узнал…       — Тэ-э-э… — провыл Джей-хо и протянул руку к альфе и получил в ответ крепкое пожатие друга.       — Я здесь, Хоба, здесь… С другой стороны кровати, за другую руку омегу держал Чимин.       — Хосок-и, мне здесь не место, я понимаю — заговорил Тэхён, как только боль отпустила омегу — меня приняли за твоего мужа, Намджун скоро приедет.       — Нет… не уходи… пожалуйста… — забормотал Хосок — Джуни сюда не придет… он и не хотел… это все я…       — Я знаю, что не хотел, но и меня тут быть не должно. — альфа гладил по пальцам, сжимающим его ладонь, успокаивая омегу — Здесь должен быть либо Намджун, либо кто-то еще, но никак ни я.       — Я знаю, но ты все равно останься… — по щекам Джей-хо потекли слезы, и он проскулил — Не бросайте меня-а-а… мне страшно-о-о…       — Мы не бросим, Хоба, не бросим. — упокоил друга Чимин и очень выразительно посмотрел на Тэхёна, тот вздохнул и кивнул.       Все равно доктор сказал, что ничего лишнего альфа не увидит, так что… он попытается объяснить всю эту абсурдную ситуацию Намджуну и… Чонгуку! Не хотелось бы ссориться ни с мужем, ни с другом, но сейчас не время, сейчас надо о Хосоке думать. Омегу опять скрутило болью, и он вцепился в спасительную ладонь Кима со всей силой, тот сжал пальцы омеги в ответ. Да, это будет тяжелый день…       — Ты чего такой потерянный вернулся? — спросил Мирэ как только Чонгук переступил порог палаты.       — Мой друг рожает, — Чон прошел и сел на свою кровать — а меня прогнали.       — Правильно, нечего тебе там делать. — уверенно ответил старший и сел рядом, поглаживая свой уже довольно большой живот.       — Я помочь хотел.       — Там есть врачи, они помогут.       — Угу… — тихо ответил Чонгук и сжал руки в замок, его немного трясло. Мирэ заметил это, обнял младшего за плечи и спросил:       — Как много ты увидел? Испугался?       — Да… очень. — Чонгук вдруг прижался к старшему, тот сжал его плечи в ответ, давая поддержку.       — Вот поэтому нас и держат подальше от родильного отделения. Ты не бойся, я вот уже двоих родил. Ничего, живой как видишь, скоро третий появится.       Чонгук вытер нос и слезы рукавом и снова угукнул, ему было очень жалко Хосока… тот был совсем один, Гуки знал, что Чимина в силу возраста не пустят в родовую, а Намджун приедет скорее всего не скоро.       — Полежи, отдохни, тебе вредно волноваться. — Мирэ убрал руки с плеча младшего и настойчиво укладывал его в постель, Гуки начал было сопротивляться, но старший вдруг строго произнес — Ложись немедленно, а то доктора позову, он тебе тоже укольчик впаяет, как Кёнилю, уснешь как миленький, только вот попа после него сильно болеть будет, так что давай уж лучше сам.       Чонгук послушно улегся, Мирэ укрыл его одеялом, провел ладонью по волосам и ушел к себе на кровать, а Гуки понял теперь, как этот хрупкий омега справляется с двумя детьми и мужем. Так строго с Чоном никто и никогда не разговаривал, даже родители, такому тону не хотелось сопротивляться. Гуки закрыл глаза и неожиданно уснул, хотя казалось бы — сна не было ни в одном глазу.       — Милый, просыпайся, открывай глазки, мой хороший. — Тэхён сидел на кровати рядом со спящим супругом, он гладил его по волосам и лицу, пытаясь осторожно разбудить. Альфа не стал бы тревожить сон своего омеги, но доктор велел, иначе ночью у Чонгука будет бессонница, а вот это не есть хорошо.       Кёниль и Мирэ с тихой завистью смотрели как нежно альфа прикасается к лицу Чонгука, как ласково проводит по волосам, как тихо шепчет на ухо, стараясь не напугать его. К сожалению, их супруги уже давно перестали быть такими, любовная лодка Мирэ разбилась о быт, а у Кёниля любви то, как таковой и не было, только расчет, причем с обеих сторон. Альфа хотел ребенка, а сам Кёниль — обеспеченную жизнь. А вот теперь они безумно завидовали этому омеге, который завоевал сердце самого красивого мужчины страны. Омеги сидели тихонько, боясь спугнуть такой интимный момент.       — Тэша… — сонно пробормотал Чонгук, он вдруг сел на кровати и встревоженно заговорил — Тэ, Хосок рожает! Намджун приехать не может, Юнги в командировке, а меня не пустили!       — Тише-тише, не надо так волноваться, тебе плохо будет. С Джей-хо все в порядке, он уже родил. Доктор сказал, что роды были быстрыми, четыре часа всего, хотя нам так не показалось. — альфа устало улыбнулся — Намджун уже с ними, теперь у него две омеги.       — Хосок родил омежку? Правда? Здорово. — Гуки успокоено улыбнулся супругу — А он сам как?       — Хорошо, он молодец. Правда я чуть не оглох от его криков и Хоба мне едва руку не сломал, а так все в порядке. — Тэхён вдруг замолчал, он закусил губу и смотрел на мужа, понимая, что проговорился… он ждал реакции.       — Подожди, а ты то тут при чем? — удивленно спросил Чонгук — Ты что с ним в родовой был?       — Гуки, солнышко… так получилось, — замялся Ким, вот сейчас он и получит от мужа по полной, хорошо хоть в палате нет ничего тяжелого, да и не одни они.       — Как получилось? Да говори ты толком!       — Доктор принял меня за супруга Джей-хо, а Чимин, дрянь такая, подтвердил, ну то есть… не возражал. Хосок, конечно, меня сразу узнал, я хотел уйти, но Хоба… понимаешь ему было очень больно, он так вцепился в меня и просил остаться. Я не мог его бросить! — уже в отчаянии выговорил Тэхён, хотя его омега как-то подозрительно спокойно отнесся к данной информации.       — А со мной ты пойдешь рожать?       — Ты не сердишься?       — Ответь на вопрос.       — Да, если ты хочешь.       — Хочу, очень хочу, я просто не знал как ты к этому отнесешься.       — Я сделаю все, как ты хочешь. — Тэ обнял Чонгука и поцеловал омегу в волосы, надо же, все прошло гораздо лучше, чем он ожидал! Намджун был очень благодарен, что его омегу не бросили одного, тем более что доктор, когда понял свою оплошность, быстренько объяснил Мону, что этот альфа видел его омегу только до пояса, все что ниже было скрыто ширмой. А Чонгука похоже волновало только одно — пойдёт ли Тэхён с ним в родовую, не бросит ли. Сам альфа думал, что омегу придётся долго уговаривать, а тут, из-за Хосока, Чонгук сам предложил партнерские роды, кажется, друзья снова помогают решить его проблемы.       — А Чимина тоже пустили в родовую? — вдруг спросил Чонгук. -       Пустили. Наш Минни крепкий орешек, — улыбаясь ответил Тэхён — я знал, что он сильный мальчик, но что настолько. Он был спокоен как удав — восхищенно говорил альфа — выполнял все, что говорили врачи, помогал Хосоку как мог, дышал вместе с ним, и где только научился. Он даже пуповину сам перерезал.       — Как это ему доверили?       — Ну сначала то они мне предложили… они же думали — я отец, я, естественно, отказался, тогда Минни взял ножницы и сделал все сам.       — Здорово. — восхитился Чонгук.       — Наверное… — протянул Тэхён, он то как раз не был так восхищён произошедшим. Да, он хотел присутствовать на родах супруга, но не ожидал что все будет проходить так как прошло. Его до сих пор потряхивало малость, но Ким решил, что он пройдет через это второй раз, он не оставит Чонгука одного, тем более теперь, когда увидел, насколько это трудное дело… рожать!       — А мне можно посмотреть на малыша? — глазки омеги загорелись восторгом и любопытством.       — Можно, только вначале тебя осмотрит доктор.       — Зачем? Со мной все хорошо. — запротестовал Чон.       — Вот доктор в этом и убедится. И не вздумай протестовать, а то никуда не пойдешь. — добавил Тэхён глядя на обиженно надутые губки омеги.       — Да, Гук-и, не спорь, ты переволновался, пусть тебя врач осмотрит. — поддержал альфу Мирэ, и был одарен благодарным взглядом и улыбкой Тэхёна, альфа был рад поддержке.       — Конечно, а то мало что… — Кёниль тоже решил поучаствовать в разговоре и покраснел, когда айдол всея Кореи, Ким Тэхён так же ответил ему своей необычной квадратной улыбкой.       — Ладно-ладно, навалились все. — недовольно буркнул Чонгук и встал, он ненавидел эти осмотры, хотя и понимал, что деваться то некуда, да и увидеть наворожденного малыша очень хотелось.       — Хочешь, я тебя на ручках понесу? — хитро спросил Ким, вставая рядом с супругом и целуя его в висок.       Гордый Чон Чонгук, бывший полицейский и крутой мачо, хотел громко ответить — нет, но омега внутри него послал это желание в нокаут и ответил — да! причем голосом Чонгука, тихо, но радостно.       Альфа подхватил Чона под плечи и колени, прижал к себе и вынес из палаты доверчиво прильнувшего к нему супруга.       — Завидую… — с тяжелым вздохом произнес Кёниль.       — Я тоже… — эхом отозвался Мирэ.       — Вот почему одним все, а другим ничего?       — Завись плохое чувство, Кёни, да и чему завидовать? Думаешь просто так Чонгук уже две недели в больнице торчит? Он чуть ребёнка не потерял, а его муж почти полгода был в плену, его похитил какой-то фанат и держал взаперти. Об этом все СМИ кричали… так что они свою любовь выстрадали. — Мирэ пожал плечами и устроился на своей кровати.       — Да, как говориться — богатые тоже плачут. — глубокомысленно произнес Кёниль и решительно закончил: — Я тоже буду счастливым, вот рожу малыша и буду. Уж он то точно будет меня любить.       — Это да, дети любят нас просто так… потому что мы есть! — ответил Мирэ и закрыл глаза, еще не хватало разреветься перед этим мальчишкой.       — Ой, он такой хорошенький… — прошептал Чонгук разглядывая ребенка на руках у Намджуна. Хосок спал спокойным сном, после всех медицинских манипуляций, он даже не почувствовал нежный поцелуй от супруга, который тихонько прикоснулся губами к его щеке и тут же вышел.       — Да, самый красивый малыш в мире. — гордо ответил новоявленный отец и вдруг смущенно покраснел.       Все понимающе кивнули, конечно, для родителей именно их ребенок самый лучший, самый красивый, самый- самый…       Тэхён осторожно обнял Чонгука со спины, устроив ладони на животе у омеги, потом осторожно погладил едва выпирающий животик супруга. У них тоже будет ребенок, они оба постараются чтобы их общая мечта сбылась. Чон откинул голову на плечо альфы, потом чуть повернулся и поцеловал его в шею, он без слов понял желание мужа и был с ним полностью согласен.                               

***

      — Дыши, Гук-и, дыши… постарайся, слушай меня, хороший мой… Дикий крик Чонгука полоснул альфу по ушам, ему внезапно самому захотелось разреветься…       Тэхён уже присутствовал на родах и видел, насколько это больно, но одно дело, когда кричит не твой омега, пусть даже друг, и совсем другое, когда на кровати извивается от боли и криком кричит твой любимый человек!       — Я… не смогу-у-у! — провыл Чонгук и выгнулся от очередной схватки едва не сломав позвоночник.       — Сможешь, милый, сможешь… — шептал Тэхён, прижимая к себе рыдающего супруга.       Эта пытка продолжалась уже более пяти часов, Чонгуку повезло меньше, чем Хобе, эти роды не были стремительными, они шли своим обычный чередом, изматывая и омегу, и альфу, и даже врачей.       — Хорошо, Чонгук-и, все идет хорошо. — произнес доктор и замер между раздвинутых ног омеги, натягивая перчатки. Ширмы на этот раз не было, омега хотел видеть, что с ним будут делать, хотя теперь Чону уже совершенно этого не хотелось! Ему и так больно, а сейчас врач начнет засовывать в него пальцы, а может еще чего похуже, например металлический расширитель, и боли будет в разы больше!       — Не-е-ет… — проскулил омега — не на-а-адо-о… — кричать уже сил не было, однако после действий доктора, силы внезапно появились и Чонгук завопил громче прежнего.       — Доктор, что Вы делаете? — недовольно спросил Тэхён.       — Помогаю Вашему мужу разродиться… иначе ребенок его порвет. — спокойно ответил врач, под непрекращающийся крик омеги.       — Все-все… отдыхаем. — произнес акушер, снимая перчатки.       — Отдыхаем, мой хороший… — повторил за доктором альфа и вытер слезы с лица Чонгука, тот всхлипывал, периодически крупно вздрагивал всем телом и едва не задыхался после долгого плача.       — Думаю осталось совсем немного, роды вошли в заключительную стадию. — врач стоял рядом с омегой и говорил ему, хотя вряд ли Чон понимал его в полной мере, сейчас он почему-то слышал только Тэхёна.       — Что это значит? — альфа это тоже понимал и уже несколько часов служил переводчиком между персоналом и супругом.       — При следующей схватке надо будет тужиться, проще говоря омега должен выталкивать из себя малыша. Помогать ему выйти.       — Хорошо, я понял, нам на курсах объясняли. — кивнул Ким.       Они очень тщательно готовились к этому действу, прочли массу книг и сходили на все занятия, но вот сейчас все это почти мгновенно выветрилось из головы альфы, а омега вообще ничего толком не соображал, и только врач, хоть как-то помогал вспомнить, что и как надо делать.       — Гук-и родной, послушай меня, сейчас, когда доктор скажет, ты будешь тужиться, ты помнишь нам рассказывали… — альфа сжал ладонь мужа в руке, привлекая его внимание, Чон слабо кивнул, в его голове было только одно — сейчас ему снова будет больно!       Внезапно пришло воспоминание — несколько лет назад его ранили в перестрелке, ранение было серьезное, до больницы далеко и врач не придумал ничего лучшего, чем зашивать рану в полевых условиях, без наркоза. Чонгук тогда сорвал голос, омега думал, что уже ничего больнее этого не бывает… как же он ошибался!       Воспоминание оборвалось… наступила последняя стадия… Чон вздохнул поглубже и закричал, этим криком помогая и себе, и малышу… после третий попытки родзал огласил уже другой крик… и нет это был не Тэхён, комнату огласил пронзительный крик ребенка, который возвестил о своем приходе в этот мир.       — Поздравляю, у вас альфа. — улыбаясь произнес акушер и протянул ножницы новоиспеченному отцу, альфа посмотрел сначала на них, потом на ребенка и… свалился в обморок.       — Хм… не ожидал. — удивился врач и сам перерезал пуповину, а потом отдал малыша в заботливые руки акушера-омеги.       — Доктор, Вы про моего альфу не забыли? — тихо спросил Чонгук и шмыгнул носом. Сильная боль ушла сразу, как только малыш покинул его тело, и омега уже вполне пришел в себя, то, что Чон чувствовал сейчас, он мог терпеть, а вот альфу на полу было жалко, муж несколько часов провел рядом, не отпуская ни на минуту.       — Не забыли. — отмахнулся врач — Сейчас им займется санитар, а нам с Вами тоже есть чем заняться.       — Вы о чем? Чем это мы будем заниматься? — забеспокоился омега.       — Вы — спать, а я — шить. — ответил эскулап и быстро, но аккуратно ввел в вену Чонгука иглу, через несколько мгновений глазки омеги закрылись, и он уснул, но Гук-и все же успел заметить, что к его Тэхёну пришли на помощь.       Разбудили Чонгука знакомые голоса, которые явно ссорились, омеге даже не надо было открывать глаз, чтобы понять — кто есть кто.       — Ты его разбудишь? — тихо возмущался один.       — Ничего подобного. — обиженно отвечал второй.       — А я говорю — разбудишь, убери свои загребущие ручонки от моего ребенка.       — Ой, да ладно, все нормально с моими ручонками… я уже полгода Киёна нянчу, и никто не жалуется, ни Намджун, ни Хоби.       — Все равно не дам. Они просто не в состоянии жаловаться… Мон на ходу засыпает, а Хоба вообще зеленый от недосыпа, они своего омежку даже Ёнтану бы доверили, только бы выспаться.       — Ты сравнил меня с собакой? — тихо возмущенно прошипел второй голос.       — …       — Ну знаешь, этого я тебе не прощу!       — Хватит ругаться — громко произнес Чонгук прекращая ссору Чимина и супруга — лучше дайте его мне.       — Ну вот все-таки разбудил. — теперь настала очередь альфы возмущаться.       — Вообще-то мы о ребенке говорили, но никак не о Чонгуке, а вот малыш-то как раз спит. — не остался в долгу Чимин.       — Да заканчивайте уже и дайте мне сына. — омега окончательно проснулся, попытался сесть и тут же заойкал, анус горел огнем, тут только Чон вспомнил, что акушер собирался что-то там шить… теперь понятно, что именно, хотя больше то и нечего.       — Ты лежи, лежи, Чонгуки, тебе нельзя сидеть. — Минни помог другу снова улечься поудобнее. — Ложись на бочок, а Тэша тебе сыночка подаст, положит его рядышком.       — Красивый, правда? — тихо спросил Чонгук, глядя на сына и осторожно поглаживая его пальчиком по пухленькой щечке.       Альфа улыбнулся и кивнул, а Чимин закатил глаза… и нет, разговоры про то, что для любых родителей их малыш самый лучший, здесь не катят… Ким Тэхён был официально признан самым красивым мужчиной Кореи, естественно, его ребенок красавец, да еще и с таким омегой как Чон Чонгук.       — Конечно, он красавчик. — уверенно ответил Чимин — Ты себя, ТэТэ, в зеркале-то видел? А ты Гук-и? Каким он еще может быть?       — Тише, Минни, ты его разбудишь. — попытался умерить пыл омеги Тэхён.       — Ладно-ладно. — Пак осторожно сел рядом с Чоном и тихонько спросил — Возьмете меня в крестные?       — Ты же крестный у Киёна? — удивился Чон.       — Нет, там Юнги, а я хочу у вас.       — Тогда мы… у тебя. — хитро ответил Тэхён, альфа знал, что тема детей пока была под запретом в семье Мин, хотя они уже были женаты почти год. Юнги был только «за», но вот его молодой супруг «против».       — Я согласен. Все равно мне еще долго ждать, целых семь месяцев. — отозвался радостный Чимин и закусил губу, поняв, что проболтался.       — Минни?       — Ну да, да! Я беременный! Только Юни пока не говорите…