эй, парень, объяви нас правильно. мы - мародёры!

Удовольствие, заключил он, достижимо, только если верить в удовольствие. Джулиан Барнс 'Глядя на солнце'

Это была самая настоящая сцена из всех, на которых они выступали. Динамики и усилители стояли в рядок, напоминая о том, что теперь всё по-настоящему. - Мы мародёры! – крикнул Сириус, и зал заревел. Толпа сдвинулась к сцене. Сириус внимательно слушал гитары. Он отходил немного в сторону, чтобы дать Джеймсу как следует отыграть соло. Ремус видел, как пальцы Сириуса едва заметно движутся в воздухе. Вдохнул, закрыл глаза, запел. Рем переступил с ноги на ногу, опустил голову, чтобы чёлка скрыла глаза и тоже смежил веки. Так чувства обострялись. Каждая клетка его тела впитывала музыку. О боже, да откуда он мог знать, что это так понравится ему? Что это правда подходит ему. Настоящая магия. Голос Сириуса окутывает и вызывает мурашки, музыка струится прямо по нотам, и сам Ремус ничуть не уступает. Ремус следил за залом, в котором было множество людей с разноцветными волосами, с потекшей тушью, потными лицами, пышными юбками. Люди поднимали зажигалки вверх, кто-то снимал их на камеры, девушки залазили на плечи своим парням. Всё было. После концерта они окунулись в настоящую любовь. Множество рук протянулись к ним, с маркерами и дисками, с шариковыми ручками и банкнотами в один фунт, прося расписаться. Сириус улыбался как кинозвезда, в одной руке у него была полупустая банка пива, а второй он придерживал свою кожаную куртку со звёздами на плечах. Он курил. Потому что все тянули свои пачки ему. Он стал целоваться с какой-то девушкой, и Люциус врезался в него. Люциус матерился, Сириус смеялся. А эта девушка с длинными ресницами поехала с ними домой. Они выпивали и курили, танцевали всей толпой. Сириус оставил Бродягу в своей комнате и говорил, что если кто-то посмеет туда войти, то его огромный пёс разорвёт их на части. Ремус в душе смеялся, потому что обычно этот огромный чёрный пес даже с едва знакомыми людьми вёл себя как пушистый щенок. А потом Ремус проснулся. Он инстинктивно огляделся по сторонам, и понял что в их квартире сейчас не происходило никакого подобия вечеринки. Было тихо и спокойно. Ему только что приснилось, что они стали рок-звёздами. * Им прислали пробные экземпляры дисков и винила, которые выглядели ну просто как из магазина. Там стояла лицензионная марка. И имя Ремуса в кредитах к песням. Сумасшествие. Они стали слушать сначала на диске, потом на виниле. Хорошо. Охуенно хорошо. - Это так похоже на правду, - сказал Ремус, снимая пластинку с проигрывателя. - Это и есть хренова правда, парни, - громко сказал Пит, - мы записали хренов диск! - Пару дней назад мне приснилось, что мы стали настоящими знаменитостями. Куча народа на нашем выступлении, всё плавно перетекает в вечеринку у нас дома, и нас спрашивают, каково это – быть нами. Всё было так реально… - Я думал, - сказал Джеймс и зевнул, - что это Сириус первым поддастся звёздной болезни, а оказалось, что это наш тихоня Ремус в тайне грезит о славе. Ремус закатил глаза и улыбнулся. - Я возьму себе парочку дисков, как только нам пришлют их побольше, - Питер ухмыльнулся, - попытаюсь загнать. - Авторские отчисления с этих дисков не будут капать, - сказал Сириус, смеясь. - Херли мне авторские отчисления, я реальные фунты за них получу. И сразу. * Это было чем-то вроде официальной презентации группы. Лейбл организовал мероприятие, флаеры о котором распространялись по всему Ислингтону, и даже пару раз о концерте говорили на радио. Тут были люди, работавшие на ‘Феникс рекордс’ с ними. Они играли песни, которые войдут в дебютник, а ещё то, что вряд ли сыграют где-то снова. Он был ужасно счастлив и его сердце распирало от эмоций. Он поражался тому, что люди подпевают Сириусу. Что почему-то им известны строки песен. Ему хотелось скорее спросить Сириуса, чувствует ли он то же самое. Неужели пара афиш могла такое сделать? Кто все эти люди? Откуда они знают их? В ‘Двуглавый пес’ даже в самые лучшие дни не помещалось более 70 человек. А тут было сотни четыре. И у всех этих людей горели глаза. Когда на припеве ‘Она тебя не любит’ вверх потянулись руки с зажжёнными зажигалками, он и вовсе почувствовал себя внутри какого-то фильма. а пока она тебя не любит а пока она ломает судьбы людям и ты не будешь исключением Сириус широко улыбался толпе, Рем улыбался Сириусу. И сердце его предательски колотилось. - Ты видел всех их? Мне не показалось? – спросил Ремус, как только они зашли за цену, отыграв ‘падаю вверх’ во второй раз за вечер. - Они были там. Они стопроцентно кайфанули под нашу музыку. Боже мы так хороши! Мы охуенно хороши, парни! Они обнимались. Все четверо. Потные и счастливые. Казалось, что Ремус жил ради этого момента, и музыка сейчас текла по их венам одна и та же, он знал это абсолютно точно. За сценой было полно людей. Все с бейджиками, и многие с камерами. Это было, кажется, правдой. Лили постоянно щёлкала их на свой новенький фотоаппарат. Жена Люциуса выглядела точно так же как и он, они познакомились пару часов назад и Ремус не понимал, как у такого человека может вообще быть жена. Он что её заколдовал? Но она выглядела слишком высокомерно для этого панковского общества, что очень соответствовало Люциусу. И слишком дорого одета. Даже Ремус в своём кардигане выглядел как панк рядом с Нарциссой. Сириус шепнул ему до концерта, что не прочь облить её шампанским. Или пивом. Тонкс с разбегу прыгнула Рему в объятия, и обхватила его ногами за талию. Она снова обливает его своим пивом, ему даже почти нравится это. Она мокро и агрессивно целует его, и это выбивает почву из-под ног. - Ты, блять, просто рок звезда, красавчик! - на ней были новенькие сапожки на высоком каблуке, и рядом она казалась с ним почти одного роста. - А ты – девушка рок-звезды. - Ччёёрт, это так, парень! - она уже стала тянуться за следующим поцелуем. - Я так рада за вас! - Эй, голубки! – Сириус навалился на них сзади и повис на плечах. – Мы едем тусить или как? Джииим? - Я всегда за! Да, детка? – Рука Джеймса по-свойски притянула Лили за талию близко к себе. На ней были зеленые казаки и короткая джинсовая юбка. Она смотрела на Джеймса не отрываясь. Казалось, что только что она влюбилась в него снова. Улица была завалена блюющими подростками, девушками в обтягивающей одежде, людьми с цветными волосами. Их фотографировали на дешевые мыльницы и на большие фотоаппараты, какой-то парень агрессивно попытался ‘задать пару вопросов’. Их ждали машины, и отъезжая, слепясь от фонарей и вспышек камер, когда лица и пальцы мчались мимо Ремус на секунду оказался в том своём сне, или так ему просто казалось, из-за того, что за сценой они все раскурили косячок. Каким-то образом им удалось доехать до студии быстро, даже во время пятничных пробок центра Лондона. Они влезли в такси все. Шестеро человек. И то, как им это удалось было очередной загадкой. Джим поехал с Лили на другой машине. Сириус тоже взял другую тачку. С ним было несколько девушек. Тонкс сидела на руках у Рема. Пит сидел справа, а каблуки сопровождающей его девушки упирались в ногу Рема, через тонкую ткань кед. Они все курили. Неизвестно, как водитель это вытерпел. Но Люциус, наверное, хорошо заплатил. В студию ввалились с диким грохотом, смехом и стуком стекла. Сириус сразу стянул свою футболку и бросил куда-то в угол дивана. Отлично, он наверняка потеряет её. - Я думаю, не многие могут похвастаться таким нихуевым первым концертом, парни, – Люциус был пиздецки доволен. Наверное, собой. - Это не первый наш концерт, ну да ладно, - дружелюбно улыбнулся Джеймс. - Но определённо первый из тех, за которые не стыдно, - сказал Люциус. Они пили водку с апельсиновым соком посреди студии. Усевшись на полу по-турецки, тут не было льда, потому что кто-то уже пил тут до них и выгреб всё из маленькой морозилки в кухне. Но никто не жаловался. В основном все смеялись и кайфовали. - Ну, я немного покурил для храбрости, - сказал Сириус, - и планирую продолжить это прямо сейчас. Эй, Люц, у тебя есть чёнить? - Ага. Типа за кого ты меня принимаешь? - За чувака, у которого всегда есть дурь, парень. На всякий случай. Они были пиздецки пьяные. Сириус даже не спорил, и не грубил. Ремус ещё не определился, какой Сириус нравится ему больше. Все сидели прямо на полу. Грязный и затоптанный ковёр, и всем было плевать, их диск крутился в магнитофоне. Ремус надеялся, что никто из посторонних не спиздит аппаратуру, или пробный диск, записанный для Барти и Стива. Питер уже лежал на полу и громко рассказывал, о калейдоскопе символов на чёрном потолке студии. Ремусу передали косяк. - Надеюсь, он не станет раздеваться, - Сириус сказал это громко и рассмеялся. Тоже громко. Всё казалось сейчас ужасно смешным. Питер стянул полосатую кофту и остался в белой майке. - Ну вот, я же говорил! И все рассмеялись, даже какие-то девчонки танцевали в дальней части комнаты. Сириус сидел напротив Ремуса, и родинки на его шее казались очень интересными. Забавно. Очень забавно. Живот скрутило и Ремус почувствовал, как завтрак подбирается к горлу. Он ел рис и печеные овощи на завтрак. Он выпил несколько отвёрток и какое-то дерьмовое пиво. От мыслей о еде стало только ещё хуже. Значительно, значительно хуже. - Бля, мне нужно выйти, иначе я блевану прямо тут, - цепляясь за подлокотник дивана Ремус поднялся. Люди вокруг снова засмеялись, будто это было шуткой. Он пошёл очень нетвёрдо, и постоянно хватая воздух руками. Всё немного плыло. Касаясь стенки в коридоре, чтобы держаться на ногах устойчивее, Ремусу казалось, что стены мягкие и чуть ворсистые. Ещё только один коридор и толчок уже близко. Нужно дойти. Кто-то идёт рядом. Ну ладно. Ага, он выблевал весь завтрак, ему следует лучше пережевывать фасоль, и кучу зелёной жидкости, казалось, что все его внутренние органы тоже были смыты в унитаз. - Пей. Только не слишком много. Сириус. Чёрт, как неловко. Почему именно Сириус? Он не хотел бы, чтобы Сириус видел, как неподготовленно к жизни рок-звёзд иногда ведёт себя собственный организм. Ремус сел на пол, и Сириус приземлился рядом. - Иди. Ты не должен быть тут и смотреть, как я сдыхаю, - он попытался пошутить, – не хочу чтобы ты сел из-за моего неумения пить. - Ну, это я втянул тебя в группу. Выходит, в каком-то смысле должен смотреть. И сесть… Они просидели на кафельном полу ещё несколько минут. - Пошли подышим, а? Сможешь встать? - Ну. Наверное. Сириус взял его за локоть, и повёл к выходу. На улице было правда лучше. Но Ремуса немного смущало то, что Сириус всё ещё был наполовину раздет. И голова всё ещё немного кружилась от косячка. - Ты простудишься. - У меня иммунитет ко всему кроме похмелья. Даже несмотря на годы работы в баре, - пожал плечами. - Откуда ты знаешь, что делать нужно? - сказал Рем, щурясь от фонаря, стоящего прямо напротив входной двери. - Ты уже успел забыть, кем я был до всей этой известности, автографов и ночных вписок? – снова звонко засмеялся. - Я видел, как блюют несколько сотен людей. В том числе прямо на меня. Руки Ремуса непроизвольно потянулись к вискам, он всё ещё не мог полностью отойти от спёртого воздуха студии, и его всё ещё немного мутило. - Это снова одна из твоих жутких головных болей? - Похоже на то… знаешь, я почти забыл, как это бывает. Кажется, у меня не было мигреней с июля или около того. - Но оно стоило того? Это было хоть немного похоже на тот твой сон в котором мы стали знаменитыми? - Было похоже, Сириус, было очень похоже. - Так много раз я представлял, что буду чувствовать, когда увижу, как толпа поднимает ко мне свои спички и зажигалки, карманные фонарики и тлеющие сиги с травой. - И что ты почувствовал сегодня, Сириус? - Что я один. Пока я не..., - он запнулся потому что услышал какой-то шум за спиной. Неожиданно из двери появилось Тонкс. - Я тебя потеряла... – взволнованно сказала она. - Дышим свежим воздухом, - сказал Рем и будто доказывая это сделал глубокий вдох. - Ну всё, передаю Рема в заботливые руки, – Рем краем глаза заметил, как Сириус что-то сказал Тонкс на ухо, а потом скрылся за дверь. - Поехали домой? На сегодня уже достаточно… - Я сам доеду, иди отдыхай. - Это уж вряд ли, тусовщик. Постоишь тут секунду? Я сбегаю за сумкой. - Не волнуйся. Дора вернулась спустя пару минут, действительно быстро, учитывая высоту её каблуков. Она словила такси. Рем почти пришёл в норму. Когда они доехали до квартиры Сириуса он готов был отключиться в ту же секунду. Они с Тонкс наспех скинули одежду и уснули.