эй, парень, объяви нас правильно. мы - мародёры!

Я не говорил, что меня устраивает моя жизнь. Я сказал только, что у меня всё замечательно, то есть я не простужен, давненько не попадал в автомобильные аварии и в данный момент не отбываю условного тюремного срока, но что толку спорить? Ник Хорнби ‘Hi-Fi’ Они на самом деле выпустили диск, и Люциус постоянно висел на телефоне. Один концерт, два, ещё три выступления на следующей неделе. Это сумасшествие какое-то. Скоро должен был начаться небольшой тур, когда они впервые выедут за пределы Лондона и ближайших городков. Ремус зашёл в кухню и обнаружил, что Джеймс и Питер уже у них в гостях. Сириус разливал свежий кофе по чашкам, Питер уплетал ванильный кекс. - Посидишь на скамейке запасных. - Джеймс снова выглядит уставшим, но улыбается Рему. - Привет, Ремми, ты такой соня. - Да-да, знаю я твою скамейку, Джим... - Эй, Джим, почему ты не хочешь взять меня? – Питер. - Ой, Пит, и ты тоже был в команде Джима? – спросил Рем. - Я не учусь у вас больше. - Ничего, мисс Мак не будет против, я всё объясню ей. Сириус. Мне нужен Фаб, - продолжал настойчиво говорить Джеймс Сириусу. - Тебе нужен - ты с ним и ебись, Джимми. Да почему я должен всему тебя учить? Найди симпатичного первокурсника и посади его на скамейку. Фаб не устоит. А уж как можно устоять перед Фабианом... - Ты не хочешь помочь мне? Я нашел время, чтобы поиграть с тобой в чертов бойз-бенд, я пишу музыку к твоим песням, я, блять, подписал настоящий контракт с лейблом. А ты не можешь выделить пару часов, чтобы посидеть на поле? - Хорошо, - смягчился Сириус, - я просто дразню тебя, спокойно. Конечно, я помогу тебе. - Хорошо? – искренне удивился Джим. - Вторник и четверг. С пяти до девяти. И, Сириус, - он немного притормозил, - надень эти свои ужасные шорты. В которых у тебя есть шанс растерять яйца, ок? - Кто бы мог подумать, что ты будешь собирать команду таким образом, - смеясь сказал Сириус. - Это футбол. Тут как на войне. Все средства хороши. Я вел их к победе три года, и не собираюсь проигрывать из-за того, что кто-то, видите ли устал. Сейчас у нас тренировки всего лишь для виду, все ждут каникул, так что ты справишься. Все притихли, и стали есть тосты. Ремусу очень хотелось сказать что-то, чтобы скрыть неловкость молчания. - Вы слышали, что Люциус сказал, что мы поедем в Бристоль, Бирмингем и, - он глянул на Питера, - в Манчестер. И всё это до Рождества. - Ах, дом, милый дом, мой, пропахший мочой, - как-то даже вдохновенно сказал Питер. - Давно там был? - Ага. В пятнадцать. * Сириус посетил всего лишь одну тренировку по футболу, а уже выглядел недовольным этой затеей. Ремусу не нравилось, что они оставались вдвоём всё реже. Каким-то образом рядом постоянно крутились какие-то люди. Пит торчал в квартире, потому что на него напала хандра, и он не отлипал от приставки, а Тонкс часто приходила с домашкой к Рему. - Хочешь пойти со мной на футбол? – спросил Сириус в среду утром. - Ты даже не будешь играть... - Да! Представь, как скучно... Сижу там по два часа и скучаю. На прошлой неделе прочел половину ‘Море, море’Книга английской писательницы Айрис Мёрдок., пока торчал там. - Эээ, извини, мы с Тонкс идём к маме в гости завтра. - Уже знакомишь её с родителями? Да у вас всё серьёзно. - Вообще, она с мамой знакома ещё с того концерта в ‘Двуглавом псе’, на котором ты вёл себя отвратительно, и после которого мама настоятельно рекомендовала мне бросить эту глупую возню с музыкой, - Рем рассмеялся, - Тонкс тогда, вроде как спасала ситуацию, спаивая мою маму. - Классно. Так у вас всё хорошо? - Ну, да. Как обычно. - Это славно. - Эй, Сириус… - А? – Сириус обернулся. - Что, если… если я схожу и посмотрю как вы тренируетесь во вторник? - В день, когда ты должен звать племяшку на свиданки, потому что у тебя вечером свободна квартира? - Тонкс всё равно сейчас занята учёбой. Скоро сессия. Но она на удивление хорошо поладила с мамой, да и ей нужно немного отдохнуть. - Да. Во вторник это можно. * Тонкс с Хоуп уже около часа обсуждали то, как мало времени для общения с Ремом им остаётся из-за музыки. Это было настолько гротескно, что Рем не знал, смеяться ему или выйти из себя. Он ведь наконец-то занимался тем, что ему действительно близко, тем во что мог внести вклад. Конечно, он понимал, что они просто шутят. На столе стоял пирог по новому ‘здоровому’ рецепту мамы, который готовился совершенно без сахара и масла, так что Ремус не слишком хотел его есть. - Ремми, милый, подпишешь для меня пару дисков? – сказала Хоуп, и дала Рему два диска и маркер. - Это для Тины и для Салли, оказалось, что вас уже слушают дети моих подруг! - Вот это успех, - засмеялась Дора, - их не пускают на концерты? - Неа, - засмеялась Хоуп, и понизив голос добавила, - но я хочу верить, что они найдут выход из этого положения, уж я бы точно нашла! - Если захочешь прийти на наш концерт – просто звони, ма. Не нужно пытаться пройти мимо охранников незамеченной. Хоуп снова широко улыбнулась, и положила руку на плечо Рема. Дверь такси захлопнулась за Тонкс, и Рем медленно побрел к подземке. Маленький музыкальный магазин у станции метро извещал своей витриной о новинках. Рем перебирался взглядом от диска к диску, медленно, опасливо. Ему хотелось увидеть среди новинок ‘Шалость удалась!’, но он знал, что они были ещё слишком локальным феноменом. Сейчас, стоя у этой витрины он испытал чувство мальчишки, надеющегося на то… вот она. Это их диск. Это их обложка. Ремус улыбнулся и сразу же смутился. Он приложил руку к чему-то, что теперь привлекает покупателей, пусть даже дочерей маминых подруг. Он тоже сделал в это вклад. Чувство, что их клип крутят на МТВ не было и вполовину таким осязаемым. Ремус вошел в магазин и взял с полки один из дисков с их обложкой. Питер похож на отличника, Джеймс – на капитана школьной команды по футболу, пусть и в очках, Сириус – хулиган со своей этой острой ухмылкой. Сам он себе казался совсем точной копией себя-выпускника, немного застенчивый, самый незаметный среди всех. Он коснулся пальцами пластика. Крышка немного поцарапана, у одного уголка скол. Но это их диск. И он стоит пять фунтов. Ремус похлопал по карману, в котором теперь лежал первый альбом мародеров. Он вспоминал, есть ли где-то неподалеку почтовое отделение, работающее до восьми. Часы показывали без десяти восемь, когда Ремус переступил порог почты. Леди за конторкой вымученно улыбнулась, Ремус сочувствующе свел брови и пожал плечами. Он написал на конверте свой старый эксетерский адрес, оплатил марки и отправил диск с короткой запиской ‘Если ты пропустил выпуск диска, то вот он. Там сзади среди авторских прав и моё имя имеется хoхo’. * Сегодня они должны были впервые появиться в музыкальном шоу. Этих ‘впервые’ было всё ещё так много, что каждый из мародеров получал искреннее удовольствие от каждого мероприятия, куда тащил их Люциус. В гримёрку пришли стилисты и стали мазать волосы Джеймса каким-то гелем, чтобы привести их в порядок. Джеймс сидел с недовольным выражением лица, пока они не ушли и растрепал волосы, привычным движением. Это Сириус придумал. Дождаться, пока их всех оставят одних, и провести в гримёрку девочек, чтобы они ‘подкрасили’ их. Тонкс сидела на коленях у Ремуса, и аккуратно подводила ему глаза своим тёмным карандашом, её губы были слегка приоткрыты. Накрашены вязким вишневым блеском с блёстками. Когда целуешься, потом все они оказываются на чужих губах. - Ты такой красивый, - она подняла его голову к себе за подбородок, и Ремус кратко чмокнул её, чтобы не вымазать губы этим отвратительным липким блеском. Лили уже закончила с Джимом, и стала красить глаза Сириусу, а Тонкс переключилась на Пита. Ремус мельком взглянул на себя в зеркало, закатил глаза от странности того, что происходило вокруг, и от того, что он сам согласился на это. Он пошёл к стойке с одеждой и стянул свою пайту, чтобы остаться только в футболке, на сцене точно станет жарко. Он повесил пайту и вернулся к ребятам. Лили отошла от Сириуса любуясь тем, как ровно у неё получилось подвести ему глаза. И тогда он столкнулся взглядом с Сириусом. Несомненно, его глаза были похожи на глаза Тонкс. Миндалевидные, светлые, с искрящимися где-то на радужках звёздами. Он чувствовал, что должен что-то сказать, потому что пялится слишком долго, но Сириус успел раньше. - Да, мне тоже странно это видеть на своём лице, - он повернулся к зеркалу и показал на глаза, - но вроде как мы выглядим неплохо, да, парни? Да, они определённо выглядели хорошо. И пора было уже подниматься на сцену. - Только бы они не подумали чего не того о нас... - начал Питер. - Пит! – Сириус нахмурил брови. - Мы делаем это, чтобы сказать о том, что это нормально. Разве ты не был согласен с тем, что я говорил тебе об этом дома? - Да согласен я, согласен. Парни имеют право красить ресницы, девушки – играть в профессиональный футбол, - Питер слегка вздрогнул. - Тогда пошли на сцену. И какая там разница что подумают о нас. Зал просто взорвался при виде их сегодняшних образов. Кажется, публика удивилась сильнее, чем когда увидела Алекса ДжеймсаАлекс Джеймс – бас-гитарист группы blur. в футболке с логотипом oasis на top of the pop.