эй, парень, объяви нас правильно. мы - мародёры!

Спокойнее. Всё путём, друг, спокойнее. Дыши глубже. И размеренно. Ты добрался до сути проблемы, вот что ты сделал, точно тебе говорю, это так, давай её решать. Ты приглядываешься к ней и видишь, её можно решить так, а можно этак, а можно и на хер послать, всё решение найдено. Джеймс Келман ‘До чего ж оно всё запоздало’ Что было не так с этим туром? Всё было не так с этим туром. Это неудачные клубы, едва заполненные на половину. Это туровый автобус, постоянно выходивший из рабочего состояния. В Бирмингеме им доставили аппаратуру на два часа позже, и, конечно, большая часть посетителей потребовала к тому времени свои деньги обратно. Джеймс сидел на дорожной сумке и выглядел очень уставшим. Четыре или пять концертов в неделю. Это очень плотный график для новичков. Да они просто думали, что уже стали супер-звёздами. В Лондоне – возможно. В Лондоне их знали хотя бы модники. В остальной Англии они были просто очередными любителями из столицы, и площадки сменялись одна за другой, а людей там было мало. Пара сотен – в лучшем случае. Половина из которых – девочки, влюблённые в Сириуса, а вторая – парни девчонок, влюбленных в Сириуса. * Свой номер во всех отелях Сириус делил с Джеймсом, и через стенку Ремус слышал, как каждый вечер Сириус говорит с Джеймсом о том, что ошибся. Только однажды ночью, когда Рем услышал женские голоса в комнате Сириуса он почувствовал облегчение, это значило, что ничего не изменилось. Сириус в порядке. Рем надел наушники и включил музыку в плеере. У Джеймса была Лили, которая поддерживала его. У Питера было стремление заработать много денег. У Сириуса не было никаких сил. Его, кажется, кажется питала только гордыня, потому что раз уж затеял это он - выходить из игры ему было нельзя. - Потерпи, - однажды после концерта сказал Джеймс, - разве ты сам не говорил, что нам нужно готовиться к трудностям? Сириус. А ведь это только начало. И если ты не готов к этому, то может пора выйти из игры, пока мы ещё можем трезво мыслить? Но! Честно сказать, я бы ещё поиграл. Джеймс. Джеймс мыслитель и Джеймс лидер. - Хочешь посмотрим игру? Арсенал играетВ третьей главе Сириус говорит Рему, что болеет за Арсенал. Естественно его ‘боление’, обусловлено только территориальной близостью к домашнему стадиону Арсенала. Джеймс яро и давно болеет за Тоттенхем – главных соперников Арсенала(обе команды из северного Лондона). Его предложение посмотреть игру ‘команды Сириуса’ – своеобразный милый намёк Джеймса, что тот всё ещё рядом и готов в любую минуту выслушать, что тревожит Сириуса. . Сейчас будет повтор. - Не хочется. Я в норме. Просто устал. Прогуляюсь, хорошо? - Идёт. Потом тебе всё расскажу. - Хорошо! Ремус мельком глянул на Питера, похрапывающего на своей кровати, и, следуя какому-то внезапному порыву, смешивая свои чувства неловкости и уверенности, встал с кровати и направился к выходу из номера. Сама судьба дала ему шанс помочь Сириусу. Быть рядом. Быть настоящим другом. - О привет, - удивлённо сказал Сириус, столкнувшись с Ремом чуть ли не лбами, - ты чего не спишь? - Да что-то не могу уснуть. Решил прогуляться. - Вот и я. Пойдём вместе? – сказал он как-то отстранённо. - Пошли. Они спустились в холл, ночной портье дремал за стойкой, подпирая голову рукой. На улице было прекрасно. Холодно, но не настолько, чтобы продрогнуть, ветра не было, и город был погружен в тишину. Они прошли пару улиц вблизи отеля молча. Ремус не знал, чем нарушить молчание, а Сириус просто шел, сунув руки в карманы, будто вообще позабыв о том, что не один. Они вышли на какую-то большую улицу, на которой было много фонарей, а витрины магазинов выглядели одна привлекательнее другой. Сириус закурил, и тут, будто опомнился. - Извини, что-то в последнее время нервы ни к чёрту. - Я понимаю... Они прошли до конца очередной улицы. - Просто, боже, я и подумать не мог, что это так выматывает… не подумай Рем, что я такой уж слабак, но, это… - Я тоже не совсем понимаю, что сейчас происходит. Ты имеешь право злиться. - Не имею. Это я вас втянул в это дерьмо. - Сириус мы не думали, что станем супер-звёздами сразу же, как выпустим диск! Не бывает такого. Тебя никто не обвиняет в том, что нам самим приходится таскать аппаратуру! Ну, может, кроме Пита. Сириус усмехнулся. - Джим не плачется мне в жилетку, хотя у него гораздо больше обязанностей. Питер прекрасно себя чувствует со всеми этими фанатками, но я вижу, как он потерян. И всё равно он не ноет. И ты! Само спокойствие, хотя всё блять так хуёво. Как вы это делаете? И почему я так не могу? - А почему мы не можем писать все эти песни, от которых люди задумываются о себе и всём остальном? - сказал Ремус, тоже закуривая. - Ты правда считаешь себя слабым? А я считаю тебя просто очень эмоциональным. Ты всё впитываешь и пропускаешь сквозь себя. Думаешь, Моррисону сладко жилось, когда он писал ‘кинь мне ключи от темницы’Ремус отсылается к песне the Doors ‘Been down so long’? Думаешь, Бретт Андерсон пишет ‘когда моя болезнь снова придёт ко мне, услышишь ли ты меня сквозь дождь?’Suede – the 2 of us, ощущая себя королём положения? Нет. Не бывает у таких как вы простой жизни. Но зато у других не бывает ощущения, того, что они изменили чью-то жизнь. Сириус стоял, опешив. В его глазах была благодарность. - Правда так думаешь? - Да, и ещё, как и Джим, я думаю, что ты вправе бросить всё хоть сейчас. Но ты ведь не сделаешь этого, да? - Не сделаю. - Мама всегда говорила мне не стесняться того, что чувствуешь. - А ты не стесняешься? - сказал Сириус ухмыляясь. - А мы сейчас говорим не обо мне. - Ремус затушил сигарету о фонарный столб. - Пошли. Я ужасно замёрз. Ремус думал, что хорошо бы не заблудиться по дороге в отель. Когда они зашли в холл, стрелки часов показывали четверть второго, а портье спал в той же позе, в которой они его оставили. - Спасибо за прогулку, лунатик. - Это кто из нас ещё лунатик, Сириус! - Я не лунатик, я полуночник, - и он расхохотался. - Тише ты! Разбудишь постояльцев. Ремус зашел в свой с Питом номер, и лёг в кровать с чувством выполненного долга. Он уснул с улыбкой на лице. * Ремус проснулся от стука в дверь, проклял горничную, которая приходила убирать к ним слишком рано, глянул на часы, висящие на стенке. 8:30, какого чёрта? Питер громко храпел, и, судя по всему даже не думал подниматься. Ремус заставил себя встать и подойти к двери. Неожиданно, на него смотрел хитрый и бодрый Сириус. - Какого чёрта так рано, Сириус? – спросил Рем, потирая глаза - Эй, Рем. Я долго вчера ещё думал о том, что ты сказал мне. И в общем, я решил сделать тату. - Прямо сейчас? - А чего тянуть? - Ты сумасшедший! - А ты не знал? Пошли, найдём какое-то место, где примеры татух не слишком дерьмовые, - он засмеялся. Они прошли несколько улочек в центре, пока не набрели на один из тату-салонов, которые обычно прячутся в проулках, с неоновой вывеской и с дверьми, разукрашенными граффити. Внутри было накурено, стоял дымок, пахло благовониями, а небритый парень, который бил тату, дремал на потертом кожаном диванчике, где обычно ждут посетители. Повсюду были развешаны фото готовых татуировок, некоторые из них совсем уже выцветшие. Сириус побродил, деловито разглядывая их, что-то то и дело спрашивая у татуировщика. И оказалось, что Сириус точно знает, чего хочет, будто спонтанным этот поход был только для Ремуса. Он рассказал мастеру о своей задумке, и тот быстро сделал эскиз, шариковой ручкой прямо на плече у Сириуса. - Ага, супер! – сказал Сириус. - Рем, что думаешь? - Что ты слишком поспешно принимаешь решения. - А мне кажется, выйдет классно! Бей! Это заняло около трёх часов, всё это время Сириус сидел смирно и спокойно, наверное, он уже привык просто, у него же не первая татуировка. И вышло красиво, правда красиво. От начала и до конца эти последние 24 часа были в стиле Сириуса. - Спасибо, что сходил со мной! Следующую татуху сделаем тебе. - Нет уж, это без меня. Я боюсь иголок. - Хочешь зайдём выпить кофе куда-нибудь? Я хочу купить тебе большой кусок шоколадного торта, чтобы искупить вину за ранний подъём. - От большого куска шоколадного торта я никогда не откажусь. - Где вы весь день шатались? - без особого интереса, не отводя взгляда от телека спросил Питер. Когда они вернулись, Джима не было в их номере с Сириусом, так что они прошлись до номера Рема. Питер и Джеймс, с пачками чипсов и банками пива смотрели игру. Сириус демонстративно снял свою пайту, и плюхнулся на кресло напротив них, опираясь на плечо, заклеенное плёнкой. - Ну что уже там? – сказал Питер. – Быстрее показывай, пока тайм-аут. - Ну, раз уж вы так просите, - Сириус улыбнулся, и Рем улыбнулся тоже сам себе. Он отодрал плёнку от плеча и показал всем горящее красное сердце с лентой, на которой черным по белому было написано ‘шалость удалась’! - Ооо! Я ждал этого! – сказал Джим. - На самом деле не понимаю, как ты дотерпел до выпуска альбома. Классная! - Было тяжело. - Он разбудил меня в восемь ради этого! Имейте совесть, рассмотрите внимательно, - делая вид, что не доволен сказал Рем.