Я просто поверил

      Чонгука трясёт и колотит очень долго. Давно он не получал такого щелчка по носу: выбрали не его, а какого-то мифического альфу, который будет заботиться о Ким Тэхёне. Внутренний зверь готов прогрызть себе выход наружу, но Чонгук берёт себя в руки, не выдав ни словом, ни жестом собственную ярость и неудовольствие. В конце концов, если бы не эта его удивительная способность — сохранять хладнокровие, — вряд ли бы он добился таких успехов. Отступать — не в его правилах. И любое препятствие должно быть преодолено.       — Вупи, а ты когда-нибудь говорил ему обо мне?       — Нет, а что?       — Нам нужно, чтобы он стал доверять мне, — начинает Чонгук, тщательно выбирая выражения, — ты же видел его реакцию в спортклубе. Я для него — захватчик, враг. Что бы я ни сделал, он вряд ли мне — как Чон Чонгуку — поверит.       Хосок морщит лоб.       — Я никогда даже не упоминал твоего имени. А это значит, что ты можешь представиться ему заново как мой хороший приятель или даже друг, с которым мы давно знакомы и, — он привычно трёт краешек носа, — часто встречались, например…       Да уж, шансов встретиться у Хосока и Чонгука было мало: они из разных миров.       Затратив целую кучу времени и намотав несколько кругов по комнате так, что у Чонгука уже начинает кружиться голова, Хосок всё-таки выдаёт:       — Бильярд! — Он победно вскидывает руки и, озаряя своей солнечной — не смотри, что призрак, — улыбкой всю гостиную, торжественно произносит: — Мы с тобой играли по субботам в «американку».       — Бильярд? — Чонгук хмурит брови. — А Тэхён в нём разбирается?       — Нет, конечно.       — Это хорошо, — выдыхает тот, — я очень, — и Хосоку кажется, что альфа слегка покраснел, — очень неважно играю.       Такая странная реакция удивляет, но Хосок не заморачивается, потому что находит этому объяснение: Чон Чонгук не любит проигрывать и стремится быть в чём-то если не первым, то хотя бы на лидирующих позициях.       Они тратят добрых пару часов, чтобы совместно выработать план действий по завоеванию доверия Ким Тэхёна. Чонгук не помнит, чтобы он за последние месяцы ложился спать с чувством такого полного удовлетворения: на горизонте маячит реальная возможность покорения новой высоты. Где-то в глубине его души червячок сомнения ещё грызёт внутренности, пуская по венам язвительное «для чего тебе это надо, альфа, остановись, прекрати эту бессмысленную тщеславную гонку», но он давит голос совести в зародыше, успокаивая себя тем, что отступать не привык.       Уже на следующий день Чонгук — выбритый, выглаженный, надушенный и уверенный в себе — сидит напротив Ким Тэхёна в том же кожаном кресле кабинета и мягко убеждает завизировать документы на право подписи для решения насущных вопросов клуба.       Как и предполагалось, Тэхён оказывается не таким уж сговорчивым и наивным, и Чонгуку нужно немало времени, чтобы привести все финансовые и юридические доводы, но решающим становится:       — Я знал Хосока, Тэхён.       — Что? — резко вскидывает голову омега и распахивает глаза.       И, чёрт возьми, Чонгук может поклясться, что видит, как они медленно наливаются жизнью, сияют новым лучистым ярким светом и в них появляется настоящая глубина. Альфа беззастенчиво рассматривает омегу, подмечая мелочи, которых не заметил в прошлую их встречу: двойное веко только с одной стороны, родинку на кончике носа и удивительную квадратную, по-мальчишески задорную улыбку.       — Мы с вашим мужем играли по выходным в «американку», Тэхён…       — Правда? — В глазах омеги стоят слёзы. — Я так по нему скучаю, — проникновенно шепчет он и хватает Чонгука за руку, — понимаете?       — Понимаю. — Тот слегка сжимает ладонь омеги и, решив, что сейчас самое время, уверенно произносит: — Поэтому, как хороший знакомый, добрый приятель и альфа, я обязан позаботиться о клубе и о вас с Тэмином.       — Хорошо, — к его удивлению, не отпирается Тэхён, — что я должен сделать?       И всё? Неприступная крепость пала так быстро? А где долгие мучения расспросами, сопоставление бесчисленных фактов и попытки поймать на лжи?       — Врут дорамы, Вупи, — бубнит Чонгук, доставая документы, которые не в меру доверчивый Тэхён подписывает почти не колеблясь. — Я буду часто появляться тут, — обещает он уже громче, не забыв похвастаться, что даже его тренировки теперь проходят здесь.       — Спасибо вам, Чонгук-ши, — кланяется Тэхён.       — Пока не за что, — отвечает Чонгук, а в мыслях внезапно возникает образ лежащего под ним омеги, прогибающегося в пояснице от настойчивых ласк сильных ладоней альфы.       И этот омега — Ким Тэхён.       — Так что мне сделать?       Альфа тяжело вздыхает и закидывает ногу на ногу, гоняя в голове все законы Паретто и экономические принципы Паркинсона. Но теории светлых европейских умов не помогают: член стоит как каменный.       Чонгук медленно набирает воздуха в грудь в попытке успокоиться и наконец произносит:       — Не могли бы вы принести мне отчёты и прочие бумаги, господин Ким? — Он изо всех сил старается говорить ровно и уверенно. — И для вас я просто Чонгук.       — Хорошо, — соглашается тот, — тогда и вы меня зовите — Тэхён. — Омега улыбается, а у Чонгука дыхание перехватывает от очарования его необычностью.       Ким Тэхён по-настоящему прекрасен. И альфа осознаёт, что поможет ему. И не потому, что решил избавиться от назойливого призрака, а потому, что хочет этого сам.       — Может быть, вам будет удобнее в этом кресле? — Тэхён указывает на директорское место. Комфортное, кстати, с виду.       Но каменный стояк не желает опадать, поэтому Чонгук отрицательно качает головой, принимая документы из рук Тэхёна. На его длинные изящные пальцы хочется залипнуть и медитировать. Чонгук потирает лоб, отгоняя лишние мысли, открывает первую страницу отчёта и погружается в работу. Он долго анализирует данные, сверяет цифры, пишет карандашом заметки на полях. Тэхён между тем, кажется, пару-тройку раз выходит и возвращается в кабинет, Чонгуку приносят чашечку кофе, кто-то заходит, о чём-то спрашивает, но альфа ни на что не обращает внимания. Когда он работает, всё, не имеющее отношения к делу, превращается в фоновый шум.       — Почему же так резко упали продажи? Что случилось за последнее время? Ты знаешь, Вупи? — очень тихо, почти беззвучно шепчет Чонгук.       — Не знаю, — так же тихо отвечает ему Хосок, словно Тэхён и вправду может его услышать.       — Разберусь, — ворчит себе под нос Чонгук, снова делая какие-то пометки.       Где-то ещё через час он откидывается на спинку кресла, откладывает карандаш и трёт уставшие веки.       — Скажите, Тэхён, а вы в последние восемь месяцев, случайно, администратора не увольняли?       — Что? Откуда вы?.. — Тэхён нервно встаёт с директорского места, однако сразу садится обратно за столик. — Да, но он сам уволился где-то семь месяцев назад. Это важно?       — Думаю, да. — Чонгук, открыв глаза, пристально смотрит на Тэхёна. — Вы знаете, что восемьдесят процентов всего бизнеса в мире — это зеркалка? — И, догадавшись по удивлённому выражению лица омеги, что тот его не понял, он добавляет: — Сейчас нарисую.       Чонгук усмехается, вспоминая своего старого преподавателя, любителя изображать всё схематично. Надо же, тогда его до смерти раздражала такая манера излагать свои мысли, а теперь… смотри-ка, устраивает обучение неофитам точно так же, как и придурковатый профессор своим глупым студентам-второкурсникам.       Он рисует два кружочка внизу листа и начинает подписывать.       — Это — тренеры, инструкторы, ресепшен, — он пишет над первым кружочком слово «Персонал», — это — бухгалтерия, юристы, уборщики, охранники, — второй кружочек он подписывает: «Службы». Потом соединяет их галочкой и над ней пишет: «Администратор». — Где здесь вы, Тэхён?       Омега долго смотрит на схему, потом ставит галку над словом «Администратор» и пишет: «Директор». И отчего-то краснеет. В другое время розовые щёчки умилили бы Чонгука, но сейчас его распирают чувства гордости и удовольствия: омега, кажется, всё понял, и без подсказок. Умный. Это приятно. И по-настоящему заводит…       Уйти в дебри сексуальных фантазий Чонгук не успевает, потому что его прерывает кроткий голос Тэхёна:       — Получается, я в этой схеме лишний? Я догадывался, что Ли Гиён увёл клиентов. — Тэхён качает головой, будто всё ещё не веря в предательство бывшего сотрудника.       — Ничего, — Чонгук протягивает руку и сжимает плечо омеги, — мы всё исправим. Начнём с организационной структуры управления, завтра посмотрим маркетинг…       Чонгук нисколько не сомневается, что всё так и будет. Он управляет огромным бизнесом. Справиться с такой мелочью, как небольшой спортивный клуб, — ерунда. Знать бы, сделает ли это счастливым Ким Тэхёна? Вот главный вопрос.