own home, own kisses.

Пробудившись, первое, о чём думает Чонгук: почему так дует? Нахмурив брови, он еле разлепляет глаза, которые никак не хотят фокусировать зрение. Он не выспался… Ещё и холодно. Только когда он чешет своё плечо, то замечает отсутствие одеяла. — Ааа… — тихо протягивает под нос Гук. Простынь под ним шелестит, пока он подползает к лежащему на другой стороне кровати хёну и ныряет под одеяло. Там нагрето, как в бане. Слишком душно, поэтому Чонгук высовывает голову до носа и широко зевает. Намного приятнее, когда ноги есть куда закинуть. В его случае это бедро Тэхёна. И да, как Чонгук и думал, кожа в том месте такая же горячая. Но естественно никто не собирается сдёргивать одеяло. Тэ в ответ только мычит с наверняка закрытыми глазами и уже в следующую секунду Чонгук чувствует в своих волосах пальцы. От такой ласки и так разнеженный парень придвигается ближе, даже несмотря на явную духоту между ними. — Чонгука, куда ты там пол, — зевок, — заешь. А дальше непонятный бубнёж, который никто из них даже и не вспомнит. Но мягкий поцелуй в макушку от Тэхёна на грани дремоты Чонгук, конечно же, почувствовал. Они оба засыпают снова в сладкой неге.

***

Проходит неизвестно сколько времени, потому что и в первый раз на него никто и не глянул. Но сейчас часы показывают пол одиннадцатого. Во второй раз вставать не то, чтобы легче. Но сейчас это хотя бы имеет смысл. День никуда не денется от него, правда голод проснулся быстрее. Мешающие волосы в глазах немного раздражают и Чонгук зачёсывает их пальцами назад. Открывается вид на его их комнату. Смятое снова где-то в ногах одеяло жалобно выглядит. А Тэхён, услышав какое-то движение около себя, тянется всем телом и мнёт бедное постельное бельё ногами ещё сильнее. Чонгук садится на кровати, расставив ноги на полу. Через плечо он слабо улыбается, смотря на причину своего счастья. Оно у него сейчас лохматое, немного помятое лицом от наволочки. Но всё такое же мягкое, как и его губы. Что он и подтверждает, стоит Тэхёну потянуть руку к нему. Легонько целует в губы, напоследок в разогретую щёку и приговаривает на ушко: — Я тебя разбудил? — ему отрицательно кивают. Он выпрямляется и встаёт. — Поспи ещё, я пойду в ванную. Нет, не улыбайся так, я иду в неё без тебя, хён. Услышав обречённое мычание Чонгук хихикает и оставляет валяющегося Тэхёна в постели. Из которой он уже совсем скоро встанет, не любя там оставаться без живой подушки. Эта подушка сейчас ходит по дому, чистя зубы и внимательно размышляет о том, что бы им поесть с утра. Наверное он закажет продукты, а там сообразят. Пока он бродит по кухне, слышит в спальне ворох одеял и какие-то тихие фразы. Быстренько ополоснув рот, он ступает на порог и вопросительно мычит: — Ты меня звал? — Чонгука. — Хриплым голосом зовёт его уже сидящий на кровати Тэхён. Недовольно хмурится от яркого света. В последние дни погода была не очень солнечной. Такая резкая смена нарушает умиротворенный сон Кима. — Кушать хочу. Гук улыбается и подходит ближе. Гладит волосы, которые в полном творческом беспорядке. Немного хмурый, помятый и голодный Тэхён. Всё, как положено с утра. Тэхён тянется к руке на голове и прикладывает её к своей щеке. Утыкается в неё как в подушку, начиная сиять. Нет. Немного хмурый, помятый, голодный и просящий ласки Тэхён. Вот теперь точно всё по списку. Чонгук и сам любит это. Ничто не останавливает его приложить и вторую руку к тэхёновой щеке, сразу же чмокая в губы. Сквозь недопоцелуй Тэхён не прекращает тянуть улыбку. — Давай тогда вставать и что-нибудь сообразим на завтрак. — Угу. Согласиться вставать то согласились. Только вот вместо этого Тэхён окольцовывает талию Гука, утыкаясь лицом в живот. Зевает в домашнюю футболку и тихо спрашивает: — А у нас клубника осталась вообще? Играясь с волосами на макушке хёна, Чонгук задумчиво мычит: — Не, я думаю либо уже совсем испортилась, или закончилась. Она не могла так долго находиться у нас в холодильнике. — Мы купили её вчера утром. — Вот и я о чём. Точно закончилась. — К Чонгуку поднимают голову и смотрят снизу вверх очень оценивающе. — Ну ничего, сейчас и закажем. Как раз и для обеда, я планировал приготовить что-нибудь. Тэхён довольно лыбится и согласно кивает. — Хорошо, Чонгуки. — Он легонько целует сквозь ткань живот и расцепляет руки. Вытягивает их над головой и тянется, — а вот теперь доброе утро.

***

— А где Бам? Чонгук даже не шевельнулся, когда к нему со спины совсем тихо подошли и, обняв сзади, пару раз клюнули в шею. Тэхён трётся носом об любимую родинку на ней и смотрит, что же там творит на кухне Гук. А тот успел заказать разве что продукты (в числе которых была, естественно, клубника), а сейчас решил просто немного допить оставшееся молоко. Отвечая на вопрос, Чонгук немного поворачивает голову к Тэ, и кивает в сторону домика Бама. Хозяин сие дворца дремлет в нём. — Он реально ещё спит? — Я видимо его немного замучал до шести утра. Чонгук с досадой говорит это и думает, что всё-таки его бедный маленький друг не виноват в том, что у его хозяина есть такое пристрастие, как ночные прямые трансляции. Тэхён оборачивает его к себе лицом, хмыкнув. Поучительно вытянув палец прямо перед носом Гука он приговаривает как отчитывающая мама: — Ты и себе, и Баму, и арми устроил бессонную ночь, Чонгуки. Всё это несомненно твои решения, но ведь ты сам не любишь ломать режим сна, солнце. Чонгук кивает и кривит губы. Ему такое конечно не прям не нравится, но неудобно, это да. Вот сегодня, например, он встал гораздо позже обычного. Время скоро приблизится к двенадцати… Тэхён видит, как тот немного грустно подзавис и не желает видеть в таком настроении своего парня. — Хочешь, я тебя как маленького буду отправлять спать в десять вечера? Комендантский час, и всё такое? Игриво улыбаясь, он не даёт Чонгуку избежать взгляда, весь извертевшись. Тот начинает хихикать, совсем как умеет только он, и согласно кивает. — А теперь продолжай пить своё молоко, ученик средней школы Чон Чонгук. — Хочешь тоже? — Чонгук смотрит на него своими очаровательными глазами и Тэхён может лишь от умиления треснуть лицом. Проходит около часа и вот они наконец завтракают? Или обедают. Неважно, вообще-то. Сидят на кухне бок о бок и уплетают приготовленную собственноручно еду Чонгука. — Вкусно? Он заинтересованно спрашивает у Тэ, спокойно жующего свою добрую порцию спагетти. — Угу. — Повезло тебе, Тэхёни, скажи? Я и готовить могу, и с собакой верной и на всё готовой, — он крутится вокруг себя и, видимо вспомнив о спящем Баме, осекается, — а, ой. Ну, он просто устал. А так, я прямо мужчина мечты, да ведь? — Угу. Тэхён откровенно забавляется. Доедает и, стукая палочками по столу, резко поднимает голову и откидывает волосы назад. Указательный палец в щёку и: — Поцелуй. Чонгук выгибает бровь. Тэхён же решает идти тогда по правилам Чонгука. — Не то до идеальности не хватает пяти… Перед этим самым поцелуем Тэхён слышит хихиканье и прикрывает глаза, полностью отдаваясь любимым губам. Он любит это чувство. Их поцелуи. Их объятия. То, как Чонгук усаживается к нему на колени и гладит ладонями щёки. Их крохотные чмоки всей душой любит. Обожает и зарываться пальцами в волосы Гука. Он просто не может удержаться особенно сейчас. Когда у его парня такая милая и потрясающая причёска сдерживаться очень сложно, что, собственно, в данный момент ему и не нужно. — Чонгуки. — Они губами в миллиметрах друг от друга. Глаза прикрыты и Тэхён уже просто водит носом по подбородку. Он слышит мычание. Так ему отвечают. Так его очаровывают. — Я люблю твои волосы, ты в курсе, солнце? Это абсолютная правда. В принципе всё, что он говорит Чонгуку, априори правда. Он человек спокойный по нраву. Да, может делать разные поступки, но все они разумные. Но то, какой ненавистью наливается его сердце и сознание при просмотре неприятных и лживых комментариев в сторону Чонгука, неизменно. Всей душой хочет, чтобы у тех людей прояснилось зрение и ум, раз они всё ещё слепы и не могут видеть того, в чью сторону раскрывают рот. — Я правда люблю тебя, помнишь, Чонгуки? Тот замирает. Нет, Тэхён не молчал о таком никогда. Тут скорее всё из-за его чувствительного парня. Что смотрит сейчас так умоляюще и с такой искренней нежностью. Чонгук обнимает за шею Тэ и медленно кивает. — Я никогда не забываю, Тэхёни. Спасибо тебе. — Эй, солнце, только не расчувствуйся слишком сильно, мне твои слёзы не надо, иначе я лично выйду в эфир и всё им выскажу. Чонгук улыбается, нехотя отстраняясь и с немного красными глазами отрицательно кивает. — Я тебя люблю. Ты меня знаешь ведь, я от твоей помощи не откажусь, просто в данной ситуации я уже лично им всё высказал и мне правда стало легче. Просто осадочек остался, знаешь… как от ссоры какой-то. Это нормально. А вот это, — он указывает рукой на глаза, — из-за тебя. Не смотри так, да, я расчувствовался. А нечего так внезапно с утра пораньше меня заставать врасплох. Мне нужна недельная подготовка, ясно! Тэхён смотрит на него и никак не налюбуется. Он действительно успокоился от слов Гука. Вот только теперь чувства через край у Тэхёна самого. Поцелуй не внезапный. Он такой, как и множество, что у них было. С улыбками, прикусываниями и руками в волосах. Они всё также сидят на кухне и Чонгук всё также на его коленях. — Видишь, всё в порядке, я не собираюсь ничего стричь. Мне всё самому нравится, и я очень рад, что и те… — Да как ты можешь не нра..!! — Да как я могу не нравится, Тэхёни? — Чонгук сразу вычисляет накипающую злость на всех плохих людей и спешит не давать думать о них. — Представляешь, Тэхёни, я таким же вопросом о тебе задаюсь. — Пф, а вот и другим мне всё равно, нравлюсь я им или нет. Меня устраивает наше положение вещей, Чонгуки. — М? — Отрывается от груди и смотрит вопросительно. Тэхён заправляет прядку за ушко, как любят делать они оба. — У нас всё взаимно, Чонгуки. Ему в миллионный раз очаровательно улыбаются и утягивают в поцелуй. Теперь они берут сполна. Тэхён забирается ладонями под футболку и гладит по бокам. Чонгук прикусывает губу от этого и ощущает самое настоящее тепло. Он очень сильно полюбил этот их незапланированно-планированный отпуск. Даже при мысли об этом он радуется, что замечает каким-то образом Тэхён и крохотно чмокает в уголки губ. Практически ежедневные такие моменты, которые раньше выпадали на особенно свободные дни. И с течением этого времени, оставаться ненадолго вдалеке друг от друга немного… как бы объяснить. Странно? Грустненько немного на сердце. Они стали ещё ближе, чем даже в тот же карантин. Наверняка потому, что даже тогда большую часть дней проводили всё равно в кругу семьи. Вот например в эти дни у Тэхёна будет расписание с его друзьями Вугой. То шоу, которое будет выходить, на самом деле очень смешное и милое, да и по рассказам Тэ ещё во время съёмок он был уверен в этом. Так что это несомненно всем понравится. Единственный минус (разве что для Чонгука), это возобновившаяся работа для Тэ, которая требует большого количества времени. Эх, зажрался Гук, так сказать. Медленно прервав поцелуй, Чонгук пару раз чмокает и смотрит на разнеженного парня с прикрытыми глазами. А время то летит на самом деле. — Тэхёни? А во-сколько у тебя сегодня расписание начинается? Не открывая глаз Тэхён поглаживает коленку под домашними шортами Чонгука. — Менеджер сказал, что в четыре часа мы должны будем быть в здании для пресс-конференции. — А надолго? — Думаю да. — Тяжело вздохнув говорит Тэ, и теперь, смотря на своего парня, прямо-таки физически ощущает это нежелание куда-то ехать. Ему бы просто полежать на этих коленях, что он гладит, и всё. Но работа всегда была самой контрольной точкой даже не его, а их жизней. Оба это понимали и понимают, но также они всё ещё любящие друг друга люди, поэтому их желания имеют свойства владеть чувствами. Особенно, когда они так близко находятся и смотрят в глаза. Ну какой же Чонгук обнимательный. А его глаза. Ну боже, дорогой ты мой, я тоже не хочу прерывать эту тихую гавань нашей жизни. — Хорошо. Ну тогда я снова выйду в прямой эфир. — А меня пригласишь? — Игриво постукивает по бёдрам пальцами. — Неа. — Тэхён так смешно возмущается, заставляя Чонгука засмеяться. — А ты меня засмущаешь опять. Я не могу с тобой эфиры проводить. — В смысле?! — А мне на тебя смотреть постоянно хочется и говорить милые вещи, а на камеру такого не поделаешь! — Чонгук говорит это с такой претензией и выглядит точно, как нахохлившийся воробушек. Тэхён смотрит на него такого и просто откидывается на спинку стула, жмурясь. — Всё, ты меня убил милотой, я наконец не выдержал. Тишина. Тэхён даже хочет приоткрыть глаза, но чувствует, как на нём поудобнее устраиваются и целуют так нежно и тепло в шею. — Мне одному будет тоскливо, не говори так. Господи, ну Тэхён правда в один день не выдержит и съест его.

***

Менеджер с водителем приедут уже через десять минут и пора выходить. Они стоят в прихожей вместе с уже проснувшимся Бамом и прощаются буквально на пару часов. Тэхён обувается, в то время как над его душенькой приговаривают: — Я буду скучать, если ты ещё не знал. — Чонгука, иди уже сюда. К нему, конечно же, и без того бы подошли впритык. Чонгук заправляет волосы за ушко и его утягивают за талию в объятия. Впитывает энергию, чтоб на весь день хватило. Ага, конечно, хватит. Чонгук укладывает голову на его плечо и вздыхает совсем по-детски. Тэхён умиляется и буквально строчкой в голове несётся «обнимательныйобнимательныйобнимательный». — Беги сразу домой! — естественно даёт пару тройку поцелуев в нос и кивает сам себе. — Понял, выполню. — Приставляет ребро ладони к виску. Дверь пикает и Чонгук удручённо вздыхает. Смотрит на Бама, который утыкается носом в дверь. — Тоже уже скучаешь, Бами? — Приседает около него и гладит по спинке. — Мы вообще самые сильные, да, Бами? Предлагаю завалиться на диван нагревать местечко и смотреть что-нибудь! Вперёд-вперёд.

***

Тэхён уже успел отсняться в пресс конференции, но осталось мини интервью для другого выпуска. Ему принесли другую одежду, в которую он уже успел переодеться. Сидит переодетый и готовый в гримерке, ожидая начала съёмок. Он ушёл самым первым, вот и ждёт один пока что. И не зря один. Потому что приходит сообщение. И не на телефон, которым он пользуется при работе, а на номер, который знают лишь самые близкие. Как например… «Солнце» сегодня, 18:23 что-то хоть успели снять? И прикреплено фото. Где его парень очень близко к камере, со смешным нахмуренным лицом с приглушённым светом, скорее всего на кухне. … Чонгуки. Так, спокойно Ким Тэхён. Нельзя бросать всё и убегать целовать эти губы. Крохотные, боже ты мой, ну какие они не целованные! Уже сколько прошло? 3 часа? Может быть…. Нельзянельзянельз… Можно. — Соджун хён, а там всё уже готово? Когда нам выходить не говорили? Только что зашедший в комнату друг задумчиво стоит пару мгновений и в следующее оглядывается обратно в коридор. — Никого нет, пока молчат. Тэ хочет взвыть. Но не зря же он хочет сниматься в фильмах. Состроив незаинтересованное лицо, он лишь понятливо кивает и пишет: «Вы» сегодня, 18:26 один материал отсняли, но ждём пока всё будет готово для следующего :( — А где нунна? И ставит на беззвучный на всякий случай, как делает всегда. Просто именно сейчас он всё-таки ждал сообщения. Теперь фотографии хватит на запас энергии до конца процесса! Заходит Юми-нунна и говорит, что уже можно выходить. Сейчас время пролетит и он вот-вот и придёт домой. Придёт и поцелует. Пару раз. Пару тысяч раз. — Файтинг! Все смеются над по-смешному серьёзно настроенным Тэхёном и выходят.

***

— Пока, арми! Пожалуйста, идите спать и всем спокойной ночи! Чонгук машет, пока трансляция не отключится и широко зевает. Бам сидит сзади него на диване и виляет хвостом туда-сюда. Видимо еда дала ему энергии. Чонгук оборачивается к нему и начинает донимать бедного друга. Интенсивно гладит по спинке и дразнит: — Вкусно наш Бами покушал, да? Вай какой энергичный! А тебе спать пора между прочим. Он встаёт и несёт оставшуюся курочку, которую успел заказать в холодильник. Она как раз не острая и Тэхён тоже сможет перекусить. Гордо подумав об этом, он слышит писк входной двери. Улыбка сама лезет на лицо. В коридоре разуваются и очень тихонько идут. Устал. Этот уставший идёт на кухню и Чонгук, уже повернувшись, смотрит на немного сонного, но с такой же нежной улыбкой Тэхёна. Его сгребают в медвежьи объятия. — Ну наконец-то. Чонгук пробирается пальцами по недавно свежей укладке и слышит довольный выдох Тэхёна. — Всё прошло хорошо? — Угу. Он чувствует поцелуй у себя в районе ключиц. И ещё. И ещё. Чонгук хихикает и отодвигает голову Тэ от своей шеи, чтобы увидеть лицо. — Кушать хочешь? — Хочу. — И тянутся обратно. — Садись, я тебе разогрею. — Мхм… Чонгук весело наблюдает за недовольно ноющим Тэхёном. Тот отказывается отстраняться от шеи Гука. Это ещё смешнее, если ты вспоминаешь его серьёзную натуру. И Чонгук каждый раз искренне рад тому, что рядом с ним Тэхён даёт себе быть свободным. Он любит каждую его сторону. А у того в голове только: «Дай наобниматься, ей богу!» — Поцелуй! — Куда? Ты не показываешь. — Везде. Чонгук снова выгибает бровь. — Да вы уверен в себе, Ким Тэхён. — Да, я могу себе позволить. А теперь я требую мои честно заработанные за столько часов отсутствующие поцелуи! Желательно через три… И Чонгук даже не даёт себе время просмеяться. Просто целует сначала в волосы. Тэхён от этого весь воодушевляется и поднимает голову наконец. И Чонгук никого не мучает. Захватывает губы, получая в них счастливую улыбку. Тут уже и у уставшего Тэхёна появляются силы. Обхватив двумя ладонями шею и поглаживая большими пальцами щёки, он напирает телом, заставляя Гука упереться спиной в холодильник. Поцелуй этот не глубокий. Без языка. Медленный. Но какой же он… — Ты курочку поел? …домашний. — Ага, а ещё она не острая, если ты заметил. Чонгук смотрит тёплым взглядом в этой слабо освещённой светом кухне и поднимает уголок губ. Тэхён трётся кончиком носа о чонгуков и шепчет: — Да, Чонгука, заметил.

***

Один Тэхён, конечно же, не ест. Каждую минуту просит Чонгука его покормить и когда пальцы находятся очень близко, то, естественно, не отказывает себе в удовольствии и легонько прикусывает их. — Знал бы ты, как я хочу тебя покусать… Не представляешь, Чонгука, эх… В ответ почти не смущаются, потому что привыкли. Но сами слова всё равно растекаются внутри таким сладким чувством, что Чонгук каждый раз сдаётся. Пытается говорить непринуждённо, но сам взгляд отводит: — А никто и не запрещает. — Да вы смелый, Чон Чонгук. — Эй. — Ладно, извини, Чонгуки. Однажды его очень стеснительно попросили называть почаще ласковыми именами, потому что Чонгуку очень нравится. Сильно. Мягко сказано. А Тэхёну только дай повод назвать по имени. Он его говорит чаще, чем чьё-либо имя. Просто нравится его произносить. Это уже даже как привычка, ведь иногда бывает, что он зовёт его без какой-либо причины. Самого же Тэ Чонгук не так часто зовёт. В основном это потому, что тот всегда тихонько находится под самим боком и может молча придавать такой уют и комфорт, что никакие слова не сравнятся с теми же молчаливыми объятиями. А Тэхён обожает всё. Поэтому никогда не преувеличивает, когда говорит, что как минимум зацеловать, заобнимать, затискать Чонгука он хочет часто. Не считая моменты ссор, что вполне логично. Но за столько лет отношений практически все глобальные причины для таких перепалок уже исчерпали себя в ввиду того, что всё обсуждено, отработано в головах и закрыто в принципе, как темы для обсуждений. Было бы наоборот странно, будь у них в таких долго длящихся отношениях всё те же причины для ссор. Тэхён дорожит Чонгуком, так же работает и в другую сторону. Вот и вся тайна. Никому не понравится испытывать беспричинную: обиду, злость, раздражение, вину. Конечно же им обоим будут любимы чувства, как: нежность, забота, игривость, возбуждение, нежность, нежность. Вот, что выбирали они, когда закрывали одну тему за другой. Без мелких, ничего не значащих ссор никуда не деться, когда человек имеет эмоции. Но так же потому, что они эмоциональны, они умеют и понимать это. Был раздражён из-за работы или перепалки с кем-то и возможно я попаду под горячую руку? Переждём, а потом помиримся. Кто-то из нас извинится. А другой обязательно поймёт чувства. И вообще, к чему ссориться, когда можно… — Тэхёни, может ты перестанешь меня есть? На это только показательно возмущаются и говорят, что его чувства задеты и исправить всё можно только поцелуем. — Ты такой драматичный…ты же знал, хён? — Естественно. Как и ты.

***

— Чонгука… — М? Они лежат в кровати с набитыми животами в спальне. Свет выключен, Бам в своём домике, в квартире тишина, прерываемая лишь их тихими разговорами. — У тебя нет ощущения, что в эти дни особенно, расставаться на маленькое время становится всё... грустнее? Чонгук согласно кивает, пододвигаясь ближе под одеялом и Тэхён переплетает их лодыжки. — Я чувствовал то же самое, когда ты сегодня пошёл на съёмки. Как будто ты вышел из квартиры, а я остался без чего-то очень ценного. — Тэхён улюлюкает, но быстро замолкает, давая договорить. — То есть да, мы с тобой пара и им свойственно быть вместе, но… — Но в эти месяца мы были очень долго наедине без наших строгих расписаний и привыкли быть рядом в плане как именно пара, не скрываясь при камерах. Тоже так думаешь? Чонгук берёт прядочки, падающие на лицо Тэхёна и зачёсывает их за ушко. — Угу. Господи, ну какое очарование. — Это так странно вспоминать… — М? Что именно? — Наше привычное расписание. Даже каких-то полгода назад. Что уж говорить о времени, когда мы только начали встречаться и… Эй, Чонгука, ты чего так лыбишься? Тот и вправду так мечтательно улыбается, что Тэхён забывает, какую линию повествования нёс. — Да так, вспомнил наш первый поцелуй. — Хихикает. — Я тогда чуть от волнения не умер. — Тогда не нужно было целовать. — На него смотрят, как на идиота. — А то как мир бы жил без такой звёздочки? Ты представь. — Вот прямо-таки звёздочки? — Конечно. Потому что ты иногда такой крохотный, но даже тогда ты светишь очень ярко. Прямо как звёздочка. — После этих слов он заключает свою теорию чмоком в нос, на что ему тихонько смеются. — Тебе повод дай и ты меня всего расцелуешь. — А ты что, сомневаешься? — Выгибает бровь. — Наоборот уверен на все сто, но я и всеми руками за. Тэхён смотрит на него непонятным взглядом и Чонгук безмолвно спрашивает что? — Чонгука, так нельзя внезапно говорить, ты в курсе? — Тот начинает смеяться. — Я так мысль никогда не закончу. У меня теперь в голове только поцелуи и твои родинки. Говорит и накрывает лицо ладонями, показательно отчаянно воя. Чонгук ещё сильнее смеётся и легонько шлёпает по тэхёновой голой груди под одеялом, пригладив сразу же это место. — Всё, я молчу. Заканчивай мысль. — Так вот… — Он хитро глядит на Чонгука на наличие дальнейший нападений. — И я хочу сказать, что даже в самом начале отношений мы скрывали свои чувства... окей, не смейся, но как могли же скрывали. Выдерживали и групповые расписания, и личные съёмки, где во всех случаях мы не могли быть полностью свободны в действиях. Даже помнишь тот первый отпуск в девятнадцатом? Когда все разъехались. Да, соглашусь, это было круто, но наверное даже тогда мы не были такими прилипшими, как сейчас. А вот прикинь, если сейчас мы так же, как и в то время решим на полгода… — Осекается. — Ой, всё, бред нести начал. Предлагаю спать, Чонгуки. Хмурится на свои слова и обнимает Чонгука, сцепив руки за спиной. Как он будет в этом жестоком мире, где Чонгуки нельзя будет так обнять или поцеловать несколько месяцев или… Какой ужас всё-таки, мда. Нужно запретить плохой мир без Чонгука. — Хах? Спать?? Не хочешь так надолго расставаться? — Чонгуки, ты такие страшные и непонятные вещи говоришь, я в шоке. Он продолжает бухтеть куда-то в шею Гука. — Согласен, звучит просто ужасно. Тэхён зевает всё туда же и зарывается глубже в ключицу. Идеально. Любое место станет идеальным для сна, если ты сможешь обнимать при этом любимого человека. Они начинают засыпать. Чонгук слышит размеренное дыхание у себя под ухом и чувствует новый прилив любви. — Тэхёни? — М? — Сонно сразу отвечает. — Поцелуй. Тэхён молчит, а потом взрывается смехом и налетает на него с поцелуями, пока Чонгук не прекращает хихикать. Ким Тэхён не соврал. Он действительно зацелует его однажды так, что и места не останется. А Чонгук всегда за.