Hope in Lies

      Лололошка смотрит притуплено, пока в голове лишь один вопрос: “что?”. А как он,- пациент,- должен ответить. Он не специалист, чтобы оценивать чужую работу и знать хоть часть тонкости специальности. Он, черт его побери, вообще без понятия, что от него сейчас требуется.  — Нормальный? — неуверенно, с полным непониманием в голосе отвечает Ло, пока Райя пытливо смотрит на него, видимо, не совсем удовлетворившись ответом.  — Ло, ну чего ты так сухо, я же просто спрашиваю. Расскажи, допустим, о том, как проходят ваши приемы. В каких вы сейчас отношениях с Джодахом Ави? — напирает девушка, не сводя взгляда с фигуры оппонента.         Ло смотрит в ответ, но уже спокойней, более уверенно, хотя в голове до сих мечется от мысли к мысли в попытке ухватиться за самую адекватную. Он честно не знает как ответить, ведь так-то они в никаких и не отношениях. Он, блять, пациент, а Ави его лечащий врач. Какие тут могут быть отношения? Дружеские что ли? Смешно, но субординация даже в таких местах есть. И Лололошка в рассудке, чтобы понимать это.          — Джодах просто консультирует меня, помогает справляться со сложностями, которые возникают и просто следит за моим состоянием. Я не знаю, что еще должен делать лечащий врач, но я хорошо себя чувствую и это главное, разве нет? — на одном дыхании выдает Лололошка, хоть и звучит он весьма уверенно, но внутри расползается липкое ощущение неприязни к происходящему. Он умалчивает, но в этом есть толк даже для Ло, не то, что для Ави. Может он и не делает и половины необходимого, но Лололошку явно это не заботит, ведь пока до него не доебывается еще больше, то все ок. И, в принципе, учитывая опыт предыдущих месяцев, то Джодах и вправду делает в разы больше для Ло.  — И то правда, но все же, может он, ну, допустим, давал тебе новые препараты лично, а не перед едой в столовой? — Нет, я пью только те препараты, которые выдают мне в столовой, — кратко отвечает юноша, продолжая поддерживать зрительный контакт с девушкой. В голове крутятся слова Ави, и Лололошка, как и обещал, умалчивает. Выглядит это теперь еще страннее, но девушку, на удивление, этот ответ более чем устраивает, хоть и выглядит она напряженнее, чем пару минут назад.  — Отлично, ну а какие у тебя взаимоотношения с другими пациентами? Может, у тебя тут есть друзья? Или, может, это кто-то из младшего персонала? — с легкой дежурной улыбкой интересуется Райя. Ло лишь отрицательно мотает головой. — Нет, я фактически не общаюсь с другими пациентами, так же, как и с другим персоналом больницы. Все по минимуму.  — А чего ты так? — не отстает девушка, на что Лололошка лишь тихо выдыхает. — Не особо любил людей как при гражданской жизни, так и сейчас. Меня на данный момент все устраивает, но если нужно будет, ну, или я сам захочу, то не думаю, что возникнут проблемы со знакомством. — Ну хорошо, на этом, думаю, можно закончить, большое спасибо, — говорит Райя, вставая из-за стола.        Лололошка вторит действиям девушки и идет следом к выходу. Мужчина с обратной стороны придерживает дверь им двоим, после чего молча показывает Лололошке следовать за ним, пока Райя остается около комнаты, отвлекаясь на младший персонал больницы, что находился рядом.        Особо не обращая внимание на пустоту коридоров больницы, Ло молча следует за высокой фигурой охранника, что время от времени косит на него серьезный взгляд и продолжает идти стальной походкой. Пустые коридоры больницы и тихие звуки, прилипшие к стенам, однозначно ощущаются непривычно и странно, в какой-то степени даже пугают. Чуждое чувство нервозности начинает надоедать, но избавиться от него получается только тогда, когда юноша остается один в своей палате.        Закатное солнце заливает пол и стены, создавая рисунок из теней стальной решетки, висящей у него на окне. Еще одно напоминание тому, где он. Лучшее напоминание из всех возможных, спасибо.       Ло-шка тихими шагами проходит к своему спальному месту, залезая на матрас с ногами. Взгляд притупляется на горящее светом окно, где за стеклом легкие порывы ветра легко покачивают ветви деревьев еще без листьев. Весна нравилась парню, как минимум потому, что его день рождение выпадало на эту пору времени. Но в этом году ему придется праздновать тут. От этого осознания становится не то что обидно, а скорее просто неприятно. Неприятно осознавать, что вероятнее всего все последующие дни рождения будут при таких же обстоятельствах. Неприятно понимать, что теперь это не праздник, а просто одно из напоминаний времени, проведенного в больнице. 

***

      Проходит относительно немного времени, когда в палату к Лололошке заходит уже знакомая санитарка, что грубым тоном объявляет, что пора ужинать. Парень не препирается и спокойно следует за женщиной, опуская глаза в пол, до сих пор находясь в своих мыслях. Вокруг стоит гул, что ощущается под толщей воды.        В столовой все так же, как и было с утра. Выдача препаратов, внимательное наблюдение и не удовлетворенные, покрытые пеленой неприязни взгляды, обращенные ко всем пациентам. Ло буквально нутром ощущает липкость всех этих взглядов. Мерзко.        С полным нежеланием Лололошка запихивает в себя пару ложек еды, что получилось весьма удачно. Изъявив желание уйти, его сопровождают обратно до палаты, оставляя в гордом одиночестве до утра.        Еще один день окончен. 

***

      Утро выдается ранним и весьма шумным. По коридору раздаются чужие громкие голоса, сбиваясь в один раздражающий гул. Лололошка слегка щурится от яркого утреннего солнца, что светлыми лучами скользит по всей комнате, попадая прямиком на лицо юноши. Парень как обычно выходит в коридор самостоятельно. Все вернулось на круги своя. Сходив по всем утренним делам, типа туалета и столовой, парень возвращается в свою комнату.        Тихое спокойствие буквально обволакивает его, от чего начинает клонить немного в сон, что странно, ведь лег он нормально, да и проснулся не особо рано. Все таки слушаясь свое тело, Ло ложится на матрас, что моментально откликается на действие скрипом.       Минута, а может и все десять успевают пройти, но полноценный сон все никак не приходил. Лишь легкая полудрема, что прерывалась время от времени так же резко, как и появлялась.        Стук в дверь прерывает все попытки сна. Лололошка некоторое время тупит взгляд на дверь, и негромко откликается коротким “войдите”. Как ни странно, в комнату заходит Джодах с дежурной улыбкой на лице. Прикрывая дверь за собой, Ави проходит тихими шагами проходит дальше, в глубь комнаты, вставая прямиком напротив Ло.  — День добрый. Ты как? — начинает Джодах, складывая руки на груди.  — Здравствуйте, все хорошо, — как всегда коротко отвечает пациент, поджимая губы, понимая, что вероятнее всего речь пойдет о вчерашнем дне и разговоре с комиссией. — Рад, что все хорошо. Как поспал? — весьма бодро продолжает врач. Ло-шка слегка придерживает паузу, пытаясь то ли оттянуть момент самого важного, то ли просто пытаясь понять, что говорить о такой не важной части своей жизни, как сон. — Ну, уснул на удивление нормально, да и не просыпался. Проснулся тоже без проблем.  — Отлично, хороший сон – это всегда замечательно. Но все же, чего уж тянуть, тебя вчера спрашивали же, верно?       Лололошка слегка прикусывает губу изнутри, отвечая коротким положительным кивком головы. Джодах понимающе вздыхает и делает легкую паузу для Ло, ибо по всему его виду легко можно сказать, что говорить он особо не хочет.       Проходит, наверное, секунд тридцать, прежде чем Ло самостоятельно не проявляет инициативу, тихо выдыхая перед словами.  — Там не было ничего необычного. Сначала спрашивали про то, как мне тут, как принимаю препараты и мое отношение к вам и, в принципе, ко всему персоналу, — парень вновь выдерживает небольшую паузу, перед тем как продолжить. — Потом были более уточняющие вопросы конкретно про вас.        Джодах смотрит выжидающе, явно сдерживает себя от подгонов со своей стороны, лишь молчит и смотрит. Не давит.  — Спрашивали про дополнительные препараты, но я, как вы и просили, ничего по этому поводу не сказал. Потом она переключилась на мое окружение и взаимоотношение с другими пациентами. Сказал, если так можно, конечно, выразиться, правду. Что особо не общаюсь ни с кем. Уточняли почему, ответил, что людей не люблю. Ну, что правда, то правда. Вроде как, все… — Лололошка притупляет взгляд в стену напротив около окна. Размытый образ Ави сбоку слегка двигается, из-за чего фокус взгляда цепляется за его фигуру, делая мужчину четким в глазах мальчишки.  — Спасибо что ты сделал так, как просил я, — негромко благодарит врач, распрямляя спину.  Он выглядит спокойным, буквально успокаивающим. Лололошка вновь негромко вздыхает, слегка улыбаясь на слова Джодаха, на что тот отвечает такой же легкой, мягкой улыбкой. 

***

      Ощущение, будто вся усталость отпечатывается на сетчатке глаза. За окном уже темнота, с ужина прошло уже около двух часов. В планах было прийти и буквально упасть на кровать, забываясь тяжким, вязким сном. Но этого так и не случилось.        Тени от мерцающего света по ту сторона стекла пляшут по стенам, перепрыгивая на малую часть мебели в комнате, после чего перебегают обратно на стену и скрываются во тьме. И происходит это с такой частостью, что в глазах уже просто рябит.        В голове буквально пустота. Неприятная такая, вся идеальная, но бесит. Лололошка тихо вздыхает, переворачиваясь на спину, закрывая лицо ладонями. Вязкое ощущение “чего-то не такого”, что описать словами невозможно оседает где-то на корке подсознания. Что-то не так, и оно чувствуется, но понимая что конкретно нет.  Бесит.