Мой котенок.

Кира Сменкина чувствовала угрозу всеми фибрами души, волосы, туго сплетенные в ее хвост поднялись и вздыбились как шерсть у кошки. А с приближением лица к себе самой воздух стал наэлектризован. Прежде чем Кира поняла, что они оба падают! Кто же знал, что их спасет неуклюжесть Арта. Но Мещеряков в этом времени терял равновесие каждый раз, когда злился и никогда, пока мог здраво думать. Думал ли Арт сейчас? Нет. Он смеялся! — Эй! Ну хорош! — Кира боролась вся промокшая с лишним весом на земле. — Ты позавтракал мешком тефтелей? Тяжеленный! — Ха-ха! А ты толкни сильнее! Не унимался парень, однако вспышка схлынула и эмоции Арта просто исчезли. Она буквально больше не могла чувствовать ни одной из них. А значит, предугадать его реакцию. Сменкина с ужасом поняла, что такое важное было в словах брата про «сегодняшний день». Артем протянул руку и подтянул воровку за собой с земли, поставив ровно на ноги. — Не зашиб тебя? Или дар речи потеряла? — С-сегодня, — полностью дезориентированная проронила Кира. — Что сегодня? Опять опаздываешь к «друзьям? « — он закатил глаза. — Мещеряков. — Хм, — и начал топать по луже спиной к обескураженой девушке. — А ты знаешь, что я не говорил тебе свою фамилию? Кира застыла с выражение предательства на лице. И попыталась глупо улыбнуться. Не вышло. — Я слышу провокацию? — И как же ты это узнала? И не только это. А еще, не только Ты. — Арт, о чем ты говоришь?! — Сменкина уже испуганно схватила за плечи парня, но он вывернулся спиной и оставил в ее руках мокрую куртку, обрызгав своим прыжком из лужи с ног до головы. — Ух, хватит! — Или что? Опять сбежишь, не отвечая на мои вопросы? Проходили. Артем обогнул фигуру девушки и ловко вытащил телефон из бокового кармана куртки. — Ну что, Сменкина Кира Андреевна… Теперь тоже станешь отрицать? На нее смотрела фотография собственного брата, Фила и ее самой, Соединенные красными линиями, как нитями. Со стены дома Арта. — Откуда ты… Ты не имел на это права. — Значит, у меня прав нет, а у горстки людей, из-за которых у меня жизнь как в неверленде каждый раз — есть! Хочешь знать — откуда? — Мещеряков хлестнул мокрыми руками хлопок перед лицом вора. Она не дрогнула. — Да. Хочу. — Я отследил вас. Сначала Я просто наткнулся в интернете на рисунок мыши, которую видел в твоем блокноте в торговом центре. И страница с рисунками и подписью Крип — просуществовала ровно час, а потом была удалена. Причем в один день с твоими фотографиями… — Ты сталкерил меня?! — И фотографиями Фила, — Арт пролистывал экран перед подругой. — Вика и… Ммм, кто же это? Ах да, он поразительно похож на рыжего волшебника, про которого Я сдуру рассказал тебе, потому что понятия не имел, что ты имеешь к этому отношение, пока не понял, что вы одна шайка лейка! — Арт. Да, мы вместе. Мы команда. Но… Да ты понятия не имеешь! — Кира отвернулась. — Я пошла. Не важно., — она отвернулась, скрестив руки, которые как-то сразу подморозило от влаги. — Зачем ты удалила все эти страницы разом? Я только одного не понял, — расстроенно спросил в спину Артем. — Я этого не делала. — Ну может вы просто какая-то ненормальная группа фанатиков, мне всё равно! Но… Зачем всё это? — Гррр! — Кира рывком развернулась, скатала куртку в руках в снаряд и зашвырнула в лицо рыцаря. — Да я всего лишь должна была запереть тебя в этом магазине, пока мимо проедет болван в наушниках, которого ничего, кроме его опа здания за рулем вообще не интересует! Так нееет, теперь я на допросе! Какого… ЧЕМ я это заслужила? Надо было дать тебя зажевать этому эскалатору, легче было бы, — сквозь зубы разговаривая с собой, Сменкина поперхнулась, но слова возвращать назад было поздно. — Погоди. ЧТО ты сейчас сказала? Запереть меня в магазине? Это ты отключила электричество и… Ты знала, что за мной следят от самого дома и поэтому… Кира… Девушка закусила губу и на всем ходу обратно врезалась в Мещерякова, который только было успел разогнуться после первого удара курткой в лицо. Арт снова чуть не рухнул на землю, но его держали. Хватка у нее была крепкая. — Пошли. Куда? — растерянно округлил глаза он. — Покажу тебе кое-что. Может, вспомнишь что-то важное для себя… Сегодня же твой день рождения, верно? — Аааа… Погод… Да стой же! Арт не мог вырвать свою руку, пока не уперся буквально кончиком носа в ворота ярмарки. — Узнаёшь? — словно Кира спросила не его, а вывеску, всё равно никто из них никуда не смотрел. — Девять лет назад… — выдавил парень и недоверчиво уставился на чужую прохладную ладонь в своей руке, когда она легко притащила его внутрь городка из детских каруселей и аттракционов, будто не заметила охранника. — Давай, может и найдем твоего волшебника, кто знает. — снова тихо улыбнулась и вздохнула в сторону Кира, поправляя свой капюшон со странными, но забавными ушками. — О, тебе идёт. — Мне уже… говорили, — на мгновение девушка осеклась, но списала это на то, что читает правила посещения и обязательные параметры роста. В принципе, Сменкина была готова занять себя чем угодно, лишь бы ее не спросили… — Кто?! — вскинулся, весь нахохлился, как воробей промокший. — «Ты». Вместо ответа его опять потащили вперед. *** — Что она делает? Она уже должна была вернуться! — недоумевал Илья, глядя на экраны с ярмаркой, игрушками, кольцами для метания и танцмашинами. — Гуляет, — склонил голову в сторону Черных. — Сейчас?! Когда у нас заканчивается время! Нашли момент для свиданий… — Мм, нет. Скорее всего Кира а) не заблудилась и б) она пытается последовать твоему совету, Фил. День рождения хороший повод, — рассуждал инженер, потирая ремень очков пальцем. — А, конечно! Я же гений! — подпрыгнул сорка. — А .какому моему совету? — Ответить на вопросы Арта так, чтобы он Узнал, кто Мы. — ЧТОО? Почему? Как? Зачем? Ну вы же не думали, что она будет врать ему? — снова филосовски заметил Вик, облизываясь от вида сладкой ваты на их экранах. Мещеряков сделал себе розовую бороду, но подругу это не рассмешило. И им пришлось отойти с купленной водой к скамейке, чтобы почиститься. — А с каких пор Арт такой эксклюзивный?! Мы его тут вообще-то, спасаем! — не унимался Фил, даже когда Илья приморозил ему плечо. — А с таких. Кира не умеет и не станет врать. Ну, по крайней мере двум людям вообще никогда. И это Я и Арт. — А почему Арт? — тоже спросил Муромов, отбирая накидку из зубов Крипа всеми руками. — Дай сюда! — Потому что Арт с детства ненавидел враньё, он распознаёт это. И когда, чтобы его не волновать дядя Леша сказал, что не курит, А Артем маленьким увидел его через балкон с сигаретой, он так плакал, что закатился на несколько часов, дядя Леша побоялся потерять его доверие и быстро бросил. Но с тех пор Арт видел, когда ему врут разные люди. — Таак, пардон, А это из нашего времени или… — Нашегоооостоорожно! На сорвавшийся голос инженера Черных отлетел от анти гравитации его перчатки в стену, где теперь собирал зубы между кирпичей. — Вик, — с оскоминой пробормотал блондин на четвереньках, пока его лечит такой же маг недоучка, как он сам: — Подкрути регулятор силы перчатки! Тьфу, — Фил выплюнул застрявший в зубе кусок стоп ягоды и улыбнулся находке. — Нельзя же так. О, А так мооожно. И зажал ее в руке. На всякий случай. *** При нормальных обстоятельствах вор выполнила бы всё, что собиралась сделать, как можно быстрее, а затем вернулась бы в их комнату. Но она уже прошла весь этот путь, так что было бы напрасным усилием не остаться хотя бы немного, верно? Тем боле, что. От осознания, что последнее — ее собственная мысль и ее желание Кира впервые хотелось залезть под теплое одеяло далеко ото всех, свернуться калачиком и там плакать. У них не могло быть ничего своего, если только… Кира быстро огляделась в поисках опасности не в силах расслабиться и провести время с другом, как хотела изначально. Но обнаружила только, что Мещеряков всего себя розовым сахаром обвешал и дедушку изображает. Нет, это безопасно. В любом случае, он счастлив, верно? Девушка снова поправила капюшон, прежде чем ухватить его за руку и стянуть со скамейки. — Пошли. Иначе мы не найдем его. Оба выскользнули из переулка и присоединились к толпе детей и родителей, направляющейся к центральной площадке. — Мм, ты что-то хотел спросить? — А? — наблюдая за ворохом пущенных вверх цветных шариков и смеющийся детьми, Арт, кажется, ничего не услышал. Значит, всё же, она могла немного ослабить бдительность. Праздник красивый, честное слово. Кира Сменкина никогда не видела настоящий Питер таким живым, да и обычно они втроем делают всё возможное, чтобы проскользнуть туда-сюда в наименее загруженное время дня во время своих спасательных походов, редко успевая встречать хотя бы более четырех или пяти местных. Сейчас все на улице, и это немного подавляет. Столько всего происходит во всех направлениях. Еда, люди, играющие музыку, целый раздел карнавальных игр с призами, сцена, всё ещё ожидающая своих исполнителей. И они двое, которые понятия не имеют с чего начать и чем закончить. И Арт и Кира в конце концов вырываются порознь из толпы, ловя руку друга уже привычно, чтобы вместе найти тихое местечко, где можно посидеть, и в конце концов останавливаются на нескольких ступеньках и в нескольких же шагах от гула собравшихся у небольшого нарисованного жёлтого квадрата на земле. Этот квадрат ей уже снился. И не однажды, а несколько раз, но воспоминание такое размытое. Странно, понимает девушка, наблюдая, как дети ведут замысловатую игру на улице под ними. Арт тоже смотрит туда. Она привыкла, но даже если не чувствует его эмоции сейчас, это не мешает ей их прочитать. У Артёма здесь день рождения и он не один, но Сменкина не уверена, что точно назовёт его в этот момент счастливым. Арт скорее… умиротворен. Так, как никогда раньше не бывал в этом времени и месте, но хотя бы на мгновение. Отчасти это праздник, они оба знают. Кира тихонько смотрит в сторону лица из-за своего капюшона. Этот человек, этот парень никогда не был бойцом или рыцарем в реальности, и здесь, сейчас он просто пытался жить своей жизнью. Фестиваль на ярмарке, как и его день — это праздник того, что ему разрешено делать именно это. То, что он хочет. И может быть, на минутку она тоже сможет это сделать, если позволит себе? Сменкина стремительно вылетает из своих мыслей от крика. Но это оказываются всего лишь дети на улице внизу. У обочины. Им удалось забить свой мячик на дерево. И Артём, смеясь, помогает его достать. На это раз Арт возвращается в более приподнятом настроении, отрывает руку подруги от забора и разворачивает Киру в руках спиной к себе. — Эй! — Не смотри… В конце концов, следуя командам «холодно-горячо» Кира к удивлению оказывается перед сценой, в шоке наблюдая впервые различия между реальным миром и игрой. В этом Санкт-Петербурге местные дети выходят на сцену в разнообразных самодельных костюмах Героев Энвелла. Это… сюрреалистично, если не сказать больше, видеть, как разыгрываются их «героические подвиги». Это также более забавно, чем она ожидала, если честно, в основном потому, что почти полностью неточно. Конечно, общие штрихи присутствуют — молодой (к счастью, неназванный в пьесе) учитель натыкается в своем классе на ноутбук и убегает за кулисы, чтобы его заменили более мелкие актеры в худших париках, которые Арт, Кира и падающие от смеха трое парней перед экраном с жизнью их друга когда-либо видели. Они объединяют силы и пробивают себе путь через череду безликих головорезов марионеток в доспехах из папье-маше на первом уровне мира Энвелла. И теряют свою учительницу. Это мило и в значительной степени лишено каких-либо узнаваемых деталей, которые запомнились бы Кирой, если бы она пересказала это кому-нибудь. Большинство основных игроков на стороне Моргарта тоже отсутствуют, и честно признаться, Сменкина совершенно счастлива, что такой незначительный винтик как Баквит, проваливается сквозь трещины этой интерпретации истории. Зато хлопающий Мещеряков рядом в абсолютном восторге и мечтает поиграть в видео игру в ближайшем кафе. Спектакль достигает битвы при Тронном Зале в конце первого акта. Учительница и четверо игроков выстроились на возвышенности, ожидая первых признаков нападения. Когда они появляются, Кира неожиданно чувствует, что кто-то вышиб из нее воздух. Это почти реально! Ведь она очень реально видит в своей голове при закрытых от внезапности глазах… — Штырь? — Что? — Мещеряков оглядывается на нее с широкой плавающей улыбкой. И вдруг, его что-то уносит в сторону от нее! Куда-то, Где-то! Кира больше не может отвлекаться на актеров. Ей нужно… нужно… — Ай! — с безумными глазами Сменкина трет локоть. Кто-то смотрит на нее сверху вниз, когда ей удается перевернуться, молодая девушка с голубыми глазами, которая выглядит уже полностью огорченной всем этим делом, но также как будто она не совсем знает, что делать. Но главное, Кира видит над собой зеленые обеспокоенные глаза. Артём садится штанами на песок, не заботясь и сбагривает ее в сокрушительное обьятье-охапку. — Арт? — Вау, ты как? Я и оглянуться не успел. Не ушибла голову? — Аа, нет вроде. Что произошло? Тут на помощь паре приходит другая. К ним быстро присоединяется резкий смех, явно принадлежащий компаньону быстроногой девушки. Которая… сшибла Киру? — Я ценю энтузиазм, Карин, — другой парнишка перекладывает еду, которую держит, в правую руку, чтобы повиснуть на руке той, кто сбил Киру — но я не Не думаю, что у тебя будет время выиграть для меня что-нибудь, если ты сбиваешь кого-то, и нам приходится тащить его к доктору. Девушка краснеет от этих слов, нервно прочесывая выбритую прядь волос сбоку от косы. Что-то ужасно знакомое сжимает сердце Артёма, когда он видит это, но он пока не может точно определить, что. — Ох, ладно, проехали, просто в следующий раз будь осторожнее, — парень слегка подталкивает Карину в плечо головой, прежде чем передать еду и повернуться к двум другим, протягивая руку, чтобы помочь им подняться с земли: — «Простите за мою девушку, она пообещала выиграть мне плюшевую игрушку быстрее чем я съем самые острые чипсы в одной из этих игр и немного переволновалась, в процессе, — говорит он, напрягая голос, когда поднимает Арта. — Я, кстати, Саша. Любимая девушка. Арт не знает, почему это словосочетание так сбивает его с толку. В действительности- не должно. На самом деле это естественный вывод, если смотреть из того, как действовала пара. Почему он предположил что-то другое? Ой. Кира!. — Итак, вы, ребята, уверены, что с вами все в порядке?» — спрашивает девушка, наклоняясь поближе, чтобы хорошенько рассмотреть глаза Киры и ее царапину на щеке. — Да, всё в порядке, мы в порядке, я просто отвлеклась, — отвечает Кира, отмахиваясь от них, — вы двое идите веселиться, ладно? Пока игровые палатки ещё открыты. Три часа. Карина почему-то краснеет ещё сильнее от взгляда на улыбающегося ей Артёма и исчезает со своей парой и веселым смехом среди небольшого скопления людей, попрощавшись. Теперь шатен может подойти к Кире. — Ты в порядке? Я думал, что не заметишь, когда меня снесли на землю. Ты ммм, вроде как была где-то не в этом мире всю дорогу, пока мы шли до ярмарки. Всё… нормально? Девушка снова отмахивается привычным: — Абсолютно. — Понятно, — и Артём уходит вперед, немного удрученный тем, что она не обращает внимания, как ему это не нравится. — Вечер, — тихо и грустно позади замечает Кира, дергая ухо пальцами на капюшоне. Солнце уже висит низко в небе, девушка это с удивлением понимает. Она, вероятно, сможет вернуться отсюда до темноты, если уйдет сейчас. Но прогулка за молчаливой спиной обиженного друга дает ей достаточно времени, чтобы обдумать последствия этой встречи и своих следующих действий. — Я проведу тебя до дома. — А? — уже за бывший о преследовании Арт оглядывается. — Это Я у тебя должен спрашивать. — Это был не вопрос, — отрезает Кира, сначала словами, А затем — и его самого отрезает от дороги. К удивлению Мещерякова, девушка идет со стороны обочины. И… охраняет его? Но что-то, как-то сейчас у Арта отпадает желание задавать вопросы. И до самого дома, впрочем. Когда гостью проводят дальше порога, у Сменкиной в голове просто замерзает картинкой доска с нитями и фотографиями на стене в комнате Мещерякова. Больше сотни подписей сделал. Что же ей-то теперь делать? Закрывая доску спиной, словно просто стоит, опираясь на воздух… — Это мой любимец. Мой мальчик, — Арт нежно рассказывал про изображение спящего на нем ребенка инженера, крутясь на стуле недалеко от окна. Это Мой мальчик! — она хочет выкрикнуть, но вместо этого понимает теперь боли в теле Вика и внезапные головокружения (его вещь здесь. Фотография. В мире Арта). В его времени. Вместо всего этого она заламывает пальцы и говорит: — Арт, уничтожь ее. — Это фото? — ничего не понимающий шатен подходит и встаёт рядом, поглаживая уголок изображения с мальчиком. — Да. Обещай. Пожалуйста, — неожиданно для самой Киры в ее глазах встают слезы, А руки уже на рубашке Арта. — Сделай хоть раз, сделай то, что Я прошу! — Эй! Эй, не тряси! Нет! Не обещаю! — в спорах они переворачивают спиной парня стул, и задевают уголок доски, когда Арт оказывается прижатым к стенке. — Так не терпится меня поймать? — Из-за макушки кричащей на него брюнетки он видит торчащий от доски гвоздь и подается вперед всем телом, пока Сменкина инстинктивно отступает. — Я пошутил! Стой! Кира, не иди назад! Девушка быстро оглядывается, но проскалывает ногой по пустому пакетику от чипсов на полу комнаты, у Арта нет времени думать, есть — действовать! в ее голове снова пролетает тот самый штырь. — Штырь! — Кира кричит предупреждение и слышит в испуганных глазах где-то над собой: — Знаю! — Нет, Арт! Стой! Рука Мещерякова нежно разворачивает ее от возможности выколоть глаз, и чувствует острую боль, быстро затягивающую в дым, тихий гул и сон, пока эти же маленькие руки проходятся через спутанные каштановые волосы вокруг раны у засыпающего на руках парня. Тот самый штырь из оконной рамы попадает аккурат в ту самую точку на его голове. И это уже совсем не её сон. В ожидании скорой помощи, Кира тихо шепчет, игнорируя свой наушник с вызовом от остальных: — Арт, тебе снилось, что ты котёнок. Но ты видел только часть сна. Остальное видели я и Илья… Рыжий волшебник, — девушка грустно улыбается закрытым глазам своего друга, поглаживая его дрожащие руки. Её шарф медленно пропитывается на затылке рыцаря Энвелла. Она старается не думать о врачах, словно они просто смотрели кино марафон на полу, сидя рядом, и Арт заснул. — Ки… — Тшшш, хочешь знать, что видела я? — вор ласково баюкает его на коленях. — Хочешь продолжать быть… счастливым котенком, м? КотоАрт. *** Обнаружить во время перелома наряду с противной простудой, что обезболивающее перестало действовать, погрузило Киру в агонию. Около полуночи знакомый запах привлек внимание, но удивил, школьница медленно подняла голову, чтобы увидеть глазами уровень окна из своего кокона одеял и увидела задумчивые человеческие зеленые глаза. — Мяу? — ее голос был хриплым, несмотря на то что она только что пила. — Что ты здесь де… В ответ раздалось мяуканье, когда ее котенок подошел ближе, запрыгнул на кровать и осторожно обнял ее всеми лапами, согревая этой ночью шею с больным горлом. — Ммм, глупенький, Илья будет волно… — она погрузилась в подушку и уснула. Довольно быстро Арт обнаружил, что мурлычет, когда думает о своих не пушистых маме и папе, которые всегда заботились о нем, кажется, всю его котячью жизнь, когда он выходил за едой (дохлыми птичками и мышами) или чем-то случайным, о чем Кира просила, чтобы проверить территорию, пока она готовит ему завтрак перед тем странным местом «школой». И когда Кира мама по-человечески хвалила его, он обнаружил, что в его горле появляется урчание. И этот звук возникал из привязанности и означал привязанность. Здорово. Арту нравилось иметь его двуногую гигантскую семью, особенно когда папа Илья чесал ему пальцами длинные уши, проводил по шерсти котенка и закрывал глаза, сдерживая все свои эмоции. Вместо него Арт выражал особо громкое мурчание. Он забирался и сворачиваться калачиком на макушке рыжего парня. И это было простоОоооооо. Илья определенно не жаловался. — Пфф, ты мурлычешь, котоАаарт? Илья Муромов самодовольно ухмылялся, расчесывая гриву кота. Он никогда раньше не слышал, как Арт мурлычет, по крайней мере, перед ним. Он попытался сбежать, Илья потянулся к нему и почесал за ушами, заставив его мурлыкать. — Видишь? Малыш. Муромов сложил руки на груди, и теперь они оба сидели рядом друг с другом пока мамочка готовит его любииимую картошечку. ММяууу. Ой. Арт ударяет хвостом по коленям и спрыгивает. Он почувствовал запах теплого, разогревающегося воздуха и спешит к комнате. Пространство вспышкой пролетает перед ним, уши локаторами поворачиваются и ловят кончиками верх его любимой дверки с кошачьим лазом. Конечно же, они живут вместе. Так ведь всегда было? Они семья. Так, где мама? — Мммяяяу! — зовет Арт и мчится на второй этаж. Разве это только что не была кварти… А, неважно! В полете через новую кошачью дверку (такие есть у всех комнат) он успел заметить окна, которые Кира казалось, оставила открытыми, даже когда ушла. Голубые шторы спокойно развевались на ветру, сквозь них начало проглядывать восходящее солнце. Сияющее на ее большую, пушистую, довольно фиолетовую кровать в центре комнаты. У изножья кровати лежал большой ковер из черной медвежьей шкуры, к тому же довольно пушистый. Как тут устоишь? И Кира тихо наблюдает за ним. Когти Арта чуть не зацепились за пушистый ковер, когда он наступил на него. Еще немного осмотревшись, она заметил туалетный столик с зеркалом, несколько наборов рогов на стенах, без сомнения, трофеи папы. Он ведь… охотится? Подойдя к комоду, он осторожно провел когтями по деревянной столешнице, где сидит Кира и смотрит. — Тебе нравится? — спросила Кира. -Мррииияяяу. (Да, это намного лучше, чем моя когтеточка, признаю). Арт фыркнул, ухмыляясь и глядя на девочку. Днем он свернулся калачиком на ковре в новой одежке, она была немного великовата для лап, но, тем не менее, согревала его. Арт замерз и рыжий двуногий папа это понял. Он польщенно шевелил хвостиком, но мурлыкать усвоенному уроку со стороны Муромова больше не собирался. Не сегодня. Арт снова будто проскочил через воронку времени или какую-то странно кружащуюся блестящую штуку и заприметил массивную кровать, которая ещё не побывала в его лапах его кошачьим гнездом. Кира расположилась на подушке, которая со своим успокаивающим ванильным запахом обязательно станет его, и читала. Ухо Арта дернулось, когда он услышал знакомое ворчание от тихого чтения непонятной ему биологии, когда что-то упало за окно в комнату. И Сменкина тихонько усмехнулась, а кошачий зад подскочил и Мяу прыгнул ей на руки. Восстановив самообладание, Кира приложила палец к губам, давая знак замолчать. Когда она указала на прислонившегося сбоку рыжего на углу кровати, Илья всё еще крепко спал, его смешные пахучие шампунем волосы разметались по подушке, он прижал колени к груди. Нос А рта последовал в том направлении, куда указывал её палец, и кивнул с лёгкой улыбкой, снова обнимая книжку мамы всеми лапами. Глаза Киры сдвинулись от книги, и она посмотрела на маленького котенка, который всё ещё был у нее на руках и крепко спал. — Мяу, пора вставать… Она вспомнила своё обещание в школе и медленно выдохнула. МяуАрт проснулся, прежде чем лизнуть ухо своего рыжего папы, заставив того зашевелиться. — Эй, хватит опираться на меня, рыжий эгоист. Вставай уже. Пора в школу… Илья, ты обещал! — Ааааа, но это так тепломмммммм, — пожаловался он и снова прижался к боку котенка, Кира медленно взяла МяуАрта за загривок и убрала подальше от источника проблем. Сбросила ноги Ильи пинком на пол и усмехнулась. — Нююю, — проворчал Муромов, приземлившись на пол, где котенок к его смеху чихнул от летающих блестящих на солнце пылинок. — Пошли, котосын, — фыркнул он и забросил довольного Мяу себе на широкое плечо. Как раз хвост помещался. Арт замурлыкал и Кира хитро прищурилась с кровати за своей книжкой: — Жопа ты, пушистая. На что Муромов с удивлением указал на себя. — Я? А почему пушистая? Теперь хохотала Кира. Илья поджал губы. — Ох, ну сколько можно, трусишка. Давай! — девчонка соскочила с кровати и стащила с плеча Мяу, слегка дернув кончик хвоста. Арт разозлился, но дернул ухом, показывая, что слушает. Кира уложила его на край кровати и оставила немного места, подзывая рыжего пальцем. — Не будь диким, это он котик, А ты среди людей вырос. Муромов не сдержался, стащил одну из резинок двуногой мамы и замер над самым ударом. — Ладно, прости. Я прикрою в школе, как обещал. Не знаю уже, что сказать… Но я не трусишка! — Докажи… — к его удивлению Сменкина легко переложила царапучего котенка и прошептала ему в глаза. — Ладно, МяуАрт, он старается. Заботится о тебе, следит, чтобы ты был сыт, чист, здоров и счастлив. И мне нужно, чтобы ты тоже был благоразумным котиком. Спрячь-ка эти угрожающие коготки. Это Твой… папа, — придумала Кира. — Папа? — и рыжий, почему-то, глаза вытаращил. Однако, миниатюрная хвостатая копия их друга послушно наклонилась вперед, уткнувшись носом в подбородок вора. Демонстрируя свое поведение, Сменкина терпеливо лежала на покрывале, когда зеленые глаза повернулись к ней достаточно и большие мальчишеские зрачки расслабились. — Видишь? — 👌Хорошо, ты выиграла. Илья от своего места у кровати обратил внимание на мелкие полоски с возрастом у их Мяу и совсем не кошачьи веснушки от солнца у окна, на котором он часто лежал. Полоски вокруг его маленьких пальцев с когтями и у кончика хвоста. На его щеках разбросаны 5 веснушек, 3 слева и 2 справа. То, как у него пушилось белое пятно на пузике и дополнительные светлые пучки, торчащие из пушистых ушей. И то, как эти когти убирались, когда Арт сидел, рассматривая его точно так же. Рука Ильи инстинктивно потянулась за уши, почесывая. Зрачки Мяу в одно мгновение расширились, и он не мог сдержать мурлыканье, которое грохотало в его груди, а его голова изо всех сил упиралась в ладонь Муромова. Рыжий усмехнулся и убрал руку, уши МяуАрта упали назад, когда он заскулил, прижимаясь ближе и изо всех сил пытаясь уткнуться в своего папу. Котенок заскулил громче и потолок снова взлетел перед глазами Арта в это непостижимое пространство. Когда он с трудом разлепил тяжелые веки, продирая их коготками, плавающие лица его семьи встревоженно смотрели на него и тянули к нему длинные руки, но Арт не мог коснуться. — Время кончается, Мяу. Если ты не пойдешь с нами, то больше не вернешься. — Мяу! (Я хочу! Я пойду! Возьмите меня!) — он кричит, отчаянно. До хриплого «мяу». Но Илья исчез, А какие-то другие, чужие звуки заливались ему в уши. Вместе с гулом так же вернулись боль и холод, которые он знал от перемещения. *** — Ох, Арт, что же ты сделал? Этот штырь уже убивал тебя. Три раза ты должен был наткнуться на него. Два — лицом, один затылком. Я пыталась, но времени больше нет. Если ты не откроешь глаза, ты больше никогда не вернешься… Мещеряков слышит тихий голос. Но чей он? — Я должна была догадаться, мы все должны были… Когда я увидела, что потерянное кольцо Фила у него на пальце, фото брата, мои рисунки, оох, будь проклята эта головная боль, да еще брелок для ключей Ильи. С ним путешествуют наши предметы по всему времени, а мы, как идиоты, руками разводим, что нам делать. Ну скажи мне, мудрейший Братец всея Питера, что Мне теперь делать?! Прыгать назад во времени?! Что?.. Пульс начинал увеличиваться, болезненно стуча в висках, тошноты не было, но зато была ломота в конечностях и легкое помутнение в голове. Кажется, через несколько минут он крепко-крепко уснет, и сон наконец-то не будет прерываться приступами боли из-за этого глупого плавающего пространства. Мяууу. Боля, болю… Ууурряу. За закрытыми глазами он чувствовал, как комната вращается вокруг, тело сделалось одновременно легким, и тяжелым, а головная боль неприятно стучала в левом виске. Очень хотелось спать. С трудом приоткрыв глаза, Арт в тумане увидел иллюзию, из которой не мог разобрать слов. Кажется, она говорила на его, котячьем, но почему-то… Ох, как у него ломило лапы. Кира сидела рядом с Артом, держала его за руку, хоть он и не мог это почувствовать, и грустно улыбалась ему. Длинные темные волосы были собраны в хвосты, а на плечах был такой непривычный для глаз медицинский халат. Девушка просто сидела рядом и смотрела на него, поглаживая ледяное запястье. — Давай, Арт, ты можешь открыть глаза. Потому что если ты не проснешься сегодня до часу ночи, больше ты не вернешься никогда. Но сказать тебе это я не могу, ты мне просто не поверишь. Я бы сама себе не поверила… Тихо-тихо-тихо, спи, маленький Мяу, и пожелай проснуться хоть в одном из своих счастливых кошачьих снов. Артём Мещеряков дернул пальцем, в который ему уткнулось плечо спящего человека. Внутри кольнуло. Перед тем, как открыть глаза после головной боли ему показалось, что Кира сидела рядом и держала его за маленькую лапу. П-Постойте. Арт осмотрел свою ледяную руку, не замечая, что кого-то он разбудил. А где его лапы?! — Мяаааа! — Мещеряков быстро закрыл себе рот рукой. Зато Сменкина подскочила со сна, как из ледяного ада. Кира в кое-веке выспалась и чувствовала себя прекрасно. Но в этом и была катастрофа. В висевший на двери куртке Арта до сих пор валялись сигареты, а ее не крючило! Это могло означать только одно: Они полностью перестали чувствовать Арта. И если у нее осталось хотя бы две минуты, чтобы вытянуть его из мира иллюзий, это чудо, подаренное Богом. — Арт? — Привет, о… — парень почувствовал, как к нему кинулись, протянув руку, таким образом Кира быстро поправила иглу на соседней. — Ой. Арт обнял в ответ крепко и рассмеялся хрипло. — Либо ты очень по мне скучала, либо волновалась, я прав? Э… — Сменкина встала на колено у кушетки, для опоры, перехватив руку друга. — Послушай, Арт… — Я не готов к предложению! — на всю палату выпалил он. — Нет конечно. Тихо, времени мало. Слушай меня. Всё, что происходило с тобой — не случайность. Все странные промежутки времени, сверкающие вспышки, меч, кошачьи штучки, металлические солдаты, которых ты боялся в детстве, прячась под кроватью… — Что? Откуда ты… — Не перебивай! Это была твоя, реальная жизнь. Как и наша. Начиная от волшебника и до меня. Я знаю, что говорю чушь, просто поверь сейчас! Ты ведь видел, как исчез Вик! Отчаянно закричала Кира, тряся руку парня, когда в палату постучались, она приткнула ручку от поворота стулом и удерживала ногой. — Сумасшедшая… Эй, вытащите меня отсю! Лицо Артема насильно повернули рукой и когда у него заболели щеки, он сдался. — Ладно, верю! — Прав-да? — Ну, звучит фантастически, но однажды на моих глазах реально исчез человек. Я хотел покормить маленького мальчика, которого нашел у клуба для… — Арт посмотрел вниз на девушку, пытаясь заставить ее встать с пола коленом. — Кхм, Кир, тебе удобно так дверь держать? — Не важно! Не веришь, да? — А чего ты ожидала?! — Хорошо, — Кира медленно встала, отошла к двери и приземлилась на стул, когда палату почти удалось отомкнуть. — Извините, заело! — Я позову охранника! — послышалось с другой стороны, но Мещеряков уже даже не засмеялся. — Ты хочешь знать, как и почему человек может запросто исчезнуть на твоих глазах и никто во всем этом виртуальном мире кроме тебя этого не заметит?! — грозно перекинула одну ногу на другую Сменкина, а потом резко встала со стула и не боясь, что подошедший охранник копошится в замке с обратной стороны палаты, схватила парня, прыгнула на него. Кира наклонилась вплотную, отчетливо представляя, как сейчас ее товарищи перед экранами заорали: Что она делает?! И под заикания краснеющего Мещерякова вырвала из кармана в руку и сунула себе в зубы подтаявшую последнюю стоп ягоду, откусила ровно половину. — Что ты… Мы… — Потом заикаться будешь, руки на талию положил, Фома не верующая! От крика в ушах щелкнуло болью и Арт выполнил раньше, чем понял. На его глазах с хищным клацем зубов девушка исчезла в воздухе прямо у него в руках. Артём испуганно схватил угол простыни. — Верю! А! — Что у вас там происходит?! Охранник все еще выворачивал замок из приткнутой двери, но вместо стула под ручкой палаты, Арт бросился в сторону окна и открыл его. — Кира! — абсолютно дезориентированный вошедшей в окно как ни в чем не бывало девушкой шатен рухнул на этот самый стул у двери, создавая новую проблему пыжившемуся мужчине с инструментарием с другой стороны двери. — О Господи, — Арт зажал щеку рукой с разбитым взглядом ловя зрачками ноги своей спасительницы где-то на уровне пола. — И что мне теперь делать со всем этим? Вы знаете мою жизнь, мои сны, проблемы, которые со мной случались, а теперь это?! И сколько вас? — Четверо. Но если ты еще здесь, время осталось. — Что ты хочешь этим сказать? Кира отзеркалила его положение ноги на ногу и приземлилась на кушетке, оставляя ему пространство для мыслей. — Время… И что вы от меня хотите! Уважаемые четверо! Да занято! — рявкнул охраннику парень, придавливая дверь собой. — Время я останавливать не умею. — Просто вернись домой. Мы скучаем, — она улыбнулась впервые. — Выглядит искренне. Почти поверил. Серьезно, Кира, что ты от меня… В горло Мещерякова буквально с воздуха уперся меч. С… Нанизанным кусочком ягоды на конце? — Почему? — Арт отогнул шею, врезаясь затылком в дверь со слезами на глазах. — Просто съешь, больше ничего не надо. Поверь мне. Воровка быстро подошла, обнимая крепко. Вместе со стулом, с которого стянула Арта в свои руки, так что двое упали на пол. Бедный, разбитый мальчик. Он ничего не понимает в своей жизни и ей не собрать его в своих руках. Что ж, тогда пусть так. Она тоже останется и застрянет здесь. Пока последний виток его воспоминаний не исчезнет. Прощай, братец, Фил, Илья, папа, мама, Крип, школа… Прощай, ее лучший друг Арт. — Не плач, я здесь пока. Не плач. Хорошо, ничего не делай, — прошептала Кира и отложила меч в сторону, чтобы использовать вторую руку. Мещеряков вспомнил своих любимых друзей ДашкСтаса. Как давно они разговаривали? Хм, надо позвонить сегодня. Если в больнице разрешат использовать телефон. Но позже. Сейчас ему ничего не хотелось. Артём позорно уткнулся лицом в плечо и беззвучно ронял слёзы, цепляясь пальцами за чужую одежду. Но он не ощущал ничего кроме тепла и природного запаха ярких лимонов, растущих под солнышком где-то в далекой далекой стране. Этот цитрусовый запах был ему таким близким и стал оплотом, островком спокойствия с самого дня, когда Арт впервые встретил волшебника. Уже не важно, случайно это всё было или подстроено, следили за ним или нет, дружила ли с ним на самом деле Кира, Фил или тот парнишка из цветочного магазинчика, просто дайте ему две секунды слабости, побыть с кем-то, кому он так внезапно в своей глупой жизни в этом городе вдруг стал так важен, чтобы спасать его бесполезную жизнь куряки и прожигателя. Арт услышал тихий единственный всхлип и погладил макушку, никуда не смотря, они так и сидели на полу. — Прости, — горько посмеялся Мещеряков. — Даша мне говорила, я упрямый, а я не поверил. Ну, это правда. Я не хочу больше, чтобы меня кто-то спасал, хорошо? Просто иди со своими друзьями. Уйдите из моей жизни. Она вам не нужна. Никому не нужна. Случайно задев плечом на как-то затихшей с возней двери куртку с перевернутым карманом позволило Арту на мгновение поймать сигарету ему на голову и Мещеряков прыгнул смехом вслух, он открыл глаза, сжимая бессознательно фигуру вора в своих руках всё крепче, пока от неё не остался лишь полу воздух,. Сигарета прошла насквозь. Арт открыл глаза. — Что? — паника захлестнула Мещерякова вместе со слезами, выбившимися на щеки. — Ты исчезаешь?! Опять? — Ты же попросил уйти, — иронично заметила Кира, она освободила одну руку от спины парня и обреченно смотрела на растворяющуюся ладонь, уже почти на пол. — Я же пошутил! — куртка слетела на место сквозь нее следом от рывка вперед. — Не смей! — Прости, — последнее, что успела произнести Кира, прежде чем дверь палаты резко отлетела в сторону, открывая глазам обезумевшего шатена на полу с чем-то во рту и лезвием средневекового меча в руке. *** — Кира! — с вяжущим от мерзкого вкуса языком, будто замороженным, Мещеряков открыл глаза и тут же куда-то покатился на своих кошачьих, ой, постойте, или человеческих? — Какой кошмяуррр, — потянулся руками, хватаясь за пустоту Арт, и кажется, заехал кому-то прямо в нос скользящим кулаком. Он моргнул по совиному на гул нескольких голосов и замер. — Серьезно? Кошмяуррр? — захохотал Муромова и согнулся, поддерживая себя рукой у стены. — Ну спасибо, если это вместо «спасибо», конечно, — фыркнула Кира, потирая свой нос от внезапного удара. Ей уже не так нравилось сегодняшнее пробуждение. На полпроцента не так. Ведь сейчас, путаясь в своих ногах-руках, их друг второй раз за сутки барахтаться сначала на ее коленях, а затем в руках их всей команды, моргал как ребенок и ничего не понимал. — Даа, — выдавил Вик, потирая затылок. — Если вкратце, ну и работку ты нам выдал. БОЛЬШЕ НЕ СМЕЙ СПАСАТЬ НИКАКИЕ СТАТУИ, БОЛВАН! ПРОПАДЕТ, ТАК САМИ ВЕРНЕМ! Сменкин замотал в руках шею товарища на каждую букву, пока Арт от всех пространных объяснений, экранов с записями его жизни, от которых у него глаза под корешки волос полезли, откашливаясь, в конце концов не отполз по тихому совету Фила. — Предатель! — рявкнул инженер на сорка, он и организовал погоню за другом, в качестве воспитательной меры и последующее удушение его в мире Энвелла, за чем методично что-то жуя, наблюдал Баквит, игнорируя крики из-под всех поверхностей: Сохраниться и выйтиии! Но Мещерякова никто не слышал, и он, побитый, как кот тряпкой под хвост, заполз за шкаф и там дышал, забарикодированный безопасной стенкой. — Ну ребят, я уже столько раз извинился! — Не пытайся выкручиваться, ты не котируешься! — пообещал Черных, нарочно выделяя начало слова на котах и когда гоняющиеся пошли подкрепиться перед следующим раундом, незаметно шепнул на ухо: — Рад тебя видеть. И как эти медики тебя в трубочку не свернули, а? — ☝Заткнись, — грозно скандировал в ответ из-за шкафа Арт, а как стихло за звуками жевания, пробрался под столом и неожиданно воткнулся в… Знакомый запах… — Эй! — что приуснувшая от мельтешения всех ног и рук и извинений Сменкина подпрыгнула. — Я уже держала тебя на коленях сегодня, наглая ты котяра. Это моя подушка! — Спасибо, что спасла, — с благодарностью светящимися глазами Мещеряков и не думал слезать, за секунду он от уровня пола закатился на колени одноклассницы и перевернулся лапами вверх, уверенно изображая их из согнутых пальцев. — Укатывайся уже, ты меня достал! — Кира старалась не улыбнуться и зевнуть одновременно. — Ага, но я же тебе поверил, и кроме того, Киира, ты ведь когда назвала меня котярой, совсем не подумала, что я запрошу себе как минимум вот такую твою подушечку, — рыцарь невозмутимо помял мягкую вещь перед возмущенным лицом Киры. — С моим личным именем, вышитым тобой «КотоАаарт»? — Брысь! — Чувак, — прислонился к стенке штаба Фил, поедая уже окаменевший в его кармане школьный сникерс. — Ха-ха, он тебя сделал! — ФИЛ! Выбрось эту гадость! — жевки сорка сопроводил хор испуганных голосов, за которым он кажется, услышал «мяу» и усмехнулся. — Да, гадость, но вкусная! — Дай сюда! — и когда за ним кинулся Илья, с грозным шепотом, которого никто не слышал: — Кто кого сейчас сделает… Против реакции всех остальных подушка полетела в шатена вместе с криком, заставляя дать деру обратно за шкаф. — Подушечку он хочет. А тряпкой под хвост не хочешь, Ааарт? — Пощадьмяуууутеее!