изящная балерина, неуклюжий художник

⠀⠀медленно, но верно шла работа над проектом. март незаметно сменился апрелем, одаряя жарой. наряду с погодой, рисовать становилось сложнее и из-за чувств, что грозились вырваться наружу: случайных прикосновений становилось всё больше; в коридоре на прощание джимин стала легонько целовать её ‐ их маленькая традиция. вскоре джимин подарила ей набор из двух кружек сиреневого цвета. на диване стали появляться разные кофточки балерины, органично всписавшись в интерьер. абсолютные, но не менее милые мелочи пронизывали повседневную жизнь художницы. завершив работу над холстом, минджон устало выдохнула. – всё, можешь переодеваться. я закончила. – пробормотала та, складывая кисти и краски на место. – а может я не хочу? – загадочно прошептала джимин, направляясь в сторону минджон. вмиг расстояние между ними уменьшилось и минджон не теряясь, потянулась за поцелуем. ловкие руки карины проникли под рабочий фартук размывая границы дозволеного между ними. выбивая из лёгких весь воздух. – мне иногда кажется, что моё сердце скоро остановиться из-за тебя. – пробубнила минджон, пряча глаза в груди девушки. – моё тоже. – ответила джимин, впервые краснея от понимания что только что сказала и ведь не лукавила. каждую секунду рядом с минджон сердце девушки будто на американских горках. – шутишь...к слову хочешь кексы? я их вчера испекла. – я бы хотела съесть тебя. – с ухмылкой произнесла та, рот минджон открылся от настолько откровенного флирта. не успев ничего ответить, губы снова оказались во власти карины без права капитуляции. – кстати, нам нужно поговорить. – невзначай произнесла джимин, всё так же держа в объятиях винтер. та услышав просьбу немного напрягалась, но всё же согласилась. даже присев на диван, атмосфера оставалась накаленной. сглотнув от волнения, карина начала свою исповедь. – наверняка то что я сейчас скажу изменит отношения между нами, но я не могу молчать. – таким началом ты меня пугаешь... – ты чудесной души человек, минджон. за столько короткое время что мы знакомы, невозможно представить вечера без тебя и наших поцелуев на прощание. ты мне нравишься, даже когда просто мы сидим на кухне или дурачимся. я люблю тебя, минджон... – словно на одном выдохе проговорила девушка, в ожидании смотря на минджон. конечно она хотела услышать те заветные слова, но признание свалилось на девушку словно снег в июле. она нравится джимин..? она нравится джимин! из мыслей, её выдернул обеспокоенный голос. – если я тебе не нравлюсь, то можешь прямо так и сказать. я правда не обижусь. – джимин безбожно врала, конечно было бы обидно. но она не могла потерять лицо перед девушкой. – нет, то есть да...ты мне тоже нравишься – успела ответить минджон, как желанные губы накрыли её, не оставляя выхода. впервые за долгое время происходящее не пугало художницу. осмелев она решилась спросить. – теперь мы...встречаемся? – конечно! – сердце обеих сладко затрепетало, соединяя их руки.                     

****

оставшийся вечер девушки провели вместе, болтая о всяком разном. минджон совсем разнеженная в любимых объятиях, начала понемногу рассказывать о возникновение симпатии к карине. – ты мне всегда нравилась, сколько себя помню. мне казалось что ты идеальна во всём, что ты делаешь и говоришь... на той вечеринке я безумно стеснялась, поэтому и сидела подальше ото всех. но слава богу ниннин и ты спасли мой вечер. – хихикнула та, вспоминая себя тогда. – не представляешь как я была счастлива и одновременно напугана, услышав что ты согласилась помочь с проектом. даже в самых смелых мечтах, я не могла представить, что мы станем парой... – жизнь умеет дарить приятные неожиданности, не так ли? – пошутила карина, слегка улыбаясь. – если честно, то ты казалась такой недоступной; где-то там за гранью. безусловно ты была в поле моего зрения, но близко никогда не подходила. нас всегда привлекает неизвестность, в части и ты тоже. поэтому я с радостью согласилась. – маленькие авантюры ведут к неизвестным событиям. – прошептала минджон, прижимаясь к любимой. поглаживая волосы спящей девушки, много мыслей проносилось сквозь голову карины. она действительно любит минджон, но не знает сколько им уготовлено быть вместе и как долго она сможет скрывать отношения от родни. это безбожно жёстко, врываться в жизнь художницы и иметь права на её чувства, но и скрывать очевидное и делать минджон ещё больнее – она не может. карина знает, что начала опасную игру. откуда нет, никому спасения.