Послушай совета от самого себя

Прошлое таит в себе множество воспоминаний, наполненных как теплыми моментами, так и грустными. Оно, словно тень, следует за человеком по пятам, но оглядываться ли на него или следовать вперед в будущее решает уже каждый сам. Солнце стало восходить немного раньше, а с приходом утра чувствовалась лёгкая прохлада. Рассвет насыщен оранжевыми и розовыми всполохами расчеркивающегося небо в причудливом узоре. Утреннее солнце быстро отогрело Токио. Ближе к обеду стало тепло, в один из таких дней Такемичи все раздумывал над идеей того, что он уже долго задерживается в прошлом. Конфликт с «Поднебесьем» решен, будущее Хинаты и «Свастонов» должно быть хорошим и светлым. Но что-то гложило душу Ханагаки, не позволяя отправиться в будущее. Во сне ему снился знакомый голос, все повторяющий ему «Такемучи, останься со мной, умоляю, или я утону в этой тьме», этот шепот, наполненный страданиями, с треском отзывался в сердце Такемичи. Эта боль заставила повременить с очередным путешествием в будущее. Такемичи пришел к мысли, что это был голос Майки. Но почему? Ведь с ним все должно быть хорошо, верно? Его нутро кричало: «Да, так и есть! С ним что-то не так!», но мальчик не верил даже себе, утешая свое сознание, что это обычный страшный сон. Поток гложущих мыслей резко прервали Ханагаки громким стуком в дверь, к нему в очередной раз ломились друзья. Это уже стало обыденностью. У паренька редко были дома родители из-за частых командировок, поэтому его друзья частенько вламывались в квартиру как к себе домой. — Такемучи, открывай, ты там дрыхнешь что ли?! — послышался за дверью раздраженный голос Доракена. — Такемучи, ты обещал нам прогулку! — второй голос принадлежал Майки. Вот он как раз и причина его проблем. В голосе парня звучала обида, ведь он не любил ждать в принципе. Такемичи подрывается с нагретого солнцем места. Быстро собирается, снова одевает какую-то странную футболку с принтом на английском, и идет к выходу, открывать дверь. — Сорян, я что-то сегодня сам не свой, — поспешил оправдаться желтоволосый, нервно почесывая свой затылок. — Поэтому нужна прогулка, пойдем, — резко хватает за тонкую руку паренька. Такемичи ощущает с какой силой сжали его запястье, морщась от боли. — Ты ему щас руку оторвешь, Майки, — Кен замечает крепкую хватку, и как Такемичи кривится от боли. Майки поворачивается и улыбается Кенчину. Но все нутро Ханагаки начало кричать о том, что здесь что-то не так! Улыбка… Она была словно фальшивой? Тень от солнца легла на половину лица, зрелище поистине жуткое. Натянутая улыбка выглядела надломано, но лишь на пару секунд промелькнула устрашающая картина. Сильный импульс боли пронзил голову Такемичи, заставляя отвлечься от лица друга. Мальчик скривился, отвернул голову от своих друзей, старался не выдавать своё состояние. Боль отдавалась остротой, словно пронзила тысячами иголок. «Что это было?», — с ужасом пронеслась мысль. Липкое чувство страха расползалось по всему телу. «Нужно успокоиться!», — Такемичи выдыхает, а после снова посмотрел на друзей. И это получается лучше всего, сколько раз его избивали до полусмерти, ломая кости бесчисленное множество раз. У него отлично получается, глаза загорелись решимостью. После Такемичи с Доракеном и Майки вышли из его квартиры, и отправились гулять по окрестностям Шибуи. Полностью вклиниться в разговор парней, Ханагаки не смог, решаясь отмалчиваться, и внимательно слушая, о чем говорили приятели. Следить за перепалкой Доракена и Майки было весело, местами Такемичи посмеивался над ними. — Кенчин, я бы хотел тайяки! — начал протестовать глава. Доракен оглянул улочки, вокруг не было никаких подходящих магазинов или кафешек для хотелки Майки. А бежать и искать, сломя голову, чтобы «ребятёнок» покушал тайяки он уж точно не собирался, ибо слишком часто идёт на поводу у Сано. — Но здесь они не продаются, я где тебе их возьму? — дерзко проговорил Кен. Блондин надул щёки, руки положил за спину. — Ах, ну ладно, — закончил Манджиро. Резко повисла тишина, только звуки шарканья шагов Доракена и удара шлепок об пятки блондина разбавляли эту атмосферу. Про себя Такемичи отмечает, вроде бы разговоры обычные, но в их тоне чувствовалась пустота. Они недавно потеряли Эму, стараясь эту тему как можно дольше избегать, делая вид, что все хорошо. В сердце поселилась еле заметная тоска, Эма была для него тоже лучиком солнца, но не представлял, насколько сильно она значила для них обоих. — Майки-кун, а… — хотел уже было сказать Такемичи, но резко закрывает рот. «Черт, такое неприлично спрашивать. Тем более у человека, который недавно потерял сестру.» — думает парень и мысленно дает себе пощечину за глупость. — М? — поворачивает голову к нему, разглядывает его лицо довольно долго. Его чёрные как смоль глаза прекрасны и грустны. Парень помнил, как на физике учитель рассказывал материал по оптике, что в природе не существует чисто-чёрного цвета. Но, тогда как получились такие прекрасные глаза? Не восьмое ли чудо света? И Такемичи ответит без раздумий: «Да, они прекрасны». — Может пойдем и найдем этот злосчастный ларек с тайяки? — глухо произнёс мальчишка, стараясь отвлечь Майки и тот отрывает взгляд от его лица. И лишь Кен грубо врывается в разговор между ними. Из-за неловкости он чувствовал себя раздраженным. Как же много ему хотелось выговорить, но одновременно и слов не находилось. — Да вы оба издеваетесь! Нет здесь этого долбанного ларька! — вставил своё недовольство Рюгуджи. Майки посмеялся, но Такемичи опять почувствовал, что тот сделал это через силу. Они оба ходили по тонкому краю. — Такемучи, чем будешь заниматься, когда вернешься в будущее? — поменял резку тему разговора Сано. По телу Ханагаки прошлись мурашки. Для него эта тема была не то чтобы неприятна, просто не хотелось говорить об этом. Парень сам не мог разобраться в дальнейших действиях. В висках билась жилка венки, она прекрасно ощущалась из-за напряжения по всему телу. — А? Надеюсь стану человеком, который будет работать на достойной работе, — быстро проговорил он, стараясь как можно быстрее закрыть эту тему. Но следующий вопрос выбил из колеи. Заставил забиться сердце быстрее, и лишь потому, что его спросил сам Сано Манджиро. Ладони заметно запотели, глаза старались смотреть на прохожих людей, цепляя взгляд на мелкие детали. — А что насчет Хины? — Глава «Свастонов» делал вид, что ему не любопытно. Очередной обыденный вопрос между друзьями. Но было ли это так? Ханагаки был уверен, что не привлекает самого «непобедимого Майки» в романтическом плане. — А, ну я не знаю, — покачал головой паренёк, всё еще стараясь не смотреть на своих друзей. Они шли по тихим улочкам, изредка по дороге им встречались пешеходы. В этот будничный день было не удивительно ощущать пустоту торговых кварталов Токио. Солнце уже изрядно припекало голову, одаривая легким головокружением. — Ладно уже Майки, хватит его доставать, — покосился на Майки, одаривая его нечитаемым взглядом. — И правда… — губы исказились в ломаную линию, видимо парень хотел изобразить улыбку. Такемичи не хотел говорить друзьям, что он попросту уже перегорел к Хинате. Да, она была той, кто вдохновила его, и первой, кто пришел на ум перед смертью. Но все ее спасением стало целью в бессмысленном существовании Ханагаки Такемичи, к которой он стремился. К этой цели добавились еще, и еще, и еще… И так множество людей, которые подарили ему смысл жизни. И один из них был именно Сано Манджиро. Такемичи сам для себя и не заметил, как этот паренек занял лидирующую роль в его сердце. Что-то их сближало. А зная будущее Майки, в особенности, сердце Ханагаки постоянно болело. Но теперь все должно быть иначе! Подобно яркой вспышке, боль в голове снова проявилась. «Да что же не так?!», – кричало всё внутри него. Эта боль была невыносимой, отдавалась щемящей пустотой. Тысяча мелких пиявок присосались к его душонке, живот сильно закрутило. Теперь всё тело болело, как будто оно стало одним нервом. — Б-больно, — тихо зашептал путешественник. Они резко остановились. Он посмотрел на Майки, а тот так же схватился за голову. — Ч-что происходит? — в глазах начало белеть, ноги уже не чувствуют твердую землю под собой. Он падает. Во тьму. В голове Такемичи раздается несколько голосов, интонация была ему до боли знакома: «Я не смог добиться исполнения нашей с тобой мечты, Кенчин», — отчаянно говорит мужской голос. «Я старался в одиночку, но не справился», — снова звучит тот же голос, но уже надломано. «Такемучи, когда же ты придёшь в это будущее? Я хочу умереть», — раздаётся печальный шепот. «Такемучи, останься со мной, умоляю, или я утону в этой тьме», — умоляюще его зовет. Веки Такемичи медленно открываются, пытается сфокусировать свой взгляд. В голове всё еще звенит, но тут же звон пропадает. Он оказывается в каком-то небольшом пространстве. Это было крайне странно. Первая мысль промелькнула, что его в очередной раз похитили, но руки и ноги были свободны. Встав с пола, Ханагаки рассматривает незнакомое помещение. Это было похоже на обычный кабинет: без окон, без дверей, кожаные диваны, огромный дубовый стол, приглушенный свет. Такемичи ощущает взгляды, чувствует, что здесь находится не один. Поворачивается, и видит четырех человек, стоящих поодаль от него о чем-то разговаривая между собой. Двоих он сразу же узнал — это были Майки из будущего, где того застрелил Наото, и его Майки из прошлого. «Стоять…Майки из будущего и Майки из прошлого? И те двое…», — анализирует в своей светлой головушке парень. Эти двое были тоже похожи на Манджиро. Без сомнений это были также Майки, но совсем другие. — Я что с ума сошел? — кулачками потирает глаза в надежде на то, что они исчезнут, и останется один Майки-кун. Этого не происходит. — Ой, кто это тут у нас очнулся! — ехидно заговорил Майки с чёрными волосами. Он был одет в ту же чёрную майку без рукавов с накинутой белой рубахой и чёрными штанами. Он ничем не отличался от родного, лишь проблески надломанного взгляда отражали все тягости его жизни. Ханагаки отмечает его притягательную внешность, даже если черты лица выглядели печальными, но улыбка была искренней. Он находил красоту там, где другие в данной ситуации вряд ли смогли подметить. — Такемичи, ты тоже нифига не понимаешь, что здесь происходит?! — подбегает к нему блондин. Самый настоящий и любимый. Именно такого с самого начала полюбил Такемичи. Двое других Майки остались стоять поодаль, смотря голодным взглядом, рассматривая мальчика. — Какого черта здесь происходит?! Почему тебя так много?! — взволнованно заговорил желтоволосый и поспешил встать ближе к нему. Еле заметный терпкий запах духов ударил в нос, чувствуя себя хоть немного в безопасности рядом с родным Майки. — А я будто знаю! Я потерял сознание, и оказался тут с… этими, — показал головой на три свои версии. — Говоришь так, будто мы не одна личность, — гулко заговорил пепельноволосый Майки. Вид этого Майки взбудоражил Такемичи. Чёрная кофта, и чёрные свободные штаны по самые щиколотки. Пепельные волосы были подстрижены лесенкой. Лицо, которое выглядело, словно он не спал пару суток, огромные синяки под глазами было тому доказательство. Взгляд похожий на бездушную марионетку, у которой нет цели в жизни. — Ты тоже Майки? — взволнованно спросил у него Ханагаки. Его пустой взгляд и отсутствие какой-либо искры в выражении лица заставил сильнее забеспокоится. — А я ведь так мечтал увидеть тебя хоть на мгновенье, — его спокойный голос раздавался с ноткой тоски. Но вот выражение лица вызывало некое беспокойство, от этой версии можно было ждать, что угодно. Его медленные шаги в сторону Такемичи не сулили ничего хорошего. Внезапно ему дорогу преграждает пятнадцатилетний Манджиро, вставая между ними, смотря с ревностью в глазах, стараясь защитить от… самого же себя? — Заткнись, — стальным голосом приказывает пепельноволосой версии себя. Ситуация до боли комична, когда сам себе говоришь заткнуться. Это можно было сослать на очередной сон, но как бы блондин не пытался себя щипать все было без толку. Или же он был под наркотиками, и словил в свою первую порцию передоз. Сейчас где-нибудь валяется в подворотне с пеной у рта. — Я вообще не понимаю, что здесь происходит, и кто вы все такие?! — вмешивается другая версия. Выглядел знакомо: белая майка, поверх нее одета кожаная байкерская куртка, тёмные джинсы. Длинные блондинистые волосы прилизаны назад, а на шее виднелась татуировка дракона, точно такая же как у Доракена. — Ты же! — ахнул мальчик. Такемичи вспомнил эту внешность. Наото показывал ему много раз эту фотографию, приговаривая, что это самый отпетый преступник в Японии. У этой версии по крайней мере было здоровое выражение лица, но взгляд так же не сулил ничего хорошего. Этот человек точно всем видом показывает: «Я убийца». — Мы же с одной мировой линии! — воскликнул герой. Все его эмоции были похожи на огромный ком. Но сейчас, когда он стоит перед ним, смотря как на чужого, Такемичи испытывает обиду? — Я тебя знать не знаю, ублюдок, — дерзко отвечает уголовник из первой мировой линии. Манджиро с пепельными волосами вклинивается в разговор. — Просто тебе не довелось с ним познакомиться, многое упустил. И кого ты там ублюдком назвал? — его холодный, как льдина, голос заставил слегка задрожать. — Согласен со своей версией, которая похожа на панду, — хохотнул брюнет. Казалось бы, что это настоящий Майки, только с другой прической, но в этих глазах плескалась безнадёжность и одиночество. — А ты у нас шутник, — обратилась к нему одна из самых опасных версий Манджиро. Доставая из пазухи пистолет, направляя в сторону черноволосого. Это был какой-то кошмар наяву. Смотреть, как Майки ссорится с собой же, словно у него белая горячка было невыносимо. Ещё немного и он тоже начнет разговаривать с самим собой, но только бурчать под нос, ведь тут нет столько «Такемичи». Голова уже начинала кипеть, как закипающая вода в кастрюле. — Да, что это за кошмар наяву! — закричал Ханагаки, его руки легли на голову, грубо сжимая свои волосы. — Такемучи, если надо, я тебя защищу от этих…личностей, — стоит как можно ближе блондинистый глава «Свастонов», выпячивая грудь вперед, и стараясь закрыть собой. Приятное чувство удовлетворения разлилось по груди мальчика, что душой был двадцатишестилетним парнем. И то, что он чувствовал по отношению Майки-куна, считал слегка неправильным. Легкий румянец окрасил его личико при одной мысли о чувствах к другому парню. Атмосфера вообще не располагала, поэтому Ханагаки поспешил отогнать бредовые мысли. Но нужно было решать что-то с этими копиями Майки. — Стоять-стоять, давайте разбираться, что здесь происходит, и почему мы все тут собрались и ради чего! — как можно увереннее и громче заговорил Такемичи.