Часть 3. Стороны и углы
7 мая 2023 г., 21:11
21 января 2018 года
Когда «A4L» еще только готовились к дебюту, условия были очень жесткими. Такими, о которых пишут во всяких статьях для фанатов, и те, узнав о том, как тяжело приходилось (и приходится) кумирам, начинают любить их еще больше. А как иначе, ведь эти мальчики-красавчики, девушки, похожие на неземных созданий, заслуживают обожания, разве нет? — Су Хэн не был уверен насчет любви, но, считал, что, как минимум, уважения за свой тяжкий труд они вполне достойны. Сколько раз хотелось все бросить, крикнуть: «Я больше не могу, хватит!» и уйти, громко хлопнув дверью. Но это было невозможно. Сначала из-за контракта, а после — из-за мысли о том, что уход — это плевок на собственные потраченные силы и нервы. Бросить всё в этом случае было бы проявлением неуважения к самому себе. Во времена подготовки к дебюту несколько раз у Су Хэна забирали телефон, когда он сгоряча мог начать показывать характер. В такие моменты парень злился еще сильнее: ему хотелось позвонить старшей сестре, которая всегда была готова выслушать и поддержать. После разговоров с Ха Ман он всегда ощущал спокойствие. Как будто сестра находила в его сердце невидимый тумблер, нажимала на него, и режим отчаянья отключался. Постепенно парень научился держать себя в руках, тем более, что Ги Мун, с которым они крепко подружились, в каком-то роде стал заменой Ха Ман. Он не вел успокаивающих бесед, нет. Ему достаточно было, к примеру, небрежно приобнять одной рукой Су Хэна за шею, задорно улыбнуться, подмигнув, и выдать что-то вроде: «Совсем склероз одолел, да? Снова забыл, что у тебя есть я?». Но сейчас Су Хэну было даже немного жаль, что мобильник у него никто не отобрал. Потому у него не хватало силы воли отказаться от применения девайса, а от того, что он видел, когда сёрфил по страницам в интернете, хотелось блевать. Хотя тошнило не только от статей… Со дня смерти Сан Хё Мин прошло не так много времени. Новость о трагедии, случившейся с девушкой, мгновенно распространилась в интернете, печатных изданиях, на телевидении. Агентство, а в особенности менеджера группы, доводили до белого каления бесконечными звонками, просьбами дать какие-либо комментарии, приглашениями на очередную передачу по тв. Все жаждали горячих фактов. В Сеть просочились записи с камер наблюдения аэропорта, было даже видео, снятое кем-то на мобильник. Мемберы держались стойко и сдержанно, как полагается. Ги Мун официально выразил соболезнования родным и близким Сан Хё Мин, публично попросил прощения за то, что не смог уберечь девушку от рокового шага. Но все оказалось не так однозначно. Мнения людей, наблюдавших за ситуацией, разделились: кто-то выражал поддержку Ги Муну, считая, что он ни в чем не виноват; другие придерживались версии, что у него не вышло убедить Хё Мин потому, что парню в принципе плевать на всех своих фанатов, а все, чего тот желает — это деньги; третьи говорили и писали, что здесь не о чем рассуждать, и вся индустрия построена на построении образов, что ни для кого не является секретом. Словом, у ситуации оказалось очень много граней. Ги Мун изо всех сил старался держаться достойно, но то, как ему тяжело, все-таки было заметно, особенно в первые две недели. Он почти не разговаривал, молча делая только то, что от него требовалось, старался не смотреть людям в глаза и стал похож скорее на тень прошлого себя. Чи Вон, Ю Су и Су Хэн поначалу старались как-то его утешить, но быстро пришли к выводу, что, может быть, как раз-таки его сейчас лучше оставить в покое. Хотя в этом сильно сомневался Су Хэн. Он несколько раз пытался поговорить с другом, но тот все время увиливал, говоря, что он в порядке, «просто устал», «не выспался», и тому подобное. В такие моменты Су Хэн, глубоко вздохнув, скрывался с поля зрения Ги Муна, решая предпринять новую попытку поговорить чуть позже. Так проходил день за днем. — Что-то наш «крутила» сегодня озверел просто, — Су Хэн, плюхнувшись на лавочку у стены танцевального зала рядом с Ги Муном, протянул другу бутылку минералки, которую тот с благодарностью принял, и кивнул на хореографа, стоящего у противоположной стены. Очередной день подготовки к новому туру был в самом разгаре. — Да. Наверное, опять со своей девушкой поругался, — усмехнулся Ги Мун. — Ты же знаешь, он всегда такой, когда у них контры. — Если так будет и дальше, я лично найду для него новую подружку, — недовольно пробурчал подошедший Ю Су, вытирая шею влажным полотенцем. — У тебя так много свободного времени для этого? — Су Хэн рассмеялся. Макнэ громко цокнул языком и закатил глаза: — Устрою кастинг в интернете. При упоминании Всемирной Сети Су Хэн поджал губу и осторожно поглядел на Ги Муна. Тот сохранял спокойное выражение лица. Казалось, что его настроение вполне неплохое. Но так ли это было на самом деле? — никто из остальных участников не мог ответить точно на данный вопрос. — А где Чи Вон? — Ю Су огляделся по сторонам. — Вроде тоже пошел за водой. — Судя по тому, как долго его нет, он помер по дороге от истощения. — Размечтался, — тот, о ком говорили, словно телепортировался в зал, оказавшись за спиной макнэ, отчего последний вздрогнул. — О чем разговор? — он по очереди окинул взглядом всех присутствующих. Ю Су снова поморщился, становясь похожим на сердитого хомяка, и покосился в сторону хореографа: — О личной жизни нашего дорогого наставника. — Да ладно, давайте лучше о приятном, — Ги Мун, улыбаясь, покачал головой. — Я хотел сказать, но как-то не представился случай… Все мемберы мгновенно уставились на него и отчего-то немного напряглись внутренне. Но, кажется, сейчас был не тот случай. — В общем… я купил квартиру. Видя удивленные лица друзей, Ги Мун не сдержал смеха. — Эй, в чем дело? Я тут радостью делюсь, между прочим! Это было так странно, непривычно, что поначалу никто из троих не знал, как следует реагировать. Ведь все-таки не первый год вместе, делят быт на четверых, так сказать. А Су Хэн и вовсе живет в одной комнате с Ги Муном. — Да, мы все получили разрешение… Но разве тебе плохо в общежитии? — он посмотрел в глаза друга, и новоявленный владелец недвижимости почувствовал легкий укол совести, перестав улыбаться. — Нет, мне хорошо, просто… — Ги Мун отвел взгляд в сторону. — Хочется уже иметь свой угол, понимаешь? Казалось бы — вполне нормальное и объяснимое желание, Су Хэн это понимал, но не был уверен до конца, что принял. За эти годы он настолько привык, что они четверо идут рука об руку практически во всех аспектах жизни, и теперь такая на первый взгляд обычная новость звучала как нечто невероятное. Но ведь, наверное, надо порадоваться за лучшего друга? Су Хэну вдруг стало стыдно. — Да, это действительно хорошая новость, — он тепло улыбнулся Ги Муну, получив то же в ответ. — И потому я считаю, что нам стоит это отметить. — Только Ки Ёну не говори, а то он тебе кадык вырвет, — хохотнул Ю Су, непроизвольно воскрешая в памяти недовольное лицо менеджера. — Ты же знаешь его отношение к алкоголю. Ги Мун было засомневался в своей затее, но все равно беззаботно отмахнулся: — О чем Ки Ён не знает, того и не было. Парни переглянулись: ситуация из разряда «И хочется, и колется». Но, в конце концов, не каждый день кто-то из них обзаводится собственным жильем. Да и держать себя в руках, даже находясь в подпитии, наверное, не так сложно. Они ведь не глупые школьники, впервые решившие попробовать алкоголь. Так что почему бы и не устроить себе «разгрузочный вечерок»?***
— О, вполне неплохо… Су Хэн с любопытством оглядывался по сторонам, задержав взгляд на втором этаже не очень большой, но уютной квартиры. Ги Мун, стоявший неподалеку, довольно усмехнулся. Ю Су и Чи Вон, пришедшие раньше, уже удобно устроились на мягком диване рядом с журнальным столиком. — Честно говоря, я думал, ты купишь себе апартаменты размером с футбольное поле. Ги Мун пожал плечами: — Нет, мне не нравятся большие помещения. Они… хмм… Отдают холодом, если можно так сказать. В небольшой комнате как-то комфортнее, спокойнее. — Какое спокойствие? — Ю Су подпер кулаком щеку. — Мы пить будем или нет? Чи Вон рассмеялся. — Ты еще маленький, тебе нельзя. В него тут же прилетела диванная подушка, и теперь уже смех всех четверых послышался в квартире. Наверное, отпраздновать новоселье — не такая уж плохая идея. — Ты злишься на меня? Они вдвоем стоят на балконе глубокой ночью. Здесь прохладно, дует легкий ветер, но алкоголь в крови обоих помогает этого не замечать. Су Хэн чуть развернулся, упираясь локтем в перила, и немного удивленно посмотрел на Ги Муна. — Ты о чем? — Так, показалось… Как будто бросил тебя, — тот потер шею, виновато улыбнувшись. — Глупо звучит, наверное?.. «Да, бросил!» — возмущенно воскликнул голос в голове Су Хэна, и чувство, отдаленно напоминающее детскую обиду, на минуту всколыхнулось в груди, но вскоре затихло. — Мне не на что злиться. Может, так будет лучше для тебя. В конце концов, мы же не будем вечно жить все вместе. Рано или поздно нам придется разъехаться. Ги Мун накрыл ладонью свое лицо, проводя по нему сверху вниз, и снова уперся руками в перила: — Да, я знаю. Но все равно… извини меня. Он развернулся всем телом к Су Хэну, глядя на него с оттенком сожаления. Тот тихо рассмеялся. — Если будет невмоготу, соберу чемоданы и перееду к тебе. «Невмоготу кому из нас?» — подумал Ги Мун. Поколебавшись, он шагнул вперед, становясь почти вплотную к другу, и крепко обнял его за шею. — Спасибо… — Прошептал он, чуть склонив голову к плечу Су Хэна. — За что? — Просто за то, что ты есть… Ги Мун ощутил, как его прижали к себе за талию. Чувство спокойствия и тепла приятно наполняло полностью от макушки до пяток, и парень прикрыл глаза, уткнувшись лбом в плечо друга. — Это прозвучало слишком сопливо, да? — Есть немного. Чуть отстранившись, но не отпуская Су Хэна до конца, Ги Мун, закусил губу, уставившись в пол. — Порой мне кажется, что уж лучше б я родился девчонкой, — он грустно усмехнулся. — Смотрел бы клипы в интернете, повесил в комнате кучу плакатов с любимыми группами и верил, что все песни, которые они поют — для меня… Су Хэн нахмурился. Протянув руку, он двумя пальцами взял Ги Муна за подбородок, приподнимая его лицо, и с некоторой суровостью посмотрел в его глаза. — И какой в этом был бы смысл? Считаешь, парень Ги Мун чем-то хуже? Ответа Су Хэн не получил. — Ги Мун хорош таким, какой он есть. За это его любят. — Да ну? — в глазах владельца квартиры промелькнули хитрые искорки, а губы растянулись в озорной улыбке. — И ты любишь? — И я. — Ну тогда целуй меня! Ги Мун расхохотался, отпуская было шею Су Хэна, но не успел. Его шутку, похоже, приняли за чистую монету, и он ощутил теплые мягкие губы друга на своих губах. Глаза Ги Муна стали круглыми, почти как две монетки. Горячий шершавый язык Су Хэна скользнул в его рот, и, по идее, надо бы отстраниться, наверное, но что-то вроде азарта завладело Ги Муном в этот самый момент. Закрыв глаза, он плотно прижался к груди лучшего друга, крепче обнимая за шею, и лизнул его язык своим. — Ну вы даёте…
