Ты — настоящее искусство, мы — целая пьеса.

      Зимние каникулы подошли к концу. Начался второй семестр обучения. У студентов первого курса театрального института ввелись в программу практики с репетициями. Естественно, они не обошли стороной и Хана. Он много нервничал, но Минхо часто оказывался рядом в такие моменты и говорил, что всё будет в порядке, переживать особого смысла не имеется.       «Это будет моя первая практика... Я так боюсь. О Боги, а если мне достанется сложная роль? Если не справлюсь? А с кем я буду играть? Будут ли с нами старшие курсы? Или только наш?» — спрашивал у себя Хан, направляясь с одногруппниками в театральный зал учебного здания.       Зал был большим, просторным, но тёмным. Высокие потолки несли особую атмосферу, а громадные входные двери придавали серьёзности. Радостные и восхищённые возгласы разнеслись по округе, эхом отбиваясь от стен. Сейчас там ничего не было, кроме большой сцены, поэтому ребята свободно раскинулись по всему помещению и уже представляли себя со стороны зрительского зала.       — Итак, уважаемые студенты. Минуточку внимания! — начал преподаватель, и ребята замолкли. — Спасибо. Начнём с того, что вас поставят в пары со старшими курсами, так как у них опыта больше и они вам помогут раскрыть ваш потенциал. Мы раздадим вам номерки, с помощью которых вы узнаете с кем будете, — преподаватель указал длинноволосой девушке с бумажками на присутствующих, чтобы та взялась за работу.       После того, как каждый получил бумажечку с номером, преподаватель продолжил:       — Пожалуйста, запомните их. Когда придут старшие, вы будете поочерёдно называть номера, и к вам подойдут старшекурсники с соответствующими цифрами.       — Прошу прощения! — раздался голос одногруппника. — То есть вы оставите нас на их попечение?       — Мы будем за вами присматривать и помогать в случае необходимости, не переживайте, — ответил преподаватель, вскидывая брови.       Вскоре в зал вошли «старшаки», как мысленно их прозвал Джисон. Среди толпы он заметил фиолетовую макушку. «Неужели Минхо?» — пронеслось в его голове.       — Джи! — Ли махнул ему рукой.       — Привет! — отозвался Хан.       — Позже поприветствуетесь, — заметил преподаватель. — Сейчас вы, первый курс, поочерёдно зачитываете бумажки с номерами. Дальше знаете.       Минутная тишина окутала ребят, но вскоре кто-то подал голос первым.       — Номер 8! — воскликнула девушка из группы Джисона, и к ней сразу же направился высокий и довольно привлекательный молодой человек с приятной улыбкой.       — Номер 12, — как-то сухо проговорил темноволосый одногруппник, а в его сторону двинулся хмурый парень в очках.       Так, постепенно практически у всех появилась пара. Остались Джисон и ещё несколько человек.       — А... Н-номер 11, — тихо сказал Хан, когда очередь дошла до него. «Серьёзно?» — немыми губами произнёс он и уставился на Ли Минхо, который шёл к нему навстречу.       — Вот так сюрприз! — Минхо заулыбался. — Судьба снова свела нас? — его улыбка заиграла ещё большими красками.       — Мне нечего тебе ответить. Я в шоке, хён, — глаза младшего удивлённо раскрылись. Он захлопал ресницами, не веря в происходящее.       После распределения парам раздали свои коротенькие сценарии с репликами, и весь зал зашумел.       — Так, малыш. Пока читаем текст. Потом заучишь его, — сразу начал Минхо. — Сейчас попробуй так, на словах его озвучить, без подглядки. Просто используй свою фантазию и импровизируй.       — Хорошо, я постараюсь.       Спустя время, после прочитки, Хан и Минхо распределили роли между собой. Старший объяснял, какие черты присущи персонажам, которых они должны отыграть, какие эмоции были бы кстати и какие движения смотрелись бы выигрышно. Джисон вполне себе справлялся и без помощи друга, на что тот его похвалил не один раз.       Когда время подходило к концу, и парни со всем справились, Минхо обратился к своему напарнику:       — Хани, мы можем и у меня дома позаниматься пару раз, чтобы закрепить пройденное. Как на это смотришь?       — А что? Я не против. — Он улыбнулся очень яркой и чудесной улыбкой, из-за чего сердце Ли пропустило удар.       — Хорошо, — он сглотнул, — буду ждать. Только подготовься получше. Текст выучи, — скомандовал Минхо и приобнял Хана за плечи. — Позже увидимся. Ты пиши!       — Да, конечно! — ответил он и направился к выходу из помещения.       Вечером того же дня Чан позвонил Минхо, чтобы убедиться, что у того всё в порядке. Он знал, что могли возникнуть проблемы, о которых Минхо иногда рассказывал, поэтому, недолго думая, набрал знакомые цифры.       — Привет! Как ты? Давненько ты не писал и не звонил, вот я и решил за тебя это сделать, — приветливо и дружелюбно начал Чан.       — О, старик! Да я в порядке, не боись. Не пропаду, пока Джи со мной, — он хихикнул.       — А ведь точно, что у вас там с ним? — в трубке послышалось шуршание. Минхо готов был поклясться, что Чан сейчас активно писал новую песню. — У него там по учёбе всё получается? Когда я интересовался об этом сегодня, он сказал спросить у тебя.       — У меня? Надо же, малыш Хани не смог сам ответить? — Минхо снова хихикнул. — Вообще, он молодец. Если честно, я не думал, что у него многое получится, но я оказался не прав. По крайней мере, он стал лучше управлять собой в эмоциональном плане.       Минхо рассказал другу о том, что сегодня у них было что-то вроде репетиции. Ребята обговорили на самом деле многое, поэтому Бан Чан подытожил:       — Что же, я надеюсь, ты не натворишь глупостей с ним, и всё будет хорошо. Спасибо тебе.       — А тебе спасибо за то, что пригласил меня в тот день к ребятам. Я действительно счастлив, — ответил Минхо и положил трубку.       На выходных Джисон пришёл в гости к старшему. Не обошлось без чая, мирных посиделок, фильма и, конечно же, репетиции. К вечеру, когда солнце садилось за горизонт, они практически со всем закончили.       — Ну вот, хорошо получается! — хвалил Минхо товарища, стоя посреди комнаты перед ним и мило сминая его плечи.       — Если бы не ты, то и не выходило бы.       Джисон был настолько переполнен хорошими эмоциями, что коснулся ладони Минхо и сжал. Давая привыкнуть тому к ощущениям, он потянул его к окну. Они вместе опёрлись о подоконник, смотря куда-то вдаль. Спокойный миг прервался, когда Минхо первым начал диалог.       — Принцесса... — он замолк. Ему явно хотелось что-то сказать, но он медлил.       — Да? — сосредоточившись, Джисон придвинулся ближе к старшему, всё ещё сжимая его руку в своей, и случайно задел его бедром.       — Забудь, — Минхо не отстранился.       — Сказал, как отрезал! — Хан выпучил глаза. — Ну чего ты так?       — Да ничего, просто забей. Вылетело из головы.       — Эй, я от тебя просто так не отстану! Выкладывай, пока я не полез к тебе с личным допросом, — его серьёзный тон озадачил Минхо.       Чувствуя, что сейчас назревает момент раскрытия чего-то важного, Джисон не хотел его упускать. Такое случалось настолько редко, что можно было сосчитать по пальцам. Поэтому сейчас он выстроил невидимый мостик к сердцу Минхо, ожидая дальнейших слов.       — Хорошо, — собеседник кивнул. — Я задам очень странный вопрос, ответ на который можешь не давать, если не захочешь.       — Окей. Я не против.       Минхо глубоко вдохнул. Набранный воздух в лёгких старался оттягивать момент, но вечность он длиться всё равно не мог. Он выдохнул.       — Тебе... — он собирался с мыслями. — Тебе... Те-бе...       — Мне-е-е? — Хан попытался заглянуть в карие глаза Минхо и забавно наклонил голову в сторону.       — Тебе когда-нибудь нравились парни? — быстро протараторил старший и сразу же кинул взгляд на закатное небо. Он, словно кукла, застыл после сказанного и старался не шевелиться лишний раз.       — Я не там, — Джисон протянул свободную руку и холодными пальцами коснулся щеки Минхо, попутно поворачивая его лицо к себе. — Посмотри на меня.       — Ты можешь не отвечать, я не наст...       — Нравились, — Хан перебил. — И даже сейчас, возможно, кто-то нравится, — он прикусил нижнюю губу, что приковало внимание Ли.       — Во-о-от оно как... — протянул тот и неосознанно повторил за Джисоном.       Сейчас он собрал всю свою волю в кулак, чтобы не увлечь Джисона в тягучий и такой желанный поцелуй. Если бы это был фильм, то сейчас вышел бы режиссёр со словами: «Сцену поцелуя сыграйте», но, увы, это не фильм. Реальность больно бьёт под дых, а Минхо внутри скулит.       — А что насчёт тебя? — парень затаил дыхание в предвкушении ответа.       — Есть один... Человек. Да. Человек. Есть один человек, который, как мне кажется, не безразличен мне, — Минхо сглотнул, то и дело бегая взглядом по лицу Джисона, спускаясь с его глаз до пухлой нижней губы и поднимаясь обратно. — Но я не уверен, что могу подходить ему или нравиться ему.       — Ты не думал признаться этому человеку в своих чувствах? — капля пота скользнула по лбу Джисона.       — Думал, но я не хочу торопить события и портить нашу с ним дружбу. Я и так совершал необдуманные поступки, находясь рядом, — с долей грусти проронил он.       — Насколько вы близки? — сердце Хана больно закололо.       Вот такие сцены Джисону не нравились никогда. Ни в книгах, ни где-либо ещё. Оказавшись в подобной ситуации, ему, скорее, хотелось бы вкусить сладкую ложь, чем узнать горькую правду. Он боялся узнать её.       — Достаточно, чтобы я назвал его... Этого человека своей родственной душой, — Минхо с тяжестью выдохнул, но не перестал смотреть на друга.       Веки становились всё тяжелее. Хотелось закрыть глаза и выключить мозг.       — Я могу тебе как-нибудь помочь? — он, не желая ни о чём думать, держался из последних сил.       — Мне так не кажется, но спасибо. Я попробую с этим разобраться...       Джисон горько стиснул зубы, и мышцы его лица напряглись. Хотелось крикнуть в лицо Минхо о том, чтобы он ничего не делал с тем своим человеком, чтобы не признавался ему, а чтобы просто был рядом с Ханом. Хотелось кричать, но он молчал.       — Дай мне знать, что между вами будет...       — Я мог бы тебе и просто дать, — Минхо усмехнулся, а лицо Хана сразу раскраснелось. Чтобы не убиваться трагичностью этой ситуации, он выкрутился шуткой. Надо же, какой молодец.       — Это что, был подкат? Минхо-хён, ты такой глупец! — Джисон отпустил руку старшего и стукнул его кулачком по предплечью. — Такой момент, а ты шутишь!       — Нужно же было разбавить обстановку, — он снова смотрел на губы Хана.       — Не смотри на меня так, — Хан тоже посмотрел на противоположные губы. — Иначе я решу, что тем человеком являюсь я, — взгляд снова устремился к глазам Минхо.       — Хах, — произнёс тот и, больше ничего не добавляя, опустил свою голову на плечо Джисона.       Сказать или не сказать? Он бы выиграл лотерею, если бы осмелился.       — Ты чудесен, — неожиданно произнёс младший.       — Я? Ты меня с собой не путаешь?       — А я по-твоему себя от тебя отличить не могу?       — Если мы станем одним целым, то не сможешь.       — Опять эти твои шуточки! — Джисон нервно засмеялся, но в душе у него что-то треснуло.       Они стояли там ещё некоторое время. Позже Хан отправился домой, поблагодарив Минхо за помощь, за подготовку и за хорошо проведённое время. Но в его голову уже пробрались неприятные догадки.       Практика по актёрскому мастерству должна была быть в среду следующей недели, поэтому парни вдвоём проводили время вместе за репетицией ещё дважды. Им было весело, но они всё же серьёзно относились к своему делу.       Среда. Джисон дошёл до института, отсидел пары по экономике и истории искусств, а затем неспешно направился в театральный зал. По пути отыскал Минхо, поэтому дошли они уже вдвоём.       В этот раз нужно было сыграть свои сценки перед преподавателем, поэтому Хан начал переживать, а его руки безостановочно трястись. Минхо заметил моментально, но не спросил об этом. Немного выждав, он таки задал вопрос:       — Волнуешься? Ты весь потрёпанный на вид.       — Безумно! Мне очень страшно... А если я опозорюсь? Тогда я опозорю и тебя! — он кусал свои пальцы, метая взглядом туда-сюда.       — Хани, послушай, — тот взял Джисона за руки. — Сейчас делай глубокие вдохи и выдохи. Давай вместе? Так, вдо-о-ох... — Они вместе делают его. — Вы-ы-ыдох... Ещё раз! Вдо-о-ох... Вы-ы-ыдох... Давай, молодец!       Не первый раз Минхо приходилось сталкиваться с таким. Дыхательная гимнастика часто выручала, и он знал, что она хоть на каплю, но поможет Джисону.       — Минхо, я всё равно волнуюсь... Я... Правда, я так волнуюсь! — Хан выпустил свои руки.       — Без паники! У тебя есть я, а у меня есть ты, — он подмигнул. — Значит, что? Значит, что мы со всем справимся!       — Хён, я тебя обожаю... — он уткнулся носом в шею Минхо, а тот вздрогнул от внезапности прикосновения к интимной зоне.       — Не забывай, мы с тобой хорошо отработали всё, поэтому не сдавайся на полпути, — он погладил макушку Джисона, игнорируя мурашки по телу.       Младший продолжал беспокоиться, но в итоге они справились на ура. Преподаватель сказал, что оба большие молодцы и чтобы они продолжали в том же духе. Конечно, получилось хорошо сыграть не только у них, но Минхо всю пару твердил о том, что их дуэт самый лучший, из-за чего Хан много смеялся и смущался, боясь, что их услышат одногруппники или старшекурсники.       В конце этой практики всем ребятам снова раздали листы с текстом и сообщили, что по желанию они могут сменить партнёра. Ни Минхо, ни Джисон не захотели отделяться друг от друга. Поэтому даже Сынмин в общем чате друзей пошутил, что они как две палочки для еды, скреплённые между собой. И если их рассоединить, то они уже не будут прежними.       Минхо приостановил Джисона, уже когда студенты направлялись к выходу.       — Джи, останешься со мной здесь после всех пар? Хочу отрепетировать новый текст, — попросил он.       — Хорошо. После какой пары встретимся? — Джисон улыбнулся.       — Давай после пятой. Мне ещё в магазин сбегать нужно будет. Голодный как чёрт!       — Нет проблем, хён. Увидимся!       Как по времени закончилась пятая пара, Ли уже ждал Джисона в зале. Каким-то чудом старший договорился с преподавателем не закрывать помещение, а просто отдать ключи ему.       — Хён? — Хан вошёл. — О, ты тут! Давно ждёшь?       — Нет, не так уж и давно, — он стоял возле сцены в тени. — Так, давай по тексту пройдёмся.       — Иду! — парень сделал десяток шагов к нему и встал рядом. — Так... Чего у нас тут? Сцена после поцелуя? А я смогу такое сыграть? Я никогда не ощущал подобного...       — Ты никогда не целовался? — Минхо удивлённо вскинул брови. — А когда мы на кухне... — он замолчал, но атмосфера ощутимо переменилась.       — Ничего не было, — как-то резко ответил тот и спрятался в своих ладошках.       — А могло бы быть, если бы нам не помешали, — Минхо недовольно нахмурился.       Джисон залился краской. Его мысли перемешались в голове. Он вдруг вспомнил о всех тех моментах, когда Минхо и он были близки и были готовы стать ещё ближе, но всё никак не достигали этой цели. Хан хотел, он очень хотел ощутить вкус губ старшего, хотел услышать сбивчивое дыхание во время поцелуя, хотел потрогать его тело без всяких забот. Поддаться ли соблазну? Он уже был на грани.       То, как Ли каждый раз на него смотрел как-то... испытывающе, жаждуще; то, как он впивался взглядом в его губы; то, как приоткрывал свой рот, явно думая не о разговорах; то, как он «невзначай» касался Хана: его рук, его шеи, его бёдер, а затем глупо извинялся, словно совсем не грезил этим... Может, тот разговор был всё же о нём, а не о другом человеке? Может, нужно было ему признаться и услышать признание в ответ?       Минхо опустил взгляд вниз. Ему было тяжело на душе. Да, он думал о Хане точно не как о друге и полностью осознавал это. Хватило бы ему смелости или если бы его подтолкнули, то он бы уже давно признался младшему. Всё искал момента. Возможно, он наступил.       — Хён, — Джисон облизнул губы и его взгляд метнулся к чужим, — я правда никогда не целовался.       — Воу... — на выдохе произнёс Минхо. — Хани, — он нерешительно приблизился к нему и, обвёв взглядом с головы до ног, начал накручивать у уха волосы Хана на свой палец, — чего бы ты хотел прямо сейчас?       — Прямо сейчас?.. — его глаза загорелись. — Я бы... Если бы ты меня... — он не знал как «правильно» сказать, чтобы не спугнуть.       Минхо перестал играть с волосами и прикоснулся к щеке стоящего напротив. Он медленно повёл пальцами по пухлой и мягкой поверхности, а после опустился ниже, ведя по линии челюсти. Ли услышал, как участилось дыхание Хана, потому, подобравшись к его подбородку, аккуратно приложил большой палец к его губам, давая понять о своих намерениях. Хан, повинуясь, легонько поцеловал палец, тем самым вырывая свои желания наружу.       — Учись договаривать, Джисон, — чётко попросил Минхо.       Джисон почувствовал, как жар расползся по всему его телу в предвкушении. В его грудной клетке не осталось места для быстро бьющегося сердца, которое готово было вот-вот выпрыгнуть прямо к Минхо в руки, чтобы он забрал его себе навсегда.       Минхо в последний раз посмотрел прямо в эти бездонные глаза, ища в них согласие. Тот закрыл их, и Ли, не теряя больше ни минуты, накрыл своими губами те, которые хотелось окутать во вожделенном поцелуе так давно.       Он начал неторопливо, чтобы уловить темп Джисона. Дыхание сперало, но оторваться было практически невозможно. В это мгновение они слились воедино, соединив свои сердца в крепком замке, а губы в сладостном блаженстве.       Минхо скользнул руками по талии столь юного и хрупкого тела и заключил в нежные объятия. Хан, в свою очередь, закинув руки на плечи старшего, зарылся тоненькими пальчиками в фиолетовые волосы, оттягивая каждую прядочку, которую они находили.       Воздух в лёгких стремительно заканчивался. Пришлось отстраниться на несколько секунд, за которые Джисон приятно улыбнулся и посмотрел на Минхо полными счастья глазами, а после этого уже сам прильнул к зацелованным губам.       Джисон быстро учился.       Тихие звуки, срывающиеся с губ двух горячо целующихся парней, заполонили всё пространство вокруг. Джисон решил проявить инициативу, слегка отодвинувшись от Минхо:       — Хочу с языком… — промолвил он, тяжело дыша.       — Ни слова больше.       Ли просунулся в полость рта Хана, ведя своим языком навстречу чужому. Джисон почувствовал, как в животе вдруг ожили бабочки.       Минхо убрал свои руки с талии Джисона и положил их на его бёдра, сминая кожу под пальцами, отчего младший невольно сжался. Минхо мысленно улыбнулся и направился к его ягодицам, повторяя свои действия. Он разорвал их французский поцелуй, потянул того к стене и прижал. Завёл руки младшего над головой, скрепив кисти замком. Он впился в шею Джисона, оставляя на ней яркие следы. В это мгновение из уст Хана донёсся первый полустон, а следом прорезался охрипший голос:       — Хён, — он вдыхал воздух, — нас могут застукать…       Минхо не обратил на эту фразу особого внимания. Джисон снова повторил:       — Хён, пожалуйста… Думаю, этого достаточно… — он оттолкнул парня и посмотрел в полные страсти глаза. — Мне лучше пойти домой. Извини...       Хан, не став дожидаться ответа, просто выскочил из зала, унося ноги. Минхо остался один. Внутри всё сжалось. Он корил себя: «Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, чёрт! Что я сделал не так? Что я сделал? Боже, мы же перестанем быть друзьями! О чём я только думал? Зачем я его поцеловал?! Надеялся на лучшее? Ну, вот и получил, идиот!»       Джисон снова бежал. Почему он каждый раз повторяет одни и те же ошибки? Есть ли смысл бежать? Мир настолько тесен, что они точно ещё встретятся, даже если он уедет в другой город или в другую страну. Зачем бежать? Хан твердил себе: «Пора научиться себя держать в руках. Иначе я потеряю и себя, и его».       Джисон вышел на улицу. Он хотел с кем-то поговорить по поводу всего произошедшего. Держать такой шквал эмоций было непросто, поэтому он достал телефон и набрал давно запомнившийся номер:       — Алло, Чанбин-хён?       — Тихо, это Хан звонит, — сказал голос из трубки кому-то рядом. — Да? Привет! Что-то случилось?       — Я могу поговорить с тобой с глазу на глаз прямо сейчас? На меня столько всего навалилось! — Джи в душе умолял всех и вся, чтобы друг ответил положительно.       — Э… — послышался невнятный шёпот. — Если для тебя это так срочно, то иди к студии звукозаписи Чана. Я сейчас здесь.       — Хорошо, спасибо! Скоро буду. Никуда не уходи, пожалуйста! — он ускорил шаг.       Джисон дошёл к небольшому зданию, вошёл в внутрь, направился к маленькой, но вместительной студии, и открыл дверь. В кресле у компьютера сидел Чан, а рядом с ним на диване раскинулся Чанбин. Он сделал пригласительный жест:       — Входи. Не стой там как истукан. Что произошло? Выкладывай.       — Мне... — Хан плюхнулся к Чанбину, обдумывая, с чего начать. — То есть... Моему другу нужен совет.       — Хочешь сказать, что ты выглядишь таким потрёпанным только из-за своего друга, которому нужен какой-то там совет? — вклинился Чан в разговор, повернувшись в кресле лицом к своим товарищам.       — Да, есть такое, — Джисон хмыкнул и накрыл рукой свои глаза.       — Ну и о каком совете речь? — Чанбин сузил взгляд, пытаясь разобраться.       Джисон долгое время молчал. Мысли постепенно собирались в кучу.       — Мой друг… Он… Он… Ну, он поцеловался… с парнем. И он не знает как ему вести себя после этого с тем человеком, — Джисон медленно убрал руку от лица.       — Ага-а-а… — протянул Чанбин, кивая. — А мы случайно не знаем этого твоего друга? А если знаем, то почему бы нам самим с ним не поговорить? Зачем через тебя всё передавать? — он засыпал младшего вопросами.       — Нет-нет, вы его не знаете. Вы не встречались ни разу, — бровь Джисона нервно задёргалась. — Он… из моей группы. Из моей группы в институте. Вот.       — Та-а-ак, — Чан наклонил голову набок, — и ты хочешь, чтобы мы просто дали совет, который ты ему передашь? И больше ничего?       — Ага. И больше ничего. — Джисон попытался улыбнуться. Чан и Чанбин лишь переглянулись.       — Ну, сперва ему нужно разобраться со своими чувствами, — начал Чанбин. — Что он испытывает? Нравится ли ему тот, с кем он поцеловался?       — Думаю, нравится, — быстро ответил Джисон.       — Окей, мы на верном пути. Если нравится, то пусть обсудит всё с тем его парнем. Они не должны скрывать друг от друга чувств. Да, вероятно, это будет невзаимно и, возможно, он потеряет его, но это будет лучше, чем сидеть сложа руки, — он покрутил зелёные пряди в своих волосах. — Тем более не всегда всё плохо кончается. Вдруг, тому парню он тоже нравится?       — Ты так думаешь? — Хан устало поднял глаза на собеседника.       — Всё в жизни бывает, — выдал вместо Чанбина Чан, — но это не значит, что это конец света.       — Старик прав. Не вешай нос, — Чанбин поддерживающе хлопнул по плечу Джисона.       — Вешаю нос не я, а мой друг!       — Да, да, извини, оговорился, — Чанбин хихикнул.       — В общем, передай это всё своему другу. Может быть, всё у него получится, — Бан Чан встал из кресла, и синяя макушка навалилась на Хана в объятиях.       — Эй, задушишь ведь! — на лице Джисона промелькнула улыбка.       — Ну вот, уже и посвежее стал выглядеть, — Чанбин тоже накинулся на друзей.       — Всё-всё! — Хан начал смеяться. — Только слезьте с меня, молю!       Ребята пролежали в таком положении около минуты, а потом Джисон нечленораздельно крикнул, что ему пора идти домой, скинул с себя ребят и побрёл к выходу из комнаты.       — Спасибо вам, — кинул он, выходя в коридор.       — Да не за что! — в один голос ответили парни, провожая его взглядом.       — Как думаешь, это он о себе и о Минхо? — спросил Чан, когда дверь с шумом закрылась.       — Да сто процентов, — Бин кивнул. — Я не удивлюсь, если эти двое начнут встречаться после того, как поговорят. У обоих всё на лицах написано, честное слово.       — И то верно, — поддержал он. — Ладно, за работу.       Хан Джисон медленно двигался в сторону своего дома. Он боялся будущего, боялся что-либо объяснять Минхо, боялся услышать его мнение насчёт всей этой ситуации, боялся отказов или ссор. Он всего боялся. Но больше всего он боялся того, как на всё это отреагируют окружающие.        Ему нравятся парни. «Это не хорошо. Это плохо. Это отвратительно… Но если Минхо тоже нравятся парни? Тогда и это отвратительно?» — рассуждал он.       Телефон завибрировал от нескольких сообщений, когда Джисон уже поднимался по ступеням на свой этаж: Минхо-хён~: [17:11] Хан, где ты? [17:12] Хан, ответь, прошу тебя. [17:14] Послушай, я не должен был этого делать, мне очень жаль, если я тебя расстроил. [17:14] Можем ли мы поговорить? [17:15] Если тебе нужно время, то я буду ждать. Но нам нужно будет это всё обсудить… Пожалуйста. [17:15] Прости меня.       Он читал, но ничего не отвечал. Он не знал что ему написать. Слёзы сами начали скапливаться в глазах, и от этого зрение размыло. В секунду он почувствовал себя жалким.       Кое-как зайдя в квартиру, добравшись почти невидящим взглядом до кровати, не раздеваясь, Хан камнем бросился на постель. Он отключился сразу, как его голова коснулась подушки. День был слишком тяжёлым для него.       Он проснулся тогда, когда темнота воцарилась по всему городу. Лишь приглушённый отблеск луны просачивался сквозь незашторенные окна. Парень взял в руки мобильник и зашёл в переписку с Минхо. Минхо-хён~: [17:24] Я иду домой. Если будет желание, то можешь позвонить мне в любое время. [17:40] Надеюсь, ты в порядке, принцесса. Ещё раз извини. [18:02] Я поел… Если тебя это волнует. Хотя, я так не думаю… [18:03] Буду надеяться, что ты мне ответишь. [19:06] Как ты? Покушал? [20:44] Мне так жаль… [21:21] Хани? [21:21] Ты долго не в сети. Что с тобой? Пожалуйста, ответь, как будет возможность. [22:38] Я очень беспокоюсь о тебе. [22:53] Я набрал Чанбина, чтобы узнать, с тобой ли он, но он ответил, что не знает где ты. Прошу, хоть что-нибудь напиши или хотя бы прочти мои сообщения. [23:16] Прости меня за этот чёртов поцелуй, молю! Я больше и пальцем к тебе не прикоснусь. [23:16] Обещаю.

Вы (ДжиСтронг):

[23:51] Ты мне нравишься.

      Он выключил телефон.