Чёрный Феникс

Перси потребовалось не больше секунды на то, чтобы отреагировать и продумать план действий. Спрыгнуть, подкатиться, оттолкнуть, а дальше... импровизация чистой воды. Аннабет смотрела на разъярённого пегаса широко раскрытыми от ужаса глазами. Нельзя было медлить ни секунды. Мгновение, и он уже находится между животным, застывшим в изумлении, и Аннабет. - Давай же, приятель, уходи, - проговорил Перси, но пегас и не думал отступать. Вместо этого он стал рыть копытами землю и раздувать ноздри. - Не хочешь по-хорошему? Как пожелаешь. Он приготовился вызвать небольшую волну, способную окатить пегаса, чтобы умерить его пыл. В желудке возникло привычное тянущее чувство, но вдруг всё происходящее вышло из-под контроля. Волна получилась гигантской, высотой футов в пятьдесят. Устрашающих размеров масса воды показалась из-за верхушек деревьев. За пару секунд до столкновения Перси создал защитный купол из плотного слоя воды, который накрыл их с Аннабет, но он не слишком помог. Сотни галлонов воды обрушились на них в один миг, подхватив мощными потоками воды, полной веток деревьев и камней. Перси схватил Аннабет за руку и прижал к себе. Их отнесло футов на сорок в сторону от того места, на котором они прежде находились, вдобавок Перси спиной впечатало в широкий стол дерева. Он чувствовал, как камешки оставляли на теле длинные царапины, синяки, но ничего не мог поделать. Вода иссякла, но Перси не мог заставить себя открыть глаза. Избитые, помятые, они с Аннабет так и стояли, прижавшись друг к другу. Они выбрались, они живы. Всё хорошо. Внезапно мозг Перси стрелой пронзила мысль. - Аннабет, где Нико? В ответ она непонимающе моргнула, но с осознанием в её глазах отразился ужас. На поляне их друга не было. - Ты ищешь там, я - здесь. Аннабет быстро кивнула и побежала указанном направлении. Они звали Нико; их голоса звучным эхо отдавались в опустевшем лесу. Прошло несколько минут, а поиски всё ещё не дали результатов. В сердце Аннабет начало зарождаться отчаяние, ведь волна не могла оттащить его настолько далеко. Прошло ещё несколько минут, прежде чем она увидела до боли знакомую чёрную кожаную куртку. - Нико, - на выдохе проговорила она. – Нико! Подбежав ближе, она поняла, что он не только без сознания, но ещё и придавлен к земле толстым стволом поваленного волной дерева. Ей не хватит сил, чтобы сдвинуть его самой. - Перси! Перси, я нашла его, он здесь! Иди и помоги мне! Вместе они оттащили бревно и попытались привести Нико в чувство. Не удалось. - Нужно отвезти его домой, - предложила Аннабет. Перси согласно кивнул и громко свистнул. Спустя некоторое время на поляну опустились два пегаса, Блэкджек и Гвидо. Недолго думая, Перси привязал бессознательного Нико к шее чёрного пегаса, а сам забрался на пятнистого, посадив перед собой Аннабет. ΩΩΩ Они только успели уложить Нико на диван в гостиной, как в комнату вошла Натали. - Что произошло? – холодно осведомилась она. – А с ним что? - Несчастный случай... - Ясно, - отрезала Натали. – Приведите себя в порядок, а я пока займусь им, - она вздохнула. У Перси даже сил не было, чтобы огрызнуться в ответ. Они с Аннабет просто кивнули и поплелись вверх по лестнице. Натали стянула с Нико куртку и разрезала ножом остатки его футболки. По его шее и груди тянулась рваная рана. Ему повезло, будь она чуть левее – он бы не выжил, была бы задета артерия. Порез был не длинным и не слишком глубоким, но всё же внушал опасения. Натали сжала зубы, когда поняла, что одними бинтами было не обойтись. Нужно было накладывать швы. ΩΩΩ - Перси, что это было? – Аннабет резко развернула Перси к себе лицом за плечи. – Ты что, не смог сдержаться? Тот поднял на неё глаза, ставшие сейчас цвета мутного моря. - Я не знаю. Честно, не знаю. Будто... Будто что-то во мне сломалось, оборвалось, раскололось... называй, как хочешь. Мне это не нравится, но нужно будет спросить у Норрингтон. Аннабет поджала губы, чтобы не расплакаться. Они столько пережили вместе. Когда падали, помогали друг другу подняться, когда радовались – разделяли друг с другом редкие моменты счастья. Всё на двоих. И теперь Аннабет чувствовала, что он вот-вот сорвётся. Она не выдержала, резко подалась вперёд и крепко-крепко обняла его. - Я с тобой, слышишь? Что бы ни случилось. Когда она почувствовала тёплые ладони у себя на спине, она улыбнулась ему в плечо. Странно они, наверное, сейчас выглядели – два подростка, грязные и в крови, уставшие, но улыбающиеся грустной улыбкой людей, которые через многое прошли. Такую улыбку скорее у стариков увидишь. Аннабет было плевать, что подумают люди – она была счастлива. ΩΩΩ Снова сильный удар от падения на твёрдую почву. Нико глухо застонал. Всё тело отдавало тупой болью. Он резко сел, превозмогая боль в мышцах. Он чувствовал себя... помятым. Да, правильное слово – помятым. Точнее не скажешь. Нико находился в степи. К горизонту тянулись цветущие поля, которым, казалось, не было конца. Ветер плавно колыхал травы и создавал у Нико иллюзию , что он находится не в степи, а в центре водной стихии. В воздухе витал слабый аромат вереска... Шотландия?! Оглянувшись, Нико увидел высокие скалы, резко выступающие из земли. Нет, не Шотландия... Резкий порыв холодного ноябрьского ветра заставил его поёжиться и поднять воротник. Рука зацепилась за что-то шершавое... Он стянул с себя куртку, оставшись лишь в футболке, которая была разрезана почти до половины. Его шею и грудь обтягивали белые бинты. Что произошло? Он помнит лишь огромную массу воды, которая сбила с ног и понесла его... Затем был удар и всё померкло. Он резким движением сорвал с себя белую ткань. По шее тянулся свежий рубец длиной в три с половиной дюйма, аккуратно перетянутый тремя швами. По груди чуть ниже была парочка неглубоких царапин. Он с сожалением вздохнул. Опять вляпался, благо, что рёбра не сломал, а ведь они должны ломаться первыми при любой стычке. Нико надел куртку и застегнул её под самое горло. Наступал рассвет. Солнце лениво выползало из-за горизонта, скупо раздавая тепло промёрзшей земле. Цвета вокруг были будто после фильтра программы по редактированию фотографий – серый цвет словно поглотил яркость красок наступающего дня, создавая впечатление пребывания внутри одной из старых фотографий, которые можно найти у бабушки на чердаке в пыльном ящике. Нико шёл, не зная, куда, уже около часа, когда в ложбине между двумя холмами, поросшими вереском, стал виднеться заброшенный замок со стенами, обвитыми плющом. Нико ускорил шаг. С ветки облетевшего дерева взвился в небо со звучным карканьем иссиня-чёрный ворон, заставив невольно вздрогнуть. Тяжёлые старинные двери с чугунной чеканкой, покрытые налётом старины, со скрипом поддались. Он очутился в зале, на полу которого были хаотично разбросаны остатки былого убранства. Осколки витражей, красивые медные подсвечники покрылись многовековой пылью и паутиной. Некогда поражающие своей красотой витражи на окнах тоже не сохранились, поблекнув и растеряв все свои краски. Лестница, которая, скорее всего, когда-то была парадной, вела на верхний этаж. Такого человека, как Нико, она просто не могла не манить. Он быстро поднялся по ней и оказался в длинном коридоре, конца которого он так и не смог разглядеть. Задрав голову, он увидел высокий потолок, который заканчивался тёмной неизвестностью. Нико на секунду показалось, что он услышал вдалеке чьё-то учащённое дыхание. Продвинувшись по коридору ещё на двадцать шагов, он уже точно знал, что звуки исходят из ближайшей двери напротив. Недолго думая, он толкнул резную ручку. Когда он вошёл внутрь, на него словно бы обрушилась ещё одна реальность, заставляя окунуться в неё полностью, без остатка. - Скоро он заберёт тебя, Натали. Ты прошла испытание, - высокий мужчина с бородкой и волосами цвета спелой пшеницы грустно улыбнулся. - Я знаю, Эдайн. Поверь, я не хотела. Я... Ты меня знаешь. Гордость взяла вверх, я просто не могла проиграть, дать выиграть кому-то другому и спокойно смотреть на это, - девочка лет четырнадцати уставилась в одну точку где-то на противоположной стене. Натали. - Я знал, что ты не сможешь. Значит, пришло время для тебя занять своё место подле Хаоса в этой войне. Она решительно подняла взгляд и стиснула кулачки: - Я не хочу. Я хочу сражаться с вами, хочу участвовать в Сопротивлении, а не в Тёмной Кавалерии. Я ненавижу его. - Винить можешь только себя, - взгляд пронзительных голубых глаз остановился на лице Натали. - Ох, Эдайн, почему же не дано второго шанса? Будь он проклят, этот гнусный диктатор! Она порывисто обняла его и прижалась к груди: - Я буду скучать. - Я тоже, милая. Натали сидела на холодном полу комнаты, сложив ноги по-турецки и спрятав лицо в руках. Она сделала пару глубоких вдохов в попытке восстановить сердцебиение. -Забудь всё, что только что тебе довелось увидеть, иначе ты труп, это понятно? Он послушно кивнул. - Здравствуй, ди Анджело. - И тебе привет. О, у тебя волосы синие. Она слабо улыбнулась.