.............
Стёрка-кун бежал, и слёзы ручьём лились из его нарисованных Миланой и Валей (имена изменены в целях конфиденциальности (нет)) глаз, они были полны боли и отчаяния. Его короткая розовая юбочка в складочку развевалась на ветру от бега, задираясь до самой спины, оголяя попец без трусов. Ольга Анатольевна с бешеной скоростью и ёбнутым блеском в глазах гналась за маленьким стёркой-куном. Они так бегали около пятнадцати дней и ночей и, в конце концов, Анатольевна догнала стёрку-куна. ОН ПРОСТО АХУЕЛ ОТ СТРАХА И РОДИЛ МАЛЕНЬКОГО МАКСИМА. Но Ольге Анатольевне было душевно насрать на новорождённого Максима. Она штативом пробила ему жопу, насадив его на него как шашлычок обконченый. Первую секунду Максим орал как свинья ебаная, я не националист, но блять он, как хохлы визжал, когда на них ядерку кинули. Только там орали тысячи, а тут один пидорас. Туда ботика. Стёрка-кун начал рыдать ещё больше, ведь его маленького сына так нещадно сделали шашлыком. Но ебаной физичке уже было насрать на мнение маленькой стёрки. Она выкинула нахуй ребёнка со штатива и начала неистово ебашить им стёрку-куна. Стёрка-кун кричал от боли, попутно умирая от болевого шока. Анатольевна засунула штатив в узкое очко стёрки-куна и начала долбить его в жопу. Уже почти бездыханное тело стёрки она, пока её не видели другие ученики, унесла в подсобку. Там она собрала электронные цепи и начала ебашить стёрку-куна электричеством, но не убивая его этим. Стёрка-кун плакал и молил о пощаде, сил кричать у него не было. Но ёбнутую физичку было не остановить. Сразу за электричеством в ход пошёл паяльник, что Анатольевна ещё в 44 спиздила у фашистов. Горячий припой капал, прожигая на стёрке-куне сквозные раны, ака дыры обычные. Напоследок она припаяла ему руки друг к другу. На уроке она сходила в кабинет химии и взяла ебейшую склянку с карборановой кислой. Сначала химик не хотел давать ей эту хуйню, но она ему отсосала, и он не мог более ей отказывать. Анатольевна вернулась в свою подсобку, так как сейчас у неё не было урока, и закрылась в ней, продолжая свои издевательства над бедным стёркой-куном. Она залила ему в глаза кислоту, и их начало ебически разъедать, как всю область около них. Стёрка-кун кричал от боли, а в это время Анатольевна достала свой огромный восьми метровый хуй. Она начала нещадно долбить бедную стёрку, что уже была на грани смерти. От боли в окончательно разорванном очке, стёрка-кун скончался на месте. До самого следующего года Анатольевна ебала бездыханное тело стёрки, что уже начало активно гнить. Кислота за это время уже разъела всю голову бедного стёрки-куна, а ошмётки его, давно лежащие на полу, доедали опарыши. В какой-то момент в подсобку вломился Гарич, что хотел сказать Анатольевне, что Миша таки спился. Он увидел бездыханное тело стёрки-куна и Ольгу Анатольевну, ебущую его. Он уебашил по ней штативом, убив её. Он знал, что наш российский суд его оправдает и вовсе поощрит его решение..........
Через месяц состоялся суд. Как и было предположено, Гарича не осудили, одобрили его действия и дали приказ делать так чаще.Конец... или нет?..