Чему быть, того не миновать...

Прошло много времени , прежде чем мальчик сумел, наконец, окончательно прийти в себя. Сколько именно он провалялся без сознания, находясь в тяжёлом, горячечном бреду, скользя между миром живых и миром мёртвых, он не мог вспомнить. Иногда выплывая из тёмных глубин забвения, он совсем скоро снова глубоко погружался в мучительную, наполненную болью лихорадку, страдая от накатывающей волнами тошноты и дикой слабости. Всё тело то горело обжигающим огнём, заставляя обливаться потом с головы до ног, то накрывало ледяной дрожью, и тогда зубы начинали выстукивать бешеную дробь, которая отдавалась в мозгу пульсирующей болью. Какие-то старые, обрывочные воспоминания мелькали в голове. Странные , но такие яркие фрагменты ослепительными вспышками пронзали память, вызывая полузабытые образы и пробуждая давно потерянные чувства... Одно, особенно яркое мгновение снова и снова настойчиво крутилось в сознании, с завидным упорством стараясь вытеснить мучительную, лихорадочную тьму и постепенно возвращая к свету... Волшебный , украшенный разноцветными, светящимися фонариками шатёр загадочной гадалки Магды и её мягкий, обволакивающий голос, шепчущий пророческие слова : "Доверься тому, кого первым встретишь на пороге самой долгой темноты! Он вытащит тебя из кровавой бездны... " А затем - торжественный бой часов, возвещавший о наступлении самой длинной ночи в году... И неожиданное столкновение в дверях... Изумленный серый взгляд и протянутая рука, удержавшая от падения... Тёплая ладонь, мягко сжавшая пальцы, та самая, которая сейчас упрямо и настойчиво пыталась вытянуть мальчишку из леденящей пустоты беспамятства , в которое он погружался всё сильнее. Именно она удерживала его на самом краю наползающей, смертельной тьмы, именно эта рука тянула его всё сильнее, заставляя отбросить слабость и боль. Ещё один, последний рывок , ослепительная вспышка, и Робби всё таки сумел вынырнуть на поверхность, оставляя позади мучительный мрак небытия и медленно открыв глаза... Поначалу мутный, расплывающийся взгляд постепенно сфокусировался и приобрёл свою естественную зелёнь и ясность, а кровавая пелена спала окончательно. А вместе с сознанием вернулась и память... Мальчик широко распахнул глаза и осторожно обвёл ими комнату, в которой он находился. Он ясно помнил, как упал у ворот Белой Башни, как его подхватил на руки Сайон, личный слуга принца Николаса... И вот теперь он очнулся в каком- то роскошно обставленном помещении, за окном были то ли сумерки, то ли рассвет, а недалеко от себя, на небольшой, затянутой узорчатым шёлком кушетке спал, тихонько посапывая, сам Ник Беллингер, уютно подложив руки под голову. Робби непроизвольно приподнялся на локтях и тут же снова резко упал на подушки, глухо застонав от боли, пронзившей правое плечо и руку. В районе предплечья была наложена аккуратная повязка, пропитанная каким-то составом, пахнущим мятой. От резкого движения рана, видимо, снова открылась , и сквозь несколько слоёв ткани стала просачиваться алая кровь. - Пожалуйста, не порти работу королевского лекаря, который последние пару дней не отходил от тебя!- услышал мальчик негромкий голос принца, который поднял голову и теперь взирал на Робби, недовольно щурясь спросонья. Его взлохмаченные после сна тёмные волосы очень мило падали ему на глаза. - Ты что , всё это время был здесь? - в крайнем удивлении спросил Макшильдус , но потом вдруг спохватился и всё же поправил себя : - Ну... то есть Вы, Ваше Сиятельство... - почему-то смущенно пробормотал Робби, стараясь не встречаться взглядом с Ником, который тут же изогнул губы в своей привычной насмешливой улыбке и с вредным, язвительным сарказмом произнёс : - Вообще- то, ты занял мою кровать! Ну, скорее не ты, а Сайон, мой слуга, который по привычке явился в мои покои! Но, тем не менее, он принёс тебя именно ко мне , а понял это только тогда, когда уже уложил тебя в постель, и наш доктор сказал, что тебя лучше лишний раз не шевелить! - Ник снова язвительно фыркнул и сел на своей кушетке. Он тряхнул головой и передернул плечами, снова воззрившись на Робби с ядовитой ухмылкой : - Так что я уже две ночи подряд вынужден спать на кушетке, предназначенной для моего камердинера ! - Неужели в таком огромном дворце больше не нашлось ни одной лишней комнаты с нормальной кроватью? - непроизвольно вырвалось у Робби, но он тут же прикусил свой язык, осознав, что так разговаривать с принцем крови было совершено недопустимо, даже если этот самый принц сам откровенно насмехался над мальчишкой! А до этого просто спас ему жизнь. Николас , видимо, не ожидал такого резкого отпора, потому что он широко распахнул серые глаза, в которых сверкнул стальной блеск : - Ну ты и нахал! - воскликнул он изумленно и возмущённо одновременно, - Мало того, что ты всего меня залил своей кровью, спишь на моей кровати, так, оказывается, я ещё и виноват в этом! А ты не хочешь просто поблагодарить меня за своё спасение? Нет? Робби снова почувствовал себя неловко. Он украдкой бросил быстрый взгляд на принца, который по- прежнему взирал на мальчишку с язвительной насмешкой. Нужно было и правда что-то сказать, как - то выразить свою благодарность за оказанную помощь, а вместо этого Робби не придумал ничего лучше , кроме как нахамить... - Я... Извини, я не хотел тебя обидеть... - начал было Робби, но потом снова опомнился и поправил себя, - То есть Вас... - почему- то он никак не мог заставить себя обращаться на "Вы" к этому заносчивому и высокомерному парню, почти своему ровеснику, всё время так откровенно насмехавшемуся над ним. Однако Ник Беллингер только в очередной раз презрительно фыркнул, пожал плечами и сладко потянулся всем телом, вставая на ноги. Робби почему- то снова почувствовал жуткую неловкость, он поспешно отвёл глаза и что-то тихо пробурчал себе под нос. - Ну вообще- то, это я должен благодарить тебя, Робби Макшильдус, - видимо, решив сменить гнев на милость, произнёс Ник , - Это благодаря тебе мы узнали имя организатора бунта. И вовремя его предотвратили. Мальчик вскинул на Ника свои огромные изумленные глаза. - Ты знаешь моё имя? - и снова это обращение на " ты", как будто они были ровней или старыми друзьями. - Конечно! - Ник пожал плечами, - Мы же уже встречались раньше, здесь, во дворце! Или ты уже забыл, как толкнул меня, и я чуть не упал? - Робби никак не мог понять, насмехался над ним этот совершенно невыносимый парень или же говорил серьёзно. На всякий случай он решил промолчать, в то время, как принц медленно приблизился к своему роскошному ложу. - Можно? - Николас вопросительно изогнул одну тёмную бровь и, лукаво улыбаясь, кивнул на самый край кровати. - Зачем спрашивать? - Робби инстинктивно подвинулся, - Это же твоё место! Снова насмешливо фыркнув, принц плавно опустился на краешек, с наслаждением вытягивая ноги. Он был в простой, домашней одежде, которая придавала ему какой-то мягкости. Садясь, он случайно задел Робби, отчего последний резко дёрнулся, отодвигаясь ещё дальше, чем вызвал у Ника приглушённый смех . - Ты чего такой пугливый? Там, у ворот, ты казался смелее! - и видя, как опасно вспыхнули ярко- зелёные глаза, он саркастически прищелкнул языком : - Ты хоть помнишь, что с тобой произошло? - Да. Я помню, как потерял сознание. А до этого мне пришлось переплыть Белую, чтобы попасть сюда. Чтобы найти тебя и предупредить о заговоре. Но я же не успел ничего сказать, как вы узнали об этом... Кургэне? - Очень просто! Я подслушал твой бред! - с торжествующей улыбкой возвестил принц Николас. - Что?! - Робби снова резко приподнялся и снова сморщился от боли. - Ты валялся тут с лихорадкой, вызванной твоим ранением, - неожиданно терпеливо пояснил Ник, - А я сидел около тебя. Ну, и ты начал бредить. Нёс какую-то чушь про предсказания и кровь, и темноту, и судьбу, я и не помню уже! А потом забормотал о заговоре и совершенно отчётливо произнёс имя Якова Кургэна... Я прислушался внимательнее... Мой дядя, король Родольф уже давно знал о назревающем бунте, но никак не мог узнать имя зачинщика! А тут ты со своей кровавой раной! Благодаря твоему сумасшедшему бреду, мы и узнали, что всему виной был наш дальний родственник! - Ник беззаботно пожал плечами, как будто речь шла о каких-то повседневных делах. - И... где он теперь? - осторожно поинтересовался Робби. - Кто? Кургэн? Сбежал куда-то за границу с горсткой своих оставшихся ему верными людей! Скорее всего, заляжет где-то на Северных островах, тамошние лорды всегда были ему верны. - Но ведь он снова может вернуться! И собрать там целую армию! - Нет, не может! - неожиданно жёстко произнёс Николас, - Король Родольф об этом позаботится! Робби решил не вдаваться в подробности. В конце концов, он выполнил последнюю просьбу ныне покойного Жана Боссуэ, а дальше была уже не его забота. Эти придворные дела его совсем не касались. Он снова коротко глянул на принца Ника, который в свою очередь внимательно разглядывал мальчика сквозь полуопущенные ресницы. В больших серых глазах плясали безудержные чёртики. Это стало немного раздражать Робби, он никак не мог взять в толк, почему Беллингер постоянно насмехался над ним! Мальчишка не понимал, чего ему сейчас хотелось больше - броситься на этого невыносимого парня с кулаками и хорошенько поколотить его или... крепко обнять и рассмеяться вместе с ним... Он не сделал ни того, ни другого. Вместо этого Робби спросил, резко меняя тему : - Зачем ты сидел тут около меня всё это время? - Не знаю! - Беллингер опять легко пожал плечами, - Ты был без сознания и весь в крови! Наверное, мне стало просто любопытно! - и видя, как мальчишка уставился на него недоуменным зелёным взглядом, Ник поспешил добавить с улыбкой , - Но зато я подслушал о чём ты бредил и узнал имя главного заговорщика! Хоть какая-то польза! А ты уже пришёл в себя, и судя по твоему виду, смерть тебе больше не угрожает! Робби снова бросил на парня короткий взгляд. Как у него всё просто, однако! - А почему к тебе обращаются - Сиятельство, а не Высочество, если ты принц? - А ты что, часто бываешь при дворе, что знаком с придворным этикетом и протоколом? - снова с усмешкой проговорил Ник, - Вообще- то я не совсем принц, им скорее является мой отец, как родной брат короля, - всё же пояснил он, - А меня так называют больше по привычке! Кстати, я скоро уезжаю! Наверное, вместе с твоими друзьями, которые очень настойчиво интересовались тобой! - Какими друзьями? - Робби сразу насторожился. - Виньери. Уильям и Николина, они приходили сюда вчера и спрашивали про тебя. Милейшие люди! Не пойму, почему ты не хочешь их видеть! - Почему ты решил, что не хочу? - мальчик снова заметно смутился, его щёки залил горячий румянец. - Потому что ты начал кричать, как сумасшедший, чтобы их к тебе не впускали! - Ник передернул плечами, - Ты наверное уже считаешь меня своим секретарем? Ты не помнишь этого? - Нет! - Робби растерянно провёл ладонью по лицу. - Что между вами произошло? - с нескрываемым любопытством спросил Николас,- Я давно знаю эту семью, и до того, как меня отправили за границу, мы с Уильямом даже были неплохими друзьями! Но это было очень давно.. - Ничего особенного не произошло, - пробормотал Робби, - Немного... поссорились... - Да? - Ник снова хитро изогнул брови, - Потому что они собираются отправиться в Карилат вместе со мной, на королевской шхуне. - А я здесь при чём? - А ты разве не едешь с ними? Поверь мне, Робби, лучше тебе пока держаться подальше от Золотого Стана! - Я... ещё не думал об этом... - мальчик снова растерялся. - Так подумай! - Ник опять всё с той же усмешкой взирал на него. Принц прислонился спиной к одному из резных столбиков , поддерживавших тяжёлый балдахин над кроватью. - А тебе зачем уезжать в Карилат? - в конце концов поинтересовался Робби, даже не задумываясь о том, что подобное любопытство может быть неуместным! - Мой дядя король решил отправить меня туда от греха подальше! - фыркнул Ник, - Женить на принцессе Аксель, родной сестре короля Рувензории. Робби молча воспринял эту неожиданную новость. Однако внутри него что-то вдруг неожиданно и как-то странно шевельнулось... Огонь в камине давно погас, через распахнутые настеж окна проникала утренняя свежая прохлада с реки... Мальчишки ещё некоторое время просто болтали ни о чём и временами смеялись. Робби вдруг неожиданно поймал себя на мысли, что ему очень уютно здесь, в этой комнате, в компании принца. Было полное впечатление, что они знают друг друга всю жизнь... Даже несмотря на вредный характер Ника, его вечно язвительную ухмылку и ядовитый сарказм, которым он был весь пропитан насквозь...