Аква

После той встречи на пляже я думал, что визиты наследников и Дори на время прекратятся, но на следующий день Лоун, водник, который недавно распинался по поводу смерти одного из своих коллег, то есть меня, передал мне письмо. – Господин Комбустум хотел, чтобы я лично передал письмо вам, господин Глациес. Вот как. – Спасибо, – я кивнул, принимая письмо. – Всего доброго. И, закрыв перед водником дверь, хмуро уставился на сложенный лист бумаги. Что Комбустуму от меня понадобилось? – Что там? – с интересом спросил Силекс со стороны кухни. Я кинул на него взгляд, сразу почувствовав пристальное внимание Темпеста с дивана, но проигнорировал его. – Сейчас узнаю. Я раскрыл лист и вчитался в размашистые буквы: "Добрый день, Глаци. Мне показалось, что вчера я оставил не очень хорошее впечатление о себе, поэтому хочу исправить эту ситуацию: приглашаю тебя завтра на неформальный обед. Просто поговорим, пока твой друг Аква и моя невеста Дори будут о чём-то секретничать. Буду ждать вас с другом завтра." Я замер, хмуро уставившись на лист. Что ему от меня нужно? – Что там? – Силекс тут же потребовал ответа, заметив реакцию. – Приглашение на обед, – выдал я, складывая лист. Друг замер на мгновение, а потом, расширив глаза, резко подскочил. – Только для тебя?! – воскликнул он и, наигранно расстроившись, рухнул обратно на стул, положив голову на стол. – Нас тут никто не уважает. Я сдержал комментарии, уставившись на него в упор. Зачем ему на обед? Опять липнуть ко мне, давая знающим о моих предпотениях возможность думать, что мы вместе? Какую цель он вообще преследует? Я вздохнул, не обращая внимание на Темпеста, который всё также буравил меня взглядом, и двинулся к лестнице. Аква должен быть в своей комнате. Хочу поговорить с ним для начала. Он обнаружился на кровати. Водник задумчиво почёсывал карандашом макушку и хмурился на лист с нотами перед глазами. Я застыл в дверном проёме, наблюдая за этим. Наверное, я выбрал не очень удачное время, чтобы поговорить. Его с утра вызвали к главному особняку, где выяснилось, что музыканты не могут понять его записи и нормально играть, так что ему сейчас приходится всё упрощать. Не хотелось бы, чтобы свадьба сорвалась из-за того, что музыканты не смогли подучить свои партии. Правда, непонятно, почему это обстоятельство выяснилось только сейчас. Отвратительно, на самом деле. Но не успел я что-то сделать, как Аква оторвал взгляд от листа и повернулся ко мне, вопросительно склонив голову на бок. Я вздохнул. – Прости, не хотел отвлекать тебя, – выдал я, на что тот отмахнулся, откладывая лист. – Ты не отвлекаешь, – протянул он, откинувшись на спинку кровати. – Я сам не хочу разбираться с этим. – Не хочешь? – хмыкнул я. В последнее время он начал больше говорить о своих желаниях, и это радует. – Да, не хочу, – он вздохнул, прикрыв глаза. – Это какой-то фарс. Я не знаю, возможно, они не воспринимают меня всерьёз, потому что мне для написания партитур не нужен инструмент, но такое пренебрежение – кощунство. Он вздохнул, поджав губы в раздражении. Я удивлённо на него уставился. – Всё настолько плохо? – недоверчиво спросил я. – Что я могу сказать, – хмыкнул тот, взглянув на меня, и криво улыбнулся. – Скорее всего, они тоже против свадьбы. Я полностью зашёл в комнату, закрывая за собой дверь и прислонившись к ней спиной. – Кошмар. Хотя после такой выходки это можно было ожидать. – Или же, – продолжил Аква, – ребята, с которыми я выступал до этого в образе Аквамарин, намного профессиональнее. Но это вряд ли. – А кто знает? – хмыкнул я, отлепившись от двери и приблизившись. – Вдруг это правда так? – В таком случае я нашёл для них новую работу.  – Вот они удивятся. – Да, – Аква улыбнулся, не сводя с меня глаз. Я присел на край кровати, повернувшись к нему. – Пропавшая Марин даёт им наводку. Вот, куда она делась, да? Я легко улыбнулся. – Главное, чтобы рядом с тобой не было Экви, – протянул я, припоминая своё придуманное на тот момент имя. Аква смешливо фыркнул, отмахнувшись. – Скучаешь по ним? – Нет, – легко выдал тот, будто действительно говорил не о своих старых товарищах, а каких-то незнакомцах. – Так, что ты хотел? Точно.  Я бросил взгляд на письмо и протянул ему. Тот взял его и осторожно раскрыл, чтобы не порвать. – Интересно, – хмыкнул он и, когда закончил читать, поднял на меня взгляд. – Значит, завтра пойдёшь со мной? – Да, – выдохнул я и заметил, как Аквы слегка склонил голову на бок. – Меня это... напрягает. – Я бы удивился, если бы ты был спокоен, – ответил тот и плюхнулся рядом, положив голову около моего бедра и уставившись на меня снизу вверх. – Особенно, после вчерашнего. Вздохнув, я прикрыл ненадолго глаза. – Лаки, – тихо позвал Аква. – Ты проломил себе череп. Никто никогда в жизни не подумает, что у твоей матери была сфера, чтобы вылечить тебя. Никому в голову не придёт, что ты и есть Лаки. – Я знаю, – выдохнул я, посмотрев на него. – Но я не чувствую облегчения. То, что он догадался о моих предпочтениях, наоборот давит. – Боишься повторения? – непонимающе спросил Аква, и я покачал головой. – Скорее того, что у него есть ассоциация... со мной же, как бы странно это не звучало. – А что в этом плохого? – осторожно спросил Аква. – Если судить по портрету, единственное, что изменилось в тебе с детства, – возраст. В любом случае у людей будут мысли, что ты похож, но никто не сможет соотнести тебя нынешнего с тобой тогдашним. Особенно, когда у них нет доступа к тому портрету для сравнения. Я вздохнул, уставившись на свои колени. Аква прав. Но надеюсь, что в конце концов ни у кого не возникнет подозрений от осознания того, что для одного человека вышло слишком много совпадений. Это уже превращается в какой-то бред сумасшедшего. Правда, вопрос, что Комбустуму нужно от меня, остаётся открытым. Если его интерес ко мне реально связан с воспоминаниями о погибшем когда-то слуге, то... Даже не знаю, что делать. Отчего-то я не чувствовал предвкушения. Несмотря на то, что времена моей былой влюблённости погружали в приятную ностальгию, вот так вновь оказаться лицом к лицу с Комбустумом, который пытался со мной подружиться... Я вздохнул, отложив письмо в сторону, и плюхнулся спиной на кровать, уставившись в потолок. Аква же наоборот сел, подогнув к себе колено и положив на него подбородок, и уставился на меня.  – Хочешь отвлечься? – спросил он, и я, помедлив, кивнул. – Тогда пошли на тренировку. Этого стоило ожидать.  ******** – Глаци, – голос Комбустума раздался сразу, как мы с Аквой вошли в особняк. – Вы пришли. Я застыл в дверном проёме. Почему это прозвучало так, будто он с нетерпением ждал этого момента? Захотелось уйти. Просто молча развернуться и скрыться за дверью, отправившись к морю. Я подавил тяжёлый вздох и улыбнулся. Будет слишком невежливо с моей стороны, если я это проверну. – Добрый день. Скорее всего, моя улыбка была натянутой, да и я даже не старался выглядеть искренним. Только опустил взгляд на Акву, который внимательно наблюдал за моими действиями, будто я действительно мог убежать в любой момент. Но я бы не стал. Возможно, Аква думает иначе, потому что ранее я избегал его. Не хочет повторения, да? Я хмыкнул, положив руку на его макушку, зарываясь пальцами в волосы. – Кажется, – вдруг заговорил Комбустум, привлекая к себе внимание, – формальностей нам пока не избежать. Он улыбнулся.  – Мне нужно время, чтобы привыкнуть, – я даже не пытался состроить виноватый вид. – Надеюсь, это не проблема?  – Не проблема, – Комбустум покачал головой, а потом взглянул на Акву. – Дори ждёт тебя наверху. Глаци, прошу пройти за мной. Потом Аква и Дори по желанию могут к нам присоединиться. Я кивнул, убирая руку с макушки Аквы. – Я передам Дори, – выдал водник и, ещё раз взглянув на меня, направился к лестнице. Я же пошёл за Комбустумом в сторону столовой. Там нас ждала главная служанка, Лиас, которая при виде меня поклонилась. – Добрый день, госпожа Лиас, – я кивнул ей, заметив взгляд Комбустума. – Приветствую вас, – выдала она. – Обед скоро будет готов. Будете чай или кофе? – Чай, – я улыбнулся. – Кофе, – отозвался Комбустум. – Тебе какой чай?  – Самый простой чёрный, – ответил я, взяв на себя инициативу сесть за первый попавшийся стул. Лиас кивнула и, развернувшись, поковыляла на кухню. Комбустум сел напротив меня, сложив руки в замок. – Я заметил, что ты довольно уважительно относишься к водникам, – вдруг подметил огневик, и я, хмыкнув, поднял брови. – Это редкость в наши времена. – Это банальная вежливость, – я сдержал насмешку в голосе. Он не знает мою настоящую стихию, и пусть дальше остаётся в неведении. – Я должен вести себя по-другому? – Вовсе нет, – невозмутимо ответил тот. – Просто меня радует, что ты соблюдаешь приличия, несмотря на социальный статус собеседника. Я замолчал, пристально уставившись на Комбустума. К этому времени Лиас вышла с подносом в руках. Поставив чашки на стол, она поставила между нами сахарницу и кувшин со сливками. – Спасибо, – машинально выдал я, не сводя с Комбустума взгляд, внимательно его рассматривая. Тот стоически выдержал моё внимание, кивнув Лиас, и та удалилась обратно на кухню, если судить по скрипнувшей двери. Я поставил локти на стол, вцепив руки в замок и положив на них подбородок.  Почему бы не спросить его напрямую? Чем больше я буду гадать, тем сильнее накручу себя. От этого никому хорошо не будет. – Мне очень льстит ваше внимание, господин Комбустум, – солгал я, и тот заметно поморщился. – Но всё же, в моей голове кое-что не укладывается. Что вам от меня нужно? – Кажется, я тебе не очень нравлюсь, – вздохнул он и, добавив в своё кофе сливки, отпил из кружки. – Я просто хочу пообщаться с вами. Ничего такого. – Почему бы не провести это время с Дори? – Она не захотела. Я застыл, растерявшись на мгновение. Комбустум со стуком опустил кружку обратно на стол. – У нас была договорённость сегодня прогуляться по окрестностям, – он сцепил руки в замок, уставившись на меня, – но потом у неё внезапно образовались какие-то дела. Аква, поход на тренировочную площадку с вашими подругами, ещё что-то... о чём она, конечно, сообщила мне только вчера. А. – То есть, – начал я, улыбнувшись, – я запасной вариант времяпровождения? – Звучит ужасно, – он снова поморщился, – но можно сказать и так. Я хмыкнул, откинувшись на спинку стула, и уставился на свою чашку с чаем. Если судить по занятости Комбустума, наверное, ему пришлось раскидать сегодняшние дела в течение очень долгого времени. Скорее всего, договорились они явно не за день. За неделю, может быть, может, дня три или четыре. А тут Дори так внезапно избежала этой встречи. – Я подумал, – вдруг начал Комбустум, привлекая моё внимание, – что, раз здесь ты и Аква, то Дори согласится пообедать с нами после. Замерев, я растерянно уставился на него, а после, не сдержавшись, хмыкнул. – Что ж, – протянул я, положив в свой чай две ложки сахара, – ради такого я не против быть использованным. Комбустум застыл, явно не ожидая моих слов, и я решил немного сменить тему: – А ты знаешь, чем Аква и Дори занимаются?  – Нет, – выдохнул тот, расслабившись. – Дори держит это в секрете. А ты? – Нет, – я покачал головой. – Аква старательно держит это в тайне.  – Дори мало со мной разговаривает, – улыбнулся тот. – Так что, боюсь, в этом плане я помочь не смогу. – Я не стремлюсь узнать об этом, – я покачал головой. – Мне просто интересно. Не часто Аква пытается скрыть от меня что-либо. – Кажется, вы близки? – спросил он, вновь схватившись за чашку. Я хмыкнул. – Дори предположила то же самое. – Тут сложно подумать что-нибудь другое, – вздохнул он. – Аква... немного странный. Не в обиду. Он здоровается только с Дори и со мной, а остальных игнорирует. Раньше и на меня внимания не обращал. Я подавил тяжёлый вздох. – Да, он немного своеобразный, – протянул я, махнув рукой. – Тебя это смущает? – Ничуть, – Комбустум покачал головой. – Просто мне интересно. Я вырос рядом с водниками, и меня удивляет подобное проявление характера от них. Я поднял брови, улыбнувшись. – Ты привык, что они тебе прислуживают? – Я привык, что они пытаются обеспечить спокойное проживание, – спокойно поправил тот, больше никак не отреагировав. Наверное, он не имеет ничего против моих подколок. – Поэтому подобное поведение со стороны Аквы меня и удивило. Он слишком спокоен и дерзок для кого-то в такой ситуации. – В какой? – с улыбкой поинтересовался я. – Какой же ещё? – Комбустум поднял брови, уставившись на меня. – Он осуждённый преступник среди водников, которые никогда преступлений не совершали. Ему явно всё равно на происходящее. Я хмыкнул. – Ты прав, – протянул я, сделав глоток чая. – Ему не идёт подчинение. Иначе, он бы не был богом, пусть и со своими проблемами. – Нет смысла обсуждать его, – в конце концов заявил я. – Если хочешь узнать больше, можешь спросить у Аквы лично. Комбустум кивнул. – В таком случае поговорим кое о чём другом. Я застыл с кружкой у лица, растерянно на него уставившись. Огневик сцепил руки в замок, спокойно уставившись на меня. – Мне просто интересно, как получилось, что человек благородного происхождения оказался наёмником? – Это ты про Силекса? – осторожно поинтересовался я, на что тот покачал головой. – Про тебя. Я не сдержал вздоха, отставив чай в сторону. Всё-таки моё полное имя предполагаемо вызывало много вопросов. – Не стоит, – я покачал головой. Не хочу придумывать для него персональную ложь о моём происхождении. Ребята точно не будут готовы покрывать меня, а Темпест, возможно, сделает только хуже. – Может быть, в таком случае, поговорим о тебе? Он застыл на мгновение, но кивнул, кажется, быстро смирившись с моим решением. – Что конкретно тебя интересует? Готов рассказать всё о себе? На самом деле, не очень вежливо с моей стороны игнорировать просьбы об откровении, учитывая, с какой готовностью делится он сам. Но пока мне готовы спустить это с рук, я буду пользоваться. В это время из кухни вышла Лиас с подносом в руках. Она подошла сначала к Комбустуму, поставив тарелки и столовые приборы к нему, а потом – ко мне, сделав то же самое. Приятный запах рыбного супа ударил в нос, и я улыбнулся служанке. – Спасибо. – Это моя работа, – выдала она и, взяв поднос, поковыляла обратно на кухню. Я взял ложку и опустил её в тарелку, слегка помешав содержимое. – Как вы с Дори познакомились? – наконец спросил я, подняв взгляд на Комбустума. Тот растерянно на меня уставился. – Разве Дори вам уже не рассказывала? – Рассказывала, – спокойно отозвался я. – Но мне интересно как это было с твоей стороны. В нашей группе больше всего Силекс интересовался подобными романтическими историями, а не я. Но мне действительно интересно.  Наверное, это можно считать последствиями моей былой влюблённости в Комбустума, но я правда предпочёл бы спросить об этом именно его, а не Дори. Пусть сейчас я не испытываю к нему прежних чувств, но приятные воспоминания о тех днях до сих пор оставляют след нежности в сторону Комбустума. Тем более, если он сейчас так дорожит Дори... Очень надеюсь, что он не стал таким же, как его отец. – Я помогал учителю истории, – Комбустум быстро справился с растерянностью, взяв свой кофе. – Он устраивал дополнительные занятия для отстающих, и, когда Дори поступила, у неё сразу начались проблемы с этим предметом. Понимаю её, но из-за того, что историю сделали основным предметом в академии, ни у кого не было возможности её игнорировать. – Я помогал её группе конспектами. Так мы познакомились, но мы были с разных курсов, я был старше, а в то время возраст играл огромное значение. Так что тогда нас можно было считать лишь знакомыми. – Сблизились вы, когда Дори пригласила тебе к себе на лето? – спросил я, на что тот кивнул. – Это было неожиданно, – хмыкнул Комбустум и с силой сжал кружку с кофе в руках так, что побелели пальцы. – Но тогда я переживал не самые лучшие свои времена, поэтому согласился. – Годовщина смерти слуги? – добавил я, помешав суп, пытаясь не показывать, как на самом деле меня это волнует. – Дори упомянула что-то об этом. – Верно, – тот кивнул. – Не хотелось возвращаться домой из-за этого, и предложение Дори было как раз кстати. Вдруг он хмыкнул и улыбнулся, опустив взгляд, будто вспоминал что-то приятное. – Её семья так запаниковала, когда узнала, кого она пригласила домой. На самом деле, наблюдать за их реакцией на меня было забавно, только не говори им об этом, а то Коши обидится. Я улыбнулся, кивнув. – Она действительно продолжает упрекать Дори за тот необдуманный поступок, – прокомментировал я, на что Комбустум улыбнулся. – Не удивлён, но, думаю, это можно пережить, учитывая, к чему в конце концов это привело. К вашим отношениям, да. – Встречаться мы начали через несколько лет, когда мне было девятнадцать, – продолжил он. – До этого мы просто дружили. Это сейчас разница в возрасте ощущается не так сильно, как тогда, но меня всегда подкупала её непосредственность, если честно. Какие интересные у тебя вкусы. – И, если уже совсем признаваться, контраст её характера тоже. Контраст? Он про её тягу к чистоте?  – А как у тебя дела с парнями? – вдруг спросил он, и я застыл на мгновение, едва не выронив кружку из рук. Он правда спросил об этом? В столовой, которая прослушивается? Я уставился на него в упор, замолчав. Он сунул ложку супа в рот, давая мне времени подумать. – Не уверен, что Лиас стоит слышать об этом, – намекнул я. – Ей нет смысла подслушивать нас под дверью, – спокойно заметил тот. Да, и именно сейчас он не даст мне слезть с этой темы. Что ж, радует одно – Дори действительно не рассказала ему о прослушке, иначе это слишком жестоко. Хотя, что мне сделают сейчас? Поваляют меня в грязи, как раньше? Я хмыкнул, представив комичность этой ситуации. Невозможно. – Не слишком ли сильно ты интересуешься моей личной жизнью? – спросил я, улыбнувшись. – Что в прошлую нашу встречу, что сейчас... – У меня был друг, которого тоже интересовали мужчины, – спокойно отозвался Комбустум, и с держал хмыканье. "Был друг". И ведь не упомянул, что слуга. – И мне интересно, как всё-таки проходят отношения между мужчинами. – Точно также, как между мужчиной и женщиной, – устало выдохнул я. Опять этот вопрос. – Держаться за руки, ходить на свидания, целоваться, заниматься чем-то интимным. – Значит, у тебя есть опыт? Я застыл. Он выглядел спокойным, этот разговор его нисколько не смущал. Комбустум, потихоньку подъедал суп, дожидаясь от меня хоть каких-то слов. Но его явно интересовали эти вопросы. – Нет, – ответил я, откинувшись на спинку стула. – У меня не было отношений. Комбустум замолчал. Я смиренно принял его пристальный взгляд, отпивая чай. И вдруг тот мягко улыбнулся, и выражение его лица внезапно стало извиняющимся. Я чуть не подавился чаем от неожиданности, но сумел сдержать реакцию. – Трудно найти кого-то, кто разделял бы твои вкусы, да? – спросил он. А ты как думаешь? Забавно слышать это от тебя. Но я сделал глубокий незаметный вдох, чтобы успокоиться, и просто кивнул. – Всё действительно настолько ужасно? – снова спросил он. Ну, учитывая, что меня здесь чуть не убили, думаю, что можно считать и так. Но, конечно, я не собираюсь упоминать этот случай. Можно и про другой. Я улыбнулся, со стуком отложив кружку обратно на стол. – Мне пришлось убить человека, в которого я был влюблён, чтобы выжить, – протянул я и поднял взгляд на Комбустума, заметив, как его улыбка пропала с лица. – Считается? Он застыл, явно не ожидая услышать что-то подобное. Воцарилась тишина, и я не сдержал смешка, наконец подняв ложку с уже остывшим супом и сунув её в рот. Вкусно. Вдруг дверь на кухню открылась, и оттуда выглянула Лиас. – Молодые господа желают попробовать второе блюдо? – спросила она, и по её спокойствию было понятно, что она действительно не услышала ничего из того, что я только что рассказал Комбустуму. Тот откашлялся, придя в себя. – Да, конечно. Служанка закрыла за собой дверь, а я с улыбкой наблюдал за растерянностью своего собеседника. – Что ж, – прочистив горло, выдал он. Комбустум скрыл своё настроение, вернув спокойное выражение лица. Немного опрометчиво с его стороны показывать мне своё состояние. Если он во время деловых встреч поступает также, то это довольно плохо. Как бы этим не воспользовались... – Думаю, в таком случае это можно считать самообороной. О, он пытается найти оправдание. – Конечно, – улыбнулся я. В той ситуации я правда не видел другого выхода. – Однако, если ты не готов услышать такие подробности моей личной жизни, думаю, стоит сменить тему разговора. – Да, – сдержанно кивнул тот. – Думаю, ты прав.  Наконец-то. Примерно через полчаса к нам, как и предполагал Комбустум, присоединились Аква и Дори. – Привет, Глаци, – Дори махнула мне рукой, и я улыбнулся в ответ. Аква направился ко мне, сев справа от меня, и Дори также устроилась рядом с Комбустумом, напротив нас. – Как прошло? – спросил я, особо не надеясь получить развёрнутый ответ. – Неплохо, – отозвался тот. – Хотя могло бы быть и лучше. – Прости, – Дори сложила ладони вместе. – В следующий раз я буду более собранной. – Вы так и не расскажите, что планируете? – также предпринял попытку Комбустум. – Мы ничего не планируем, – выдала та, нервно улыбнувшись. – Вам не о чем беспокоиться.  Да-да. Вскоре к нам вышла Лиас с подносом с едой для Аквы и Дори. – Молодые господа желают отведать десерт? – вдруг спросила она. Я кивнул, также уточнив: – И можно мне ещё чая, пожалуйста. – Не устала? – вдруг спросил Комбустум, когда Лиас скрылась на кухне. Дори посмотрела на него и вздохнула. – Немного, – призналась она, и я заметил, как огневик подвинул свою руку к её на столе, пытаясь осторожно её коснуться, но Дори вдруг убрала ладони под стол, избегая этого. Я застыл, уставившись на чужую сжавшуюся в кулак руку. Это только что мне почему-то напомнило Силекса и Фени. Та же ведь тоже пытается избегать его прикосновений, хоть и более открыто. Надо бы и за ними понаблюдать, чтобы понять, что у Фени в голове. Почему она вообще решила, что это хорошая идея? Вскоре Лиас принесла нам кремовые десерты и мне чай. Я привычно смахнул крем с куска торта, размазав его по тарелке, и заметил пристальный взгляд Комбустума на меня.  Ох, это же привычка с детства. Я едва заставил себя не дрогнуть, только состроил непонимание, слегка склонив голову на бок на манер Аквы. Надеюсь, пронесёт. – Кстати говоря, – вдруг заговорил Аква, привлекая к себе внимание, – я заметил, что тут в коридорах висят очень красивые картины. Я замер, уставившись на свою тарелку с десертом. Неужели он?.. – Да, – отозвалась Дори вместо Комбустума. – Они правда потрясающие. Хочешь их посмотреть? – Да, – Аква кивнул. – Вместе с Глациесом. А то, когда нам проводили экскурсию, я не успел осмотреть их в полной мере. – Может, мне тогда сходить с вами? – воодушевилась Дори, но я тут же покачал головой, улыбнувшись. – Не стоит. Мы просто посмотрим и пойдём домой, – заверил я. – Не волнуйтесь, мы не собираемся их воровать. – Мы не сомневались в вас, – отозвался Комбустум. – В таком случае, вы можете пройти по коридорам, но прошу вас в комнаты не заходить. – Хорошо. Ладно, всё-таки что-то хорошее в том, что Комбустум так прицепился ко мне, определённо есть, – он мне доверяет. Доверять преступникам – гиблое дело на самом деле. Надеюсь, мне не придётся его предавать. Если выбирать между моей командой и им, я выберу команду без раздумий. Так что, раз Аква хочет, тем более если он правда этого хочет, в этот раз я помогу ему. К тому же, он интересуется, что написано на обороте, да? Небольшое дело, не думаю, что это преступление. Хотя, если нас заметят за тем, что мы переворачиваем картины, будет очень трудно объяснить, что происходит. Пока я разбирался с десертом, Дори и Комбустум тихо переговаривались между собой: – Не хочешь потом сходить прогуляться? – Нет, думаю, я отдохну. Немного подустала... – Понимаю. Хорошо. И в итоге его опять обломали. Забавно даже на самом деле. В следующий раз, когда Дори не захочет проводить с ним время, он снова позовёт меня? В итоге, когда мы расходились из столовой, Дори и Комбустум проводили нас до лестничного пролёта, где мы, попрощавшись, разошлись в разные стороны: они наверх, а мы с Аквой в противоположный от столовой коридор. – Я правильно тебя понял? – тихо спросил я, надеясь, что нас никто не услышит. – Если ты про то, что я хочу посмотреть, что написано на обороте, – тот повернулся ко мне с игривой улыбкой, – то да. Мы остановились напротив первой картины. Пейзаж моря с нетронутым пляжем. Я коротко осмотрелся. – Никого, – успокоил меня Аква, осторожно схватив картину и попытавшись снять её с гвоздика. – Впервые вижу, чтобы ты был так воодушевлён, – заметил я, решив помочь ему, схватив холст сверху. Я привычным движением отцепил картину от гвоздика и опустил вниз, в руки Аквы. – Просто мне интересно, что осталось после Марэ, – тихо отозвался тот, переворачивая картину. – Вернее, что она оставила сама. И, посмотрев на задник, застыл. Я с интересом наклонился вперёд, взглянув на надпись: "Пейзажик :р" Я не стал сдерживать улыбку, выдав сквозь смех: – Поумерило твой пыл? Аква промолчал, невозмутимо попытавшись повесить картину обратно. Я помог ему, и водник застыл на месте, посмотрев на следующий холст. – Немного, – наконец выдал он, и я хмыкнул. Мы методично снимали холсты один за другим, вчитываясь в слова на обороте. Зачастую это было что-то несерьёзное, вроде "вкусная птичка получилась" или "облачко пушистое было в тот день", приправленное символами, которые Флур тогда назвала текстовыми смайликами.  Иногда и вовсе было пусто. Лишь один раз нам удалось найти что-то интересное, на картине напротив двери в столовую. "Ненависть порождает ненависть, ты забыл? Я ничего у тебя не забирала, это было полностью его решение. Ой, или эта картина тоже не увидит свет из-за твоей трусости? Не трогай их больше." О. – Фацем уничтожал картины? – спросил Аква, глянув на меня. – Не знаю, – выдал я, слегка нахмурившись. – Меня это не коснулось. Но если это так... что же такого писала на обороте мама, что он решил, что картины лучше убрать с глаз долой? Я обернулся, уставившись в коридор, на картины, которые мы уже посмотрели. На всех них не было написано ничего важного. Фацем боялся, что кто-то, как и мы, будет просматривать задники? – Сюда идут, – вдруг выдал Аква. Я быстро повесил картину на гвоздик, поправив её, и через некоторое время, когда мы уже просто смотрели на неё, дверь в столовую открылась. Мы повернулись, заметив застывшую в проёме Лиас. – Господа? – удивлённо протянула она, переводя взгляд с меня на Акву. Я улыбнулся. – Мы смотрим картины. – Вот оно что, – она понимающе кивнула. – Может быть, господа хотят отведать чаю? – Нет, спасибо, – я покачал головой. – Мы скоро уйдём. Лиас поклонилась и вышла из столовой, закрыв за собой дверь. Она медленно поковыляла по коридору в противоположную сторону от лестницы, и я молча уставился на её спину, не отрывая взгляда. Столовая... одно из часто посещаемых мест. Слуги и гости часто бывают здесь, и, если ты не умеешь чувствовать приближение людей, как Аква, то вряд ли безнаказанно сможешь даже просто снять картину. Я повернулся к двери в столовую, уставившись на неё. Там две картины. Лиас чаще всего находится на кухне, так что Фацем вполне мог попросить её присмотреть за тем, чтобы никто картины не трогал. Она могла знать, что мама любила вставлять что-то подобное на задники. Они даже неплохо общались, когда я был совсем маленьким. Значит, значимые картины могут находиться только там, где много людей и нет возможности посмотреть задники без свидетелей. Столовая подходит. Вряд ли на кухне есть картины, учитывая постоянную влажность и жару. Да и вряд ли её оставят без людей, мы не сможем туда попасть, чтобы проверить. В комнате Дори картин нет. В кабинете Фацема теперь тоже. Вряд ли он оставил холсты в комнате своего сына, было бы не очень хорошо, если Комбустум узнал что-то, что отец пытался скрыть. Но что знала моя мама. В комнате Фацема... может быть. Но не думаю, что мы сейчас сможем туда попасть. Столовая – неплохое начало, чтобы узнать хоть что-то. Но там прослушка. – Аква, – тихо позвал я и повернулся к нему. – В столовой есть кто-нибудь? – Нет, но на кухне пару человек. – Они собираются выходить? – Как будто бы нет. Ну да, сложновато понять намерения людей только по их движениям. – Давай попробуем посмотреть там? – спросил я, и Аква вдруг улыбнулся. – Я смотрю, тебя тоже заинтересовала эта тема. – Да, – я хмыкнул, коснувшись ручки двери. – Потому что Фацем очень сильно пытается это скрыть. Аква с улыбкой кивнул. – Как понимаю, – продолжил он, – в столовой молчим. – Да. – Тогда вперёд. Я открыл дверь и вошёл первым, впустив за собой Акву, после чего закрыл дверь. Мы бесшумно подошли к первой картине, и я схватился за холст, повернувшись к воднику. Тот кивнул, и я бесшумно снял её. Сделав глубокий бесшумный вдох, я, приготовившись внутренне, перевернул её. "Ля-ля-ля Все вокруг думают, что ты привёл домой любовницу с ребёнком. Ох, бедная твоя жена!  Ой, только, я уверена, что она прекрасно знает, что этого никогда не произойдёт. Как же тебе повезло, что она такая понимающая. Настолько, что закрылась от тебя в другой комнате :) Хи-хи-хи" Что? Я нахмурился. Почему Фацем попытался это спрятать? Посмотрев на другую картину, я поджал губы. Смогу ли я получить ответ, если посмотрю, что там? Аква осторожно коснулся моего локтя, и я взглянул на него, заметив его кивок. Повесив картину обратно, я последовал за ним к следующей, и схватился уже за неё. Немного помедлив, я снял её и медленно перевернул. "Думаешь, я не вижу, что ты игнорируешь проблемы МОЕГО сына? О, не переживай, я знала, что так будет с самого начала. Так что спасибо, что подсобил мне хотя бы в этот раз, твоя ненависть помогла мне :) Но только не плачь потом, когда ЕГО сын будет смотреть на тебя с ненавистью. Ты даже представить не можешь, насколько они похожи. И в нём даже есть частичка тебя. Вы же всё-таки были БЛИЗКИМИ друзьями ;)" Я застыл, невидящим взглядом уставившись на задник. Он это спрятал? Почему? Что мама имела в виду? Вдруг Аква схватил меня за локоть и повернулся к двери на кухню. Я, поняв его без слов, повесил картину обратно, и мы поспешили прочь из столовой. Когда я оказался в коридоре, уже закрывая дверь, голоса донеслись до меня, и я обрубил их, прижавшись к двери спиной.  К чему эти выделенные слова? Подняв взгляд, я уставился на картину перед дверью. "Ненависть порождает ненависть"... Вот, что было на ней написано. А на других... "Она такая понимающая"... "В нём есть частичка тебя"... Осознание ударило в голову. Я закрыл рот рукой, слыша только стук сердца о рёбра. "Это было его решение", "Такого никогда не будет", "Вы же всё-таки были близкими друзьями". Внутри всё оборвалось. И даже сил на то, чтобы злиться не было. Только пустота осталась где-то в груди, тёмная и оглушающая. Фацем... – Лаки? – тихо позвали рядом, и я выбрался из своих мыслей, повернувшись к обеспокоенно нахмурившемуся Акве. – Всё в порядке? – Нет. Ничего не в порядке. – Пожалуйста, давай уйдём отсюда. Аква не стал ничего говорить, только пошёл следом за мной, когда я ринулся прочь по коридору. Оказавшись на улице, я почувствовал облегчение, не сдержав вздоха. Когда мы оказались уже достаточно далеко от особняка, водник остановился передо мной, обеспокоенно заглядывая в лицо. – Ты что-то понял? – спросил он и почти сразу добавил: – Если не хочешь говорить, то не нужно, я... – Мне рассказывали, – прервал его я, и Аква замолчал, застыв на месте, – что Фацем был влюблён в мою маму. Когда эти слова осели в воздухе, я сделал глубокий вдох. Я же не сумасшедший, да? Это же правда так? Если правда, то... Вздохнув, я осел на землю, усевшись на траву. Аква застыл передо мной с протянутыми руками, явно растерявшись. – Но, – продолжил я, взглянув на него, – кажется, всё было немного не так. Прикрыв глаза, я снова сделал глубокий вдох, готовясь к тому, что хотел озвучить. – Похоже, он был влюблён в моего отца, – припечатал я, зажмурившись. Я не видел реакции Аквы. – Он такой же, как и я. Фацем попытался спрятать ту картину с упоминанием его жены, потому что мама едва ли не напрямую указала на его предпочтения в ней. У него никогда не будет любовницы, потому что женщины его не привлекают. И на последней картине, когда мама дважды упомянула меня сначала как своего сына, а потом – Ляписа, она также написала о его влюблённости почти в лоб. И следом замечание про близких друзей. "Это было его решение". И ненависть. Я давно заметил, что Фацем правда наплевательски относился к нам. Наверное, как раз таки из-за того, что ему было плевать, когда начались издевательства надо мной. И, думаю, ещё тогда, когда мама перестала нормально передвигаться из-за болезни. Это всё потому, что он считал, что мама забрала у него Ляписа?  Погодите... разве это не похоже сейчас на мою ситуацию с Комбустумом и Дори? Пусть сейчас я не испытываю влюблённости, Дори всё равно выходит за него замуж. А если бы у меня остались чувства? Как бы было тогда? Я бы тоже её возненавидел?  Грудь сдавило. Вдруг прохладные ладони прижались к моим ушам, и я вырвался из своих мыслей, уставившись на беспокойного Акву, опустившегося передо мной на колени. – Давай не будем поддаваться панике, – тихо выдохнул тот, и я криво улыбнулся на это. – Ничего плохого не случилось. Сейчас всё в порядке, верно? Я с запозданием кивнул. Какой кошмар. Фацем просто сидел и наблюдал со стороны за повторением своей же истории. И чем больше я думаю о его причастности ко всему этому, тем больше пустота внутри меня разрасталась. Наверное, весело наблюдать, как ребёнок человека, которого ты когда-то любил, повторяет твои же действия. Очень смешно.  Я правда его ненавижу. Но уже никаких эмоций по этому поводу не испытываю. Пустота. – Наверное, – тихо начал я, – так ощущается полное разочарование. Аква, помедлив немного, убрал руки от моих ушей, кончиками пальцев проведя по щекам, а потом протянул одну ладонь. – Пойдём к морю, – выдал он. – Тебе станет проще рядом со своей стихией. Отвлечёмся там, пока ты не придёшь в себя. Или подумаешь над этим хорошенько, если тебе захочется. Только без паники, хорошо? Я уставился на его пальцы, всё ещё чувствуя прохладу на ушах. Немного помедлив, я схватился за его руку, вставая. – Пойдём. Фацем... никогда бы не подумал, что моё мнение о нём может стать ещё хуже. Но он сам в этом виноват.