Спасибо тебе

— Ты не можешь злиться на меня всю оставшуюся жизнь, я ведь твой ребенок, — голос Чимина дрожал, но он старался говорить спокойно. — У тебя нет выбора, кроме как простить меня рано или поздно. Я не рассказал тебе и папе о своей болезни, потому что не хотел вас беспокоить. Но я обещаю, что больше никогда ничего не буду скрывать. Он замолчал, бросив быстрый взгляд на мать. Она стояла молча, но в ее взгляде читались боль и гнев. — Посмотри на светлую сторону, мама, — продолжил он, чуть не улыбаясь. — Ты узнала все вовремя и была рядом со мной, пока я был в больнице. Теперь я в порядке. Разве это не главное? Мать вскинула брови, будто собираясь что-то сказать, но ее голос все равно звучал ледяным: — Я узнала об этом не благодаря тебе, а благодаря Чонгуку. Это он позвонил мне. Чимин сжался, чувствуя, как на него наваливается вина, но тут вперед шагнул Чонгук. — Мам, простите его, пожалуйста, — мягко сказал он. — Я тоже был зол на него, но он прав. Сейчас он в порядке и здоров, и это главное. Женщина посмотрела на Чонгука так, будто впервые видела его. Затем, вздохнув, она сказала: — Ты хоть представляешь, как тебе повезло, что у тебя есть Чонгук? — Ты меня прощаешь? — Чимин заглянул матери в глаза, с трудом скрывая надежду. — Только потому, что меня попросил Чонгук. Я не могу ему отказать. — Спасибо, мам! — радостно выдохнул Чонгук, улыбнувшись ей. Но тут Чимин вдруг нахмурился, словно что-то вспомнив. — Кстати, в последнее время я заметил, что ты и папа ведете себя по-другому с Чонгуком. Особенно ты, папа. Отец усмехнулся, скрестив руки на груди. — Наверное, потому что те недели, которые Чонгук провел с нами после того, как вы расстались, помогли нам стать ближе. Чимин недоверчиво поднял брови: — Так вот где ты был! Я обыскал тогда весь город, но ни на секунду не подумал, что ты можешь быть у моих родителей. — Я не знал, куда еще идти, — тихо сказал Чонгук, пожав плечами. — Домой возвращаться было плохой идеей. К счастью, твои мама и папа приняли меня. Тогда я был просто в ужасном состоянии… Чимин посмотрел на него с легкой усмешкой: — Зато выглядел ты отлично, когда вернулся. — Это благодаря прогулкам с твоим папой и долгим ночным разговорам с мамой, — признался Чонгук, тепло улыбнувшись. — Она действительно дает лучшие советы. — Ты уже называешь их мамой и папой? — хмыкнул Чимин. — Не удивлюсь, если они любят тебя больше, чем меня. — Пожалуйста, не пойми меня неправильно, — поспешно вставил Чонгук. — Я знаю, что они твои родители. Я не пытаюсь их украсть. Просто… я не знаю… Чимин внимательно посмотрел на него, затем резко сказал: — Если ты так сильно хочешь быть частью этой семьи, просто скажи мне, Чонгук. Я сделаю тебя Паком! Чонгук замер, ошарашенно посмотрев на него: — Я не уверен, что правильно понял тебя… — О, ты прекрасно все понял, — фыркнул Чимин. — Ты просто хочешь, чтобы я сказал это прямо. Хорошо, слушай: давай поженимся, Чонгук! Ты уже часть моей семьи, так что давай сделаем это официально. Чонгук нервно засмеялся: — Я думал, что это я буду делать предложение. — А я думал, что смогу дождаться, но не смог, — честно ответил Чимин. — Так что женись на мне уже! — Ладно. Я согласен, — прошептал Чонгук, его лицо озарилось улыбкой. Мать покачала головой, не скрывая улыбки: — Если так теперь делают предложения, я рада, что вышла замуж двадцать лет назад. Отец рассмеялся, кивая. Чонгук обернулся к нему, лицо стало серьезным: — Пап, ты ведь помнишь, что ты мне обещал? Думаю, сейчас самое время пригласить маму на ужин.

***

Теплая вода стекала по их телам, окружая их мягким паром. Свет от лампы над ванной отражался в каплях, превращая их в сверкающие бусины, которые скользили по коже и исчезали в струях воды. Чонгук стоял ближе к стене, его глаза искрились нежностью, смешанной с легкой улыбкой. Чимин обхватил его лицо ладонями, их взгляды встретились — словно весь мир замер в этом мгновении. — Ты знаешь, я все еще не могу поверить, что ты сказал «да», — прошептал Чимин, его голос был мягким, почти растворяющимся в шуме воды. Чонгук усмехнулся, прикрыв глаза на секунду, как будто смакуя эти слова. — А я не могу поверить, что ты решился сделать предложение первым, — ответил он, обняв Чимина за талию и притянув ближе. Капли воды стекали с их волос, смешиваясь в тонкие ручейки, которые соединяли их тела. Чимин провел кончиками пальцев по линии подбородка Чонгука, его прикосновения были легкими, как шелк. — Ты всегда такой упрямый, — сказал он с притворным вздохом, но уголки его губ дрожали от улыбки. — Если бы я ждал тебя, то, может, так и состарился бы без кольца на пальце. — Возможно, я просто хотел, чтобы ты понял, что я стою того, чтобы за меня побороться, — парировал Чонгук, его голос стал чуть ниже, а руки крепче обвили Чимина. Они оба рассмеялись, их смех звучал искренне и тепло, словно вода вокруг них становилась еще горячее. Чимин притянул Чонгука ближе, их губы встретились в поцелуе — нежном и глубоком, полном обещаний, которые уже не требовали слов. Тонкий пар поднимался, окружая их как мягкий кокон, скрывая их от всего остального мира. В этом теплом, влажном пространстве существовали только они двое, их дыхание, смех и стук сердец, который сливался в единый ритм.