Devils in your eyes.

~

Голова въелась в подушку, как и красные кудри, разбросанные по ней. На экране было сообщение из мессенджера, но Кайл никак не мог ответить, а лишь глазел в экран, моргая глазами. Деградация пошла не на пользу. Он не смог купить игру, и всё из-за чертового Эрика Теодора Картмана. ( у вас новое сообщение) Стэн Марш: Кайл, придешь ко мне сегодня поиграть в The Ascent Of Space? Я купил вчера. Зелёные глаза моргнули, и пальцы только было потянулись к клавиатуре, как одержали провал. Он выключил экран телефона, хаотично бросая его на кровать, и закрыл глаза руками, проводя по ним пальцами. Ему было тяжело вообразить, то, что произошло, и он не мог переварить эту информацию который день, при открытии глаз веря, что это всё было лишь ужасным, кошмарным сном. Но раз за разом в голове рисовался образ Картмана, который по-настоящему его поцеловал. Брофловски перевернулся на живот, утыкаясь носом в подушку, и затем несколько раз ударил себя по голове. — Господи.. какая мерзость.. я целовался с парнем.. — Заглушенно пробубнил Кайл, в подушку, а затем добавил "позор".— С блядским Эриком Картманом. — вздох. —Сука. Кайл просто не мог поверить в это. Для него это было чем то несуразным, постыдным, позорным и отвратительным. А самое отвратительное было то, что он ответил. Кайл начал заглушенно ныть в подушку, психуя и стуча носками по кровати, пряча свое красное от стыда лицо. Он чувствовал, что находился в продолжительном, окутывающем гипнозе с того момента, как губы Эрика коснулись его. Весь мир перевернулся с ног на голову, как и его желудок. Он хотел было снова прополоскать рот, но каков в этом смысл. Он все равно не забудет вишневый привкус. Он все равно не спасётся от него. Шатен въелся в мозг, как какая-то неизлечимая зараза. Черт. А самое обидное было то, что когда он накинулся на шатена с кулаками, их обоих отправили к директору и отстранили на три дня. Да и к тому же, у Кайла отобрали все карманные деньги, и чуть не отобрали телефон. Все это время он не общался с Картманом. Если они встречались в парке, или в школьном коридоре, то ловили взгляд друг друга, всматриваясь в глаза, будто пытаясь увидеть там сомнение. И проходили мимо, когда губы даже не размыкались, в немом слове "привет". На душе было самое наиотвратительнейшее чувство. Кайл ненавидел его. Он ненавидел его тупые разные глаза. Он ненавидел его отстойную чёлку, постоянно лезущую в глаза. Он ненавидел как тот отстойно одевался, пытаясь выглядеть толерантно, однако этот тупой красный галстук его бесил. И был на нём в тот день. Бордовый, и совершенно не в тему.. Кайл сжал кулаки. Он прорычал, поднимаясь с кровати, а затем потянулся к телефону, отвечая короткое "Да, уже иду." Он думал о том, что возможно, ему стоит рассказать Стэну. Да, это была самая наитупейшая идея, однако, терять было уже нечего, потому что слухи и до него дошли. Кайл помнил, что его личный психолог когда-то говорил, чтобы он открыто рассказывал близким людям свои переживания и чувства, чтобы совладать с отрицательными эмоциями. Бороться с гневом у него никогда не получалось. Лишь одни брошенные Картманом в его огонь дрова, разгорались так, что он не мог сдерживать себя. Как и тогда. Прошла уже почти неделя с того момента, и еврей уже не находил себе места от долбанных навязчивых мыслей. Вставая с кровати, он белыми носками прошелся по полу, подходя к зеркалу. Вид у него был плачевный и еще синяки под глазами. — Хотя бы у Стэна поиграю в игру.. черт..— он растрепал свои рыжие кудряшки, и раздраженно выдохнул, доставая джинсы и какую-то зелёную, в белую клеточку, левую рубашку, и нацепил её поверх своей футболки, не застегивая. Он посмотрел на шапку, которая так и не была в тему, но он не мог её снять, просто не имел права. Его рыжие волосы.. они слишком мешали и выделялись. Мама не разрешала покрасить их в шоколадный, как он хотел. Он думал о том, что когда нибудь все же сделает это, ведь так его главный комплекс будет обнулен. Он выдохнул, нацепляя джинсы, и даже не поев, а лишь выпив стакан апельсинового сока, он застегнул куртку, крикнув матери о том что уходит к Стэну, и поспешил хлопнуть дверью, чтобы не начались эти очередные расспросы о том, что зачем. Он бежал по снегу к дому лучшего друга, который был недалеко от него. Под ногами хрустел мокрый, блестящий снег, который выпал совсем недавно, застелив улицы. На ресницах таяли сверкающие снежинки, делая их практически белыми, а ушанка хорошо закрывала волосы, хоть некоторые и торчали в разные стороны. Он подошел к двери, и потарабанил дверь, натягивая улыбку, и затараторил. — Стэн, я.. — он раскрыл глаза, и почувствовал что резко замерз, хлопая ресницами, и понимая, что это был не Марш. Его щеки обдувало холодом, и он просто замер, не в силах сказать то самое слово. Просто скажи.. "Привет." Застрявшее у него в горле, которое невозможно было проглотить. Он снова молчал. И Кайл ощущал, как на его душе дерут в клочья. Он хмурится, все же кидая холодное. — Привет. — за всё это время, и Картман переводит на него взгляд, но всё еще не смотрит в его глаза, будто бы замешкавшись, но нет, он так же холодно отрезал. — Привет, еврей, проходи. — Он отступает, и видит как на него бежит довольный Стэн, заключая его в объятия. — Ура, старик, ты пришел. Я надеюсь ты не против того, что я позвал пацанов? — пробормотал брюнет, ухмыляясь, и Кайл понял что ощутил привкус еще одного провала. Такой горький, солоноватый. Стэн потряс его за плечо, и Картман лишь прошел мимо, с презрением, зацикливая взгляд на плече, где касался его брюнет, и закатил глаза, с холодом, даже не смотря Кайлу в глаза, и плюхается на диван рядом с Кенни, ухмыляясь и облокачиваясь на него, начиная хрустеть чипсами, не давая МакКормику притронуться к ним из жадности. Кайл замер, и просто неприятно отвел взгляд, не смотря на него. Его это не заботило. — Кайл, ты меня слушаешь? — нахмурился Стэнли, и Кайла будто вывело из транса. Он дёрнулся, нервно кивая. — Извини, задумался. — он двинулся в сторону дивана, и отсел подальше, а именно к Стэну, подсаживаясь к нему. Кенни улыбнулся во все зубы, демонстрируя свой выбитый клык. Он нажимает на кнопки на джойстике, и Кайл отмечает просто шикарную графику космоса. Картман, кажется, стал привычнее, но Кайлу все равно тянуло это мерзкое чувство беспокойства и их отстраненности. — Кенни, дай мне, я лучше знаю как добыть летучий скафандр! — шатен пытается вынудить блондина, однако тот хмурит брови, и начинает возмущаться в капюшон.— Да чтоб ты сдох, а.. Кенни скорчил еще более обиженную гримасу, а затем стянул капюшон, высовывая язык. — Сегодня принципиально не умру. — бросил он фразу, понятную казалось, только Картману, и нажимает на кнопку полёта, демонстрируя потрясающий галактический кувырок возле астероидов. — Кенни, ты дерьма кусок, дай мне поиграть. — Эрик снова начал пихать его, и Стэн с Кайлом одновременно скорчили недовольные гримасы. — Это вообще моя игра, живо прекратили. — сказал брюнет, разводя руками в стороны, и МакКормик обиженно фыркнул. — Слышал? Просто отвали, Картман. — Кенни не показывал желания с ним спорить, и реагировал не так вспыльчиво, как сам Кайл, поэтому у него даже всплыла навязчивая мысль, которую он прогнал. Весь вечер парни играли по очереди в приставку, но Кенни ушел на кухню, ища себе что-то пожрать на кухне Стэна, и все знали что он обглодает пол холодильника на веселе. Но вместо этого он тащится с бутылкой рома и рюмками. — Стэнли, умоляю. — блондин скорчил умоляющее лицо щенячьих глаз, и воскликнул "о даа!" когда брюнет кивнул головой, хоть и не охотно. Кенни принес еще какой-то копчёный балык с его холодильника, и пачку чипсов. Посиделки за видеоиграми превратились в по очереди блюющих Стэна и Кенни. Благо его родителей с сестрой дома не было, по причине что отец был на ферме, а мама с Шелли уехали к их тетке, а он смог отговорится тем, что у него экзамены, и спасся от этого кошмара — Ну Кайл, выпей тоже, за компанию.. — захихикал Кенни, наливая Кайлу в рюмку алкоголь, и он поморщил нос, отрицательно качая головой. — Я же сказал что не пью! Тем более, меня мать дома убьет, когда поймет что я не трезвый. — разддраженно объяснял Кайл, но его как будто не слышали, и Картман закинулся еще одной стопкой рома, закусывая чипсами, а затем облокачивается на диван, впервые, не считая приветствия, заговоря с ним сегодня. — Кайл ты такой скучный и ущербный, — сказал он, и он повернул свою голову к нему, всматриваясь в цветные глаза. — Отсос.. видимо евреи все такие. — шатен показушно зевает, когда Кайл опять же, трясется от гнева. Глаза снова отражали насмешку, они снова отражали то, что его бесило до одури, и костяшки пальцев на кулаках побелели. — Я не ущербный! Почему ты всегда ищешь что-то, лишь бы доебаться до евреев,— Кайл сжимает зубы, когда видит его удовлетворенный взгляд на себе, будто бы ему было в удовольствие злить его. — ты просто жирный кусок дерьма! — Кто бы говорил, нерд.— Картман начал подсмеиваться над ним, и Кайла окончательно выбесила эта кличка. — Пасть захлопни! Я не ботан!! — он рычит, а затем издает вздох, хватая рюмку с его рук и в один глоток выпивая содержимое, которое он все это время протягивал ему. Губы шатена расплылись в ухмылке. Картман плеснул еще рома, и Кайлу пришлось его выпить. Затем Стэн наклонился к нему, делая селфи, и смеясь, засунул в рот ему чипсину, которую Кайл с жаждой прожевал, закусывая. — Выкуси все перелести алкоголя! — ик — Кайл! — выкрикнул Кенни, и в его глазах было помутнение, когда он плюхнулся на Марша, зевая. Кайл улыбнулся. Всё не так уж и плохо.. Ошибаешься. Спустя минут двадцать он корчился над унитазом, кашляя, и дёргая себя за волосы, когда рвота не шла. Ему было нечем. Он сидел на полу, продолжая кашлять. Стэн все еще был внизу, но не пришел бы, чтобы помочь ему сейчас, состояние не то. Всё пошло наперекосяк. Кайл ощутил как ему стало противно от самого же себя. Нос шмыгнул, когда на глазах выступили солоноватые слезинки, и он резко ощутил руку, которая вальяжно устроилась на его плече. Он понял кто это без слов, и повернулся, смотря вверх. Картман стоял со спокойным, непоколебимым лицом, и стаканом воды. Кайл заострил свой взгляд на нём. Темные волосы, снова челкой лежали на лице. И на нем была бесячая толстовка, красная, с оттенком вина. Пустые глазницы не выражали ничего сейчас, или он снова не мог прочесть их. Кайл молча взял его, выпивая весь стакан, и отдал обратно, вытирая губы тыльной стороной руки. С губ донеслось только короткое. — Зачем.. Картман промолчал пару секунд, будто бы сам не зная что ответить. Кайл встал с колен, и поплелся к раковине, умывая лицо прохладной водой, а затем отряхивая руки от воды. Картман так и не отвечал. — Для чего это? Ты жалеешь меня? — Кайл повернулся к нему, и его взгляд был опущен в пол, а руки в карманах джинс. Он снова был закрыт для него. Другой. Совершенно другой. — Нет. — коротко отрезал Картман, закатывая глаза. Кайл почувствовал как надулась его вена на виске. — Ты стёбешься надо мной? И это весь твой ответ? — Кайл сжал кулаки, и они задрожали. — Окей, как скажешь. Больше не говори со мной. Он разворачивается, и уходит из ванной, в разъяренном состоянии, уже думая о том, что дома ему влетит, но жесткая рука схватила его запястье с такой силой, что он остановился. — Ты не посмеешь уйти сейчас, — сказал низкий, но немного бархатный голос, и его владелец сглотнул, добавляя.— Давай поговорим. — Мне не о чем с тобой говорить, отпусти меня, — Кайл хмурится, пытаясь отдернуть руку, и говоря это чуть громче.— Пусти меня! Брови Картмана разъяренно опустились, и он резко дернул его на себя за запястье, и его глаза выглядели немного иначе, как будто он собирается ударить его, или начать драку, и Кайл уже готовился к тому, чтобы в лицо выкрикнуть ему всё, что он о нем думает, как разозленный Картман тянет его обратно, с грохотом закрывая дверь туалета. Его глаза снова наполнились дьяволами. Они были, будто бы красные, на фоне этих синих обоев ванной. Завораживающие, и Кайл снова не мог их прочесть. Как такое возможно. — Ебанная истеричка, ненавижу. — Картман зарычал в полной злости, и рыжий уже было готовился к блоку удара, но вместо этого, его губы накрылись чужими, и он замер, не в силах дышать. В его нос ударил резкий запах алкоголя, вперемешку с мускусным одеколоном. Картман долбанул по стене рядом с ним ладонью. Они целовались грубо, агрессивно, будто бы это был бой. Как словесный, только.. иной. Они кусали друг друга, и сжимали одежду пальцами, с такой агрессией, будто ненавидя друг друга настолько, что не могли этого скрыть даже сейчас. Но продолжали упиваться в этом экстазе. Губы Кайла дрожали, сразу же отвечая, и он даже не отталкивал его. Картман схватил его кудри другой рукой, немного грубовато дёргая их, и сминает еврея в поцелуе, который кажется, хотели они оба длительное время. Кайл ощутил, как его шапка полетела на пол, и металлическое кольцо издало стук об холодный кафель. Они оба понимали одно и тоже. Они оба ждали этого после первого раза. Они оба думали о друг друге ночью, задыхаясь. И оба сходили с ума от ненависти к друг другу. Кайл схватил его воротник, сжимая так сильно, что костяшки пальцев заболели. Эрик укусил его губы, в бешеном ритме скользя языком по ним, и слизывая выступившую кровь. Их бой всё продолжался, и глаза были закрыты. Голодное пожирание друг друга просто не прекращалось, по крайней мере, не хватало сил отступить ни одному из них. Кайлу не удавалось обдумать то, почему это происходит. Почему его влечет к ненавистному ему парню, а не к любой симпатичной девушке из школы. И почему именно его губы заставили его сердце выпрыгнуть из груди. Кайл хмурился, издавая слабый стон, когда Картман заскользил языком по его языку, и он смаковал очередной привкус вишневого ментола. В голове запульсировало, и ноги, казалось, подкосились. Свободная рука Картмана устроилась на его талии, сжимая её немного. Картман скользнул руками под его футболку, вызывая мурашки на коже живота, и именно тогда Кайл резко отстранился, тяжело дыша и хватая ртом воздух, и его щеки были все красные, а рот приоткрыт. Кайл уставился ему в глаза, будто в немом вопросе "как такое может быть." Но тот лишь пожал плечами, и наклонился для еще одного поцелуя, на который, Кайл не смог не ответить, подтянувшись ближе, и снова кусая губы до крови, пока руки судорожно бродили под футболкой. Он не знал сколько они целовались. Наверное настолько долго, что им в дверь постучали. Картман шепотом отрезал досадное. — Черт. — он быстро провел по волосам, заглаживая их обратно, а Кайл стал быстро поправлять футболку, и поднял ушанку с пола, устроив её обратно на волосах. Когда в дверь вошли, Кайл отпрянул от Картмана к раковине, надеясь, что его лицо сейчас не было настолько красным, насколько он себе его представлял. В ванную вваливается Стэн, моргая, и смотря на них, будто бы в подозрении на чем то, точнее, как им это показалось. Картман сглотнул, и его кадык дрогнул, будто бы выдавая нервозность на лицо. — Кайл, с тобой все в порядке? — брови Стэна дёрнулись, когда он сказал это, и он встретился глазами со своим лучшим другом, который оставлял его в молчании. Кайлу показалось что его прямо сейчас стошнит. Кайл ловит взгляд Картмана на себе, который выходит к Маршу, чуть ближе, и говорит. — Хиппи, отъебись, а, — выдал он в своей обыкновенной манере, будто бы ничего и не было. — Не видишь, жидёнка выворачивает. — Я Кайла спросил, — нахмурил брови Стэн, чем заставил гетерохромные глаза стать более безразличными и жестокими. — Может ты домой пойдешь? — добавил он, кажется, обращаясь к Кайлу. Между этими двумя продолжила царить напряженная атмосфера. Почему то, казалось, что Стэн всё понимает. От того и злится. От того и так смотрит на них. Кайл сглотнул этот жесткий, липкий ком в горле, и выдал. — Да, всё в порядке. Картман кинул взгляд на Кайла, а затем прошел мимо брюнета, нагло пихая его локтём, явно показывая своё негодование по отношению к нему. Тот не успел возмутиться, ведь наглец уже ушел. — Кайл, у тебя точно всё хорошо? Ты весь бледный. — он подходит к нему, кладя руку на плечо, и смотрит на его лицо, которое отражало беспокойство. Кайл даже не знал что и сказать. Снизу послышался звук агрессивно хлопнувшей входной двери. Кайл бросил взгляд на дверь, а затем на лучшего друга, в его беспокойные синие глаза, будто делая непростой выбор, и его рот открылся, будто бы он собирался что-то ответить, а затем он нахмурился, и его взгляд стал более чем уверенным. — Мне нужно бежать. — он бросился с места к двери, уже не слыша, что кричал ему вслед Стэн. В голове было только одно Успеть. Кайл быстро прыгнул в ботинки, застегивая куртку, и выбежал из дома, так же хлопая входной дверью, чем заставил Кенни подорваться с дивана, и недовольно промычать. — Да вы задрали, потише можно, я спать пытаюсь. — крикнул он в потолок, и перевернулся на другой бок, засыпая обратно.

***

Ноги бежали по белому снегу, оставляя на нем рыхлые следы, а грудь вздымалась, ловя холодный воздух ртом. Он бежал как мог, понимая, что либо сейчас, либо все опять повторится. Как по замкнутому кругу. Он понимал. Выход только один. Набрав ледяного воздуха, он крикнул. — Картман! — которое отразилось эхом по улице, и массивная фигура в голубой шапке развернулась. На его лице не дрогнула ни мышца, как будто он знал что Кайл побежит за ним. Парень подбегает, и тяжело дышит, пытаясь отдышаться. В голове все еще туман, и от Картмана снова чувствовался запах алкоголя. — Чего тебе, еврей. — выдал он, поворачиваясь к нему, и в горле как будто встал ком от его голоса. Кайл выдохнул, и в воздухе образовался пар от контраста температуры. — Почему не остался со своим хиппарём? Потому что я лучше, так ведь? Кайл промолчал, смотря на него, и немного нахмурился. — Не говори так. И вообще, ты звучишь очень ревниво. — Кайл усмехнулся, когда Картман цокнул, закатывая глаза, вызывая у него ту самую победную реакцию. Брофловски перемялся с ноги на ногу, и сказал более уверенным тоном. — Можно я останусь у тебя на ночь. — сказал он, и даже не посмотрел в того сторону, а лишь видел свои сапоги с меховым ободком, покрытые снегом. Картман, кажется стоял пару мгновений, и кажется, еврей уже немного жалел что сказал, это Перебор. — У тебя что, своего дома нет, жид? — с издевательским тоном выдал Картман, и рыжий поднял глаза, когда ему на глаза попалась его самодовольная ухмылка, и радужки, в которых как будто плясали сотни бесов, пока он не отводил взгляда от Кайла. — Хотя ладно, хер с ним, пошли уже, — он махнул рукой, когда они двинулись к ярко-зеленому дому, с бурой крышей, покрытой рассыпчатым снегом. Сапоги немного намокли. Кайл продолжал идти за ним, раздражаясь, и чувствуя как сильно ему невыносимо находится рядом с этим человеком, но он продолжал идти, как зачарованный, в разуме царил алкоголь и странная скрытая страсть. Он снова отмечал эти широкие плечи, и казалось, что зрачки расширились еще больше. На улице темно, холодно. Практически ночь. Мама звонит сыну, но он не отвечает на звонок, потому что слишком занят. Занят им.

***

Глаза с силой раскрываются, когда тело падает на кровать, а затем следует фраза, властным, приказным тоном. — Раздевайся. Зрачки расширяются, а тело вздрагивает, когда по позвоночнику побежало электричество, ударив в голову как сильная пощечина. Кайл кусает губу, когда Картман смотрит на него, этим тяжелым взглядом, но он, потянулся к рубашке, а затем, будто бы пришел в себя, и остановился, понимая что желания желаниями, но он не чертова собака, которой можно приказывать. Хоть из-за его приказов так ёкало сердце. — А если нет. — он облокотился руками на матрас, когда над ним нависло раздраженное лицо. Вдох. Глаза Картмана сверкнули в полутьме. — Тогда я сделаю это сам, Каел. — Картман толкает Кайла, и он с выдохом падает на кровать, чувствуя как с него сдергивают рубашку, которая была поверх футболки. А затем, широкие руки без приглашения нагло хватаются за футболку, рывком сдирая её. Кайл издаёт возмущенный выдох. — Я не разрешал! — брови свелись к переносице, когда глаза Эрика блеснули огнём, смотря в его, изумрудно зелёные. — А мне и не нужно твое разрешение, жидожопый. — он облизывается и поддается вперед, судорожно прижимаясь к его губам, и Кайл чувствует как воздуха не хватает, и коленки дрожат. Руки забираются на затылок и в волосы, а губы кусаются, грубо и агрессивно. Он чувствует как из собственного рта доносится скуление, когда язык Картмана проникает в его рот, и руки Кайла лишь хватают его за задницу, с силой сжимая её, и отражая всю свою агрессию на этом. Точно останутся следы от его пальцев. Они судорожно целуются, тяжело дыша. Скорее, даже, пожирают друг друга, и в очередной раз, шатен отстраняется, и еврей шепчет, тяжело дыша. — Ненавижу тебя.. — голос дрожит, когда он произносит это, и видит самодовольную ухмылку. — Назови меня по имени. — снова приказным тоном говорит он, и Кайл хмурится, расплываясь в ухмылке, решая поиздеваться над ним. — Картман. — Нет, другое. — раздраженно отрезает он, когда прижимается бедрами к Кайлу, и тот ахает, нецензурно выражаясь. Еврей улыбается, смотря ему в глаза, и казалось что дьяволы были заразными, ведь Картман, казалось, разглядел их в зелёных, как летняя листва, глазах. — Теодоор.. — сладко протягивает рыжий, и Картман в этот момент корчится, издавая что-то на подобие рычащего выдоха, и заливается краской, пряча лицо. — Да, ты, блядь, серьезно? — он утыкается, Кайлу в плечо, рыча, то ли от безысходности, то ли от гнева. Сердце Кайла затрепетало. — Блядская, еврейская шлюха. Руки от талии Кайла скользят к джинсам, и тот хмурится, хватая футболку Картмана, и стягивая её, с трудом пытаясь вытащить Картмана из нее. Худощавые пальцы проводят по его полной груди, животу и бедрам. Смотря на него, чувствовалось, что запах алкоголя только опьянял еще больше и без того слишком увлечённый разум. Брофловски потянулся, и поцеловал его в плечо, а затем в грудь, вызывая у Картмана неожиданный стон. Руки быстро толкают Кайла обратно, будто с возмущением того, что он не контролировал всё, как хотел, и бессовестно просовывает руку в его джинсы, хватаясь за достоинство, и вызывая у Кайла неожиданный вскрик. Его никто там никогда не трогал.. Тот выгнулся в спине, задрожав, когда пальцы дразняще скользнули вниз, начиная надрачивать ему. — Иссусе.. — выдал Кайл, задыхаясь, и вызывая у Картмана лишь самодовольную, наглую ухмылку, пока он продолжал водить пальцами, тесно упираясь в джинсы рукой, и чувствуя как дрожит его эрекция под нажатиями. — Я думал кроме Моисея больше никого не знаешь. — хохотнул Картман, лукаво приподнимая брови, за что и получил удар в плечо. — Замолчи уже!.. — простонал Кайл, дрожащим голосом. Шатен стягивает с него джинсы, бросая их вдаль своей комнаты, а затем опустил бедра поверх Кайла, касаясь его своим стояком, и Кайл дрогнул, издавая очередной стон. — Ты такая шлюха, Кайл. — с усмешкой сказал Картман, двигая бедрами ему навстречу, и еврей задыхался, вцепившись в его плечи руками, и думая о том, как давно он об этом мечтал. — Так стонешь, будто бы я снял тебя за настоящее золото, которое бесценно для вас. Тот понимает, что про "вас" Картман имел ввиду евреев, на что рыженькие брови Кайла свелись к переносице. — Закрой свой блядский рот, пока без зубов не остался. — прорычал он, немного прикрывая глаза, но всё еще смотря в эти обворожительные глаза. Он определенно сказал это не тем тоном, каким хотел. — А ты заткни мне его, Каел. — Картман улыбнулся уголками губ, издевательски смотря на то, как Брофловски постепенно выходил из себя, и это тешило его самолюбивое эго. Он воспользовался его состоянием сейчас. Кайл впивается в его губы своими, и очередной марафон грубых поцелуев продолжается. Языки страстно переплетаются, а зубы кусают губы, зализывая их, и всё повторяется. Отлипая от него, губы шатена скользят к шее, покрывая её довольно мягкими поцелуями, несмотря на прошлые действия. Только в один момент, тело вздрагивает, а глаза широко раскрываются. — Ты что, только что укусил меня? — Кайл трогает место на шее, понимая что синяк точно останется, как и засос, который в добавлении был на таки видном месте. — Сволочь! — он бросается на Картмана, седлая его, и замахивается, но не успевает ударить, ведь бедра под ним резким движением двигаются, вызывая громкий дрожащий стон, и Кайл быстро упирается руками в пухлый живот, чтобы не упасть. Хаотичные движения продолжаются, когда они трутся друг об друга. В голове пульсировало. Картман наклоняется к нему, целуя уголок его губ, а затем шепчет на ушко. — Ты хочешь зайти дальше? — спрашивает он мурчащим тоном, проводя руками по голому торсу Кайла, и немного царапая кожу ногтями. — Да. — судорожно отвечает Кайл, снова целуя его, на этот раз короче, и он возится с ширинкой Картмана, чтобы наконец стянуть уже эти чертовы брюки. Боксеры тоже полетели на пол, и щеки покраснели, когда они и в правду остались полностью голыми. Кайл не видел его таким с четвёртого класса, а потому, щеки загорелись, когда он стал рассматривать его, будто бы оценивающе. Стоял приглушенный свет. В комнате было снова убрано. А это значило, что он снова готовился. На губы полезла ухмылка. Эрик аккуратно провел пальцем по такому, казалось, хрупкому позвоночнику. Бледная еврейская веснушчатая кожа покрылась миллионами мурашек, которые смутили Кайла. Стояк Картмана гордо упирался между ягодицами. Зелёные изумруды метались из стороны в сторону, исследуя тело партнёра. Кайл дрогнул. Их взгляды пересеклись. Глаза словно сияли при свете луны. Зрачки были расширены так, как будто они упаивались опиумом. Горячая ладонь сжала ягодицу и начала её сминать. Брофловски закрыл лицо руками, дабы скрыть своё красное лицо. Картман привстал на локтях, резко схватив за талию еврея, тот двинул тазом, ожидая реакции. Тихий скулёж и подрагивающий, обрезанный стояк у Брофловски. — Ничего особенного, ммм? — любезно протянул шатен. В ответ - сердитое молчание. Огромные ладони сжали грациозные кисти рук, из-за чего всю палитру лица теперь скрывать было невозможно. Кайл отвел взгляд, а после двинул задницей, затронув только красную головку. Раздался сдавленный, хриплый горловой стон. Эрик шлёпнул Брофловски, в знак того, чтобы тот не затягивал. Строгий взгляд проникал в самую еврейскую душу, отчего у рыжего в груди дыхание спёрло. — Хватит медлить, еврей. Ты же видишь как мне плохо. — прохрипел злобный голос. Брофловски обхватил шею Картмана, притянув своё лицо и уткнувшись ему носом в лоб. Сопение беззащитного еврея накаляло обстановку в области паха, руки то и дело подрагивали. Кайл осторожно обхватил пульсирующий член партнёра и начал медленно водить по нему рукой. В ответ на это, Эрик лишь прохрипел что-то невнятное и откинул голову назад. Через несколько секунд смазка выступила на головке. Картман ударил по руке, схватил за запястье и двинул тазом. Хватило одного неполного толчка, чтобы рыжий издал громкий стон. Хрупкое тело вздрогнуло, а руки оставили пару длинных царапин на сильной шее. Эрик тихо зашипел и потянулся лицом к Кайлу, затянув его в глубокий и грубый поцелуй. Тонкие бледные пальцы сжимали мягкие тёмно-русые волосы, лицо его было расслаблено, а мысли отошли на задний план. Кайл буквально, наслаждался этим моментом. Моментом, когда чёртов Эрик Теодор Картман был ему не противен. На его губах невольно выступила улыбка. Его грубость забавляла еврея, каждый шик и метание глаз было на вес золота. Кайл был словно в раю, хотя он в него и не особо верил. Он не мог верить, что это все наяву, что это всё действительно. Алкоголь и в правду хороший помощник, когда тебе нужно найти новые ощущения. Отстранившись, Эрик вопросительно посмотрел на него. Рыжий по доброму улыбнулся и кивнул, давая разрешение. Кайл обнял широкие плечи, вдыхая их одеколон. Шатен все шире и шире разводил ноги партнёра, поглаживая его напряжённый орган, чтобы он расслабился. Медленный толчок, другой. Смешанные ощущения, но Картман постепенно увеличивал темп. Нутро изводило, а внизу живота приятно порхали бабочки, или может и не они... Шлепки с каждой секундой ускорялись, Кайл издавал сдавленные стоны, периодически покрикивая. Дыхание участилось, ноги и руки предательски дрожали, но Брофловски было безумно приятно. Эрик оставлял кровавые засосы на худой и бледной шее, отчего заставлял рыжего скулить от удовольствия. Но было слишком медленно. — Почему ты тянешь. — вдруг сорвалось с губ Кайла, когда он немного хмуро посмотрел на него, и Картман прыснул, даже немного с издевательством. — Тебе не хватает скорости? — сказал низкий бархатный голос, и руки впились в обнаженные бёдра Кайла. Он сжал их, и Кайл скуляще закивал. Пальцы у Картмана были сильными, поэтому след на еврейской заднице был гарантирован. Подумав об этом, рыжий лишь грустно вздохнул, а после опять тихо крикнул, так как партнёр по его просьбе ускорил темп. Это было неожиданно со стороны Эрика, ведь он, обычно не потакает еврейским хотелкам, а тут такая щедрость. С каждым шлепком двух разгорячённых молодых тел, проникновение становилось все глубже и глубже, казалось, что он вот вот будет его новым внутренним органом, для которого все время пустовало пространство. Помимо удовольствий внутренних, его член ласкала вторая сильная Картмановская рука, делая это так искусно, как никто другой. Пухлые пальцы массировали головку и нежно размазывали выступающую смазку по всей оси. Он доставлял большое удовольствие, надавливая большим пальцем на самый конец, чем вызывал у Кайла дрожь по всей спине и миллион чувственных вздохов и возмущённых охов. В ответ на это, он ехидно улыбался, ускоряя темп. Вот, они уже были готовы к разрядке, о чем сообщил неуверенный и немного глупый взгляд зелёных глаз, сияющих в темноте как никогда ярче, и они были похожи на летнюю, или же весеннюю листву, снова. Картман спокойно кивнул, но после чего, замешкался. Правой рукой он с чего-то вдруг начал поправлять простыню, потом подушку. Рука с талии легко съехала на матрас. Кайлу это явно не понравилось, но он решил сам уже закончить это дело. Как наездник на лошади, он поднимался вверх и вниз, посекундно постанывая. Картман как будто во всем этом вообще не участвовал. Брофловски смерил его взглядом, полным злости и недовольства, и его губы смялись в раздражении. — Ты вообще собираешься... — он замялся, издав вздох. Шатен не дал ему договорить. Резко обхватив одной рукой худощавые пальцы, а второй подобрав его за талию, он переворачивает на живот еврея и теперь их брачные игры стали похожи на спарринг двух единоборцев. — Э-Эрик?! Что ты задумал, жирная зад... — ему снова не дают договорить, больно сжимая рот большой ладонью. Картман снова вошёл в него, но как то по-другому. Грубо и во всю длину. В простате отдалось пронзительной болью, из-за чего Кайл негромко хмыкнул в ладонь. На этот намёк Картман никак не отреагировал, а лишь начал медленно входить и выходить. Кульминация постепенно нарастала, но не давал всей своей прекрасной точки, а лишь отрывки ощущений. Эрик издевался над евреем, дразнил его, а тот в свою очередь мычал и очень громко стонал, буквально молил о том, чтобы тот ускорился. Обрезанный орган пульсировал, к нему никто не притрагивался, а самому закончить начатое было невозможно, из-за ограничений в области рук, так прекрасно предоставленных самим Картманом. Злость накипала, но в весе Брофловски явно уступал шатену. Член снова ударил по простате, и Кайл ахнул, выгибаясь в спине. Его щека елозила по подушке, а со рта продолжали доносится только скуления и стоны. — Блять..К-Картман.. а-ах.. — еврей зажмурил глаза, чувствуя как сильно пылали его щеки, а в голове пульсировало так, что отдавало электричеством в пах, вызывая еще один мучительный стон. — Картман..! На алых губах снова растянулась дьявольская ухмылка, а темп ускорился еще больше. — О, да, это я, Кайл. — сказал бархатным, низким голосом Картман, и слышно было как сильно он держался от стонов, хаотично толкаясь в Кайла как ебучая собака. — Блядь..Иссусе.. Быстрым движением, Эрик обхватывает член Брофловски, другой рукой больно хватает за рыжие, ненавистные, кудрявые волосы, тем самым заставляя выгнуть спину, и резко ускоряет звуки шлепков. По органу торопливо скользит желанная рука. Это было слишком неожиданно, еврей испугался, но через секунду разлился в глубоком гортанном стоне, который Картман буквально заставил выдавить его из себя. Кайл задрожал, хмыкая в подушку, и чувствуя как тот толкается в него, как в последний раз. Так глубоко, так грубо. На нем точно отпечатается клеймо. Но ему это, блядь, нравилось. Внутри разлилась горячая и приятная жидкость. Картман медленно вышел, и рыжий ощутил внутри пустоту, заполняющую его. Тот прилег рядом, укрывая Брофловски одеялом, приобнимая его за плечо. — Ну как тебе? - он смотрел в самые стеклянные кукольные глаза, что он видел — Картман, это..я..ты сущий дьявол. Это было слишком хорошо, даже для тебя. — худые руки пытались скрыть горячее от пылающего алым румянцем лицо. В голове всплывало лишь это лицо, с которым шатен вдалбливался в него. От этого щеки залились краской, и он издал еще один вздох. Блядь, он же влюбился по уши, да? Дерьмо. — Ох, ты мне льстишь, еврей. — он как-то злобно заулыбался, и губы Кайла тоже невольно расплылись в ухмылке. Эрику это и в правду польстило, как и его самодовольному эго. Может, он хотел таким образом отомстить? Что ж, тогда это была самая приятная месть за всю историю из их отношений. В любом случае, заметка Брофловски играла действительно важную роль. Картман выглядел как пьянствующий дьявол, торжествующий на параде смерти, а в его гетерохромных глазах плясали черты, напевая какую-нибудь очередную попсовую песенку Бритни Спирс. Естественно, Кайл не мог себе представить, что его первый секс будет с Эриком, мать вашу, Теодором Картманом. Его маленькая версия бы разорвала его в клочья, однако сейчас, Кайл лишь довольно заулыбался, ложась на плечо Картману, пока уже который раз его телефон высвечивалась тонна пропущенных звонков, то от матери, то от Стэна. Но Кайл отложил телефон на тумбочку, устраиваясь поудобнее в этой, во всех смыслах, грязной постели.