Шаги по стеклу

       — Черт возьми, я люблю… — Крик срывается на хрип, и девушка заходится в приступе кашля, выхаркивая кровь с лепестками цветов, сотканных из нежного шоколада. Как его глаза, только светлее. Его — таинственные как глубина, можно утопиться. Пыталась. Топилась. Он мелькает у меня перед глазами, не давая спать. Опять.       Темный силуэт преследовал меня везде, в любой момент моей жизни. Но исчезал при любой попытке дотронуться, как и сейчас. Я слышу тихий отдаляющийся шорох шагов. Он всегда уходит почти бесшумно, заставляя меня по новой тонуть в крови. По кругу. Я пытаюсь дотянуться. Рука безжизненно падает на полпути, а в глазах темнеет. Я не чувствую себя, мое тело где-то между, все начинается только с его уходом.       Проходят часы, дни, пока я вырываю из себя эти чертовы цветы. Надеюсь что с корнем, но никогда не получалось. Говорить не могу, горло раздирает острой болью и жжением. Вздохнуть тоже, легкие горят ярким огненным пламенем, а сердце разрывается на части.       Больно. Очень.       Хочу встать, рвануть в его сторону, коснуться, хоть чуть-чуть… Не могу. Я устала. Безумно устала от цветов, любви, от всего. Как иронично, я все еще помню твои глаза, теплую улыбку на губах. С какой уверенностью ты утверждал что спасешь меня. Герой, так думалось мне на тот момент. Не спас. Не герой. Я не виню тебя, ты не обещал взаимной любви, но как же больно. Я чувствую, что скоро умру, мои жизненные силы утекают без тебя, а в душе разрастаются новые бутоны. Satanas…       Резкий щелчок.       Я чувствую что живу, могу жить. Мне не больно. Ничего нет. Как же так? Вот цветы, которые медленно рассыпаются прахом у меня на глазах. Горло еще чуть саднит, остаточное от приступа. Но яркое ощущение потери воздуха исчезло. Приподнимаюсь, на руках красуется кровь, как никак доказательство прошедшего. Закрываю глаза. Daemones, daemones. Exite.       Я открываю глаза, с интересом разглядывая бледные руки. Кровь бесследно исчезла, а на лице возникла легкая улыбка. Просто предупреждение об очередной плате за второй шанс на жизнь. На грани смерти я обратилась к Сатане, услышав мои пожелания, он принял мои условия. Я не испытываю никаких чувств взамен на жизнь. Хоть и не на всегда, есть одна неудобная сторона этой сделки, но это лучше чем лежать в гробу. Благодарю тебя, всевышний Сатана.        Взглянув на часы, девушка задумалась, три секунды. Они никогда не двигались с момента ее условной смерти. Один. Интересно, для чего мне бесы нашептывают слова об удачи? Два. Еще секундочка и я появлюсь ровно в нужный момент. Три. — Поприветствуем, наша особенная гостья на этой битве экстрасенсов! Хоть она и не участвовала ни в одном из сезонов, она заслужила наше уважение пройдя все испытания за рекордный срок времени с блестящей оценкой. Мара! — Жизнерадостный голос ведущего раздается по залу, а стук каблуков сопутствует ему.       Девушка неспешно проходит в зал, ловя на себе различные взгляды. Темная рубашка и официальные брюки, в тон верхней части одежды. Ничего необычного, но атмосфера сменяется напряженной. Стоя в центре зала, она мягко кивает участникам по очередности, глазами сканируя каждого. Вежливая улыбка играет на устах. Два из них привлекают ее внимание. Один, позади которого демон в поклоне склоняется перед ней, а второй с ошеломленным взглядом наблюдавший за ее действиями, но с яркой аурой бесов.       Стуча каблуками, девушка становится у мужчины, если даме не изменяет память, то Шепс. Это лучше чем стоять возле неуравновешенной дамы и стажера. Ощущая недовольство участников, Мара вопросительно склонила голову набок. — Я надеюсь, нет ничего страшного в том, что мое место начинается сначала? Я пока придерживаюсь мужчин. — Взгляд ведьмы устремился к ведущему. — Нет, конечно нет! Итак, уважаемые экстрасенсы, добрый вечер. Я очень рад вас всех видеть. Я счастлив сообщить то, о чем мечтали фанаты битвы экстрасенсов, то о чем нас просили пятнадцать лет телезрители наконец свершилось. — Активно жестикулируя, Марат продолжил. — Я торжественно объявляю о начале этого грандиозного проекта. Проекта, в котором сойдутся победители разных сезонов, чтобы понять, кто же в этой лиге сильнейших станет номером один. Итак. Я с замиранием сердца объявляю: экстрасенсы, битва сильнейших начинается. — Удовлетворенный кивок ведущего и последующий вопрос: — Для чего вы все пришли?       Речь сразу начал Влад, говоря о фуроре и единственной звездочке, там вмешалась и Надежда с нелепыми утверждениями, подключилась и Виктория, что ярко напомнила о себе своей самоуверенной речью. Короткое высказывание Марьяны и Димы. И шикарный спор Лины и Влада, возглас чернокнижник. Кишка тонка. Кишка не тонка. Вау! Резкую тишину нарушил приступ звука, все взгляды в непонимании посмотрели на девушку, заливающуюся истеричным смехом. Сука. Я поняла кто это.       Тот самый человек, из-за коего я чуть не умерла. Димка Матвеев. Кто ж ожидал.       Марат в замешательстве посмотрел на Мару, что все еще смеялась, переходя на безумный хохот. — Мара? Вас что-то рассмешило? — Ахах. Меня? Получается что так. Извините, уважаемые экстрасенсы, за нарушение тишины. — Девушка все еще тихо посмеивалась, сверкая взглядами на ведущего. — Раз вы все равно привлекли наше внимание, так поведайте, зачем же вы пришли сюда? Мне кажется всем интересно, как девушка, не прошедшая не единого сезона попала сюда. — Ах, пара пустяков, поболтала с Пифоном и всего лишь. — С напущенной легкостью произнесла Мара, махнув рукой. В зале как и ожидаемо повисла тягучая тишина. — Да шучу я. — Обиженно произнесла девушка, поджимая губы. — Говорила с Вельзевулом.        Череватый поперхнулся, а пара человек в недоверии взирали на нее, другие с презрением. Лгунья как никак. Лишь Шепсы разглядывали леди с нотками интереса, им мёртвые подсказок не дают. Медиумы хреновы. Ах, ну и чернокнижник Димка, ну его интерес можно принять за причину, по которой я не умерла. — Хм, хорошо, Мара. Все услышали вас. Но вы так и не ответили на вопрос, для чего вам присутствовать тут? — Известность и пара других моментов. Надо же одному участнику показать, что я сильнее его. — На этом моменте девушка подмигнула Диме и продолжила. — А другие, заключаются в пожелании бесов. — Интересно, а этот некий участник, которому вы хотите доказать свое превосходство, случаем не Дмитрий Матвеев? — С азартом спросил Марат. — Как знать, как знать. — Наблюдать за глазами ведущего было приятнее всего, а точнее как они разгорались искорками от неопределенного ответа. — Я вас услышал, Мара. — Повисла секунда тишина. — Прямо здесь и сейчас, дорогие экстрасенсы, вам предстоит пройти жеребьевку.       Вскоре великая удача распределила Мару с Матвеевым и Романовой в третью тройку. Первой являлись Олег, Череватый и Райдос. А вторая соответственно Джебисашвили, Шевченко и второй Шепс.       Свет. Камеры. Спектакль окончен, съемка тоже. Уже начали проявляться первые признаки приступа, тяжело дышать и ей, черт возьми, просто необходимо поспешить в место без глаз. Но чертов Дима. — Мара! Стой, подожди. — Он успевает подбежать к девушке прежде, чем она успевает свернуть и исчезнуть во мраке. — Чего тебе, Матвеев? — Развернувшись, смеряю его холодным взглядом. Голос подводит и звучит хрипло, нездорово. Отчего собеседник дергается и внимательно осматривает Мару. В любой другой момент, наблюдать как его зрачки сужаются и бегают из стороны в сторону, следя за ней. — Ты в порядке? — Черт. Черт. У меня осталось пару минут, а потом я за себя не ручаюсь. Тупой чернокнижник. — Конечно, что ты хотел? — На лице появляется оскал, глаза нездорово поддергивает красным блеском, легкие начинает саднить. А этот идиот с недоумением пялится на меня, выражая всем взглядом обеспокоенность. — Хм. Я хотел обсудить… — Что? Как я выжила? Божью чудеса, тьфу. — Чувствую, как появляются бутоны на руках, вздохнуть становится с каждым разом сложнее. — Демонические. Еще? — Ты уже не болеешь ханахаки? — Логически подумай. — Кидаю на последок и развернувшись, исчезаю среди дорог.       Останавливаюсь в самом, по моему мнению непримечательном переулке. Опять кашляю, упираясь в холодную стену дома. Цветочки, цветочки. Слава Сатане, что без крови. Пока. С неким удовлетворением рассматриваю цветок с оттенками коричневого, встаю, наступая на него каблуком и покидаю место.       Увы, она не могла предугадать, что человек под фамилией Матвеев, следовал за ней, лишь с разницей в минут десять.