Hope for love

Jungkook & Suga - Stay Alive

Канун Рождества. Ежегодная суета снова в самом разгаре. Все куда-то спешат, ругаются с продавцами и друзьями, потому что что-то идет не так, как хотелось бы. Чем старше человек, тем меньше он начинает верить в чудеса, волшебство. Ему кажется все слишком обыденным. Каждый новый день похож на предыдущий. Вещи вокруг будто не имеют красок, лишь черно-белые оттенки. Можно подумать, что в силу возраста у людей меняются взгляды на жизнь. Но тогда почему некоторым это не мешает так же, как и в детстве верить в Санту Клауса и радоваться мелочам? Внутри них живёт ребёнок. Тэхен гулял по ежегодной рождественской ярмарке в центре Сеула вместе с Юнги, который вытащил друга впервые за несколько дней на улицу. Тот не был в восторге от этой идеи и желал поскорее вернуться в свою зону комфорта, подальше от громких разговоров и суеты. — Юнги, пощади, — ныл Ким, когда друг потащил его на ледовую арену, дабы посмотреть выступление фигуристов. — Давай дома найдём выступление и посмотрим вместе? — Ну уж нет, Тэхен, — игнорируя нытье и сопротивление младшего, продолжал свой путь Мин. — Можно по пальцам пересчитать сколько раз ты вышел из дома за последние три месяца. Так нельзя, Тэ. Юнги всегда был хорошим другом не только для Тэхёна, но и вообще. Стальной, но в то же время мягкий характер парня с большим успехом располагал к себе людей. Юноша мог, конечно, и пошутить неочень удачно, или грубо ответить, но через время он сам приносил извинения за свое поведение. Эта черта его личности нравилась Тэ больше всего. Он не сможет чувствовать себя виноватым там, где вины его нет, и получит уйму извинений, а вместе с ними и разные вкусности. Тэхен ничего не ответил другу, лишь недовольно нахмурился и поджал губы, продолжая идти за ним. Уже через несколько минут друзья оказались около ледовой арены, возле которой было немало людей. Родители пытались пробиться вперёд, дабы поставить своих детей в первые ряды. Другие люди ругались с ним, мол такое поведение несправедливо. Тэ был отчасти с ними согласен. Не все дети вообще хотели смотреть на фигуристов, когда рядом огромная игровая площадка с аниматорами, переодетыми в Рождественских героев. Но какое дело до этого родителям. Друзья встали на свободные места, где было значительно меньше людей. Перед ними стояли двое мальчиков лет шести и над чем-то очень громко смеялись, несильно толкая друг друга в стороны. Один был явно корейцем, но со своим другом он разговаривал на английском. Видно, что тот был далеко не из азиатской страны. Тэ чуть приподнял уголки губ, наблюдая за детьми. Эти ребята напомнили ему себя и его знакомого, когда они были в младшей школе. Эти воспоминания тепло откликнулись в его душе. Он старался избавить себя от мыслей о Чонгуке эти годы и только через четыре года с сеансами у психотерапевта это получалось. Он перестал терзать себя мыслями об этом человеке, но совершенно отстранился от жизни. Школу он не закончил, хоть и оставалось буквально пару месяцев до выпуска. Не поступил в университет мечты и зарабатывает тысячу вон в неделю, если повезет. Когда Чонгук ушел из жизни Кима, тот замкнулся в себе, не знал куда деть свои чувства, переживания. Тогда он взял в руки первый попавшийся на глаза лист и ручку и стал писать. В голове рождались все новые строчки, а к ним рифмующиеся другие. Он мог сидеть за стихами часам, выплескивая на бумагу свои эмоции. А позже, когда встал вопрос финансов, он решил писать стихи на заказ. Это не самое прибыльное дело в современном мире, ведь каждый может найти любой стих в интернете и выдать за свое искусство, но некоторые сжалились над юношей и хотели помочь. Просто так он деньги никогда не брал, не позволяла совесть, поэтому некоторые четверостишья ему выходили тысячей вон. — Дорогие зрители, — раздался голос ведущего, оповещающий о начале показательной программы, — уже через несколько минут на лед выйдут наши фигуристы! Просим занять ваши места и соблюдать технику безопасности. С наступающим Рождеством! Все присутствующие около ледовой арены в миг замолкли. Свет частично погас, лишь освещая оттенками голубого и фиолетового цветов лед. Заиграла музыка Once Again и на льду появились две фигуры, мужская и женская. Тэхен смотрел на них без всякого интереса, что не скажешь о детях перед ним. Они в миг успокоились и устремили все свое внимание на показательную программу. Казалось они не дышали, лишь изредка изумленно вздыхали на моменте с поддержкой. Как же легко заинтересовать и впечатлить таких деток. Прокат подошел к концу и все уже начали расходиться, кроме мальчиков. Тэ смотрел на них как потерянных щенят. Ему почему-то хотелось дождаться, когда их заберет кто-то из взрослых и тогда он сможет вздохнуть с облегчением. Юнги вытер подступившую слезу и повернулся к Киму. — Ты плачешь? — с легкой насмешкой спросил тот и поежился от легкого холода, подступающего под пуховик. — Я просто не бесчувственная тварь, — пробормотал Юн и отвернулся от друга под легкий смешок Тэхена. Он поджал губы и еще раз взглянул на детей рядом, хмурясь. Уже прошло около пяти минут, а за ними не спешили возвращаться. Мало вероятно, что два шестилетних мальчика оказались здесь одни. — Да, ты еще хуже. Ничего не ответив на подкол друга, Юнги проследил за его взглядом и также нахмурился, оглядываясь вокруг в поисках людей, которые возможно потеряли мальчиков. Но, никого не найдя взглядом, Мин подошёл ближе к ним. — Привет, ребятки, — тепло улыбнулся он и присел на одно колено, оказываясь почти на одном уровне с детьми. — А чего вы тут одни? Где ваши родители? Мальчишки испуганно переглянулись друг с другом и сделали шаг назад, осмотрев незнакомца напротив. Оно и понятно, ведь Юнги всегда очень странно и сумбурно одевался. Нередко это выглядело смешно и нелепо, из-за чего его друзья находили новую тему добрых смешков на вечер в компании. На улице он ловил много косых взглядов, полных непонимания и, возможно, осуждения. Обычно Юнги одевался не по погоде. Он мог выйти в одной толстовке в сильный снегопад и мороз, а через полгода в этой же толстовке поехать на пляж в невероятную жару. Но что поделать, если Мин настолько сросся уже с этой толстовкой и никакие уговоры друзей переодеть её во что-то другое не дают своих плодов? Тут остаётся только смириться и будь готовым через какое-то время заботиться о заболевшем друге. — Эй, хён, — позвал парня Тэхен, заметив реакцию детей, — ты их пугаешь. Мин закатил глаза и возмущенно развёл руками. — Да ладно! Я на маньяка что-ли похож? — Да, — ответил за Тэхена один из ребят, — на маньяка-психопата. Тэхен тихо усмехнулся и подошёл к мальчикам под недовольное бурчание друга. — Но правда, ребятки, неужели вы тут одни? Один из них отрицательно помотал головой и улыбнулся, глядя доверчивым взглядом на Кима, будто готов выложить ему все, что угодно. — Мы тут с моим братом, — произнес он и начал внимательно рассматривать Тэ, не отрываясь, а потом через несколько секунд он добавил: — Ты похож на его давнего друга, кстати. Он часто про него говорит, а вот имя не называл ни разу. Эх, мне иногда кажется, что он сошёл с ума и друг вымышленный. Юнги посмеялся. — А может так и есть, кто знает. — Заткнись, хён, — шикнул на него младший и смирил серьёзным взглядом. Ничего не ответив на такое сравнение ребёнка, Ким перевёл взгляд обратно на мальчика и тепло улыбнулся. — Так, где твой брат? Он должен за вами сюда вернуться, или забрать с другого места? — Мы договорились встретиться около ларька с Рождественскими носками и другими сувенирами, — подал голос другой мальчик. — Гуки обещал нас там встретить. Тэхен нахмурился. — Тогда чего мы ждём? — с энтузиазмом спросил Мин. — Бежим скорее туда! Пока ваш сумасшедший друг-брат не ушёл и вы не остались в лапах маньяка-психопата. Дети переглянулись и с громким смехом побежали в сторону ларьков, а Мин помчался за ними, оставляя спокойно идущего Тэхена в своих раздумьях.

***

Тэхен нагнал друга с детьми через несколько минут. Он шёл в достаточно спокойном и медленном темпе, нежели они. За это время Юнги успел купить мальчикам леденцы в одном из ларьков. — Хён, ты не думал подрабатывать нянькой? - усмехнулся Ким. — У тебя отлично получается. Мин недовольно цокнул и закатил глаза, ничего не ответив другу и повернувшись к нему спиной. Они стояли у ларька с атрибутами для упаковки подарков и рождественскими подарочными носками. Именно тут шесть лет назад Тэхен и Чонгук покупали свои носочки, которые до сих пор Ким хранит и оберегает. Лишь иногда берет в руки и прижимает ближе к сердцу, вспоминая все счастливые и тёплые моменты со своим любимым. Бабушка, которая работала в этом ларьке каждое Рождество на протяжении двенадцати лет, умерла три года назад. Узнав об этом, Тэхен проплакал весь вечер, не находя себе места. Он не был лично знаком с ней, но оба такой родной для него... Время не щадит никого. Вокруг них царило настоящее рождественское чудо. Над их головами, словно в танце, кружились снежинки последнего, в этом году, снега. Следующий, по прогнозу, пойдёт только в середине января, что очень расстраивало Тэхена. Вокруг бегали, кричали и смеялись дети, ловя ладошками снежинки. Возлюбленные нежились в объятиях друг друга, от чего в груди что-то неприятно кольнуло. Это могли бы быть они с Чонгуком, если не.. Если. Это слово звенело в голове Кима все шесть лет. Если бы он не тогда не начал истерить, если бы Чон тогда не уехал неизвестно куда, если бы он не был геем, то... Все могло бы быть иначе, ведь так? Сейчас бы Тэ и Чон могли бы быть рядом друг с другом, болтать без перерыва обо всём на свете, гулять на площади и просто быть счастливыми. Но сейчас все иначе. Не так, как в мечтах и мыслях Кима. Он один, без своего друга. Рядом только несносный Юнги, который будет надоедать своими шуточками касательно ориентации Тэхена. Он потерял того, ради которого ходил в школу, ждал окончания учебного дня и старался его радовать в тяжёлые моменты. Он потерял свой смысл жизни. — Итак, — начал Юнги, наблюдая за поедавшеми сладость детьми, — где этот парень? Он точно должен быть здесь? Мальчики кивнули. — А как вас зовут? — спросил один из них, смотря в глаза Кима, будто он задавал этот вопрос только ему. Это, на самом деле, пугающе выглядит со стороны. — Я Юнги, — усмехнулся Мин, — а этого малого зовут... — Тэхен? — перебил Юнги хрипловатый голос сзади. Ким поднял голову и встретился взглядом с кариеми, почти чёрными, глазами. Парень напротив был значительно выше него самого, а спортивное телосложение внушало слабый и миномётный страх. Он был одет достаточно просто: черные джинсы, серая толстовка и кожаная куртка поверх. Было сразу понятно, что ему холодно, ведь погода на улице заставляла других одевать тёплые пуховики, шапки и шарфы, из-за чего брюнет привлекал к себе косые взгляды прохожих. Внутри Тэхена ожила его единственная дохлая бабочка. Знакомые черты лица стали более грубыми, взгляд стал чернее и внушал недоверие и страх. Прошло шесть лет и Чон Чонгук вырос. Это Тэхен видит сразу. Но, конечно, куртку по погоде он выбирать так и не научился. Вырос он не только в росте, что тоже, безусловно, бросается в глаза, но морально. Его взгляд изменился. В нем больше не найти звёздочки счастья от неожиданной нежности со стороны Кима, от их разговоров ни о чем, от недовольного личика своего друга в моменты дружеских и таких любимых Тэхеном насмешек. Спустя шесть лет его глаза и звездочки в них угасли. — Чонгук-и... — только и прошептал Ким, смотря в эти черные глаза, словно одурманенный. Юнги перевёл взгляд на друга, а затем на незнакомца и стал чернее тучи. Юнги все шесть лет тайно ненавидел незнакомого парня. Единственное, что ему было известно про него - это имя, его смутный образ в памяти и история, из-за которой его друг морально мёртв. И как бы Мин не хотел, но вытащить его из такого состояния он был не в силах, хоть и старался. Он подошёл ближе к Тэхену и положил руку на его плечо, чуть сжимая его, привлекая к себе внимание. — Я могу тебя оставить с ним? — прошептал Юнги. Тэ, словно под кайфом, перевёл взгляд на друга и гулко сглотнул, положительно кивнув. Мин недовольно нахмурился, но препятствовать не стал. Он одарил Чонгука предупреждающим взглядом и повёл мальчиков, которые уже во всю вешались то на Юна, то на Чона, ближе к с середине ярмарке, оставляя старых друзей наедине. — Где ты... — Пошли в наше особое место? — перебил Тэхена Чон. Тэ, подумав несколько секунд, кивнул и опустил глаза в пол. Несмотря на Чонгука, он побрел в сторону многоэтажных домов, крыша одного из которых всегда была открыта. Ким не повернулся, чтобы убедиться, что старший идёт за ним. Он просто это чувствует.

***

Перед парнями открывался чудесный вид на Сеул. Рождественская ярмарка в центре города была видна отсюда по-особенному... Искусственной? Раньше она была наполненной волшебством, сказкой и была самой ожидаемой среди жителей города. Сейчас же эта изюминка исчезла. Правительство окончательно отстрагировалось от создания чуда и создавало ярмарку исключительно с целью заработка. Тэхен, не обращая внимания на идущего сзади Чона, подошёл ближе к краю крыши и сел на пол, обнимая свои колени. Чонгук медленно подошел к младшему и сел рядом с ним, рассматривая его образ, который в памяти Гука уже успел забыться спустя шесть лет. Молчание между ними не было неловким или угнетающим. Оно было таким привычным, родным, что Тэхен готов заплакать то ли от счастья, что наконец встретил друга, то ли от распирающих его сердце чувств. Первым нарушил молчание Ким. — Где ты был? — еле слышно произнес он. — В Испании, — ответил Чон, поджимая губы.Тэ перевел взгляд на парня, говоря взглядом, что ждет больше объяснений. Чонгук продолжил. — В тот день, когда мы были у тебя дома, я должен был тебе сказать, что я уезжаю из страны. Не я этого хотел, отец. После того, как я расстался с Джиен он взбесился. Он называл меня слепым идиотом, что позволил ей мне изменить, что я этого не замечал столько времени, — его голос стал более хриплым и тихим, а глаза стали бегать по всему, что он видит, будто готов заплакать. — Я хотел признаться тебе в тот день во всем: что уезжаю, что Джиен не так хороша, как я рассказывал и то, что я знаю о твоих чувствах ко мне. — Вот как, — прошептал Тэхен и перевёл взгляд на друга, поежившись от холода. — Почему ты молчал о том, что знаешь про меня? — Я боялся. Знаю, это самая ужасная причина молчать, но я боялся тебя потерять. — А в итоге сам пропал, — горько усмехнулся Ким. — Прости, мелочь, я не знал... — Прости? — перебил он друга и достаточно резко продолжил, будто если сейчас он не скажет этого, то больше никогда. — Я из-за тебя не закончил школу, я не поступил в университет, меня не берут ни на одну работу. Я живу на тысячу вон в неделю, если повезет, благодаря стихам. Я не хочу жить, я не вижу смысла в своём существование. Если бы не Юнги, черт его побери, то я бы уже давно лежал в земле. Я мечтаю о смерти, Чонгук. Как мне тебя простить, скажи? Я люблю тебя, до сих пор люблю. Это так больно, хён. Чонгук поджал губы, слушая монолог младшего. В уголках глаз Кима начали скапливаться слезы. Чон прижал его ближе к себе, крепко обнимая. Уложил голову друга на свое плечо, слыша его всхлипы, и погладил его по волосам, стараясь хоть как-то его успокоить. — Мелочь, — позвал друга Чонгук, когда тот немного успокоился, — я люблю тебя. Но наша любовь разная, — послышался очередной всхлип. — Может... Нам стоит проявить её в ином мире? Взгляд Тэхена стал нечитаемым. — Иной мир это... — Давай умрём вместе, Тэхен? В один день. Давай станем счастливыми? Сейчас, — прошептал Чон, смотря в глаза младшего, который был готов разреветься. — Я не держусь за жизнь и эти шесть лет я пытался избавиться от этого чувства, но это невозможно. Я не хочу жить без тебя, а рядом - я делаю тебе больно. Тэхен отстранился от друга и встал на ноги. Чонгук последовал его примеру. — Тогда давай совершим этот грех вместе? — прошептал Ким, смотря в глаза того, кто стал в его смыслом жизни. Того, с кем он решил уйти из неё. Они были не в себе. Оба. Но это их не волновало. Спустя шесть лет они могут быть вместе, но только если оба умрут. Ледяной ветер утих, лишь иногда тревожа листья деревьев. Чонгук взял младшего за руку и они медленно приблизились к краю крыши. Ким сжал его руку, показывая, что ему страшно, но почувствовав успокаивающее поглаживание на своей руке, успокоился и прикрыл глаза. Минутное молчание и Чонгук приблизился к уху Кима. Прошептав всего два слова, на лице Чонгука застыла лёгкая улыбка, а Тэхен довольно улыбнулся. Шаг. Темнота.

***

Юнги шёл медленным шагам мимо памятников и крестов, ища нужную ему могилу. За ним бежали два мальчика, держась за руку и молча, оглядывая незнакомую и пугающую местность. Все троя хотели развернуться и уйти, сбежать и никогда сюда не возвращаться. Но жизнь решила иначе. Снег давно растаял. На деревьях уже появились новые зелёные листочки и в траве виднелись душистые цветы. Такие живые, несмотря на то, где они растут. Дойдя до конца кладбища, перед Мином и детьми стояла одинокая двойная могила.

"Чон Чонгук и Ким Тэхён. Дата смерти: 25 декабря 2023 года."

Дети положили по две веточки лаванды на могилу и прижались ближе к старшему, всхлипывая. — Юнги-хён, — позвал парня один из них, — а что написано в самом низу? Юн, смахнув слезы, проследил за взглядом ребёнка и тяжело вздохнул, а затем тихо, еле слышно прошептал: — Я счастлив.