Ведьма

Этой ночью Бомгю не сомкнул глаз ни на минуту. Рядом тихо посапывал Тэхен, а Кая в их комнате не наблюдалось, что было странно, ибо договорились они лечь все вместе. Но думать о наличии младшего хотелось в последнюю очередь. Все мысли заполонил тот поцелуй. И не с кем-то там, а с Ёнджуном. Внутренний голос так и кричал «это было случайно, он поцеловал тебя не с тем посылом, да и тем более был не в рассудке», но сердце так отчаянно надеялось: он тоже ему нравится, так он выразил свои чувства. И вопрос насчёт Хёнджина не был ради интереса. Бомгю противоречил сам себе, царапал и ругался про себя. Хотелось, чтобы на утро никто из них не забыл об этом, а после они поговорили. Но в это время не хотелось его видеть совсем-совсем — было невыносимо стыдно. От чего и почему он всё ещё не понял, но откуда-то взявшаяся ненависть по отношению к себе накатывала с головой, оставаясь где-то в области груди и оставалась там острейшим ножом, проходящим по телу всё больнее с каждым порезом. Ему не стоило отвечать на поцелуй. Нужно было оттолкнуть его. Зря он согласился на это. Ёнджун точно не думает о нём в таком плане. Он просто не может так о нём думать. Бомгю всего лишь младший брат его лучшего друга, не более. Не должно быть большего. Возможно в каком-то плане они и сами являются, какими никакими, но друзьями. И не больше. Становилось противно от себя и своих мыслей. Их слишком много и они лишние. Определено лишние. В голове всплывает образ Ёнджуна: черты лица и глаза. Его ебаные глаза, в которые теперь будет неимоверно стыдно смотреть. Даже сейчас, просто вспоминая его взгляд, хотелось спрятаться и убежать далеко-далеко, чтобы его никто не видел. Это слишком.

***

Заснул Бомгю под самое утро, проспал всего два часа: разбудил Тэхён. Часы показывали двенадцать утра. Наверное, все уже встали, раз его будят. — Гю-а, ты долго ещё спать будешь? Все давно проснулись, — дергая Чхве за плечо произнёс Кан. Старший еле как открыл глаза от недолгого сна, сперва не осознавая что вообще происходит и где он находится, не узнавая собственную комнату, в которой провёл все года своей жизни. Она, конечно, менялась по мере взросления её владельца, но не настолько, чтобы стать неузнаваемой. После нескольких попыток проснутся Гю все же принял сидячее положение, всё ещё потирая глаза. — Ты сколько спал вообще? — поинтересовался Тэхён, смотря на состояние друга. Вроде не пил, а встает все равно тяжело. — Думаю, часа два? — скорее вопросительно, чем утвердительно сонно ответил Гю. В ответ послышалось удивленное «Два?», а потом ожидаемый вопрос, на который совсем не хотелось отвечать. — Почему? Я слышал, как ты пришёл спать в часов шесть утра. Конечно, Бомгю доверяет друзьям больше, чем самому себе, причин недоверия совсем не было, да и знакомы они с первого класса, но говорить настоящую причину было безумно страшно. Ко всему этому ещё и стыдно, что он так позорно сбежал. Ещё и зная, что эту информацию Кан воспримет в штыки, а потому будет указывать на «очевидные факты», которых Гю попросту не замечает. Однако сам же Чхве боится воспринять это не так, как есть на самом деле. Он боится ошибиться. — Фильм страшный был, — оправдался старший. Наполовину это было правдой. Бомгю действительно плохо переносил страшные фильмы, а потому мог не спать ночами, представляя у себя на потолке в самом тёмном углу чудовище или под кроватью, что так и тянет к нему свои ужасающие лапы. Вот только на этот раз чудовищем было его собственное сознание, пожирающее его и подталкивающее самые неприятные мысли, не давая увидеть «очевидное», по словам Тэхёна. — Чем закончился? Это было неожиданно. Такое он явно не думал услышать. Фильм они не досмотрели, хоть и до середины Гю посмотрел. Успел посмотреть. Резкое замешательство со стороны Бомгю не могло уйти мимо взгляда Кана, который знал своего друга на все сто, так что лишь по одному выражению лица, тембру голоса и количеству вздохов при паузах мог понять его. — А… Там… Я и не запомнил почти, — Бомгю правда пытался ему соврать. — Ясно. Как захочешь — расскажешь. Ну вот, Кан снова показал свою лучшую сторону. Одну из тысячи. Гю был неимоверно благодарен ему за это, хоть и понимал, что ему безумно интересно узнать причину. От такого отношения со стороны ему стало тошно от самого себя. Друг волнуется, а он убегает от проблемы, даже не делясь ею ни с кем, хотя определено есть с кем. — Спасибо, — выдохнул Чхве. — Пошли вниз, горе-романтик, — усмехнулся Кан. Понял, что там связан Ёнджун. Но тут и гением быть не нужно, чтобы осознать такую простую истину. Спустившись вниз, ко всем, Гю сначала пошел в душ, чтобы хоть как-то привести себя в порядок, иначе два часа сна слишком хорошо оказались на его внешнем виде. Прохладная вода была как никогда кстати. Помогла и мысли более-менее в порядок привести, и себя самого. Зайдя на кухню он не увидел ни Сонхуна, ни Хёнджина, ни Миён с Шухуа. Зато Ёнджун, собственной персоной, стоял около плиты, ожидая пока вскипит чайник. Кай с Субином разместились на диване, младший положил голову на плечо Чхве, что не меньше поразило только проснувшегося Бомгю. Но никого не смутило их положение, даже Тэхёна. Первый на него обратил внимание Джун, сначала окидывая взглядом с ног до головы. В его взгляде не было ни отвращения, ни ненависти, ни предвзятости. Но и смотрел не как обычно. Сейчас хотелось не спрятаться, а дать пощечину себе же. — Доброе утро, Гю-а, — сказал Ёнджун. Голос был вроде как обычно, но что-то в нём было. Что-то, за что вроде ухватился, но тут же упал обратно в пропасть без возврата. Остальные, кроме Тэхёна, последовали примеру Джуна, пожелав Бомгю доброго утра. За весь короткий путь до стола Чхве старался не смотреть в сторону Джуна, что стоял лишь в шортах и свободной майке без рукавов. Открывался вид на его руки, от чего хотелось посмотреть. Хотя бы чуть-чуть, но нельзя, иначе он пересечется с ним взглядом, который он совсем не стеснятся отпускать, провожая им младшего. — Чай, кофе делать? — спросил Ён. Бомгю вздрогнул от голоса хёна и моментально ответил: — Кофе. Ещё несколько секунд он просидел в полном оцепенении, если бы не Кай, что переложил голову с плеч Субина на его колени. Вопрос сам нарисовался в голове Чхве. — Что уже успело произойти всего за ночь? Хюнин тут же растерялся, глядя в сторону Бина, надеясь, что тот сам все объяснит, а он лучше молча полежит. — А… ну… мы это… — начал Чхве, но был перебит Тэхёном, который понял, что дождаться от них объяснений точно не получится. — Встречаться они начали. Спать нормально нужно было, чтобы не пропускать ничего, — и тут отчитать умудрился. Ёнджун кинул взгляд в сторону растерянного и удивленного Бомгю, который сейчас не мог логически связать и пары слов. Услышать такие новости сейчас он точно никак не ожидал. Конечно, он понимал, что они начнут отношения, но чтобы так скоро? Им с Ёнджуном потребовалось сколько лет нормального общения, чтобы просто поцеловаться, а они… Так, стоп. Бомгю снова понесло не туда. Он мысленно махнул головой, отгоняя мысли об одном человеке, который не отрывал от него взгляд, благо, чайник закипел. Перед Бомгю появилась кружка с горячим кофе, возвращая его в реальность из мира своих, тянущих ко дну, мыслей. — Спасибо, — тихо кинул Гю, все же встречаясь взглядом со старшим, что так и кричал, что требует объяснений. и им не избежать этого. По крайней мере, Бомгю будет пытаться сбежать, — когда вы успели? — Сегодня ночью, — ответил ему Кай. — Вы там хоть не потрахались, пока одни в комнате ночевали? — усмехнулся Гю, а за ним и ещё двое. Кай недовольно цокнул, не удивляясь таким шуткам со стороны друга. — Бомгю! По губам бы тебе за такие слова, — замахиваясь рукой, сказал Субин. Бомгю начал смеяться звонче, все ещё ловя на себе взгляды старшего. Атмосфера вроде разрядилась, но Тэхён то и дело, что чувствовал напряжение в отношениях друга и Джуна. Оно так и висело в воздухе, отражаясь то дело во взглядах, разговорах и движениях с их сторон. Что-то точно произошло. — Я на твоей кровати больше лежать не буду, мало ли, — продолжал Гю. Не мог он остановится на одной шутке. — Я и не просил тебя там лежать, — цокнул Субин, явно не оценивший его юмор. Обстановка больше не была давящей, так казалось Ёнджуну, но вот Гю было не комфортно под всеми тяжелыми взглядами старшего. Тот явно это заметил, поэтому и смотрел.

***

Неделя шла быстро. А этого очень не хотелось, так как Субин поставил брата перед фактом об их занятиях физикой с Ёнджуном в эту субботу. Отказаться он не мог, возразить тем более, иначе придется объяснять причину, в случае с Гю — искать, чего делать крайне не хотелось. Он старался обходить их каждую перемену. Чхве знал расписание старшего наизусть, а потому это получалось. Однако Каю приспичило встретится с Субином в школе, при том, что после неё они все равно пойдут гулять, бросая друзей на произвол судьбы. Бомгю даже завидовал в какой-то степени, но по-доброму. Он был рад за друга. — Пойдем в столовую, там сейчас Субин-хён, — собирая вещи, сказал Кай. — Я сразу нет, мне нужно Бахи найти, — отказался Тэхён. Оба друга уставились в сторону Кана, ожидая объяснений, так как насчёт своего сообщения на ночевке он так и словом не обмолвился. — Договоримся о встрече после уроков, чтобы все обсудить, — пояснил Тэ. Парни кивнули и пожелали удачи, а вот Хюнин был всё ещё удивлен тому, как его лучшего друга угораздило влюбится в его родную сестру. Нет, конечно, он считал свою сестру очень хорошей и красивой, но ощущалось это странно. — Я тоже не смогу, мне нужно… — на ходу пытался выдумать Гю, — отнести дополнительное задание госпоже Мин. Пересекаться с Ёнджуном не хотелось от слова совсем. Но он нагло соврёт, если скажет, что отказываться увидеть Джуна хотя бы раз было легко. Ему очень хотелось, как минимум, услышать его голос или мельком посмотреть в его сторону, но он не выдержит этого. Только-только мысли начали приходить в норму, как эта волна нахлынула бы с новой силой. — Какое дополнительное задание? — поинтересовался Хюнин. Бомгю понимал, что с Каем будет сложно. Пока не расспросит все, что нужно — не отстанет. Этим он и отличается от Тэхёна, который будет подавлять интерес, но никогда не станет наседать, останется терпеливо выжидать, пока человек не расскажет сам. Но ценил он их одинаково и доверял тоже. Иногда Бомгю не знает чем заслужил таких друзей, как они. Даже промелькнула мысль, что он и вовсе не заслуживает их, ибо не может отплатить им той же поддержкой и пониманием, что и они его. Так, Бомгю снова понесло не в том направлении. — Доработать оценку. По прошлой контрольной Бомгю ведь получил низкий балл, — начал Кан, глянув на замешательство друга. Этот ответ удовлетворил Кая, хоть на душе и осталось чувство, что ему тоже что-то не договаривают. Но это что-то лежит далеко не на поверхности. Спрятано где-то внутри самого Чхве и обвешено цепями, чтобы вдруг никто не посмел посмотреть без спроса. Однако цепи ужасно непрочные и вот-вот сломаются, придется вешать новые до тех пор, пока они все не придут в негодность. Каждый разошёлся по своим делам, только вот Гю и идти-то было некуда. Без друзей ходить по школе не так комфортно, все будто прожигают его взглядом. И не своим взглядом, а его взглядом. Бомгю решается спустится на второй этаж, направляясь в туалет, чтобы скоротать время — там он точно никого не встретит. Подходя ближе к лестнице он видит две слишком знакомые макушки, понимая, что один из них Субин, а второй никто иной как Ёнджун, он тут же меняет направление и идет назад, слыша вслед знакомое «Бомгю!», хоть и принадлежало оно не Джуну. Делает вид, что не услышал и спешит спустится по другой лестнице. Хоть так и дольше, но проходить мимо них — себе дороже. А себя Гю, вроде как ценит. Вроде как. Руки снова немного подрагивают от волнения. Это слишком. Бомгю бы хотелось понимать мотивы Ёнджуна, но он не может. Подойти поговорить тоже. Кажется, что все очевидно и лежит буквально у него под носом, но теперь Гю чувствует себя Субином, который сомневается в ответных чувствах. Ему буквально признались, но он все равно сомневается и путается. Ужасно путается и не знает что делать. Наверное, все же стоит рассказать Тэхёну и Каю, чтобы те получше отчитали его и он наконец-то нашёл выход, а может и поговорил с Ёнджуном. Наверное, стоит прекратить убегать от проблем. Но это потом, ему всё ещё следует скрыться от хёна.