Mr. Showtime

Цукаса больше не мог находиться на манеже. Он попятился назад, утаившись в тени от яркого света прожекторов. Его сердце учащённо билось. Собственный пульс отзывался в ушах. Кольца конструкций сжали фаланги так сильно, что кончики пальцев приобрели фиолетовый цвет. Воображаемые зрители вмиг испарились со своих мест. «Что со мной творится?! Выступать это же не страшно... так ведь?» Эти вопросы раз за разом проносились бешеной каруселью в мыслях юноши, отчего кружилась голова. Но всё же одна странная вещь бросалась на первый план. Когда в разуме царил настоящий хаос, тело противоположно переживаниям законченело, словно от самого лютого мороза. И, несмотря на всю абсурдность ситуации, на лице шута появилась улыбка. Натянутая, широчайшая, неестественная улыбка. В такой-то момент улыбаться совсем не хотелось, но Цукаса не мог контролировать это. Он прислонил руки к щекам, растягивая их в разные стороны и пытаясь опустить уголки губ вниз... В итоге у него ничего не вышло: улыбка не исчезла, а сделалась куда более безумной. Теперь стало по-настоящему страшно. Перед юношей сразу предстал срочный для решения проблемы вопрос: как же вернуть прежнее выражение лица? Было бы неудобно, если бы кто-то застал его в таком виде. Решив разобраться с этим позже, Цукаса без оглядки ринулся к своей комнате, попутно молясь о том, чтобы никого не встретить на пути. Он даже не догадывался, что был уже кем-то замечен. Забежав в комнату на ватных ногах и, предварительно захлопнув дверь, шут торопливо опустился на пол, стиснув колени в объятиях. Ему до сих пор было тревожно, ведь он не понимал, что с ним происходит. Неужели он сходит с ума в этом безумном месте? От недоумения и паники хотелось кричать, но выдавить что-то громче слабого шёпота требовало удивительно много усилий. Юноша думал, что вот-вот свихнётся, как вдруг раздался очень тихий одиночный стук. Все странные «эффекты» как рукой сняло. Улыбка мгновенно спала с лица, а тело вновь окрепло. Не обратив на это облегчение как такового должного внимания, Цукаса привстал и потянулся к ручке двери. Однако, открыв дверь, он пришёл в замешательство, ведь на пороге никого не оказалось. Окинув беспокойным взглядом коридор, шут так никого и не заметил.

. . .

—... И компания из четырёх друзей стала самой дружной во всём белом свете. Конец! — мальчик закрыл книжку. Светловолосая девочка тихо всхлипнула: — Какая трогательная история, — она потёрла уголок глаза, где скопилась слеза, и тут же нахмурилась, — те зверушки такие злые! Почему они втроём не приняли к себе ещё одного? Чем больше, тем наверняка веселее. — Ну-ну, я не думаю, что они злые, раз не приняли к себе четвёртого зверька. Всё-таки трое друзей были уже достаточно близки и им этого вполне хватало для комфорта. — Ох... — блондинка ненадолго задумалась, после чего приобрела счастливый вид, — но я рада, что у этой истории хороший конец. Мальчик не мог не улыбнуться, глядя на радостное лицо сестры: — Я согласен с тобой.

. . .

Цукаса резко распахнул глаза, проснувшись. Саки. Обречённый, но сдержанный вздох сорвался с его губ. Очередной сон. Прошло столько времени, а старший брат всё ещё не сбежал отсюда. И многие загадки этого потайного цирка так и остались неразгаданными, что никак не давало расслабиться. Удручённые мысли внезапно прервал глухой грохот поблизости. Всмотревшись в темноту, юноша увидел лежавшую на полу марионетку в виде шута. Это было странно, так как до этого она лежала на столе. Видимо, та каким-то образом упала. Юноша только собрался поставить куклу на место как, моргнув, её и след уже простыл, а дверь стала открыта нараспашку. Цукаса мигом поспешил на поиски марионетки, тревожась, что могло бы приключиться за пределами комнаты. Он еле привык к оживающей в любой момент кукле, а тут вдобавок надо следить за ней, чтобы она ничего не учудила. Юноша пока не доверял мини шуту вольно разгуливать по цирку. Блуждая по тёмным извилистым коридорам цирка ему никак не удавалось найти беглеца. Стены и комнаты постоянно меняли своё местоположение, что стремительно сводило с ума, когда, в сотый раз завернув в другом направлении, натыкаешься на ту же комнату, какую видел десять шагов назад. На счастье Цукасы, у него получилось найти сидящую марионетку возле одного из поворотов. Бесшумно подкравшись на самых носках, юноша ринулся к кукле и в момент ловко поймал её. Но не успев порадоваться своей маленькой «победе», он ненароком подслушал отрывок диалога, который донёсся из-за угла. —Это безумное выражение лица... С ним определённо что-то не так. — Это всё чересчур странно, — после сей фразы последовал тяжёлый вздох, словно обладатель голоса со своим привычным холодным тоном был чем-то озабочен. Глаза Цукасы вмиг распахнулись. «О ком они говорят? Неужели...?» Неужели о нём? От осознания внутри что-то неприятно кольнуло. Он снова не был в силах сдвинуться даже на миллиметр, застыв как статуя, что в очередной раз вызвало нарастающее беспокойство. Ошарашенный юноша только и мог стоять на одном месте, пытаясь хоть как-то оправдать те слова, якобы они относились не к нему. Но кого он пытался обмануть? Он понимал, что, раз его застигли в том жутком состоянии, то это уже никак не утаить. Наверняка остальные начали пренебрегающе думать о Цукасе, как о каком-то сумасшедшем, которого стоит сторониться. В глубине души он не желал, чтобы эта мысль была правдивой. Его уголки губ непроизвольно вскинулись вверх, образовав задорную улыбку, хотя в такой-то ситуации вновь было совершенно не до улыбок.

. . .

Новый день — новая репетиция и подготовка к предстоящему шоу. Дни и ночи бегло сменялись, что способствовало совсем скорому наступлению того знаменительного и довольно волнующего события. Тренировки у труппы приобретали всё более интенсивный вид, чтобы как следует отрепетировать программу. Забив на неважное состояние, Цукаса старался поспевать за всеми, навёрстывая недостающие умения. Конечно, ему было трудно от недостатка опыта, однако бездействовать и тем самым подводить троих участников не хотелось. Осваивать новое, особенно в цирковых номерах, всегда нелегко, вдобавок к тому, что юноша и представления об этом всём до этого времени не имел. И, возможно, тут как кстати пришёлся бы чей-нибудь совет. Он ведь теперь состоит в Wonderlands x Showtime (пусть и частично), где каждый профессионал в своём деле. Кто-то уж точно должен натолкнуть его в нужное русло. Но юноша забыл учесть занятость других членов труппы и некоторые не слишком приветливые отношения к нему. До Эму просьба Цукасы и близко не доходила, ведь та была полностью погружена в процесс своего номера. Прыгая на огромном мяче, девушка подлетала почти до самого верха шатра, выполняя различные трюки в воздухе и при этом весело хохоча. Казалось, её ничто не смогло бы отвлечь от «развлечения», будь то чей-то зов или цунами. Очевидно, к Руи было бесполезно обращаться, потому что уже лишь по одному его смиряющему взгляду блеклых жёлтых глаз всё становилось предельно ясно: ему лучше не мешать. А что насчёт Нене? Беспечно жонглируя кеглями она не выглядела так, будто была очень занята подготовкой. Да и та вроде не пыталась показать своим видом отвращение к светловолосому юноше. Последняя надежда оставалась на неё. Но когда Цукаса направлялся к Кусанаги, то она начинала стремительно отдаляться от него, после чего устраивалась в другом более неприметном месте. И так продолжалось на протяжении какого-то времени. Всё происходящее больше походило на прятки, а не на попытку завязать разговор. — Нене! — наконец окликнул её шут, но противоположно отклику, девушка окончательно куда-то сбежала с манежа. Юноша недоумевал, почему Кусанаги так старательно избегала его. В голове, не прекращая, зарождались новые тревожные размышления. Ему сперва показалось, что её поведение не подвергалось никаким логичным объяснениям... Как вдруг воспоминания с ночи нахлынули на него, будто окатили ледяной волной, резко пробудив и поставив перед нежеланным для осознания фактом, отчего ему стало не по себе. Больше думать не пришлось, чтобы догадаться до истинной причины её бегства. Юноша задумчиво потянул себя за щеку, устремив понурый взгляд вниз. Из подавленных мыслей Цукасу поспешно выдернуло чьё-то активное и по ощущениям яростное шевеление в области своей же желтки. Он мигом потянулся к карману, боясь, что если не поторопится, то в ближайший срок обнаружит в своём шикарном костюме шута лишнюю дырку. Не медля, тот решительно схватил маленькую ногу (это первое, что попалось ему под руку) и вытащил марионетку, будто кролика из шляпы. Меньший собрат сразу начал часто вдыхать, наполняя свою деревянную грудную клетку воздухом. Это выглядело весьма иронично, ведь неживому предмету так-то кислород был ни к чему. Однако всем уже давно известно, что в цирке не существовало грани между возможным и невозможным. — Боже мой милостивый, чуть на тот свет не отправился! — мини шут схватился за горло и прокашлялся, — ты... — его крошечный палец грозно указал на владельца, — ты хоть подумал обо мне?! Мы же тёски и крепкие товарищи, мы должны относиться друг к другу с уважением как минимум! А ты со мной поступил очень грубо, оставив задыхаться! — Я просто не хотел, чтобы тебя кто-то заметил или чтобы ты вляпался в неприятности! — собеседник на эти слова лишь саркастично закатил глаза, — тем более на что тебе воздух, если ты всего-навсего игрушка? И с чего ты вообще взял, что мы товарищи?! — уже сердито ответил блондин на чужую ярость. Мини шут нахмурился и возмущённо вздохнул: — «Игрушка»?! Ах раз так! Раз ты не хочешь дружбу водить! — внезапно он закрутился вокруг руки Цукасы, будто бы тот крутился на турнике, после чего ловко высвободился из «оков» и, дразняще показав язык, понёсся туда, где репетиция шла полным ходом. Юноша негодующе распахнул глаза, находясь в шоке от такого своевольного поведения марионетки. Но, тут же опомнившись и осознав, куда она держит путь-дорогу, тот спохватился и побежал следом. — А ну стой! — к сожалению, любой крик проходил мимо ушей куклы, поэтому звать её, исходя из проб, — дело тщетное. Тем временем они уже выбежали на манеж. Цукасу это должно было как-то остановить или хотя бы замедлить, потому что приковывать все возможные взгляды к погоне точно не было в его планах. Однако постоянные передразнивания мини шута подливали целую тонну жирнейшего масла в огонь, и некий «азарт» возрастал. Естественно, разворачивающееся столь комедийное на вид преследование сразу же приковало к себе большое внимание и интерес присутствующих. От недопонимания, из-за чего Цукаса носится, попутно что-то раздражённо крича, те приостановили свои дела, ну а поняв причину, на них сошло веселье. Было забавно наблюдать за сим зрелищем. Особенно забавляла присущая ему абсурдность. Пусть марионетка была маленькой, зато проворной до чёртиков, что даже Цукаса, у которого один шаг равнялся к пятидесяти шагам марионетки, никак за ней не поспевал. — Аллей-оп! — напоследок мини шут сделал сальто, приземлившись на голову Цукасы, а потом достойно поклонился, словно тот только что участвовал в самом настоящем выступлении перед целой ареной зрителей. Трое наблюдавших залились удовлетворённым смехом, не жалея аплодисментов «актёрам». Теперь у Цукасы получилось поймать хитрого сорванца, которого оставалось только хорошенько отчитать, но тот уже безжизненно повис в руке, сумев избежать упрёков на этот раз. — Цукаса-кун! — переполненная воодушевлением и восторгом Эму тут же примчалась к нему, пока тот, в свою очередь, настороженно держал мини шута к себе поближе, — как ты это сделал? Что это за очаровательная куколка? — она, как ураган, завертелась вокруг, старательно стремясь хоть на мгновение дольше полюбоваться такой удивительной вещицей. Благодаря напору со стороны и через небольшую натяжку, но всё же владелец вещицы в итоге дал и другим взглянуть на неё. Участники труппы заметно переменились в лицах, действительно удивившись её искусности. — Ух ты! Он как уменьшённая версия тебя! Вы словно близнецы, — хихикнула Отори, продолжив увлечённо рассматривать и комментировать каждую мельчайшую деревянную деталь. Цукасу эти примечания заставили уйти в раздумья. Кинув взгляд на марионетку, до него только сейчас дошло то, насколько они идентичны внешне: и одеждой, и цветом волос, и даже очертаниями! Как жаль, что по характеру были совершенно разные. — Хм, неужели сам цирк наделил жизнью эту марионетку? — поинтересовалась Нене, тем самым выдернув блондина из мыслей, — но тогда откуда она взялась, если до этого ни разу нам здесь не встречалась? — Нет, она не под контролем цирка, — юноша всё-таки решил самостоятельно объясниться. Ну а что ещё оставалось терять? — я полагаю, что это вроде как мой дар? Ещё с первого дня я от незнания сделал так, чтобы этот шут вёл себя порой совсем не как обычная кукла... Но заранее предупрежу, что поведение его просто несносное! И- — Фу-фу, не кипяшуй. Стыдиться за столь талантливого компаньона не стоит и капли, — подначил Руи, расплывшись в хитрой ухмылке, точно кот. В его словах, адресованных Цукасе, несомненно сквозило насмешкой, что вызвало изумление у светловолосого юноши, — однако неважно, дар это или проделки цирка, ваше шоу вышло на славу, — а в прозвучавшей похвале на удивление не чувствовалось и намёка на привычный сарказм или ложь. — Да-да, мне тоже оно очень понравилось! — активно подхватила Эму. — Давно меня так ничто не смешило, — Нене мягко улыбнулась. В её глазах так и читалась чистая радость. Приятные впечатления ребят от недавнего случившегося давали Цукасе утешающую надежду на лучшее. Ведь он как раз таки и нуждался в честном мнении того, кто опытнее его (пусть и то, что произошло, было не по его воле и даже не по сценарию номеров). Раз все смеялись и раз все остались довольны, то значит, он справлялся со своими задачами шута. — Из тебя и того классного маленького друга вышел отличный дуэт! — подметила Отори, после чего стала выглядеть слегка досадно, — по-моему ты зря таил от нас его существование. Наверняка прятал куколку где-нибудь в кармане, а ему там нечем было дышать! — Ха? И ты заладила?! Всё внимание словно приковалось к одной лишь марионетке, но, немного погодя, весь дружелюбный разговор не остановился только на ней. Он с неё только начинался. Члены труппы вскоре начали беспечно беседовать, переходя с темы на тему. В этих посиделках царила комфортная тёплая атмосфера, которая давала расслабиться и напрочь забыть о заботах. Кто бы мог подумать, что из-за одного сложившегося случая отношения между участниками улучшатся и так окрепнут. До этого Цукасе абсолютно не верилось, что его когда-либо примут, но видно карты судьбы решили лечь по-другому. Их разговоры были весёлыми и долгими... ... — Они все шутили надо мной, издевались... Да, мне было неприятно, но потом они отхватили своё! Я их так удачно разыграл, что все одновременно попадали от ужаса! Кто-то кричал: «А-а-а!», а кто-то: «Кья-я-я!»... — даже если какой-либо рассказ Цукасы, возможно, и не был таким смешным, то его выразительная жестикуляция, манера речи и мимика не могли никого оставить равнодушным. Результат был на лицо: звонкий смех Эму раздавался громче всех, Руи продолжительно и весело хихикал, а Нене частенько усмехалась. Эти перемены в светловолосом юноше, которые делали его смешнее для окружающих, смелее и веселее, не сказать, что были плохи. Однако всё равно ощущалось, что что-то тут не так. Глаза Цукасы горели так ослепительно, как никогда. Но этот блеск явно был не тем. Хотя в такой-то момент его это совершенно не заботило.

. . .

То самое манящее чувство охватывало целиком, словно крепкая паутина смыкалась цепью вокруг обессиленных крыльев бабочки. А запутываясь в этом глубже, становилось лишь спокойнее и уютнее. Если этому ощущению необходимо больше, так пускай глотает полностью! Пускай жадно съедает каждый кусок, а потом довольно обгладывает кости! Ведь только благодаря ему юноше удалось вспомнить и почувствовать то искреннее счастье, которое так давно потухло в груди. Поверхность зеркала отобразила, как на лице снова появилась она. Улыбка. Она была искренней. Прямо как тогда. Или, может, он ошибся в этом?.. — Признай и прими наконец, тебе нравится твоё новое «я».