новый опыт

После того, как Джисок ушёл, Чонсу занялся обычной домашней рутиной и приведением своего жилого пространства к привычному порядку, отдаваясь потоку мыслей.  Он размышлял обо всём, что было за последние два дня. Всего лишь сутки назад его остро беспокоило самочувствие Гаона во время их сессии. Чонсу хотел услышать подробный отзыв и критику каждого своего движения. Сразу же вспомнился растерянный Джисок и его переживания о подготовке к их следующему разу. Значит, он тоже почувствовал себя будто перед экзаменом? Не проще ли было бы им плюнуть на это и продолжать просто заниматься сексом в своё удовольствие? Чонсу хмыкнул себе под нос. Нет, на самом деле, он определённо не жалел ни о чём, а более того он ждал именно следующую встречу. Ждал чего-то такого, что было между ними утром или в те разы, когда Гаон, неосознанно или намеренно начинал властвовать в их играх и проявлять инициативу. Дело было не совсем в том, что Чонсу любил пассивную роль и даже не в том, что он привык избавлять себя от ответственности. Ему нравилось видеть изменения в поведении Джисока. Чонсу завораживало то, как этот парень раскрывался у него на глазах. Чонсу будто наблюдал за тем, как Гаон учился играть на каком-то музыкальном инструменте и не просто зубрил теорию, а сам добывал какую-то информацию, исследовал, импровизировал, практиковал и пытался интуитивно играть по-своему. Об этом было странно думать так много. Чонсу было даже неловко за то, как сильно его это увлекло, но он ничего не мог с собой поделать. Гаон был способен удивить его во время каждой встречи, будто не он совсем недавно был неопытным девственником, а Чонсу. К тому же, с Гаоном всегда было легко и спокойно. Чонсу не чувствовал от него угрозы или давления, как от других бывших партнёров, которые возможно и были опытными, но с ними было дискомфортно. Джисок будто не мог себе позволить, не волноваться о Чонсу. Иногда, конечно, предосторожности были излишними, но как же чертовски приятно, что для Джисока так важно самочувствие партнёра. Больше всего Чонсу нравилось то, что ощущение безопасности не мешало флиртовать и вспыхивать по щелчку пальцев, а потом так великолепно трахаться, что лишь от воспоминаний об этом дрожь пробирала. Руки Гаона всегда хорошо лежат на теле Чонсу, а поцелуи такие сладкие... Чонсу встряхнул головой и тяжело вздохнул. Его ждала стирка. Когда он зашёл в ванную комнату и встал перед зеркалом, взгляд сразу же упал на новые засосы и укусы, украшающие собственную шею. Новые яркие следы перекрывали еле заметные повреждения после прошлого раза, сливаясь в один завораживающий болезненный рисунок.  Чонсу провёл пальцами по травмированной коже и пустым взглядом уставился на зеркало. Блять, как же Джисок целуется... — Он ушёл несколько часов назад, и я серьёзно думаю об этом сейчас? — одёрнул себя Чонсу. Желая укротить навязчивые образы, он обернулся к корзине с бельём и настроился на решение этой задачи. Рубашка, штаны... Чонсу взял руки чёрно-белое платье и ощутил шлейф знакомого запаха, от которого его тело привыкло реагировать уже молниеносно. Джисок вряд ли пользовался парфюмом, но от него всегда приятно пахло. Это был тонкий аромат, который смешивался с эфирными маслами какого-то дезодоранта без резких острых или кислых нот, которые Чонсу не мог терпеть от некоторых парней.  Когда они в первый раз переспали, Чонсу мимолётно подумал об этом. Если бы его не устроил запах Гаона с самого начала, то Чонсу слил бы парня без жалости. Во время секса естественный аромат Джисока приобретал тот самый необъяснимый порочный оттенок. Запах секса — некоторые так это называли. Та нематериальная черта каждого человека, которую было положено скрывать при светском общении, но стоило заняться сексом и этот интимный элемент распускался, как цветок, окутывая любовников общей тайной. На платье остался этот запах. Аромат тела Гаона смешанный с его дезодорантом, пóтом и тем возбуждающим нюансом, смутно различающемся в общей палитре. Чонсу словил себя на том, что медленно втягивал оставшийся запах, приблизив ткань к самому носу, возвращаясь в те минуты, когда чувствовал прикосновения Джисока, поцелуи, несдержанные вздохи, пристальный взгляд... Когда аромат перестал быть таким явным, Чонсу вышел из ванной, чтобы забрать в стирку домашнюю футболку и штаны, которые носил его гость до своего ухода. Или чтобы понюхать эти вещи... Именно это Чонсу и сделал, как только взял в руки одежду. Он поднёс вещи к лицу и глубоко вдохнул, а потом шумно выдохнул. Джисок приятно пах. Этим ароматом хотелось дышать.  Он вдруг замер на пару секунд.  Чонсу постарался отогнать от себя навязчивую мысль, но она распространилась в его голове быстрее, чем он мог что-либо сделать, а тело среагировало моментально. Была ещё одна сильно пахнущая вещь. Прямо здесь, под белым фартуком горничной. Он колебался несколько секунд, но тяжесть уже оттягивала его домашние штаны. Чонсу было стыдно за то, что он так быстро возбудился и из-за причины по которой это произошло. Джисок никогда об этом не узнает. Вообще никто никогда об этом не узнает. Пальцы подцепили кружево. Полупрозрачные пятна едва различались на светлой поверхности нижнего белья. Чонсу медленно поднёс ткань к носу. Ему не верилось, что он делал это, но туман накатившего возбуждения был сильнее. Оттянув ткань брюк, он освободил полутвёрдый член и стал гладить себя, распределяя капли предэякулята по поверхности. Дыхание стало сбиваться. Вновь поднеся к носу кружево, Чонсу сделал вдох и со стоном выдохнул.  Сперма, стекающая по лицу. Губы Гаона приоткрытые во время стонов. Ноги в кружевных подвязках. Укусы в шею. Поддразнивания. Член, оттягивающий щёку. Влажные ритмичные звуки и порывистые вздохи Чонсу, усиленные акустикой ванны, отражались от кафельных стен, пронимая все внутренности.  Он не замечал, как обкусывал свои губы, пока ускорял темп и прижимал к лицу колючее кружево, а частые вдохи наполняли лёгкие и всё его сознание сильным запахом спермы Гаона. Чонсу пришлось долго сохранять быстрый ритм — кончить в третий раз за день было непросто. Беспорядочные образы приходили на ум, а финалом для него стало воспоминание о поцелуях оседающих на новеньких оксфордах. Никто никогда не должен об этом узнать.

***

kwakg: «какой у тебя размер?» jungsupyonie: «сантиметров 20» kwakg: «я про размер одежды—» jungsupyonie: «ах» «ну» «где-то XXL, зависит от производителя, всегда по разному» kwakg: «понял» Чонсу заполнял отчёт в конце рабочего дня в секс-шопе. Он никак не мог найти ошибку в расчётах, поэтому ему приходилось снова и снова ковыряться в столбцах бесконечных цифр и рядах наименований товаров, похожих один на другой. Ему было как никогда легко отвлечься на переписку с Гаоном. kwakg: «про 20 сантиметров ты конечно поскромничал...» Уголок губ Чонсу потянулся вверх и пока он думал, как ехидно ответить на это, Гаон прислал ему следующее сообщение. kwakg: «мне сложно представить как я буду справляться с этим однажды» Чонсу долго сверлил взглядом сообщение. Их разговор уже несколько раз подходил к тому, что когда-нибудь Гаон будет принимающим и чем чаще эта тема поднималась, тем неувереннее себя чувствовал Чонсу. Раньше он не понимал до конца почему. Но это сообщение Джисока попало в самую суть всех сомнений. Член Чонсу большой для Гаона. Как бы не кричали на всех углах о размерах членов и о том, насколько хороши большие, Чонсу не был согласен с общественным мнением. Для себя он понял, что большие члены не приносят ему удовольствия. Каждый раз, когда он принимал что-то крупнее пятнадцати сантиметров, ему приходилось долго себя готовить, сам процесс был дискомфортным и болезненным. Его словно изнутри разрывало, иногда начинало даже тошнить. А парни с большими членами, как правило, не думали о технике, они просто долбились в его бедную задницу. Чем больше у Чонсу было секса с Гаоном и с его замечательным аккуратным членом, тем абсурднее ему казалась идея поклонения гигантским пенисам. Но Чонсу бы соврал, если бы сказал, что не хотел трахнуть Джисока. Хотел. Думал. Но не мог расслабиться во время этих размышлений. Только слепой не заметил бы ярко выраженную разницу их телосложений. Гаон был меньше и всё у него было меньше. Даже после хорошей тщательной растяжки это будет трудно, Гаону придётся терпеть дискомфорт и он испытает скорее пытку, чем удовольствие. Чонсу всё больше и больше тревожила идея о Джисоке снизу. Он с опаской ждал этой просьбы, потому что Чонсу не сможет ему отказать. И навредит ему. jungsupyonie: «тебе не обязательно» kwakg: «нет нет, я очень хочу!» Чонсу нахмурился. Ему было не по себе. kwakg: «но только после сессии» «строго говоря» «то что ты организовал было не совсем бдсм сессией» «точнее сказать» «совсем не бдсм сессией» «в итоге ты меня обманул!» «всё таки нашёл способ слиться, я так и знал!» «это было хитро Ким Чонсу, но ты не отвертишься от настоящей сессии» Чонсу усмехнулся. Его отпустило после этих шуточных претензий и хаотичных коротких сообщений от Гаона. jungsupyonie: «хехе» «это правда» «я специально всё так подстроил» «ты меня накажешь? 🥺» kwakg: «да» jungsupyonie: «о нет, хозяин, только не злись я больше так не буду ТТ» «котёнок плохо себя вёл, но для хозяина он будет вести себя очень очень хорошо» Он написал то, что первое в голову пришло и не относился к их переписке серьёзно, до тех пор пока не заметил, что Гаон прочитал и не ответил. Чонсу решил подоставать его ещё немного. jungsupyonie: «хозяин?» «хозяииииинн» «хозяин, я буду хорошим котёнком 😭» kwakg: «когда ты пишешь "котёнок", то ты говоришь стоп-слово? ты сейчас просишь меня остановиться?» Чонсу тяжело вздохнул. До чего же Гаон иногда осторожничал и любил условности. jungsupyonie: «нет, я сейчас дурачусь и называю себя первым прозвищем которое пришло на ум» «кстати, разве стоп-слово было не "котик"?» «"котик" и "котёнок" разные слова» «если хочешь, то "котик" будет стоп словом, а "котёнок" для унижения моего достоинства» kwakg: «я бы хотел называть тебя Котёнком» Это всё выглядело, как самое безвкусное начало секстинга, которое можно вообразить. И, в то же время, пульсация медленно, настойчиво начала разогревать Чонсу изнутри. Его мысли прочли последнее сообщение на ушко ласковым низким голосом Гаона, щекочущим и соблазнительным. jungsupyonie: «я стану кем угодно для тебя, Хозяин 🧎‍♂️» Чонсу набрал это сообщение уже даже почти без ироничного подтекста. kwakg: «хорошо, Котёнок» «к сожалению, ты вёл себя действительно плохо в последнее время» «ты будешь наказан» Чонсу сглотнул вязкую слюну и закинул одну ногу на другую. Его пробила мелкая дрожь. jungsupyonie: «Хозяин посадит на поводок плохого Котёнка? 😔» kwakg: «нет» jungsupyonie: «Хозяин будет ругаться на плохого Котёнка?» kwakg: «нет» jungsupyonie: «тогда как Хозяин накажет Котёнка?» Чонсу не мог поверить, что печатал такой клишированный вульгарный текст своими собственными пальцами. Но в этой переписке было что-то, что переворачивало всё его существо и требовало добавки. kwakg: «ты должен будешь снять всю свою одежду» Чонсу закусил губу и медленно тяжело дышал, ожидая продолжения. kwakg: «будешь оставаться совершенно голым так долго, как мне потребуется» «до тех пор пока я не захочу увидеть тебя в портупеях» «я одену тебя в них самостоятельно» Чонсу несдержанно хныкнул. ...Гаон гладит его обнажённое тело. Касается везде своими пальцами, откровенно ощупывая и задерживаясь на чувствительных местах. Он туго затягивает ремни, грубо сжимает бока и бёдра... kwakg: «после этого придётся тебя выпороть» Телефон выскользнул из пальцев Чонсу и шумно грохнулся на пол. Его руки дрожали и стали слишком потными. Он поднял телефон с пола, зажал кнопку записи войса и судорожно прошептал «Х-хозяин, пожалуйста», не узнавая своего голоса и не понимая просил ли его остановиться или продолжать. jungsupyonie: голосовое сообщение kwakg: «тебе придётся осознать всю тяжесть своих поступков во время этого наказания, Котёнок» «ты сильно провинился» «наказывать тебя придётся долго» Воображение Чонсу любезно рисовало ему эту яркую картину. ...Тягучие шлепки звонко разбивают тишину между изнурительно длинными интервалами между ними. Его колени и локти болят от стойки на четвереньках, а ягодицы горят от ударов. Портупеи обтягивают его торс и бёдра, жёсткие ремни натирают нежную кожу, а металлическая фурнитура вжимается в мягкие ткани тела. Собственный член, в начале болтающийся между ног, наливается кровью и прижимается к животу... jungsupyonie: «Котёнку не стоило расстраивать Хозяина 😢» kwakg: «не стоило» Чонсу перевёл дыхание. Ему повезло, что сейчас в магазине не было клиентов и ему можно было быть шумным. kwakg: «и ты должен будешь хорошо себя вести впредь, Котёнок» Чонсу начал набирать сообщение с просьбами о похвале и о ласках, но быстро опомнился. Он стёр всё, что написал и отправил совсем другое. jungsupyonie: «Котёнок уже сейчас хорошо себя ведёт» «Котёнок сделает Хозяину очень приятно и искупит свою вину» «Хозяин будет доволен Котёнком» «Хозяину не придётся наказывать Котёнка» kwakg: «нет» «так нельзя» «иначе ты не осознаешь своё поведение» «ты получишь наказание в любом случае» Чонсу закусил костяшку среднего пальца. На него накатила такая похоть, какой он ещё не чувствовал с Гаоном. Ему было стыдно и приятно одновременно. Он забывался. jungsupyonie: «Котёнок хочет заслужить прощение и нежность Хозяина» kwakg: «до нашей встречи ты не будешь прикасаться к себе и я подумаю о том, чтобы немного смягчить наказание» Чонсу ахнул. Ещё чего! Не дрочить целые сутки? Не подрочить прямо сейчас на их секстинг? Как Гаон это себе представлял?! Конечно же Чонсу собрался солгать ему об этом. jungsupyonie: «☹️» «хорошо, Хозяин» «Котёнок будет хорошо себя вести» kwakg: «славно» Чонсу отложил телефон, закрыл магазин и закончил свой рабочий день в подсобке, перечитывая переписку и ублажая себя фантазиями об их следующей встрече.