новый опыт

- утро после 27 главы - Чонсу тёр глаза и зевал, пока готовил кофе себе и Джисоку. Он поставил две чашки на стол и уселся на своё место. Джисок сидел рядом и глядел на него, подперев рукой щёку. — Чего ты? — Ты такой красивый... — честно ответил Джисок. — Умоляю... Я опухший, сонный и ещё не умывался, к твоему сведению. — завозражал Чонсу. — Красивый... — вздохнул Джисок. — Влюблённый дурачок... — Чонсу ткнул его носком в голень и отвёл взгляд. Джисок только захихикал.

***

- несколько дней после - Джимин зашла в секс-шоп за очередными новинками от «sweet zone». Она увидела, как на кассовый прилавок облокотился парень с рыжими волосами и безостановочно ворковал о чём-то негромким низким голосом, а консультант по другую сторону витрины, с застенчиво опущенным взглядом, улыбался, кокетливо прикусив нижнюю губу. — Привет. — поздоровалась Джимин, привлекая к себе внимание. Кажется, она вырвала милующуюся парочку из приятной беседы, потому что от довольной кошачьей улыбки консультанта не осталось и следа, теперь он выглядел, как человек, которого застали врасплох, а рыжий парень перед ним взволнованно обернулся. Джимин узнала в нём своего однокурсника, который за умеренную плату помогал ей с одним из самых муторных, но важных предметов в универе. Так вот оно что... — О... Привет, Джимин... — неловко поприветствовал её однокурсник. Джимин улыбнулась ему и дождалась, когда консультант вынесет из подсобки товары для обзоров. — Как дела, Джисок?  — А... Порядок. — пробормотал он. — Вижу, ты сейчас гораздо лучше себя чувствуешь. Правда? Она видела, как Джисок совсем замялся и не смог найти, что ответить. Джимин еле сдерживалась от усмешки, наблюдая за тем, как симпатичный консультант напустил на себя притворное безразличие. Однако, она ощущала, как от него исходило зловещее мрачное напряжение, усиливающееся с каждой секундой. Его ледяной взгляд блестел, как только что отполированный и заточенный клинок, а поджатые губы медленно искривлялись в неудовольствии. Она прекрасно знала, что значило это лицо.  Изумительное зрелище. — Тебе не о чем переживать, Ким Чонсу. — сказала Джимин, скользнув взглядом по голографическому бейджику консультанта. — Его голова забита только тобой. Она заметила, как Джисок вытаращился на неё. — Ах, ты не помнишь? На студенческой вечеринке, после бир понга... — Джимин перевела взгляд в глаза Чонсу и поделилась откровением. — Джисок целых два часа изливал мне свои страдания о человеке, которого он так сильно любит, что жить не может. Я ещё тогда думала, что же за знакомое имя, откуда я его знаю... — Джимин... — вздохнул пристыженный Джисок. Она наслаждалась тем, как угрожающая стервозная энергия консультанта рассеялась за мгновенье, и он смущённо отвёл взгляд. Кажется, его щёки и уши порозовели. Давненько она не видела, чтобы кто-то был так влюблён. — Вы двое очень мило смотритесь. — хихикнула она, забирая пакет с товарами от бренда. — Пока. Она вышла из секс-шопа с улыбкой. Даже самой захотелось вот так по-детски в кого-нибудь влюбиться...

***

- неопределённый момент из ближайшего будущего - — Так что там... Насчёт совместимости Раков и Козерогов?.. — невзначай спросил Гаон. — А, довольно плохая совместимость. — Джуён махнул рукой и начал объяснять. — Прагматичность Козерогов будет казаться Ракам поверхностной. Раков, в силу своей чувствительности, будет легко задевать отстранённость и расчётливость Козерогов. Козероги сдержаны, хладнокровны и циничны. Это будет обижать Раков, потому что они ценят включённость и сентиментальность. Раки будут стараться тонко намекать о своих чувствах и потребностях, но Козероги намёков не понимают, поэтому не будут покрывать потребность Раков в глубоких чувственных эмоциях. И Раки будут беситься, а Козерогам плевать на это. В общем, не лучший тандем. Вот. — улыбнулся во весь рот довольный Джуён. — А зачем тебе? Гаон угрюмо глядел на лучшего друга исподлобья, а Чонсу рядом с ним старался спрятать смех за покашливанием. — Чепуха это всё, твои гороскопы, я в это не верю... — буркнул Гаон. — Эй, поаккуратней! Точность максимальная! Вот, например, Девы и Близнецы. — Джуён покосился на Оди, стоящего около прилавка с десертами. — Прекрасная совместимость. Можно сказать, идеальная. — О чём болтаете? — спросил Сынмин, вернувшись к друзьям за столик с чашкой кофе и кусочком чизкейка. — Скажи, Оди, а ты знаешь во сколько ты родился? Пока Джуён пытался выяснить подробности точного времени рождения Сынмина, Джисок сидел, надувшись, со скрещёнными на груди руками, и чем-то крепко грузился. — К-хм, Чонсу... — вполголоса позвал он. — Да? — Так я... Сильно задеваю тебя своей прагматичностью? Чонсу тихо рассмеялся. — Нет, птенчик, моя чувствительность просто обожает твою прагматичность. — он легонько утешительно похлопал Джисока по плечу. — Говори лучше мне всё прямо, хорошо? Ну... О своих чувствах и потребностях. Я правда плох в намёках... Чонсу приблизился к его уху, прикрылся ладонью от чужих взглядов и стал нашёптывать: — Считай, что я — неправильный Рак, потому что меня с ума сводит твоя хладнокровность и расчётливость, а больше всего я люблю говорить тебе обо всём так прямо и откровенно, как это возможно. Чонсу хотел его расслабить, но понял, что Гаон наоборот напрягся. И совсем не от тревоги... — Эй, вы двое, уединитесь!

***

от крошки Ру: просто хочу, чтобы вы знали, что диалог про Антарктиду был придуман задолго до их влога из Чеджу просто представьте, как я орала с той части где они в аквариуме смотрят на пингвинов. а потом Джисок говорит, что пингвины - его любимые животные . . . кстати, интересный факт (привет, Мури) - на Чеджу есть музей секса и на этот остров вообще ездят молодожёны в свой медовый месяц кхем кхем-

***

- времена универа, где-то второй курс - — Ну же, дружище, сейчас идут лучшие годы нашей жизни! Нам нужно запечатлеть этот момент. — уговаривал Джуён. — Сам-то давно фоткался? — защищался Гаон — И, кстати, тебе ли говорить о лучших годах нашей жизни? Ты проспал всю совместную пару сегодня! Твои лучшие годы проходят во сне. — Это уже детали. Послушай, глядя на некоторые фотографии ты никогда не сможешь сказать, что у человека на душе на самом деле. Но они способны передать момент... — Ты таким образом хочешь сказать, что у тебя нет души? А, так проблема в том, что ты не отображаешься на фотографиях? — поддразнивал друга Гаон. — Так, ну всё, шутки кончились. Прими какую-нибудь элегантную позу! Мне надо фотки маме отправить... Джисок прыснул. Он покачал головой, не пытаясь уточнить, почему его лучший друг хочет отправить своей матери фотографии университетского кампуса, солнечный свет, проходящий сквозь крону деревьев, цветы на кустарниках и собственного лучшего друга, но не самого себя. Думая о том, что выглядел ужасно в растянутой футболке с университетским логотипом и с отросшими тёмными корнями, Джисок провёл ладонью по обесцвеченным волосам с секущимися пушистыми кончиками, скорее не для того, чтобы улучшить свой внешний вид, а просто потому что не знал куда себя девать. Понимание того, что лучший друг просто его троллил, не добавляло уверенности в себе. Джисок комкал в руках фигурки оригами, которые он, на протяжении всей лекции, складывал из цветной бумаги, оставшейся в кабинете после однокурсников с педагогического направления. Весеннее солнце освещало территорию университетского кампуса, тёплый ветерок мягко обдувал щёки и доносил до обоняния аромат жасмина. — Ну, что у тебя с лицом, брат? Подумай о чём-нибудь приятном!  — У нас ещё две пары, а потом мне к нашему декану надо зайти. Сам знаешь какой он нудный. У меня в ближайшем будущем ничего приятного не планируется... — Тогда подумай о ком-нибудь приятном. О человеке твоей судьбы! — Чего? — Ну, суженый твой, понимаешь? Такой человек, который для тебя настолько драгоценный, что ты ради него готов весь мир перевернуть! Вот такое мне нужно лицо. Давай, живо! Джисок покачал головой и взглянул в камеру, направленную на него. Почему-то в мыслях вспышкой возник образ одного конкретного человека. Глупость какая... — М-да, такое своей судьбе я бы показывать не стал... — Джуён явно остался не впечатлённым.

***

- 10-я глава и немножко 19-я - Джисок открыл коробку и застыл. Это... Он протянул руку и коснулся пальцами чёрно-белых тканей. Это же... Джисок взял в руки вещь и поднял её. ...Безумие. Честно говоря, Джисок ещё помнил время, когда считал Чонсу глуповатым. Одногруппник вечно пропускал пары, относился безответственно к учёбе, невпопад отвечал на вопросы преподавателей. От таких людей не ждёшь многого. Джисок тогда не мог понять, как его угораздило забивать себе голову таким разгильдяем, как Чонсу. Не понимал, почему, несмотря на всю его нескрываемую недобросовестность, равнодушие, вредные привычки и безнравственный образ жизни, Джисок всё не переставал мечтать о нём. Невероятным удивлением оказалось то, что Чонсу по какой-то поразительной случайности всё-таки закончил университет. Но сейчас, чем ближе Джисок узнавал Чонсу, тем больше он переубеждался во всех своих представлениях о нём. Чонсу был проницательным и находчивым. А, главное, он всегда вёл себя уверенно, даже если обстоятельства складывались против него. И он был грёбаным экспертом во всём, что касалось секса.  Чонсу был божеством секса, секс был его стихией, тем из чего он состоял. Он придумал нечто такое, что совмещало в себе кинки Джисока и имело громадный потенциал для развития сценария сессии. То, до чего бы сам Джисок никогда не додумался. И где-то на периферии сознания, маячила мысль, что Чонсу не просто придумал это. Как будто он почувствовал что именно нужно было Джисоку. Этот человек... Джисок заметил кружево и подвязки. Ему казалось, что он может слышать гул пламени, бушующем в его теле. Он подумал, что Чонсу заодно решил над ним посмеяться. Джисок боялся мечтать о Чонсу в разных образах, не осмеливался попросить облачиться во что-то такое, но надеялся увидеть его в этом. Ему бы хотелось, чтобы Чонсу сам наряжался для него, без спроса. Чтобы Джисок мог любоваться им часами... Джисок был уверен, что Чонсу почувствовал и это его желание. Поэтому решил намеренно воспользовался неточностью формулировки запросов Джисока. Чонсу пытался выставить его дураком. Самое ужасное, что Джисоку это нравилось. Джисоку было стыдно. Он испытывал по-настоящему жгучее стеснение из-за осознания своей неприемлемости и ничтожности. Из-за позорного желания быть униженным Ким Чонсу, быть виноватым перед ним, попасть под безжалостно давящую тёмную ауру и быть ей разорванным. Костюм горничной, кружевное бельё и чулки сидели на нём так непривычно, что стало ещё более неловко. Но туфли на платформе с толстым каблуком оказались на удивление устойчивыми. Не желая видеть себя в зеркале, Джисок просто прошагал до гостинной и заглянул в проём. Джисок не ожидал, что увидит на нём тематический костюм... Ещё и такой. Ким Чонсу был вовсе не так прост, как Джисоку хотелось бы думать. Джисок легко привык к своей роли слуги. Он нашёл себя в этом образе. Но с ним творилось что-то странное. Как только Джисок чувствовал на своём теле платье горничной, нижнее бельё и чулки, это вызывало в нём какие-то нечеловеческие побуждения. Чуть позже Джисок стал осознавать, что с помощью роли слуги мог проявить свою нездоровую помешанность. Своё гипертрофированное поклонение и безумную одержимость Ким Чонсу. Хотелось получать его осуждение и пренебрежение, которые Джисок в глубине своей души считал заслуженными. Но важнее было то, что ему удалось заполучить самое главное. Теперь у Джисока появилась возможность быть в поле зрения Ким Чонсу. Теперь он мог приблизиться к недоступному холодному принцу. Теперь он имел право обладать его вниманием и его близостью... Это дорого стоило. К этому было легко привыкнуть. Иногда ему становилось не по себе из-за собственного поведения, но Джисоку казалось, что теперь он мог хоть как-то выразить гложущих его демонов и освободиться от них. Джисок надеялся, что эти игры когда-нибудь помогут ему совсем избавиться от чувств к Чонсу. Джисок ошибался.

***

- диалог, который произошёл где-то в 19-ой главе - — Мы так часто видимся в последнее время... Ты что, пропускаешь учёбу? — ...Бывает. — Из-за секса? — Отчасти... — Я на тебя плохо влияю! — Определённо.

***

- новый образ - Чонсу прислонился плечом к косяку в дверном проёме и ждал, когда Джисок поднимет на него взгляд. Пока что, он был сосредоточен на чтении с экрана телефона. Джисок метнул быстрый взгляд в сторону Чонсу и вновь опустил глаза, но ему хватило мгновения, чтобы осознать то, что он увидел. Теперь Джисок уставился на него во все глаза. До чего же Чонсу это любил... Говорить ничего не хотелось, да и настроение изменилось, когда Чонсу надел на себя эти вещи. — Ты такой... — выдохнул Джисок. — Тебе очень идёт... — Хорошо, что тебе нравится. Я хотел его выкинуть... — Ты что? Почему?!  Чонсу так и стоял в дверном проёме, опустив взгляд. Маленькое чёрное платье из мягкой ткани, облегающей тело, с открытыми плечами и длинными рукавами, сидело на Чонсу действительно очень хорошо. Тонкие чёрные капроновые колготки на ногах дополняли простой, но изящный образ. — Оно напоминает мне о том, как я себя чувствовал, когда купил его. — признался Чонсу. — Я заказал его вместе с корсетом, штанами и туфлями... Хотел тогда... Нарядиться для тебя. А потом мне было больно смотреть на него и думать о том, какие глупые планы я настроил... Он слышал, как Джисок встал с места и подошёл к нему. Взял в свою руку ладонь Чонсу и поцеловал тыльную сторону. Затем положил её к себе на плечо и приобнял Чонсу за талию. Джисок приблизился к его уху и зашептал: — Надо бы сказать что-то поддерживающее, но ты не представляешь, что со мной происходит, когда я узнаю, что ты тогда что-то планировал, думая обо мне... Чонсу выдохнул, и лёгкая улыбка показалась на его лице. Почему Джисок всегда знал, что надо сказать, чтобы Чонсу почувствовал себя лучше?.. — Этот образ очень меланхоличный, особенно, когда твои волосы чёрного цвета. Я не могу от тебя глаз отвести... — шептал Джисок. — Ты можешь выглядеть по-разному, но всегда так прекрасен, Чонсу... Ни один комплимент ни от какого другого человека никогда не казался Чонсу настолько же искренним и важным, как слова Джисока. Его восхищения всегда звучали так чисто и серьёзно, что сердце Чонсу наполнялось теплом, и бесконечные кровоточащие раны затягивались в еле заметные шрамы. — Позволь пригласить тебя на танец? — вдруг спросил Джисок. — На танец? — недоумённо улыбнулся Чонсу. — Да. Просто хочу потанцевать с тобой... Он включил какую-то спокойную красивую песню на телефоне и отложил его на диван, после чего, вывел Чонсу в центр комнаты и обнял за талию. Они медленно качались в объятиях друг друга несколько песен подряд. Чонсу пока было сложно словами выражать всё, что он чувствовал, поэтому надеялся, что Джисок понял, что значил долгий взгляд в глаза и бесконечные нежные поцелуи. Джисок его починил.

***

- новый эксперимент - Они лежали в ночной тишине после очередного тяжёлого буднего дня. Спать ещё не хотелось. — ...А что такое римминг? — Пожалуйста, птенчик, давай не будем... — попросил Чонсу. — Не, я просто хочу узнать, что это такое. Мы не будем это пробовать... — Прошу тебя, забудь об этом. — Мне просто интересно... Джисок повернулся набок и заглянул в глаза Чонсу. Перед этим взглядом было невозможно устоять. И, всё же, внутреннее смущение мешало дать ответ. — ...Прочти об этом в интернете. — Чонсу перевернулся на другой бок и накрылся одеялом с головой. На несколько минут воцарилась тишина. — Оу... — выдохнул Джисок. — Понятно... Чонсу вздохнул и закрыл глаза, надеясь, что больше его об этом пытать не будут. Он чувствовал, как Джисок нырнул к нему под одеяло и прильнул к спине. Тишина длилась не больше минуты. — А ты хотел бы быть тем, кто делает или тем, кому это делают? — Отстань. — пихнул его локтем Чонсу. — Со съедобной смазкой было бы... — Блять, птенчик! — Ладно-ладно! Всё, я понял... Джисок прилип к его спине в качестве большой ложечки, и они какое-то время лежали так. Чонсу почувствовал ладонь Джисока на своём бедре, она поглаживала и слегка сжимала мягкую плоть. Пальцы перетекли к ягодицам, начиная настырно мять и тискать их. Господи, как же Чонсу любил ладони Джисока на своей заднице... — Ну, от межбедренного секса-то ты сейчас не откажешься?.. — Боже мой, ты что, всё это время ждал, чтобы спросить? — обречённо спросил Чонсу. — Может быть... — А-а-ах, ты меня когда-нибудь доведёшь. — Чонсу дотянулся до смазки и передал её Джисоку через плечо. — ...До римминга? Чонсу недовольно промычал. Он слышал, как щёлкнула крышечка смазки. Забываясь от скользящих ощущений между его бёдрами, Чонсу сам прижимался к Джисоку, усиливая трение. — Может быть... — выдохнул Чонсу.

***

- новый навык - Это произошло, потому что Котёнок снова плохо себя вёл, чтобы Хозяин наказал его.  И получил сполна.  Джисок заставил его отсосать довольно крупный фаллоимитатор. На первый взгляд, в этом не было никого смысла, ведь минет получал искусственный член, но, в процессе, Чонсу всё понял. Пока он, сидя на коленях, глубоко заглатывал огромную игрушку, которая болталась на стене, приклеенная на присоску, Джисок сидел рядом и смотрел это шоу в первом ряду. Чонсу также понял, почему Джисок так любил горловой минет. Контролируемое ощущение удушья на грани наслаждения и пытки, непроизвольные беспомощные звуки, невольные слёзы. Когда этот неповторимый оттенок собственной слабости из-за мучительных ощущений представал перед искренним вниманием ценителя в лице партнёра, то всё это начинало возбуждать до безумия. Чонсу отшибло мозги в тот момент, когда он начал отстраняться, выпуская фаллоимитатор из горла, но почувствовал на затылке ладонь, которая не давала ему двигаться. Жалостливый сдавленный стон вырвался из его нутра. — Ты ещё не закончил, Котёнок. — проговорил Джисок над ухом, продолжая неуклонно давить на затылок. Мягкое ласкательное «Котёнок» в сочетании с неумолимым исполнением наказания, всегда так сильно влияло на Чонсу, что этого хватило, чтобы достичь края. Джисок отпустил его только после того, как вся сперма вытекла из обмякающего члена Чонсу. — Ты хорошо справился... — приговаривал Джисок, бережно вытирая мокрое лицо. Про себя Чонсу подумал, готов сколько угодно сосать гигантские фаллоимитаторы и бог знает, что ещё, если Джисоку захочется на это посмотреть.

***

- случайный кроссовер - Они просто шутили, просто поддразнивали друг друга, как обычно. И никто из них не думал относиться к этому всерьёз. Но вот, они действительно делали это сейчас. Чонсу был в роли Котёнка, в своём новом наряде с корсетом, латексными штанами и в остроносых туфлях. Он заказал новые хэнд-мейдовые меховые ушки на ободке чёрного цвета и анальную пробку с чёрным хвостом.  — Кажется, у тебя проблемы... — промурлыкал Чонсу. В его ногах на полу сидел Джисок. На нём было платье горничной, белые чулки и тяжёлые туфли на платформе. Чепчик украшал медно-рыжие волнистые волосы. — У меня?... — Джисок поднял на него свои гигантские глаза. — Ага. — оскалился Чонсу. Он приподнял ногу и навёл её на промежность Джисока под подолом юбки. Чонсу знал, что он не сможет устоять перед этим и наблюдал, как Джисок прикрывает глаза, теряясь в ощущениях. Чонсу отстранил ступню, чтобы поддеть острым носком туфли подол юбки под передником с рюшами. — Ты уже почти, — дразнил Чонсу. — Говорил же, что так и будет... Джисок завёл руки за спину и опёрся на них, он будто забыл про их спор и просто бессовестно наслаждался ощущениями давления подошвы туфли на его член сквозь кружевное бельё. Чонсу фыркнул: — Ты мне даже не соперник. Его ухватили за щиколотку и дёрнули.  — Эй, — воскликнул Чонсу от неожиданности. — Мы же договорились! — Просто хочу, чтобы ты был поближе... — тихим голосом оправдался Джисок. Стало всё сложнее удерживать равновесие стоя на каблуках. Чонсу решил, что если он опустится на пол, то это не даст Джисоку большого преимущества. — Тебе всё равно уже не выиграть. Джисок не ответил на эту нападку. Он, глядя прямо в глаза Чонсу взял его ладони в свои руки и поднёс к лицу. Чонсу подумал, что эта атака слабовата. Нет, он любил ощущать рот Джисока всем своим телом, но ласки ладоней не были тем козырем, которым можно сыграть против него. Пухлые губы вбирали в себя пальцы один за другим, язык кружил вокруг фаланг, ротовая полость обволакивала нежной влажностью. Джисок целовал и облизывал пальцы с подлинным наслаждением, пристально глядя в глаза Чонсу из-под полуприкрытых век. Чонсу наблюдал за этим с чувством превосходства до тех пор, пока не обратил внимание на то, как язык Джисока медленно обводит чёрные матовые ногти в форме стилет. Победная улыбка постепенно стекала с лица Чонсу. — Понял, наконец?.. — спросил Джисок. — Блять, это не честно! Джисок усмехнулся и подтолкнул Чонсу на четвереньки. — Если будешь хорошим котёночком, то получишь угощение. Чонсу обиженно хныкнул, чувствуя, как анальная пробка плавно выходит и её место занимает горячий член. Выть хотелось из-за собственной невнимательности. Чонсу вздрогнул от прикосновения к голым участкам спины между шнуровкой корсета. Джисок провёл ладонью по спине и бокам в жёстком поясе. Из-за быстрого темпа, Чонсу скоро кончил, чувствуя, как сперма растекается внутри латексных леггинсов, затекая в штанины. Он стащил с себя всю тесную одежду и разлёгся голым прямо на полу. — Ты бы мог выиграть, если бы не наклеил ногти. — поцеловал его в щёку Джисок. — Я требую реванша. — пыхтел Чонсу. — Никакого реванша, это чистая победа. — Да это ещё ничего не значит! — упрямился Чонсу. — То, что он не мог его растянуть не значит, что Котёнок не может доминировать над слугой! — Не в этот раз, милый. Не в этот раз... Чонсу цокнул и надулся, а Джисок рассмеялся. Они приняли душ и легли в постель, закинув друг на друга конечности. Приятная усталость тяжелила тело. Джисок вдруг задумчиво произнёс: — Интересно, что будет если встретятся Хозяин и Его Высочество?.. — ...Можем узнать.

***

- где-то в будущем - Они съедутся в квартиру Чонсу, как только появится возможность. После окончания универа Джисок будет инженерить секс-игрушки, а Чонсу станет владельцем секс-шопа. Их обоих ждёт нервная тяжёлая работа... Как хорошо, что они отлично умеют снимать напряжение и расслаблять друг друга. Между ними случалось так много разных вещей, что кажется, они попробовали уже всё. Но они оба будут постоянно в этом переубеждаться и им будет легко придумывать, как раскрыть друг друга по-новому.