Он и она – причины верить в любовь

      Как и думала Лиза еще вчера, парни приползли в школу чуть ли не к последнему уроку. До окончания учебы оставалось всего лишь три урока и на половине пятого по счету урока, трое парней зашли в класс. Киса вместе с Мелом сели позади Лизы и Риты, что решила на этом уроке подсесть к новенькой. Физика была действительно скучным уроком для всего класса: кто-то спал на парте, кто-то рисовал на полях тетради, но большинство класса перешептывалось. Рита и Луна не стали исключением, поэтому сейчас они обсуждали какой-то нашумевший сериал, все фильмы от Марвел, да и в принципе болтали о жизни. Девушка поделилась тем, что плохо себя чувствует, ведь не ела на протяжении примерно двух-трех дней (зато алкашку хлестала только так). И действительно, Лиза не ела очень долгое время, что всегда плохо сказывается на ее, и без того больной, организм. Девушка была удивлена, что рассказала это человеку, с которым знакома от силы два дня, но порадовалась оттого, что переборола свой страх и рассказала о своей проблеме. Сидящие позади Мел и Киса, в частности последний, заинтересовались этим разговором и незаметно слушали и обрабатывали информацию. — Лунавцева! Я вам не мешаю? — спросила Евгения Михайловна, отчего названная девушка вздрогнула и осторожно повернулась в сторону учителя. — Иди к доске, будешь задачу решать. — строго произнесла учитель и махнула рукой в сторону исписанной доски. — А можно не идти? Голова кружится. — сидящий сзади Киса напрягся после слов девушки. Особенно если учитывать то, что она не ела два дня, а то и больше. — Не надо в меня своими оправданиями сыпать, выходи к доске! — чуть громче произнесла физичка, настаивая на своем.       Лунавцева на негнущихся ногах встала из-за парты, не разбирая, отчего так тяжело идти: то ли от волнения, то ли от голода. Подойдя к доске, девушка взяла учительский сборник задач по физике за 11 класс и принялась читать задачу 458: — На дифракционную решетку, имеющую 300 штрихов... — на последнем произнесенном слове во рту стало слишком сухо. Сглотнув слюну и прокашлявшись, девушка продолжила читать, немного шатаясь. — штрихов...на 2 миллиметра, падает плоская монохроматическая волна. — перед глазами начали "летать мошки", со стороны одноклассников послышались шепотки по типу "Что с ней? Может заболела?". — Определите наибольший... — дальше девушка не смогла разобрать, что же написано в книге. Буквы заскакали, цифры перепутались, а мозг отказывался разумно мыслить.       В глазах у Лизы окончательно потемнело, ноги подкосились, а со стороны третьего ряда послышался звук отодвигающегося стула и топот, приближающийся к Лунавцевой. Секунда, и девушка в отключке. Она не слышала, о чем говорили ее одноклассники, и если четно, ей плевать. Она заснула, она в прекрасном мире. Темнота и ничего больше.       Киса смотрел на девушку, стоящую у доски, видел, что у нее подкашиваются ноги и не понимал: она делает вид, что ей плохо, или она действительно сейчас ебнется. Луна откашлялась, но продолжила читать, хотя голос уже дрожал, и это заметила добрая половина класса, но учитель словно не видела никакой проблемы. Лунавцева перестала читать, ноги у нее подкосились, и Киса в одно мгновение преодолел расстояние от пятой парты третьего ряда до кафедры, за которой стояла рыжеволосая, и успел подхватить ее на руки.       Парень с первых секунд ощутил нездоровую легкость девушки. Да, он видел через одежду, что она худая, но мог уверить любого, что взяв девушку на руки он не почувствовал никакого веса. Евгения Михайловна быстро встрепенулась и Киса так и боролся с желанием сказать: "Поздно, сука". Не переборол он это наитие, и сказал правильную фразу, вылетев из кабинета физики.       Подняться со второго этажа на третий не составило большого труда, ведь ноша была не тяжела, а наоборот приятна. Кислову нравилось нести девушку на руках, и он понимал, что это распространяется только на эту особу, но отказывался это принимать. До второй стадии он так и не дошел. Придет время и он примет. А сейчас он нес эту рыжеволосую красавицу, хоть она и в отключке, и радовался, что встретил ее. — Здравствуйте, тут девушка в обморок упала. — забежал Киса в медкабинет. Школьная врач, сразу же приняла девушку из рук парня и начала осматривать ее лицо, пытаясь по нему выяснить причину обморока. — Молодой человек, отвернитесь. — попросила милая женщина, и Кислов не раздумывая обернулся на дверь.

***

      Темнота, и медленно пробивающийся сквозь сомкнутые веки свет. Лиза видела собственные ресницы, когда старалась открыть глаза. Она не сразу поняла, где находится, и не сразу поняла, почему. Веки казались настолько тяжелыми, что девушка, не выдержав напора, закрыла глаза вновь, в то время как парень надеялся, что не навсегда. Даже в такой ситуации он понял бы, но не принял.       Темнота. Второй раз девушка силилась открыть глаза, и в этот раз уже успешно. Слишком белые стены, лампа, что была ни к чему, ведь на улице день и света с улицы достаточно – все ударило в глаза Лизы. — Назовите ваше имя. — попросила женщина, которую Луна не могла увидеть. — Лиза Лунавцева. — замедленно ответила девушка. — Сколько вам лет? — Семнадцать. День рождение 24 июля. — ответила Лиза. — Хорошо. — сказала женщина, записывая что-то в журнале. — сядь на кушетке, молодой человек, помогите ей.       Киса подошел к Луне и, придерживая спину помог сесть. Девушка через силу, одарила его благодарной улыбкой. Ваня за то время, пока рыжеволосая была в отключке успел несколько раз известись, пожалеть о сказанных и не сказанных словах, и увидеть то, насколько Лиза худая. Болезненно худая. — Когда вы в последний раз ели? — спросила врач. — Точно не помню. — задумчиво сказала Лунавцева. — дня три назад. Утром чай выпила с печенькой, считается? — наивно спросила, бегая глазами по кабинету. — Кушать нормально надо, худая вся. Я тебе пропишу препараты, попросишь маму купить. — сказала женщина и начала что-то писать на синем стикере. Спустя полминуты оторвав его, она протянула Лизе руку с бумажкой. — Молодой человек, можете провести Елизавету до дома. — попросила врач, обращаясь к Кислову, пока Лиза вставала с кушетки с помощью парня. На просьбу тот кивнул, и придерживая рыжеволосую за талии, повел ее из кабинета. — Кис, мы пойдем на съемки? — спросила Луна. — Ты точно не пойдешь. — грубо сказал Киса. — Но как же Мел?.. — Без тебя справимся. Ты мне объясни, что ты не ешь-то? — пытаясь говорить спокойно, спросил Ваня. — Я... Времени не было. — кинула дежурную фразу, не зная, что против Кисы это не прокатит. — Правду скажи. — сквозь зубы попросил Кислов, свободной рукой убирая челку с глаз. — Я не могу. — вздохнула девушка.       Она не могла сказать ему правду, то ли не считала нужным, то ли боялась – она сама еще не поняла. Подойдя к кабинету физики, Киса оставил Лизу в коридоре, а сам зашел в класс забрать вещи. — Что случилось? — спросил Мел, а на вопрос обернулась еще и Рита. — Сама потом расскажет. — просто ответил он, взяв два рюкзака и, буркнув учителю на прощание "До свидания", вышел из кабинета. — Пошли. — махнув головой, обратился он к Лизе. — Ты меня до дома доведешь? — Да, Луна, да, без этого никак. Мало ли ты еще раз упадешь. — усмехнулся парень. — только попробуй прийти на съемки сегодня. — прорычал парень и ускорил шаг.       Девушка еле поспевала за Кисой, параллельно думая, дома ли ее мама. Да, она все еще работает, но в рабочие дела не посвящает дочь, так что она не могла знать, когда заканчивается рабочий день. Лиза чувствовала себя лучше и понимала, что несмотря на запрет пойдет на съемки рекламы. Она понимала, что если она не придет ничего не случится, но Луна чувствовал, что должна там быть.       В это же время, Кислов, который шел впереди девушки, думал о том как докатился до такого. Прошло три дня с приезда Лизы в их город, а он уже провожает ее до дома и волнуется за ее состояние. Киса не думал, что когда-нибудь столкнется с таким. Он думал, что не способен на какие-то сильные чувства. Перепихнуться на тусовке – край его возможностей. Но с Лунавцевой он думал не о том, как бы трахал ее на столе, а, именно в этот момент, о ее здоровье. Он не понимал, что с ним происходи, и не принимал. Он бы и рад понять, но не мог.       А вот Луна уже понимала. Она сделала шаг и дошла до ступени с надписью "понимание". Вот только подняться на следующую ступеньку будет сложнее. Лиза смотрела в спину идущему впереди Кисе и думала, как бы начать диалог. Она хотела извиниться перед Кисловым, но не понимала, за что. За то, что упала в обморок? За то, что в ближайшем будущем ослушается его наставлений? Она не знала, но хотела услышать его голос и увидеть коронную усмешку.

***

      Полчетвертого дня. Съемки должны были начаться через полчаса и Лиза быстро начала собираться. Мамы дома не было, чему она была несказанно рада, ведь понимала, что ее бы никуда не пустили после двух дней запоя. Сигареты, телефон, наушники, салат (решила, что пора нормально питаться), хорошее настроение и понимания того, что ей пизда от Вани – все это лежало в рюкзаке у Луны. С улыбкой на лице она вышла из квартиры и быстрым шагом направилась к пляжу. Уже третий день на улице пасмурно, но это не убивает красоту города. Для коренных жителей Коктебеля это были привычные улочки, которые уже никого не удивляют, но для Лунавцевой это были очень красивые места.       У пляжа скопилось много людей, которые жаждали увидеть второй день съемок. Среди массовки для рекламы, Лиза заметила Мела, который злым взглядом прожигал песок под ногами. На привычной лестнице Елизавета увидела Хэнка и Кису. Второй не сразу увидел девушку, но когда Хенкин начал махать рукой девушке и звать ее, Киса с недоумением на лице повернулся на поднимающуюся по лестнице девушку. Лиза, увидевшая взгляд Кислова, виновато улыбнулся, но ярость во взгляде Вани говорила, что разговора в "штабе" не избежать. — Привет, ты как? Почему ты в обморок упала? — сразу спросил Боря, чуть приобнимая Луну. — Привет, я нормально. Потом расскажу. — ответила девушка и посмотрела на Кису, что не отрывал от нее сердитого взгляда. — Да уж, будь добра, расскажи, почему же ты здесь? — сквозь сжатые зубы "любезно" попросил Кислов. Руки сжались в кулаки, отчего стали еще отчетливее видны вены на них. Лиза невольно засмотрелась на руки парня и спустя несколько секунд молчания, когда даже Хэнк успел смутиться, она сглотнула и подняла глаза на Кислова, который уже нагло улыбался. — Потом расскажу. — чуть охрипшим голосом сказала девушка и прокашлялась, парень напротив шмыгнул носом и повернулся к съемочному процессу ровно в тот момент, когда Анжела подошла к режиссеру. — О чем они там говорят? — первым перевел тему Боря. Слышно разговор не было, но понятно было то, что Анжелу послали далеко и надолго. — Прошла любовь, завяли ананасы, помидоры, огурцы. Весь сад подох. — пошутила Лиза, грустно улыбнувшись. Ей было в какой-то степени жалко подругу. — А че она хотела? Спилберг-семьянин урод полный. — засовывая руки в карманы джинсов, сказал Киса.       Сегодня снимали проход серферов и Мел был, видимо, самым главным из них. Но вместо того, чтобы идти по линии берега, не смотря в камеру, как было велено, он подошел к оператору и смотрел объектив. Стоящей на лестнице компании не был виден его взгляд, но каждому было понятно, что он там явно не улыбочку давил и матери "привет" передавал. Бедная женщина, которая бегала по всему пляжу, что-то настраивая и что-то кому-то объясняя, подошла к Лизе, которая в этот момент спускалась по лестнице. — Нам нужна девушка, которая пройдет по пляжу вместе с серферами, там не будет видно лица, нужно просто пройтись по берегу, сможешь? — попросила беловолосая женщина в очках. Луна уже хотела было ответить "да", но сзади нее очутился Кислов. — Она не может. Плохо себя чувствует. — сказал он, а девушка обернулась на него, смотря осуждающим взглядом. — Хорошо, но если захотите.. — Не захотим. — оборвал ее Киса. Он, вместе с Лунавцевой поднялись обратно к Хэнку. — Что за гиперопека? — возмущенно спросила Лиза. — Этот Спилберг вслед за Анжелой и тебя девственности лишит. — еле сдерживая ярость сказал Ваня, смотря в глаза девушке. — С каких это пор тебя волнует моя девственности?! — слишком громко спросила Луна, отчего на них обернулось несколько человек.       Парень решил оставить вопрос без ответа, хоть и многое хотел сказать, но подумал, что правильнее это будет сделать без лишних ушей. Хэнк, все это время следивший за перепалкой этих двух, мысленно сравнивал их с двумя разъяренными собаками, готовыми стереть друг друга в радиоактивный пепел. — Я требую сатисфакции. Вечером пришлю секундантов. — громко, так чтоб все услышали, сказал Меленин, обращаясь к режиссеру.       Последующий разговор слышно не было слышно из-за большого расстояния. Съемки закончились через 20 минут, все было отснято и уже завтра днем москвичи должны были уезжать обратно в свой город. Компания, уже вместе с Егором, стояли на лестнице и ждали, когда всю аппаратуру соберут и начнут подходить к машинам, дабы поехать в отель. Дождавшись нужного момента, Хэнк вместе с Кисой пошли к режиссеру в качестве секундантов. — Как думаешь, насколько сильно они его запугают? — еле слышно спросил Мел. — Настолько сильно, чтобы он понял, какую ошибку совершил, связавшись с Анжелой. — уверенно ответила Лиза.       Парни вернулись через несколько минут, а машина, в которую сел режиссер уже отъезжала от берега. Без разговоров и каких-либо предупреждений Киса взял за локоть Луну и потащил в сторону "штаба". Девушка, что долго сопротивлялась, в итоге смирилась, ведь Кислов явно не собирался ее отпускать, да и она сама уже смирилась со своей участью: Жить ей осталось последний понедельник. — Лиза, блять, как это понимать?! — уже в штабе, взорвался Ваня. — Что случилось? — не понял Хэнк, в то время как Мел сел на диван и невидящим взглядом смотрел на пистолет в руке. — Что случилось? А Лиза тебе сама все расскажет, да, Лиза?! Ты же у нас пиздец бессмертная. — Здарова пацаны и одна дама. — поприветствовал Гена, что только зашел в помещение с бутылкой пива в руке. — Гена, помоги. — жалобно попросила его Лунавцева, вытягивая руки перед собой, не давая Кисе подойти. — Че случилось? Уже убили кого-то? — задорно спросил Гендос. — Да, Лиз, рассказывай, что случилось. Мы все хотим послушать, какая ты тупая. — заваливаясь на диван и делая наигранно увлеченное лицо, сказал Кислов. — В школе на физике я упала в обморок. — сдалась Луна. — Но это не все. Киса отнес меня в медкабинет, там мне сказали, что надо нормально питаться. А после этого Ваня, — заметив удивленный взгляд всей компании, Лиза поправилась. — ну, в смысле, Киса, сказал, чтобы я не шла сегодня на съемки, ведь это может повториться. — А ты пошла, да? — спросил Хэнк. — Как видишь. — ответил Мел. — А теперь. моя дорогая Луна, позволь спросить: Что ты здесь, блять, делаешь? — встав с дивана, спросил Кислов, и пошел к Лунавцевой. — Стоит. — усмехнувшись ответил Гена и отпил пива. — Что. Ты. Здесь. Делаешь. — выделив каждой слово, сквозь сжатые зубы спросил Киса. — Я думала, что я буду нужна здесь. — смотря на свои руки, и хрустя пальцами, ответила Лиза. Хрустеть пальцами – глупая привычка, от которой она не может избавиться уже очень давно. — Ты должна была остаться дома! — крикнул Кислов, а Гена схватил его за руку, призывая успокоиться. — Не надо на меня кричать. — также повысив голос, сказала Луна. — Успокойтесь оба! — Не сдержавшись крикнул Мел. — Есть посерьезней проблемы, Кис. — Посерьезней, да?! Когда что-то касается тебя, так конечно, все серьезно! — повернувшись к другу предъявил Кислов.       Лунавцева в это время встала за Гену, как бы прячась. Нет, она не хотела защитить себя от Кисы, сделать из себя какую-то милую особу. Она понимала, что в этой ситуации есть ее косяк тоже, но орать-то зачем?

***

— Ты реально хочешь его убить? — выходя из штаба, спросила Лиза у Меленина, который стоял рядом. — Да. — твердо сказал он.       Лиза поняла, что завтра будет один труп, но не приняла.