Аккорды для репетитора.

Даже не верится, что Антон снова находится в этой чёртовой квартире. Всё те же светлые стены и потолки, всё то же зеркало и шкаф, всё так же много рамок с фотографиями репетитора, который чересчур сильно любит свою внешность. Ещё в прошлый раз Антон заметил, что Арсений живёт один, что довольно странно, при его то внешности. Однако Антона это ебать совершенно не должно, но если быть чуточку честнее, тогда Шастуна это очень даже сильно ебёт. Кхм. Так о чём это мы говорили? Ах, да, квартира совсем не изменилась. Это и неудивительно, вряд-ли бы что-то произошло за несколько часов. Антон рассматривал прихожую не долго, потому что после закрытия входной двери, его прижали к стене. Репетитор смотрел злостно, Антону ещё не доводилось видеть его таким. Арсений сжал, до боли, тонкое запястье. Голубые глаза тут же посинели, а зрачки увеличились. Кажется, на сей раз Антон действительно перестарался. Подросток сглотнул вязкую слюну и отвёл взгляд. Ему всё ещё было страшно находится в обществе Арсения. «Хотя он вроде ничё такой, — внезапно проносится навязчивый голос в голове, — будь он не строгим дяденькой, я бы, может быть, ему дал» — Антон мысленно даёт себе пощёчину и искренне не понимает, какого чёрта? Его, вроде как, сейчас отчитывать будут, а потом ещё и матери позвонят, а он думает совсем не о том, о чём следовало бы думать. Репетитор уже несколько минут отчитывает Шастуна, всё также держа его за запястье и прижимая к стене. Антон особо не слушал его. Потому что, зачем? Подросток смотрел в синие глаза напротив. Сейчас там бушевали волны или в мире Арсения-я-знаю-лучше-тебя-Попова был град, гроза, молния и остальные ужасные погодные условия. — Шастун, ты вообще слушаешь? — Злости репетитора не было предела, кажется, он разозлился ещё больше. — Да слушаю я, слушаю. — Антон закатил глаза и попытался отодвинуться, однако сильные руки не позволили этого сделать. — Милый мой, а куда это ты собрался? — С наигранным удивлением проговорил репетитор. — «Милому» нужно домой, завтра вообще-то в школу, если вы не знали. — Возмутился подросток. — Я, как раз таки знаю, а вот на счёт тебя я не уверен. — Попов улыбнулся и, наконец-то, отпустил запястье подростка. «Теперь там точно останутся следы» — мысленно возмутился Антон, беря своё запястье в другую руку и нежно сжимая. — Я тоже прекрасно помню, так что мне надо идти, — Антон немного отодвинулся от репетитора, — не скучайте без меня. Подросток подмигнул Арсению и направился к двери. Попутно посмотрев на себя красивого в зеркало. Ну, а что? Имеет право. «Будет сейчас максимально тупо, если дверь опять будет закрыта — подумал Антон дёргая ручку двери. И знаете, она действительно, блять, закрыта, — какой пиздец». Арсений сделал гаденькую улыбку и прошёл в одну из комнат. Шастун мысленно его несколько тысяч раз послал, параллельно выискивая заветный ключик от двери. «Я ему этот ключ, в следующий раз, в задницу запихну» — подумал Антон, зло хмуря брови. В эту же секунду из комнаты выходит тот самый злоебучий Арсений Сергеевич. Он останавливается в метре от Антона и упирается об стену, смотря своими голубыми, как и он сам, глазами на Антона. — Завтра заедем за твоей одеждой, а пока что, я тебе свою дам. — Арсений протянул подростку всё те же вещи, что были на нём несколько часов назад. Шастун злобно посмотрел на репетитора, но вещи принял. — Я ненавижу вас. — Только и сказал Антон, проходя в гостиную. Арсений лишь грустно улыбнулся совсем ничего не отвечая Антону. Он слишком устал за этот день. — Доброй ночи. — Послышался голос Арса где-то в коридоре. Шастун ничего не ответил. Просто начал переодеваться. Через пять минут все нужные вещи были на нём, а его одежда лежала на полу «аккуратно» скомкана во что-то непонятное. Подросток выключил свет, а потом как можно быстрее побежал к дивану, укрываясь одеялом до самых плеч. Антон долго ворочался, потому что всё никак не мог уснуть. Мысли ни под каким предлогом не собирались уходить из головы. Антон, даже, хотел разбудить репетитора, а то, почему это только он один мучается. Спустя, кажется, часа таких бессонных действий, Антону всё-таки удалось уснуть. Но вот, надолго ли? Недостаточно хорош. Тебе нужно быть лучше. Ты — никто. Одно сплошное чёрное пятно в этом мире. Зачем ты такой нужен? Всё твердил, чёртов, внутренний голос. Антон начал ворочаться ещё больше. Шастун боялся открыть глаза. Чувствовал его присутствие. Дыхание и тревога усилились, Антон хотел полностью скрыть себя под одеялом, однако боялся. Его руку кто-то схватил, поэтому Антон громко крикнул и ударил этого кого-то куда-то в живот. — Шастун, ты что творишь? — Зашипел Арсений, держась рукой за живот. — Арсений Сергеевич? — тихо-тихо, как будто боясь, что он его услышит, сказал Антон, — простите. — Ну ты и, — Попов сделал небольшую паузу, как-будто выбирал «правильное» слово, — фрукт, конечно. Арсений неприятно поморщился от тупой боли, а подросток, кажется, впервые за всё время почувствовал вину перед репетитором. Наверно, ночь на него плохо влияет. Шастун немного потупив взгляд об стену повернул голову на репетитора, прищурился, рассматривая тёмный силуэт Арсения. — А что вы здесь делаете? — всё-таки спросил Антон, после неловкой паузы. — Воды хотел попить. Иду на кухню, а потом слышу, ты никак не уляжешься, ну, вот и решил успокоить тебя, — спокойно сказал Попов. — Вы это, — Антон сделал паузу, чтобы собраться с мыслями, — простите. — Да ладно тебе, — Арсений мило улыбнулся и погладил Антона по голове, запутывая его длинные кудрявые волосы, — я всё понимаю, ты ещё маленький, без мамы спать не привык. — Да идите вы, — подросток сделал вид, что обиделся, однако через несколько секунд оба засмеялись, — ничего я не маленький. — Конечно, Тош, — Арсений зевнул и поднялся с дивана, уходя из комнаты, — доброй ночи, Антон. — Доброй, Арсений Сергеевич. Голос репетитора немного успокоил подростка. Обычно, в такие моменты ему помогал Эд, однако его рядом не было. Но Шастун был бы вовсе не против, если бы место Выграновского занял бы Арс. После их разговора Антон сразу же уснул крепким сном. Казалось, что даже звуки ядерной бомбы не смогут его разбудить.