Аккорды для репетитора.

Антон пришёл домой примерно за сорок минут, а это всё благодаря его длинным ногам, которые парень обожал только за быструю ходьбу. А всё потому, что в остальные моменты своей жизни подросток был чертовски неуклюжим. Такое чувство будто он и вовсе не мог контролировать свои действия. То ногой наступит на чью-то другую ногу, то рукой вазу стеклянную заденет, то случайно ударит кого-то, когда подтягиваться будет. Ну, в общем, случаев таких много. Настолько много, что и вспоминать не хочется. Шастун зашёл в квартиру. Было как-то тихо. Он снял обувь и курточку, обошёл весь дом раз пять и только после этого успокоился. Мамы дома не было, что было довольно странно. Воскресенье ведь, выходной, а её нет. Антон на всякий случай обошёл дом ещё раз, как будто, не верил, что мамы дома нет, а потом пошёл в свою комнату. Свою уютную комнату. К слову, она была не большая, зато своя. Помещение было сделано в тёмных оттенках, на стенах были нарисованы рисунки, которые рисовал лично Антон, так как в детстве мама отдала его в художку. А ещё были разные надписи и цитаты, стоял большой книжный шкаф с произведениями Лавкрафта, Эдгара, Достоевского и других писателей, Антон любил читать книги, если это не школьная литература. Справа от входа стояла кровать, а над ней, прямо на стене, висела гитара, которая тоже была разрисована. Слева от кровати стоял письменный стол, который был завален всем, но не школьными учебниками и тетрадями. А чуть правее от стола, стоял не очень большой шкаф с одеждой Антона. Только придя домой, Антон смог почувствовать невыносимую боль в голове. Кажется, вчерашняя пьянка начала брать вверх над организмом подростка. Шастун подошёл к столу и начал искать, оставленный когда-то давно, аспирин. Антон мысленно похвалил себя за это, знал, что не зря его оставил, осталось только вспомнить где. После нескольких минут поисков Антон нашёл его в учебнике по обществознанию, и что он там делает? Ладно, это и неважно, главное, что сейчас ему станет лучше. Антон пошёл на кухню, набрал в стакан холодной воды и выпил его вместе с таблеткой аспирина. Телефон, который лежал в кармане без признаков жизни, внезапно завибрировал, оповещая хозяина о новом сообщении. Шастун достал телефон из кармана и как только он увидел от кого было это сообщение он высоко поднял брови вверх. Маменька. Меня вызвали в командировку. Буду примерно через месяц. 10:49 Антон даже подскочил от радости, словно маленький ребёнок. Он начал кричать от счастья и размахивать своими длинными рукавами. Наконец-то свобода, целый месяц свободы. Неужели, Бог всё-таки услышал молитвы подростка? Никаких лекций о том, что Антон должен быть юристом, никаких слов о том, что музыкант — это не профессия, никаких репетиторов и никаких упрёков о том, что Антон бездарен. Шастун радовался до тех пор, пока не пришло новое сообщение, он снова открыл чат с матерью и буквально застыл на месте. Маменька. Чтобы ты не скучал, я попросила Арсения Сергеевича за тобой присмотреть, так я буду знать, что и квартира и мой сын будут в целости и сохранности. 10:52 Вы: А если я не хочу, чтобы Арсений Сергеевич за мной присматривал? 10:52 Маменька. Антон, это не обсуждается. Арсений Сергеевич хороший человек, он и за тобой присмотрит и подтянет тебя по остальным предметам. Всё, я в самолёте, писать не смогу. Веди себя хорошо и не создавай Арсению Сергеевичу никаких проблем. 10:55 «Блять», — всё что было в мыслях на тот момент. Антону ведь не пять лет, так какого чёрта она так «заботиться» о нём. Сказать, что Антон был зол — не сказать ничего. Он конечно знал, что Майя думает о том, что Антон плохой сын, однако он не знал, что настолько сильно. До репетиции осталось чуть больше часа, Антон собрался это время провести с огромной продуктивностью, поэтому он взял из полки чипсы, налил себе сок, сел за стол и открыл Ютуб. Он долго искал нужное ему видео, в итоге остановился на всем известном сериале «сваты», ну, а что? Всё равно делать нечего, а так хоть юность вспомнить можно.

***

Через час Антон уже шёл по питерским улицам в парк. Друзья его, наверное, уже заждались. «Ну, им не привыкать» — думал про себя Антон, быстро переступая с одной ноги на другую. Довольно странно, но погода не была такой ужасной. Светило солнце и иногда был холодный ветер — что довольно странно. Всё-таки последний месяц осени, да и Питер не обещал быть тёплым, так почему сейчас на улице так тепло? Нет, Антон не жаловался, скорее, это просто интерес. Шастун, наконец-то, дошёл к нужному ему месту. Его как обычно отчитали, потом несколько раз пошутили, а потом Оксана сообщила о том, что Ира не сможет прийти и сегодня, однако на следующую репетицию девушка должна прийти. И только тогда они приступили к репетиции. Они пробыли на улице два часа, однако это время — как казалось подросткам — они провели продуктивно. Тёплая погода сменилась холодным дождём или даже мокрым снегом, не очень понятно. Да и не важно это. Главное, что сейчас все счастливые, но мокрые подростки бежали в ближайшее кафе, чтобы укрыться от дождя, получить свою долю деньжат и купить кружечку кофе или чая. В кафе они долго разговаривали, смеялись, веселились. Им было хорошо, комфортно в компании друг друга. Антон даже забыл о проблемах в виде лица своей матери и злостного душнилу репетитора Арсения Сергеевича. Никто из ребят и не заметил, как стрелка часов перевалила за восемь вечера. Дима пошёл домой первым, следом за ним пошла и Ксанка, правда не домой, а к Ире, но это не важно. Эд и Антон остались сидеть в кафе до тех пор, пока Выграновский не предложил сходить в клуб и они пошли. Потому что Антон не дурак, чтобы отказываться. Тем более, как отказать такому хорошему другу? Правильно, никак. Дождь к восьми часам начал успокаиваться, так что парни шли в развалочку, никуда не торопясь. У них ещё вся ночь впереди. Как бы странно это не звучало. Они зашли в первый попавшийся клуб, в который чудом пустили Антона. Нет, ну правда, кто вообще оставляет вход без охранника? Возможно, он куда-то отходил, однако это уже не их проблемы. Парни пришли в клуб с целью напиться и они это сделают. Сначала Эд с Антоном были вместе, потом первый решил, что ему жизненно необходимо потанцевать, посему сейчас Антон сидел у барной стойки выпивая уже, Бог пойми, какой коктейль, а Выграновский танцевал с какой-то девушкой уже пятый танец подряд. Антон был уверен, что друг о нём забыл после второго же танца, так что ни на что особо и не надеялся. Внезапно слух Антона пронзает какой-то чересчур знакомый голос. «Блять, блять, блять» — думает Антон, и как можно правдоподобно, чтобы не привлечь лишнее внимание, поворачивает голову влево. Сейчас абсолютно весь его маленький и хрупкий мир начинает рушится со стремительной скоростью. Шастун сидит и протирает глаза руками на протяжении нескольких минут. Может, это алкоголь на него так действует, может, это всё иллюзия. Однако сколько глаза не тери — картинка перед ним остаётся и, кажется, даже не думает пропадать. Арсений Сергеевич одетый в чёрную футболку и узкие джинсы, флиртовал с каким-то парнем, на вид, которому, было лет двадцать три. Арсений обнимал его, ставил засосы на его шее и держал его за руку, иногда что-то шептал на ухо после чего парень сразу же смеялся. «Какой пиздец, — думал про себя Антон и мысленно молился, чтобы репетитор его не заметил, потому что ситуация выходила реально комичной и неловкой. Антон конечно не против радужного флага, он вроде как и сам такой, однако сейчас возможно ли объяснить это пьяному мужчине, а вдруг он вообще матери всё расскажет, — и вот с ним меня оставляет собственная мать?» — Антон цокнул языком, закатил глаза, а потом заказал ещё один алкогольный напиток. Он принялся его пить, изредка посматривая на Арсения Сергеевича и его парня? Вот только в какой-то момент они ушли, Антон не успел посмотреть куда, да и не важно это было. Не его это дело, главное, чтобы к нему не цеплялись. Только подумал про себя Антон и хотел было заказать ещё один напиток, как почувствовал на своём плече тяжёлую руку. Дежавю. Антон обернулся и перед собой увидел злого, растерянного и такого необычного репетитора, раньше он его таким не видел. — Дорогой мой, - притворно ласково начал Арсений Сергеевич, — ты что тут делаешь? — Извините, в клубах не знакомлюсь. - Решает сделать вид, что не знает Попова, однако после его злобного взгляда, сразу же меняет технику. Нападение — Тоже самое могу спросить у Вас. - улыбнулся Антон, даря репетитору прекрасный взор на его гордую моську. — Я взрослый человек, так что могу ходить туда — куда захочу, а вот что здесь делаешь ты — это уже другой вопрос. - Попов неопределённо хмыкнул, а после продолжил свою тираду, — Что, Антош, мама уехала, так думаешь сразу хернёй заниматься можно? А ну-ка, пойдём со мной, прокатимся. - репетитор схватил Антона за тонкое запястье и вывел из клуба. Шастун вначале сопротивлялся, однако, когда он сидел в машине обиженный на весь мир, а злой репетитор сидел рядом и писал кому-то сообщение, Антон решил съязвить. Ну, а что, имеет право. — Ой, а ваш парень не едет? - с максимальной грустью в голосе спросил Шастун смотря в голубые, растерянные глаза напротив. — Как жаль, что я испортил вам ваш секс марафон или Вы слишком старый для таких марафонов? Антон думал о том, какой он молодец, смог утереть нос этому наглому репетитору, который так бессовестно лезет в жизнь подростка. Попов хотел накричать на наглого Шастуна, однако сдержался, вместо этого он произнёс: — Ну почему же испортил? - Арсений посмотрел на него удивлённо, а потом положил свою руку, покрытую венами, на бедро Антона. Подросток сглотнул и смотрел несколько испугано на репетитора. — Вот, приедем домой и узнаешь, могу ли я ещё проводить секс марафоны, Тошенька. Арсений сжал бедро подростка сильнее, отчего Антон охнул, сразу же прикрывая рукой свой рот. К дому репетитора они ехали молча, Арсений всё ещё держал свою руку на бедре Антона, а Шастун боялась лишний раз пошевелиться.