Так ведь интереснее

Глухие шаги разносятся по пустому коридору, пока Сережа медленно идет к кабинету Сеченова. Последнее задание его порядком потрепало, по глупости он чуть не словил пулю в бок, отделавшись лишь легким испугом, а путь назад был долгим и нудным, буквально вытянувшим из него все оставшиеся силы. У него ноют ноги от постоянной ходьбы, во всем теле наливается усталость, и все, чего он сейчас хочет - поскорее доложить обо всем Дмитрию Сергеевичу, вернуться в выделенную персонально ему квартиру, помыться и наконец-то лечь спать. Сережа шаркающе подходит к двери, потирая затекшую шею, когда слышит смутно знакомый смех, тут же замирает и прислушивается. Он был уверен, что Сеченов будет дожидаться его один, корпея над очередным проектом или заполняя нескончаемые отчеты, стопками лежащие на его столе. Но нет, из-за двери доносятся два голоса, а хриплые кокетливые интонации одного из них и звучное "Прекрати, Дим!" не оставляют никаких сомнений - там Штокхаузен. Сережа невольно сжимает кулаки, чувствуя прокатившееся по телу едва заметное волнение. *** Подозревать, что их с Сеченовым отношения выходят далеко за рамки деловых, он начал уже давно, невольно отмечая их быстро брошенные друг другу нежные взгляды, чересчур крепкие для простых коллег рукопожатия, странные улыбки и разговоры - и собственный пульс почему-то учащался каждый раз, стоило ему заметить слишком долгое касание или легкое поглаживание по спине. С каждым днем уверенность в нем росла, пока пару месяцев назад они сами не дали ему в этом удостовериться, забыв закрыть дверь на ключ или хотя бы выставить снаружи близняшек. Рабочий день клонился к концу, когда Сережа без задней мысли неслышно приоткрыл дверь в кабинет шефа и заглянул внутрь, тут же чуть не споткнувшись о свою же ногу. Михаэль разложил Сеченова на его собственном рабочем столе, жадно вколачивался в него, вылизывая грудь и шею, пока тот тихо стонал под ним, комкая разложенные на столе бумаги, и подмахивал бедрами. Сережа на несколько секунд завис, не в силах сдвинуться с места, и откровенно пялился, бессознательно запечатлевая в голове каждую мельчайшую деталь - запутавшиеся в волосах Михаэля пальцы Сеченова, их приоткрытые в наслаждении губы и горящие взгляды. Только когда Михаэль потянул Сеченова на себя, переворачивая того на живот и упирая лбом в стеклянную поверхность, Сережа наконец пришел в себя и в ужасе быть замеченным выскользнул за дверь. Прижался к ней спиной и загнанно задышал - он не ожидал увидеть такое, и еще больше он не ожидал, что у него на такое встанет. После недолгих душевных метаний и попыток убедить себя в собственной извращенности, он наконец сдался и свыкся с мыслью, что в одночасье стал буквально одержим ими. Он начал засматриваться на тонкую линию талии Сеченова и больше не мог относится к Михаэлю как раньше - недоверие и презрение к нему быстро сменились на болезненное любопытство, иногда сменявшееся на настоящее, неприкрытое желание. Он с новыми силами продолжил откровенно подкалывать Михаэля, когда тот связывался с ним, раздавая очередные указания, и сводить все разговоры к Сеченову. Иногда намеки били в самую точку, с Михаэля на миг спадала маска холодной язвительности, он терялся и бесился, из голоса почти полностью пропадал акцент, и Сережа каждый раз покрывался от этого мурашками, представляя его нервно бегающие глаза и покрасневшие щеки. Он выискивал любые возможные поводы и старался почаще возвращаться на Челомей, чтобы понаблюдать за их прямым общением. И забывался в этом настолько, что заданные ему вопросы то и дело повисали в воздухе, Сеченов с подозрением смотрел на него, слегка прищурившись, и Сережа чувствовал себя провинившимся ребенком, неловко потирал шею и тряс головой, пеняя на усталость. Мысли о том, что он катится по наклонной, что все это неправильно, и пора бы заняться своей личной жизнью, периодически приходили ему в голову, однако он ничего не в силах был с собой сделать, и в душе, скользя рукой по члену, не мог заставить себя думать о знойных красотках - в мыслях каждый раз появлялись их разгоряченные тела и застывшие в наслаждении лица. *** И вот сейчас, поздним пятничным вечером, они в кабинете вдвоем. А судя по томным интонациям и игривому смеху - они там совсем не скучают. Он коротко стучится и, схватившись повлажневшей ладонью за ручку, открывает дверь. Слабый свет льется на полукруглые красные диваны чуть левее от входа, а остальная часть кабинета погружена в темноту, разбиваемую кое-где тонкими лучами света от прожекторов за окном. Сережа мгновение мнется на пороге и подходит ближе, сразу отмечая, насколько близко друг к другу они сидят, почти соприкасаясь бедрами - Сеченов закинул руку на спинку дивана, касаясь плеча Михаэля пальцами, и легко водил ими по гладкой ткани пиджака. - О, сынок, наконец-то! - Сеченов приветственно кивает ему, сразу убирая руку. - Я думал, ты будешь раньше. Проходи, садись, - он отодвигается от Михаэля подальше, и Сережа замечает на столе два стакана и полупустую бутылку коньяка. - Рассказывай, как успехи? - Надеюсь, в этот раз нам не придется за вами подчищать, товарищ майор? - тянет Михаэль, в ухмылке приподнимая уголки губ и щурясь. - Да иди ты... - он вяло огрызается, стараясь не цепляться взглядом за выглядывающую из-под черного ворота рубашки бледную шею - когда Михаэль задирает голову, смотря на него снизу вверх, он замечает яркий багровый засос под ухом. Совсем свежий. Сережа громко сглатывает ком в горле и быстро отводит от него глаза. - Хватит вам, - лениво одергивает их Сеченов. - Миш, принеси, пожалуйста, еще один, - он кивает Михаэлю, и тот медленно поднимается и идет к боковой двери. Сережа опускается на диван напротив, пока Сеченов закатывает рукава рубашки и закуривает, запрокидывая голову. Передает пачку ему и помогает прикурить, держа позолоченную зажигалку, и Сережа на миг сталкивается с его взглядом, слишком пристальным и неподвижным. Он сразу тушуется, чувствуя непонятную дрожь в теле, и отстраняется, затягиваясь. Его ведет от легкого головокружения, он откидывает голову и прикрывает глаза, расслабляясь. Он успевает выкурить половину, когда неслышно возвращается Михаэль, наливает ему и протягивает стакан. - Сильно устал? - спрашивает он спокойно и почти сочувственно. Сережа распахивает глаза от удивления, неловко забирает у него стакан, на секунду соприкасаясь с его горячими пальцами - и в животе приятно тянет. - Эм... - он в последний раз затягивается, тушит сигарету о любезно пододвинутую ему пепельницу и откидывается обратно. - Да, сильно. Михаэль качает головой, снова устраивается рядом с Сеченовым, закидывая ногу на ногу, немного расслабляет тугой узел галстука и берет свой стакан. Они не касаются друг друга и смотрят в разные стороны, но Сережа почти физически ощущает, как воздух между ними искрит, и спешно делает глоток, чтобы отвлечься от кишащих в голове мыслей. По телу разливается приятное тепло, когда холодный коньяк прокатывается по пищеводу и попадает прямо в пустой желудок, Сережа отстраненно пытается вспомнить последнее, что ел сегодня, но быстро сдается - кажется, ничего. Наступившая пауза давит на него, он кожей ощущает на себе их внимательные взгляды, и принимается рассказывать Сеченову все подробности операции, упоминая мельчайшие детали и стараясь не запинаться от стремительно накатывающего опьянения. Он говорит много и подробно, хоть так отвлекаясь от постоянно всплывающих в голове фантазий. К моменту, когда он заканчивает, бутылка на столе оказывается почти пустой, Сеченов перебирается на стоящее рядом кресло и устраивается в нем, а Михаэль вытягивается на диване, уложив голову на подлокотник, и накручивает на палец свой галстук. - Молодец, Сереж… хвалю! На следующей неделе отдыхай, восстанавливайся, - Сеченов говорит чуть медленнее, чем обычно, выдавая этим свое опьянение, и закуривает очередную сигарету под недовольное шипение Михаэля. Сеченов усмехается и хлопает его ладонью по колену в качестве извинения, но убирает не сразу - проводит ею с нажимом выше по бедру, и Сережа шумно выдыхает, замечая, как Михаэль на секунду прикрывает глаза и закусывает губу. Он легко, будто кокетливо дергает ногой, сбрасывая руку, и окончательно стягивает с себя галстук, откидывая его на стол. Снова садится, расстегивая рубашку на пару пуговиц, убирает выбившиеся из-под лака пряди и зачесывает их за ухо. Тянется к своему стакану и в один глоток осушает его - кадык дергается под кожей, и Сережа снова цепляется взглядом за темное пятно на шее. Его пьяное сознание воспринимает Михаэля таким желанным с его растрепанными кудряшками, покрасневшими ушами и поплывшими влажными глазами, которыми он то и дело скользит по сидящему рядом Сеченову. Сережа зависает на острых ключицах, выглядывающих из-под черной ткани, и он почти что уверен, что видит бьющуюся на его шее вену. - Скучно как-то сидим, вам не кажется? - Михаэль снимает пиджак, откидывает его в сторону, и пошатываясь поднимается с дивана, опираясь одной рукой о плечо Сеченова, пальцами залезая за ворот рубашки, случайно или нет - непонятно. Сережа уже даже не удивляется, просто пялится, не в силах отвести взгляд, и безуспешно старается выровнять давно сбившееся дыхание. Сеченов будто читает его мысли, смотрит пронзительно и накрывает руку Михаэля своей. - И давно ты понял? Сережа пару секунд глупо моргает, не понимая, о чем идет речь, - и тут же заливается краской, как только до него доходит смысл. Блядь, неужели он так просто спалился. - Ну... несколько месяцев, наверное. - Почему ничего не сказал? - А что тут скажешь? Это не мое дело, - Сережа неловко трет ладони, чувствуя себя как на допросе. Сеченов задумчиво, немигающе смотрит на него, почесывая подбородок, а спустя несколько секунд, показавшихся Сереже вечностью, наконец удовлетворенно кивает. - Хорошо. Так что... с этим проблем не возникнет? - Нет, Д-дмитрий Сергеевич, все в порядке, правда, - тараторит он, желая поскорее сменить тему. Сеченов хмыкает, молча соглашаясь, и аккуратно тушит сигарету, и только теперь Сереже удается свободно выдохнуть. - Вот и славно. Я сейчас, - говорит Михаэль расслабленно, будто совсем не чувствовал витающего вокруг напряжения. Он отходит куда-то, пока Сережа дрожащими пальцами зажигает новую сигарету, и скоро возвращается, неся в руке небольшой черный приемник. Ставит его на стол и включает - по залу разносится что-то незнакомое, мелодичное и явно не современное. Михаэль улыбается, поочередно окидывая их взглядом, и начинает медленно двигать плечами под музыку и тихо подпевать себе под нос. Наблюдая за ним из-под полуприкрытых век и еле заметно двигая ногой, Сеченов отстукивает пальцами ритм по подлокотнику, и Сережа цепляется взглядом за напрягающиеся мышцы предплечья, перекатывающиеся под кожей. Михаэль снова смахивает лезущие в глаза волосы, доливает им остатки коньяка и недовольно цокает - бутылка пуста, как и его стакан. Он уходит за новой, не переставая пританцовывать, плавно скользит ногами по полу, еле заметно виляя узкими бедрами. Рубашка чуть выбивается из пояса брюк, оголяя поясницу - Сережа замирает и засматривается на него, едва не роняя пепел себе на штаны. - Меня тоже завораживает его грация, - доверительным тоном говорит ему Сеченов с лукавой усмешкой, вырывая из раздумий. Сережа поворачивает к нему голову и сразу же чувствует себя загнанным в угол - его мысли явно раскрыли, а никаких сил и возможностей оправдаться у него нет. Его мозг сейчас слишком туго соображает, чтобы придумать более-менее приемлемую отговорку, он оставляет фразу без ответа и опускает глаза, чувствуя бьющийся в ушах пульс. Михаэль возвращается к ним, наконец наливает себе и усаживается обратно. Говорит о чем-то Сеченову, поворачиваясь к нему лицом - что-то о приближающейся конференции, кажется, но Сережа не слушает. Он упорно пьет дальше, несмотря на то, что перед глазами уже все плывет, и смотрит на их откровенный флирт, когда Михаэль пододвигается к Сеченову еще ближе и ослабляет одной рукой его галстук. Тот дергает его ногу на себя, скользит ладонью под штанину и оглаживает голень, - и Сережа, кажется, заводится от этого сильнее самого Михаэля. Они резко замолкают, одними взглядами и ухмылками о чем-то договариваются, Сережа не обращает на это внимание - просто рассматривает их лица в слабом свете ламп и чувствует, как твердеет член в штанах. Он понимает, что что-то неладно, только когда они поворачиваются в его сторону, а Сеченов с довольной улыбкой откидывается на спинку кресла. Где-то на краю сознания Сережа думает о том, что все происходящее - полный пиздец, в особенности его реакция на это. По-хорошему ему бы встать, попрощаться и уйти, но он просто не может сдвинуться с места, по телу бегут мурашки, пальцы дрожат, а сердце колотится еще сильнее от того, как они смотрят на него - маняще и приглашающе. Конечно, ему так только кажется, ведь в нем треть бутылки коньяка, и у него не было никого уже... хрен знает сколько. Он закидывает ногу на ногу, стараясь скрыть стояк, вытирает вспотевшую ладонь о бедро и поднимает глаза, сразу сталкиваясь ими с Сеченовым. Тот наклоняет голову вбок и еле заметно улыбается, и Сережа уже готов скулить - он одним своим взглядом прожигает его насквозь и заставляет пульс биться в горле, затрудняя дыхание. Сережа нервно почесывает подбородок и трет лицо, но прийти в себя не удается - Михаэль пристально смотрит на него, его глаза влажно поблескивают, когда он поднимает стакан, отпивая еще, и полурасстегнутая рубашка почти сползает с одного плеча. Под правой ключицей Сережа замечает еще несколько засосов, не таких ярких, но все еще слишком заметных на бледной коже. Да блядь, они просто издеваются над ним. Михаэль допивает остатки коньяка, с излишне громким стуком отставляет стакан на стол и поднимается, и сердце Сережи на миг замирает, когда он вальяжно подходит к нему, присаживается рядом и закидывает руку на спинку дивана, касаясь пальцами его плеча. Он почти чувствует жар его тела рядом, и всеми силами старается не смотреть в вырез рубашки. Михаэль выжидательно смотрит на него, но, не дожидавшись какой-либо реакции, тянется губами к тлеющей в его дрожащих пальцах сигарете, слегка вдыхает и отстраняется, выпуская тонкую струйку дыма прямо в лицо. Он хитро улыбается и выглядит при этом настолько соблазнительно, что Сережа еле сдерживает себя от того, чтобы не поцеловать его. Он одергивает себя и, затягиваясь, отворачивается. - И как, понравилось следить за нами? - хрипло шепчет Михаэль ему прямо в ухо, прижимаясь горячей грудью к руке. - Ч-что? - Сережа пытается звучать недоуменно, но его голос предательски проседает, срываясь почти на хрип, а уши буквально горят. - Ты совсем не умеешь скрывать эмоции, Сереж, у тебя на лице все написано, - говорит Сеченов, выдыхая дым в потолок. - Первый заметил Миша. Сказал мне, что ты очень подозрительно себя ведешь в последнее время. Вот я и решил присмотреться. Как оказалось - не зря, да? Сережа в ответ только молчит, не находя ответа, нервно тушит сигарету и шумно дышит, не зная, куда себя деть. Разглядывает мраморный пол под ногами и судорожно пытается придумать причину, чтобы поскорее уйти. - Поцелуй его. Тихий голос Сеченова разбивает тишину и звучит как приказ. Сережа поднимает на него глаза, не веря в услышанное и чувствуя охвативший тело жар. - Ну же. Ты весь вечер с него глаз не сводишь. Целуй. Я разрешаю. Блядь. Он судорожно вздыхает, когда на щеку ложатся горячие пальцы. Михаэль поворачивает его лицо к себе, и Сережа каменеет от этой близости, когда он заглядывает ему в глаза и улыбается, скользя языком между приоткрытых губ. В нос ударяет исходящий от него терпкий запах парфюма - Сережа не сдерживается и утыкается ему в шею, глубоко вдыхает, ведя губами выше, вздрагивает и млеет от скользнувших по затылку пальцев. Он открывает рот и лижет кожу прямо в месте засоса, почти в голос выстанывая от нахлынувшего новой волной возбуждения. Михаэль отрывает его от себя, держит голову в ладонях и приближается, судорожно выдыхая, Сережа пялится на него мгновение и наконец целует. Голова кружится от эмоций, он жмурится и громко стонет, напирая все сильнее. Приоткрывает затуманенные глаза, смотрит на сидящего напротив Сеченова, на его потемневший от возбуждения взгляд и раздувающиеся ноздри. Он снова закуривает, откидываясь на спинку кресла, и не отрываясь смотрит на них. Сереже кажется, что уже это для него - слишком, головка трется о ткань трусов, он дрожит всем телом и срывается - опрокидывает Михаэля на спину, подминая под себя, стягивает с него рубашку и откидывает ее куда-то на пол. Устраивается между его разведенных ног, оглаживает бока и трется стояком о бедро. Михаэль прижимает его к себе, доверчиво подставляет шею под новые поцелуи и еле слышно стонет. Сережа закрывает глаза, притягивая его за ягодицы ближе к себе, слышит в ответ задушенный всхлип и спускается губами к груди, прикусывая тонкую кожу. - Сереж... - доносится будто издалека, и он отрывается от Михаэля и снова садится, осоловело оглядываясь и пытаясь отдышаться. Сережа неосознанно облизывается, замечая туго натягивающий брюки стояк, когда Сеченов медленно подходит к ним, глядя сверху вниз. Он опускается на диван у него за спиной, легко улыбается, делает последнюю затяжку и тушит окурок. Сережа впервые видит его настолько близко, замечая каждую тонкую морщинку у глаз, плавится под его пристальным горячим взглядом. Желание становится нестерпимым, он отбрасывает от себя все мысли о возможных последствиях и наконец сдается - откидывается на него и тянется к губам, вцепляясь пальцами в волосы. Сеченов ухмыляется в поцелуй, не спеша отвечать, шепчет еле слышно: - Тише, тише... куда ты так торопишься. Сережа недовольно сопит, прикусывая его губу, но через секунду отрывается, сползая ниже под весом забравшегося ему на бедра Михаэля. Тот льнет к нему и скользит влажным ртом вдоль скулы, но Сеченов перехватывает его за подбородок и тянет к себе, мокро целует и гладит большим пальцем за ухом, заставляя сдавленно простонать. Он углубляет поцелуй, глядя прямо ему в глаза, и Сережа проглатывает стон и плотнее прижимает Михаэля к себе, снова приникает к бледной шее, вжимается носом и лижет ключицу. Ладони сами собой сжимаются на крепких ягодицах, и Сережа жадно мнет их, притираясь членом и все больше распаляясь от тихих звуков поцелуев над ухом. А потом они вдруг переключают все свое внимание на него, и Сережа полностью теряет связь с реальностью. Они скользят горячими языками по его шее, покусывают уши и оглаживают ладонями живот и бедра, кто-то из них расстегивает ему брюки и просовывает руку в трусы, сжимая сочащийся смазкой член, водит пальцами по головке и обхватывает у основания. Сережа может только беспомощно закатывать глаза и закусывать губы - перед глазами плывут белые пятна, он обмякает на груди Сеченова, запрокидывая голову назад и слепо тычась губами ему в челюсть. - Хороший мальчик, - томно шепчет Сеченов ему в волосы. - Расслабься. Его снова целуют, залезают руками уже под футболку и гладят по груди. Пальцы на члене начинают медленно двигаться, и он исступленно толкается бедрами навстречу в попытке получить больше. Сеченов поворачивает его лицо к себе, поглаживая подбородок, и Сережа растекается под его требовательными поцелуями, впускает его язык себе в рот и тихо постанывает, цепляясь пальцами за его рубашку. Он не замечает, когда Михаэль успевает раздеться, только чувствует, как тот снова залезает к нему на колени, прижимаясь горячим телом, тянется к ним - и Сеченов вмиг отвлекается, заваливает Михаэля на себя и пытается перетянуть к себе на бедра. Тот в ответ только посмеивается, упираясь ладонью ему в плечо. - Не жадничай, - шепчет он Сеченову прямо в губы, вцепляясь в волосы на затылке и оттягивая его от себя. - Ты же сам это предложил. Глаза у Сеченова темнеют, Сережа ожидает, что он сейчас возмутится, скинет с себя его руку и сделает все так, как хочет, но этого не происходит - он только широко мажет языком по губам Михаэля и покорно отпускает. Михаэль снова усаживается на его бедрах, втягивает в мокрый, громкий поцелуй и потирается своим членом о его сквозь плотную ткань штанов. Сережа нетерпеливо шарит руками по его телу, гладит голые бедра, ныряя пальцами к внутренней стороне. Михаэль перехватывает одну его ладонь и тянет ее к своему рту, и у Сережи перехватывает дыхание, когда Сеченов одновременно с этим впивается губами в его шею. Он не может оторвать взгляда от темноты в глазах Михаэля, чувствует его острые зубы, с нажимом проходящиеся по фалангам, и мягкий скользкий язык. Михаэль наконец выпускает его пальцы и тянет их себе за спину, и у Сережи член нетерпеливо дергается, когда сразу два проскальзывают внутрь по самые костяшки. Михаэль до одури горячий и узкий, сжимает его и сам медленно насаживается, продолжая неотрывно смотреть в глаза - и от этого окончательно сносит крышу. Сережа вцепляется в его бедро, удерживая на месте, сам начинает двигать рукой, ускоряя темп, ловит каждую эмоцию на его лице и чуть не стонет от удовольствия. Михаэль заламывает брови и прикрывает глаза, трется о его живот и тянет Сеченова к себе, снова прижимаясь к его губам. Тот громко выдыхает, наклоняясь вперед, и протискивает в Михаэля еще один палец - Сережа чувствует его рядом со своими. У него кружится голова от затапливающего все тело возбуждения, он смотрит в поплывшие глаза Сеченова, они понимают друг друга без слов и начинают синхронно двигать пальцами, заставляя Михаэля несдержанно дергаться и сжиматься. Это не длится долго, Сеченов нетерпеливо рычит и все-таки стягивает Михаэля с его колен, откидывается на спинку дивана и усаживает его к себе на бедра, дрожащими пальцами расстегивает ширинку и утыкается лбом ему в грудь. Михаэль ласково взъерошивает ему волосы и протягивает руку к Сереже. - Иди сюда, - хрипло шепчет он, и Сережа послушно разворачивается, подползает на коленях ближе и впечатывается ему в губы. Михаэль опускает руку ему на ширинку и наконец достает член из штанов, жарко выдыхая ему в губы, когда Сеченов полностью насаживает его на себя. Он замирает на пару мгновений с приоткрытым ртом и громко стонет Сереже в губы от первых резких движений - Сеченов сразу срывается на грубый быстрый темп, вколачивается в него, заставляя их стукаться зубами в попытках урвать еще один поцелуй. Михаэль быстро подстраивается под него и подмахивает бедрами. Сережа как может терпит, но Михаэль все быстрее двигает рукой на члене, и оттягивать оргазм становится все сложнее. А потом он открывает глаза и видит их, раскрасневшихся и заведенных до предела, жадно всматривается в их лица и пьяным мозгом не может поверить, что все происходящее - не очередная его больная фантазия. - Так ведь интереснее, чем подглядывать, а? - Сеченов самодовольно улыбается, сбавляет темп и легонько шлепает Михаэля по ягодице. Сережа в ответ только согласно мычит, не находя слов, и таращится на Михаэля, который закатывает глаза и начинает двигаться сам. Смотрит на них, притягивает за головы к себе и поочередно целует, и Сережа путается, где чьи губы, и страстно отвечает на любое касание. Он опускает руку на свой член, с силой проводит по всей длине и вздрагивает, когда пальцы Михаэля ложатся поверх его, оглаживают головку и сжимают сильнее - ощущения настолько интенсивные, что его перетряхивает с головы до ног. Когда рука Сеченова вплетается в его волосы на затылке и грубо, почти до боли тянет, по всему телу прокатывается очередная волна дрожи, яркая до немеющих пальцев ног - и Сережа неожиданно для самого себя бурно кончает, впиваясь зубами Михаэлю в плечо, судорожно дергает бедрами и захлебывается в стонах. Он обессиленно падает назад, тяжело дыша, упирается локтями в диван и как будто заводится снова, наблюдая за тем, как они продолжают двигаться, жадно целуясь. Сеченов хватает Михаэля за талию и быстро вбивается в него, и Сережа видит, как у Михаэля трясутся от напряжения ноги, когда он, сбиваясь с ритма, скачет на его бедрах, до белых пятен вцепляется в плечи и загнанно дышит. Сеченов притягивает его голову ближе и утыкается носом в волосы, подбрасывает на себе еще пару раз и замирает, ловя ртом воздух и кончая внутрь. Михаэль дрожит в его руках, доводя себя до оргазма рукой, пачкает их животы и обмякает, чуть не опрокидываясь на пол, но Сеченов вовремя хватает его за локоть и заваливает на себя, устраивая на своей груди. Они молчат несколько минут, приходя в себя, туман в голове чуть рассеивается, и Сережа чувствует себя почти голым с расстегнутой ширинкой и белыми пятнами на футболке, но сил сдвинуться с места или хотя бы поднять руку у него нет. Он прикрывает глаза, кажется, только на мгновение, но когда открывает - они уже встают с дивана, Михаэль натягивает брюки на подрагивающие ноги, а Сеченов тянется к очередной сигарете. Сережа смущается и быстро приводит себя в порядок, не зная, как вести себя дальше. Он садится ровно и едва успевает поймать кинутую ему полупустую пачку. - Переночуешь у нас? - спрашивает Михаэль самым обыденным тоном, протягивая ему зажигалку. Сережа забирает ее и неловко подкуривает, мечется между ними взглядом, сжимая губами фильтр - и кивает.