у нас нет будущего

тёплые лучи солнца падали на лицо пятнадцатилетнего подростка. они беспощадно светили в глаза от чего парень жмурился. за окном мелькали поля, плыли белые пушистые облака. на пригорках, где-то в неизведанной дали виделись ветряные мельницы. младший фишер лежал на заднем сиденье пока его отец вёл машину, допивая уже вторую за день банку энергетика что-бы не уснуть. предстояла долгая дорога, но и проехали уже немало. наушники уже давно сели а интернет еле-еле ловил. тряска машины и тихая музыка, из встроенного в машину радио убаюкивала. небольшое шипение, колебания в темпе словно засталяли веки медленно опускаться а тело расслабится. мысли словно туман, белая пелена покрыла разум своим спокойствием и чистотой, медленно погружая фишера в сон – собственный мир несбывшихся детских мечт и ожиданий. но так ли это? день из-за дня подросток борится с ужасными кошмарами, воспоминаниями его тяжёлого и больного детства. перед глазами снова тот день, когда матери салла не стало. —мама, можно погладить пёсика? — воскликнул маленький мальчик —давай дождёмся отца, он будет здесь с минуты на минуту. — но я очень хочу! пожалуйста, можно я поглажу пёсика? а дальше тьма. где то слышится голос, что эхом раздаётся в голове: — я буду с тобой всегда, мы ещё встретимся, слышишь меня? я тебя люблю сал проснулся в холодном поту. снова непонятный отрывок. кому принадлежат эти фразы, что снятся ему почти каждую ночь? существовал ли человек, говорящий это на самом деле, или это лишь очередной плод его фантазии? но нет, он чувствует, в этом есть какой-то смысл. сердце стучит столь сильно, что кажется – скоро оно выпрыгнет надужу. хочется плакать от непонимания происходящего, пока на тебя все ещё давят воспоминания. сколько же раз протезник задавался вопросом «откуда это?», как же сильно он хотел хоть что-нибудь вспомнить, но все четно, воспоминания зарыты где то так далеко, что пока тебя что-либо не подтолкнёт на ответ ты не сможешь отрыть их. и снова болит голова. острая боль словно спицами прокалывает черепную коробку, нет сил снова думать, нет сил снова надеятся. сколько ещё будут повторяться эти кошмары? когда же все закончится? думаю, они будут продолжаться пока я не найду корень этих мимолетных воспоминаний салли полностью пришёл в себя, снова смотря на мелькающие за окошком чудесные пейзажи, углубляясь в мысли о новом доме, классе, друзьях... из встроенного радио играл джаз, придавая ещё большую атмосферу этому моменту. как ни странно, сейчас на душе так спокойно.. так и хочется утонуть в этом достаточно твердом заднем сидении. голубовласка на самом деле весьма устал от поездки, так хотелось бы лечь в мягкую кровать и накрыться одеялом, смотря в окно на звёздное небо. в детстве сал каждую ночь смотрел на звёзды цвета охры, видя на небе самую яркую звёздочку он с уверенностью считал что это его мама смотрит на него и желает ему сладких снов. он так был уверен в этом, что даже кошмары вставали на второй план. наивно, но в то же время мило. в голубых глазах виделась некая тоска. от мыслей его отвлёк генри. —сново кошмары? —да, пап. но все уже в порядке. –ответил голубовласка, не спуская взгляд с раскидистых полей за окном. —осталось всего то 4 часа и мы в нокфелле! я надеюсь тебе понравится там. —я тоже на это надеюсь. ~~~ наконец машина остановилась возле кирпичного здания, название которого «апартаменты эдисона». после того как все коробки были перенесены в 402 квартиру, теперешнюю квартиру фишеров, генри произнёс: —здесь мы начнём новую жизнь и наконец сможем забыть что произошло с нами в нью-джерси. прогуляйся пока я распаковываю вещи. сал вышел из квартиры и нажал на кнопку вызова лифта. уже спустившись на первый этаж парень вышел из апартаментов и направился в ближайший парк, который был невдалеке от дома. на улице прохладно, небо пасмурное – серовато-синее. легкий ветерок обдувает лицо, перебирает голубые локоны. кажется, скоро начнётся дождь. людей на улице было мало, в основном в такую погоду гулять не хочется и все сидят дома, а кто не сидит, скорее всего, вышел по какой-либо весомой причине. сал шёл по парку. вокруг зелёная трава, сейчас она не кажется такой яркой, либо из-за серой погоды, либо потому что детство закончилось. деревья опечалено склонили ветви, наверное, в ожидании печальной холодной осени. вокруг не было не души, одни утки плавали в прохладном сероватом пруду, которое уже вскоре будет усеяно желтыми листьями. он шёл, постепенно углубляясь в мысли, которые были о непонятных отрывках из потерянных воспоминаний, что являлись ему в кошмарах. те слова, что он услышал во сне сегодня явно принадлежали ребёнку, это можно было понять по ещё детскому, не сформировавшемуся голосу. что же за воспоминания что мозг пытался стереть? как найти ответы на вопросы? протезник обошёл парк и направился к дому, не выходя из раздумий. там его уже ждал отец, который успел разобрать большинство коробок, оставив только те, что принадлежали сыну. —сал, ты пришёл? я оставил тебе твои коробки, разбери их как время будет. младший фишер решил не откладывать и начал разбирать их как вошёл в комнату. он вынул плакаты, которые после повесил на стену. а вот и любимая гитара и комбик к ней. в руки попала коробка с такими простыми, но дорогими ему вещами. он аккуратно открыл крышку, внутри лежала семейная фотография, где мама была ещё жива, и все были такими счастливыми. на фотографии ещё молодые родители, и сал, лет четырёх. ярко светило солнце, его лучи падали на их искренне улыбающиеся лица, из-за этого они казались ещё задорнее. младший фишер держал в руках мячик, а мама букет из белых ромашек. голубовласка грустно взглянул на фотографию и положил ее обратно в коробку. рядом с фотографией лежал тот самый букет ромашек, уже засохший, но он все ещё так напоминал маму.. браслет из резиночек подаренный старой подругой, теперь они вряд-ли ещё встретятся. первая подаренная валентинка, имя не было указано, но все же очень мило. сал закрыл коробку и положил ее под кровать. после, разобрав одежду и аккуратно убрав ее в комод он решил лечь спать. за день голубоглазка устал, а завтра ему в школу как-никак. застелив кровать и устроившись поудобнее он постепенно начал засыпать…